Выяснение правды
Я включила видео, приготовившись кричать и драться с Узумаки, а может даже выслушивать оправдания, но произошло то, чего я совсем не ожидала...
Видео зашипело, а потом на экране высветилась надпись: "Из-за присутствия здесь того, о ком было видео, вам должны показать его с самого начала"
И тут видео стало отмотано на несколько минут назад.
Минами упала на одно колено. Вся её форма порвана, а кровь в нескольких местах начала запекаться. Руки чисто физически не могут подняться, это видно по тряске. Но она не сдавалась. В глазах была решительность и какая-то задумчивость. Узумаки продумывала план. Сзади стояли дети, прижавшиеся друг к другу и готовые спрятаться у неё за спиной.
Рядом с Минами встала женщина. Красивая, но отталкивающая. Волосы отливали серебром, особенно в свете Луны. А глаза чёрные, без зрачков. На ней был какой-то синий костюм, хотя ночью цвет трудно определить. Женщина смотрела с превосходством и некой обречённостью, словно прощаясь с жизнью. Это точна одна из приспешниц Солнца, и она вот-вот должна пропасть.
—Рискнёшь тронуть этих детей и я покажу тебе всю силу Узумаки, — рявкнула Минами, поднимаясь с пола. Она из последних сил растопырила руки в сторону, как бы создавая щит вокруг детишек.
—Перед моим уходом, — вдруг заговорила женщина. Плавно и не спеша — Их тронешь ты! — резко выкрикнула она, складывая печать, похожую на печать "Переноса разума", как у тёти Ино.
Вдруг, она стала каким-то шариком света, который перенёсся в тело Узумаки. Минами начало немного потряхивать, а потом она вдруг засмеялась. Не своим голосом, а чужим. Словно безумный учёный и какой-то злой гений из мультиков. Глаза стали из голубых, почти синими. Скорее всего, перед своей смертью женщина решила истратить последние силы и переместилась в тело Минами.
А тут всё так, как в том видео, но до прихода Ами. Достаёт когти, дети сильнее прижались друг к другу, а потом смерть каждого из них. Но теперь эта ситуация заиграла новыми красками.
Потом, когда все дети были убиты, этот шар света "вылетел" из тела Минами, улетая куда-то в небо.
Узумаки села к ближайшему камню, подогнув ноги к себе поближе. Она положила голову на колени и беззвучно зарыдала, сотрясаясь. Крупные слёзы стекали по грязному лицу, падая на землю или на колени. Ами посмотрела на мёртвые тела детей вокруг, а потом на свои руки. И снова на детей...Тихий плач превратился в громкий крик. Крик отчаяния и извинений. На этом видео выключилось.
POV Минами Узумаки
Я помню тот день и тот бой. Наверное, лучше чем остальные бои. Наверное, пора бы уже забыть и прекратить винить себя, но страх, застывший в детских глазках, где недавно была лишь наивность, я не забуду. Никогда. Кошмары до сих пор меня иногда посещают, словно обвиняя раз за разом. Успокаиваться потом очень тяжело.
И каким бы извергом я не была, но убивать детишек — не мой уровень бесчеловечности. Да, у меня рука не дрогнет, когда придётся убить взрослого, или кого-то, кто навредил моей семье, но ни в чём не повинных...Такое слишком даже для меня.
Оглядела всех присутствующих в комнате. Каждый из класса, надо же. Я криво усмехнулась. А во взгляде у них жалость и сострадание. Да где же вы раньше со своей желанием поддержать были?
—Прости, — первым решился извиниться Денки, выйдя из тени комнаты.
Остальные тоже приготовились к пламенной речи, но я их перебила:
—Катитесь все нахуй, — почти заботливо улыбнулась я, а потом решила выйти из душной комнаты.
—Ами... — меня захотела остановить Макото, которая виновато осматривала меня.
—Ещё раз, Учиха, раскроешь свою пасть, сокращая моё имя и я покажу свою полную силу. О ней ты знаешь достаточно. Боялась меня? Вот и бойся дальше, — почти выплюнув эти слова, я с силой захлопнула дверь, выходя на улицу.
Через полтора часа, может чуть больше, нам уже уезжать. Вещи собраны, хочу в последний раз залезть на крышу.
Перепрыгивая с одной крыши на другую, я почувствовала свободу. Впервые, за такой промежуток времени. Это довольно обидно, что меня посчитали такой...Но это лучше, чем теряться в догадках. Неизвестность пожирала меня изнутри, выставляя на свет самые глупые догадки.
Я сделала финальный прыжок, приземлившись с грацией на ту самую крышу. Воспоминания начали всплывать наружу отрывками.
