Яндере истории

Добрый вечер, мои драгоценные читатели, я снова приготовила для вас огромный мешочек вкусняшек, на любой вкус. Кхм-кхм, когда я впервые опубликовала главу о женском доминировании, было много позитивных и довольных откликов, поэтому я решила сделать вторую часть, в которой выбор будет побольше. Надеюсь, вы оцените мои труды и выразите своё мнение в комментариях — я буду вам очень признательна за это. Ну что ж, присаживайтесь поудобнее, берите напиток, желательно со льдом, потому что истории очень горячие, и наслаждайтесь. До скорых встреч!
|
|
|

Гриммджоу Джагерджак | Блич |

Предупреждение: игры с воском.

— Это в первый и последний раз, когда ты доминируешь надо мной, чертовка. Но не забывай, что в следующий раз, когда ты окажешься подо мной, я буду истязать твоё тело вдвое дольше.

— Замëтано. А теперь давай узнаем, на какой минуте ты заноешь и начнёшь умолять меня об оргазме.

Гриммджоу фыркает, закидывает руки за голову и полностью отдаёт себя в твою власть. Связывать его бесполезно: он настолько крепок и могуч, что может порвать верёвки, сильно напряг мышцы. Его надменная насмешка безгласно указывает на то, что он по-прежнему в интиме главный, даже несмотря на то, что бразды правления его телом находятся в твоих хрупких руках. Ты повязываешь ему на глаза тёмный, угольно-чëрный шарф, чтобы усилить его ощущения как минимум в несколько раз. Такие игры с перчинкой и неожиданностью ему явно по нраву. Ты вооружаешься низкотемпературной свечой, поджигаешь фитиль зажигалкой и терпеливо ждёшь, пока начнёт выделяться парафин.

— Выбери стоп-слово.

— Уверен, оно мне не понадобится, — прежде чем Джагерджак успевает договорить, воск обрушивается прямо на его затвердевший сосок, заставляя его прорычать что-то нечленораздельное и явно непристойное.

Ты надавливаешь коленом на его верхние кубики пресса, прижимая его к велюровой простыне и одновременно не давая ему сдвинуться ни на сантиметр вправо или влево. Арранкар поджимает губы, покусывая их с каждым прикосновением раскалённой капли к его коже. И хотя воск не оставляет на его теле ожогов, а лишь едва заметные покраснения, которые быстро проходят, он вздрагивает и ëрзает, потому что не знает, куда упадёт следующая капля.

Его грудная клетка бешено вздымается и напряжённо опускается, словно пытаясь получить необходимый кислород и вдоволь насытиться им. Его голубые пряди красиво сочетаются с нежно-розовым воском, который застывает за считанные секунды, идеально повторяя V-образную форму его округлой груди и накаченные мышцы живота. Ты используешь его торс как чистый холст для своих творений, наслаждаясь его надрывными звуками и судорожными подрагиваниями.

— Блять! — Пламя свечи наконец-то достигает его паха, едва щекочет его аккуратно и коротко подстриженные лобковые волосы, и обдаëт жаром член. Гриммджоу хватается за изголовье кровати так крепко, как только может, продолжая активно изворачиваться под тобой и скулить.

Ты останавливаешь экзекуцию на полпути, заменяя желание растоптать его гордость и выдержку на милосердие. Он сдастся быстрее, если ты подаришь ему такие головокружительные ощущения, что он будет сладко и громко выть в голос от удовольствия. Сложив губы колечком, ты вбираешь его член почти наполовину, обильно смачивая его слюной и мягко задевая венки зубами. И это срабатывает...

Джагерджак постепенно теряет контроль над собой, трясясь в предвкушении неминуемого оргазма и наслаждаясь виртуозной работой твоего языка и податливого тёплого горла.

— Чëрт, ты и вправду слишком хороша, детка.

Раз ты слышишь от него комплименты, значит, ему понравилось всё, что ты с ним вытворяла.

— Поскольку ты кончил без моего разрешения, продолжения сегодня не будет.

Арранкар недовольно скалится, а ты спокойно поправляешь свою одежду, которую даже не снимала, направляясь в ванную комнату. За твоей спиной раздаются раздосадованные вздохи мужчины, но тебя это больше не волнует.

— Если ты думаешь, что я просто так позволю тебе уйти, то ты сильно ошибаешься, Т/И.

