eight
Изабель давно хотела увидеть Лондон, но это было слишком далеко.
Она хотела увидеть Трафальгарскую площадь, и Ковент-Гарден, и Гайд-парк.
Букингемский дворец, потому что в последний раз она видела все эти места вместе с отцом. Вместе они восхищались достопримечательностями, какими красивыми, но чужими они были; что они, казалось, так много значили для маггловского мира, но так мало значили для них. Тем более интригующе было наблюдать за толпами, толпившимися вокруг статуй, королевских гвардейцев и телефонных будок, сжимая в руках фотоаппараты.
Но почта в Косом переулке должна была быть на первом месте сейчас. Ориентиры могут появиться позже.
В каждой руке она держала по письму. Та, что была справа, была адресована Джинни; торопливая, беспорядочная записка, на которую ушло невыносимое количество времени. Она решила, что письменное объяснение будет менее шокирующим, чем появление на пороге Норы; да и вообще Изобель не знала, живет ли Джинни в Норе, а если и живёт, с чего ей начать. После нескольких напряженных черновиков Изабель решила переписать свой собственный адрес
и попросить Джинни приехать как можно скорее.
Письмо в левой руке... ну.
Где-то между чтением и перечитыванием она случайно выучила письмо Драко, слово в слово. Когда она шла по булыжной мостовой Косой Аллеи, опустив голову и подняв капюшон, она снова произнесла их про себя. Я бы отдал солнце, луну, звезды. Я бы все отдал, чтобы вернуть тебя.
Косая Аллея была полна народу. Изабель поспешила туда, не останавливаясь, чтобы подумать о напряженном часе. По крохотной серой улочке хлынули толпы. Изабель пробиралась между ними, стараясь как можно быстрее и незаметнее добраться до почты, но люди теснили ее с обеих сторон. Ее дыхание участилось, сердце бешено колотилось в груди, но она продолжала идти вперед, отчаянно желая, чтобы ее не узнали.
Она всегда интересовалась Драко Малфоем, она не могла этого отрицать. Любопытно посмотреть, что жизнь может сделать с душой, понять, почему он так поступил. Найти моменты мягкости во всем его высокомерии.
Она знала, что он ведет себя так из-за мира, в котором родился. Он был глубоко травмированным продуктом глубоко травмированной семьи, и он очаровал ее.
Это все объяснило бы. Это объяснило бы, почему ее мать так защищала ее, почему она утверждала, что Изабель была в большей опасности, чем другие ее друзья. Почему она теперь держит ее взаперти.
Да, она была очарована Драко Малфоем. Но она не могла понять, не могла даже представить себе, в какой момент очарование могло превратиться в любовь.
Грудь Изабель была напряжена, дыхание - неглубоким. Она приближалась к крошечному переулку, который вел в Косой переулок, поэтому нырнула в него и прислонилась спиной к стене. Закрыла глаза, глубоко вздохнула и сказала себе то, что помнила.
Последние несколько лет в Хогвартсе прошли как в тумане. Она знала, что она была там на пятом и седьмом курсах, и дома на шестом, но помнила их только смутными обрывками.
Она помнила Драко Малфоя, но чувствовала, что знает его как чужого. Мальчик из Слизерина, рожденный в семье, которая была предана Волдеморту в течение многих лет, пока они внезапно не перестали. Пока они не покинули тьму и не выбрали семью. Она вспомнила, каким ненавистным он был в первые годы их учебы в школе, и как это ее заинтриговало. Но она не была уверена, что когда-либо разговаривала с ним один на один.
Все, что она знала наверняка, это то, что теперь в ее руке было письмо, в котором он утверждал, что любит ее. Один единственный смятый клочок пергамента мог изменить все.
Она помнила, как на нее напали в битве за Хогвартс, и мир погрузился во тьму.
Она помнила, как проснулась и увидела, что жизнь изменилась. Новая жизнь, где она никого не знала, и никто не знал ее.
Она помнила строгие наставления своей матери, чтобы она всегда носила свое звездное ожерелье, потому что ее мать заколдовала его, и это спасло ее. Мать спасла ей жизнь, и Изабель была благодарна ей за это. Но она также украла его у нее.
Меня зовут Изабель Янг. Я здесь. Я жива.
Она сделала еще один глубокий вдох и открыла глаза. На улице по-прежнему было многолюдно, но в конце улицы виднелась почта, ожидавшая ее. Она вышла, чтобы снова идти...
А потом снова откинулась назад и прижалась к стене. Потому что к ней, идя вместе по центру Косой Аллеи, приближались эти трое.
Малфои.
Драко шел между родителями, не отрывая глаз от земли. Его волосы спадали до его скулы, и, нахмурившись, он скривил губы. Лицо его было, как всегда, бледным. Призрачно.
И Изобель на мгновение подумала, что так будет проще. Просто... выйти перед Малфоем, спросить, правда ли это. Если она сейчас встанет перед ними, опустит капюшон - что он скажет? Как он отреагирует?
Глаза Нарциссы скользнули по Изабель, как будто она была частью стены, но взгляд Люциуса остановился на ней. На какую-то долю секунды он запнулся, его враждебные глаза встретились с ее... Но он отвёл взгляд и
пошел дальше со своей семьей.
А потом они прошли мимо нее, и ее шанс был упущен.
— Немного нервначиют, - раздался голос рядом с ней. Изабель вздрогнула и обернулась: в дверях магазина "Флориш и Блоттс" стояла женщина и говорила прямо с ней. — Явиться сюда в таком виде, - сказала женщина. — После всего, что они сделали.
Изабель не заметила стоявшую там женщину. Обескураженная, она слегка улыбнулась и отодвинулась; сердце бешено колотилось.
Она не решила следовать за Малфоями, она просто сделала это.
Она кралась за ними по Косой Аллеи, туда, откуда она пришла. Всякий раз, когда они останавливались, останавливалась и она; задерживалась у витрин магазинов. Голова опущена, капюшон поднят.
Малфои разошлись у "Три Метлы", без всяких сантиментов. Драко едва взглянул на родителей, прежде чем уйти по оживленной Лондонской дороге. Изабель последовала за ним, двигаясь за автобусными остановками и почтовыми ящиками. Она двигалась быстро и тихо, не сводя глаз с белокурой головы, которая то появлялась, то исчезала в толпе перед ней.
Прошло наверное минут десять– шестьдесят, когда солнце уже садилось и небо потускнело, Драко остановился у скромного многоквартирного дома из красного кирпича. Изабель смотрела через дорогу, как он достал из кармана пальто ключ, отпер входную дверь и исчез внутри.
Она стояла, затаив дыхание. Она могла
отпереть дверь Алахоморой. Она могла.
Будь храброй, Гриффиндорец, - сказала она себе. Но ее ноги не двигались.
На третьем этаже зажегся свет. Сердце Изабель забилось быстрее, и она увидела, как Драко идет по своей квартире. Он наполнил электрический чайник, затем облокотился на
кухонный стол.
Он выглядел по-другому. Был намного старше, печальнее и более усталым, чем Драко Малфой, которого она помнила. Драко, которого она помнила, знал достаточно, чтобы не любить – это был призрак мальчика, которого она видела сейчас.
Даже если этот мальчик любил ее, она поняла - она не знала его. Ничего о нем не знала, и это пугало.
И так, она ушла. Нашла пустынный переулок и Аппарировала в Косой переулок, откуда должна была вернуться домой.
Может быть, на следующий день она сможет встретиться с ним лицом к лицу. Или через день.
Может быть.
Но сейчас она не могла найти в себе мужества.