После поцелуя...Я просто пошла спать. День тогда был настолько изматывающим, что я даже не смогла подумать о чём-то, кроме сна. А на следущий день я начала встречаться с Кагурой. Наверное удивительно, но это так. Нет, не было бури страсти и безумия, в которых я тонула, как описывается в большинстве романов (в конце-то концов, мне около двенадцати). Рядом с Каратачи было спокойно. Была уверенность в своих силах и следующем дне. Он будто вселял в меня уравновешенность одним лишь взглядом. Кагура — чуть ли не первый человек, с которым мне не надо быть сильной, независимой, загадочной и непроницаемой, не надо контролировать каждое слово и каждый шаг, чтобы не попасться на паутине лжи, которую я сама сплела. Я могу выставить самые глупые страхи наружу и меня не оттолкнут. Наоборот. Он погладит меня по голове, прижимая к себе и будет шептать какие-то успокаивающие слова.
Я присела на край крыши, вдыхая воздух. В Кири днём всегда прохладно, это из-за воды, расположенной не так далеко. Хотя, ночью всё равно холоднее...Ладно, хватит уходить от темы, на которую всё равно придётся рассуждать, рано или поздно.
Обидно ли мне? Да. Тяжело ли мне? Нууу, не знаю. Наверное, нет. Без поддержки мне всегда плохо, но сейчас есть Кагура, который не кинет. Это, скорее, больно и обидно. Всегда долго оправляться после ножа в спину от самого дорогого человека, который обычно-то и не предавал...
Обжигающие слёзы брызнули из глаз. Они горячие, и наверняка солёные, с привкусом предательства. Каждая капля падала на крышу здания, высвобождая всё накопившееся напряжение. Ксо, сейчас бы бабулю Цунаде, с её предложением выпить.
С неба начал капать дождь, полностью описывающий моё настроение. Хмурое и безрадостное. Негативные эмоции переполнили меня. Я вспомнила эти ненавидящие, а потом и сожалеющие, взгляды. Вдруг перед глазами пронеслась сцена смерти Холодка, моё ужасное отношение к Иви.
—Даже если ты в жопе, необязательно быть говном, — с грустью прошептала я, неожиданно вспомнив фразу, которую давненько видела на просторах интернета. — Иви, выходи, — я выпустила своего покемона, который удивлённо озирался вокруг. — Прости меня. За всё, — как-то сдавлено извинилась я, протягивая руку к Иви, чтобы погладить. Он с радостным видом, с удовольствием начал ластиться ко мне. Иви не обижается, дышать стало проще.
—Стало лучше? — рядом приземлился Кагура. Он-то точно знал, куда я обычно прихожу.
В каком городе есть своё особое место, куда я хожу после тренировок, сильных нагрузок, в тяжёлом состоянии. Когда не к кому обратиться, хочется побыть одной, предаться воспоминаниям или посидеть в приятной компании, как сейчас, например.
—Ага, — я усмехнулась, похлопывая по месту рядом с собой. Поняв мою немую просьбу, Каратачи приземлился рядом, оглядывая деревню. — Я выяснила причину их нелюбви, — с зевком, положила голову на плечо Кагуры, пытаясь не заснуть.
—Ну, это уже неплохо. Я так понимаю, они извинились перед тобой, а ты не простила? — он как всегда, прекрасно знает меня и мои действия в разных ситуациях.
—Дааа, — опять протяжности зеваю. — Ты с тренировки? — аккуратно переводу тему, о которой не хочу говорить. И Кагура понимает.
—Угу. Господин Чоджуро — замечательный сенсей, — с фанатичным блеском в глазах, Каратачи начал рассказывать мне факты о Мизукаге, которые я знала. Но я не остановила его, а наоборот, внимательно вслушивалась в мелодичный голос. Так и прошло наше времяпрепровождение.
End POV
Уже прошло полтора часа, корабль готов был к отплытию. Собрались все, кроме Узумаки.
Учиха Макото с некой неохотой забиралась на судно, одновременно копаясь в сумке и проверяя все ли вещи на месте. Однако, её мысли были далеко-далеко, где-то не тут.
Рядом шла Учиха Сарада, которая нервно поглядывала на время. Сарада думала, что Минами уже на корабле и хотела извиниться перед ней. Учихе было до ужаса стыдно за свой неконтролируемый гнев. А ещё стало резко жаль Минами, о состоянии которой можно было лишь догадываться.
Чуть впереди двух сестёр-близняшек шёл Боруто Узумаки. Он напряжённо раздумывал. Конечно, в тот день — в день битвы Сумире и Минами, Боруто очень испугался тех сил, которые показала его сестра. Той всепоглощающей ярости, от которой ноги подгибались. Узумаки Боруто видел, с каким безжалостным видом, Минами готова была убить старосту, помогло чудо.
Но такая ли Минами на самом деле? Боруто впервые задумался над этим вопросом. Да и то видео...Как можно так сильно покалечиться?!
Недалеко шли одноклассники, не менее задумавшиеся над своим поведением. Почему же ненависть возникла неожиданно, словно ниоткуда?