Гриммджоу в мгновение ока настигает тебя и поднимает в воздух за талию. Ты с непониманием впериваешься в него взглядом, пока он напористо, почти грубо целует тебя, сминая до боли твои губы.

— Надеюсь, ты не забыла, что я тебе сказал перед тем, как мы начали играть.

Шигараки Томура | Моя геройская академия |

Предупреждение: связывание, лента, оттягивание оргазма.

Шигараки мечется по постели, отчаянно пытаясь скинуть тебя со своего торса и одновременно потереться возбуждённой плотью о твою ладонь, но ты упрямо не даёшь ему это сделать, продолжая мучить своего пленника. Всё его тело охвачено возбуждённым жаром. Перед глазами у него мутная пелена, его горло саднит от череды нецензурных громких ругательств и стонов. Его волосы всклочены, губы искусаны, а конечности обвязаны алой лентой и надёжно привязаны к верхним столбикам кровати.

Ты меняешь позу, слезаешь с его пресса и садишься рядом с ним, сжимая его невероятно твёрдый член в своей ладони где-то посередине длины. Из-за того, что бархатная лента пережимает основание эрегированой плоти, Томура щерится и прожигает тебя убийственным взглядом. Сейчас он был похож не на главаря преступной группировки, а на пойманную беспомощную дичь, и это ему совсем не нравилось. Ты склоняешься над его пахом, собираешь во рту достаточное количество слюны, чтобы выпустить тонкую, но длинную струйку слюны на его член.

Шигараки вздрагивает, напряжённо втягивает ноздрями воздух, пока ты огибаешь кончиком ногтя каждую его венку, не забывая при этом ласкать языком его крайнюю плоть и слизывать предэякулят, вытекающий из уретры.

— Я тебя ненавижу, сучка! Если бы не этот грёбаный браслет, ограничивающий мою причуду, ты бы уже давно превратилась в пыль.

Вместо язвительного ответа на твоём лице расплывается злорадная, коварная ухмылка, что его очень бесит. В качестве наказания ты слегка шлёпаешь его ладонью по эрегированной плоти, самодовольно наблюдая, как сжимаются его руки в кулаки и судорожно дёргается кадык каждый раз, когда он сглатывает слюну. Томура измотан и чуть ли не доведён до слёз. Глаза у него действительно мокрые, впрочем, как и всё его дрожащее тело.

— Дай мне кончить, сейчас же! — Ты качаешь головой, не лишая себя удовольствия снова нанести удар по его измученной плоти, но на этот раз немного сильнее предыдущего. У него нет иного выбора, кроме как смиренно принять наказание за непослушание.

— Ты забыл волшебное слово.

— Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста! — Томура наконец-то сдаётся, перестаёт извиваться на помятых простынях, пока ты охотно развязываешь узелки на ленте, позволяя ему получить долгожданную разрядку.

Бурный всплеск. Струйки спермы попадают на его лобок, твои кисти и постельное бельё.

— Как только ты освободишь меня, я тебя прикончу, Т/И!

— Если ты убьёшь меня, то кто будет любить тебя и доставлять тебе наслаждение? — Ты наклоняешься к его покрасневшему лицу, мягко и нежно запечатляя на его губах чувственный поцелуй.

— Чëрт! Только не думай, что ты незаменима, ясно?

— Да-да.

Шигараки не тот мужчина, который признаётся в своих чувствах словесно.

Мегуру Бачира | Синяя тюрьма |

Предупреждение: ролевая игра, подчинение, унижение.

— Ты серьёзно думала, что я соглашусь быть твоей послушной собакой на весь день? Чëрт, Т/И, да ты действительно была права. Гав.

Мегуру не привык смотреть на тебя снизу вверх. Его взгляд скользит по твоему телу под невыгодным углом, неспособный увидеть абсолютно ничего, что потешит его самолюбие. Твоя мини-юбка так плотно обтягивает бёдра, что под ней не видно новые кружевные стринги; совсем недавно бомбардир получил чек из магазина нижнего белья на очень крупную сумму. Ты отрываешься от книги, вытягиваешь вперёд правую ногу, на которой обуты чёрные латексные сапоги, и подзываешь своего нижнего рукой к себе. Бачира беспрекословно выполняет твой жестовый приказ, тут же оказываясь возле тебя, как и подобает верному псу. Ты просовываешь палец под металическое кольцо ошейника и решительно дёргаешь за него, заставляя парня опереться ладонями на жёсткий край дивана.

