«прощай.»
Я зашел в помещение, гроб, чёрный мать его гроб стоял посередине качалки, я сразу же посмотрел в потолок и выдохнув достал сигарету, прикуривая. Я прошёл мимо гроба, в который скоро ляжет моя девочка, уже навсегда и зашел в комнату старших. Там уже сидели конечно же Суворовы и Зима. Ни сказав не слова я просто сел на кресло, на то самое, что так любила она. Я был готов поклясться что на секунду она стояла передо мной, что я вернулся в самое начало.
Воспоминание. Девушка совсем недавно пришилась.
-Туркин, а ну брысь с моего места, сказала девушка, скрестив руки на груди, -ты же знаешь, что я люблю это кресло.
-а с какой стати?, улыбнулся я немного наклонившись в её сторону, -оно общее, кис).
-ещё сука раз ты меня так назовешь, завелась девушка, мне нравилось её бисить, все таки она очень похожа на меня, моя полная копия, -и я въебу тебе фанеру, от чего ты улетишь, даю слово.
-посмотрим как ты его не выполнишь), сказал я снова с какой то смешной заведенностью, -садись уже, все равно курить пойду.
Конец воспоминания.
Я на долю секунды улыбнулся своим мыслям, ведь она так и не сдержала это слово, слово что не значило ничего важного, она стала моей. В настоящее меня вернул голос старшего.
-нам пора Турбо, сказал мне Адидас кладя руку на плечо, я посмотрел на него, -нам всем сложно, но надо идти.
Встав, я без каких либо эмоций вышел из комнаты старших, и как только я повернулся к выходу, на мои глаза попался все тот же гроб, но уже открытый, и там она, такая бледная и все же опухшая из за побоев что нанесли ей в больнице. Я не мог поверить в то, что именно эти мрази виноваты, если бы её не избили, все было хорошо.
Мы несли гроб, все наиболее родные ей люди, Вова и Марат, я и Зима. Мне казалось что этот чертов гроб весит больше чем она. Но я уже ничего не чувствовал.
Когда мы донесли его до автобуса, Вова протянул деньги водителю, что были собраны со всех пацанов. Даже орёл, что стал моей девочке хорошим другом за все время, прислал деньги через проверенных людей. Когда Зима звонил Ким, она не смогла приехать сразу, но сказала как только все уладидится, она приедет первым же поездом.
Приехав на кладбище мы снова взяли гроб, неся его до места похорон. Становилось всё хуже и хуже с каждым шагом, ноги ватные, в голове каша, как я понял у всех.
Прощание. Весь наш «Универсам», по одному подходил и говорил ей несколько слов, я их не слушал. После, в самом конце настала моя очередь.
-кис, прости меня, я не уберёг тебя, но я обещаю что все ответят за это, я держал её за руку, такую бледную и холодную, но до боли родную, -прощай.
Это последнее что я сказал, поцеловав её в лоб, я последний раз взглянул на неё, и ушёл, я приду сюда позже, когда здесь не будит никого.
Подойдя к Адидасам я увидел что оба плачут, я первый раз в жизни видел как плачет Вова, сказать что я не плакал это значит соврать, я плакал вместе с ними. Я просто обнял их, они обняли меня в ответ. Я не знаю какого им было сейчас, они только недавно нашли сестру, ту, что так полюбили даже не зная кто она такая, и так же сильно, не переставали любить будучи братьями. Посмотрев на Зиму я тоже увидел на глазах его слезы.
У всех сегодня умер любимый человек. У кого то сестра, у кого то подруга, у кого то старшая, а у кого то любимая. Даже Колик и Жёлтый пришли, они задержались не на долго, но я уважаю их за то что они здесь были.
И вот наступил самый тяжёлый момент для всех нас, гроб опустили, после все кинули горсть земли. Кто то не выдержал и ушёл, кто то остался стоять, а я же вместе с Суворовами и Зимой, закапал гроб, оставив цветы я посмотрел на надгробие последний раз.