На борт, самой последней, вошла Узумаки Минами, за пять минут до отплыва. Она оглядела всех отстранённым взглядом, а потом о чём-то вспомнила. Минами, под удивлённые лица остальных, подбежала к Кагуре, целуя того в губы. А потом медленно поднялась на палубу, заходя в свою комнатку.
Одноклассники зашли за ней, препирая дверь, чтобы адекватно поговорить, желательно без лишних ушей. Узумаки, казалось, не замечала ничего.
—Не хочешь поговорить? — первой, нарушила угнетающую тишину, Мако.
—Нет, — Минами убрала в карман штанов телефон, в котором ещё недавно переписывалась с кем-то. — Мне с вами не о чем разговаривать.
—А нам с тобой есть о чём, — подал голос Шикадай, до этого тактично молчавший.
—Тогда у меня для вас плохая новость, Нара, — стала более жёсткой Ами, всё больше распаляясь. — Я не собираюсь тут распинаться перед каждым, — Узумаки схватила вещи, подходя к двери.
—Я не знаю, почему вдруг возненавидил тебя, — впервые начал говорит Боруто, который раньше над чем-то размышлял. Кажется, он сделал выбор выяснить всё.
—Я тоже, — в унисон произнесли остальные в этой комнате. А рука Минами дрогнула.
—Говорите, что не знаете? — она с подозрением оглядела всех, кого вроде бы и не собиралась прощать.
В голове начали работать шестерёнки. Догадка появилась резко, словно лампочка включилась. Минами широко распахнута глаза, а потом срочно потребовала диск. Ей выдали видеозапись.
—Шариганистая, — подозвала Узумаки Сараду. Когда та подошла, руки Ами затряслись в предвкушении разгадки: — Включи Додзюцу, — Учиха, послушавшись, активировала Шаринган, а потом в удивлении приподняла брови. — Что видишь? — спросила почти не злая Минами.
—Символы какие-то... — прошептала Сара, аккуратно осматривая их, боясь даже прикоснуться. — Они такие странные.
—Перепиши их, — властным тоном потребовала Узумаки, знавшая, что ей не откажут. Не ошиблась.
После того, как символы были переписаны, у стола собрались практически все, подозрительно оглядывая их.
—Хах, забавно, — вдруг рассмеялась Минами, находившая эту информацию довольно смешной.
—Я слышал об этом, — посерьёзнел Иноджин, который без остановки залипал на необычные "иероглифы". — Мне мама рассказывала.
—О чём? — нахмурилась Мако, которая устала от вечных интриг.
—Нечто, прохожее на связь фуин. Но это, — Яманака кивнул в сторону символов. — Раздаёт эмоции. Ну, или забирает их. Мои предки таким пользовались, — пояснил он, проводя бледной рукой по россыпи необыкновенных слов. — То есть, на диске была специальная эмпатическая настройка. И после просмотра видео, мы все неосознанностей начинали ненавидеть Узумаки за само существование.
—Короче, эти штуки контролировали ваш разум, — весело, и как-то с облегчением хмыкнула Минами.
—Если бы не Яманака, мы бы этого не узнали, — задумчиво сказала Макото, отводя взгляд куда-то в сторону. — Спасибо! — Учиха резко обняла Иноджина, чуть не задушив его в объятиях.
—Учиха, я сейчас помру, — прохрипел Яманака, растекаясь лужицей.
—То есть ты не обижена? — серьёзно спросил Боруто, не ожидавший такого. Получив отрицательный кивок, он смог немн ого расслабиться, но тут же на голову Минами упал второй вопрос: Почему ты тогда чуть не убила старосту?
Замолчали все. И смеющаяся Мако, и хрипевший Иноджин. Все взгляды обратились к Ами, которорая мысленно материла своего брата за такую любознательность.
—Сумире угрожала твоей жизни и жизни остальных. Ты мне важнее, чем Какэй. И если она будет опять неконтролируемая, — Узумаки агрессивно зыркнула на старосту. — Я убью Сумире.
Под конец речи, Минами вышла из комнаты, полностью раздражённая. Как назло перед глазами пронеслись моменты, когда Мако впечатали в стену, а в брата чуть не прилетел смертельный приём. Ещё и думать над тем, что произошло. Глупая обида не хотела исчезать, борясь с голосом разума. Сердце и разум — великое противостояние. Звучит как заголовок для газет. Узумаки со злостью ударила ближайшую стену, оставляя небольшую вмятину.
"Стоит сходить и остудить голову" — подумала Минами и зашла на кухню, набирая холодной воды.
Сзади подошёл некто, кого Узумаки почему-то не смогла почувствовать. Наверняка сильный шиноби...Он подбежал к Ами, распыляя какой-то яд. Минами, конечно, задержала дыхание, но это не помогло и она с жуткой болью, упала в обморок.