— Всю последнюю неделю ты вёл себя просто отвратительно: ты пропустил наше свидание, забыл поцеловать меня перед сном и не вынес мусор.

Пока ты на полном серьёзе отчитывала его за косяки и одновременно проводила ноготками по его голой спине, оставляя на ней мелкие, но пекущие царапины, он чувствовал, как ткань домашних боксёр всё плотне и плотнее обтягивает его член, мешая ему трезво думать.

— Если ты дашь мне ещё один шанс, я обязательно исправлюсь, — Мегуру ластится к тебе, приобнимает тебя одной рукой за колени и, пока ты ведёшься на столь невинный и хитрый прилив нежности, он просовывает другую руку под твою приталенную юбку, желая нащупать кромку белья, которого на тебе сейчас определённо не было. — Ты без-з-з н-них.

Несмотря на то, что его глаза сияют и в них пылает неистовое возбуждение, его предательски надломившийся голос и прерывистое дыхание с потрохами выдают, какие фантазии прямо сейчас преобладают в его голове. Тебе так забавно наблюдать за тем, как он взволнованно ëрзает по ковру, нервничает и пытается подступиться к тебе в надежде на то, что ты позволишь ему зарыться между твоими бёдрами. Но ты не действуешь по сценарию, который он выстроил в своих похабных мыслях, а отталкиваешь его ногой, спокойно поправляя свою юбку.

— Поскольку ты не оправдал моих ожиданий, любимый, ты останешься без десерта и даже не надейся помочь себе рукой, потому что в противном случае я лишу тебя секса ещё на одну неделю.

От твоего строгого доминантного голоса по всему его телу пробегает крупная дрожь. Бачира на пределе. Его колотит, но он не осмеливается возразить твоим словам и попросить у тебя разрешение на то, чтобы кончить. Ты, видя, как он едва сдерживается, чтобы не излиться в боксёры, надавливаешь носком сапог на его пах и в ту же секунду слышишь, как тягостную тишину разрезает его чрезвычайно громкий и полный удовольствия стон.

— Спасибо. Спасибо.

— Этот оргазм тебе придётся ещё отработать, потому что ты его, увы, не заслужил.

Ты покидаешь комнату, оставляя запыхавшегося нижнего в одиночестве.

Главное веселье ещё ждёт вас впереди.

Мудзан Кибуцуджи | Клинок рассекающий демонов |

Предупреждение: соблазнение, нижнее бельё как кляп.

— У тебя есть ровно шестьдесят минут, ни секундой больше, ни секундой меньше.

Мудзан внимательно начинает следить за длинной стрелкой настенных часов, не желая упустить момент, когда она сделает полный оборот вокруг циферблата.

Тебе представилась уникальная и, возможно, единственная возможность подчинить себе самого могущественного демона всех времён. Несмотря на то, что Мудзан был под тобой, ты чувствовала его превосходство и высокомерный взгляд, словно острые шипы, заставившие твои плечи невольно подрагивать. То, что ты прижала его к льняным простыням, ещё не означает, что он полностью в твоей власти. В тебе пробуждается желание разжечь в нём адский огонь похоти, который, как бы он ни старался, не сможет потушить самостоятельно. Ты доведёшь его до отчаяния и жалких мольб, настолько, что ему даже придётся поступиться собственной гордостью, чтобы убедить тебя вступить с ним в близость.

— Попробуй подчинить меня, если сможешь, — Кибуцуджи с показной напыщенностью бросает тебе вызов, который ты с удовольствием принимаешь, сесксуально и до чего же медленно снимая перед ним своё нижнее бельё. Но поскольку на тебе был велюровый халат, кружевная кромка которго доходила аж до колен, он не мог видеть, что скрывается под ним, и это заставило его нутро взблениться.

— В последнее время ты слишком болтлив... Как думаешь, не пора ли тебе заткнуться?

Твои пухлые губы растягиваются в коварной усмешке, прежде чем ты соблазнительно подползаешь к своему партнёру на четвереньках и наклоняешься к его лицу. Мудзан ошибочно предполагает, что ты хочешь вовлечь его в поцелуй. Он без задней мысли приоткрывает свои губы, а ты, вместо того, чтобы слиться с ними, запихиваешь ему в рот свои трусики и одновременно слышишь его сдавленный злобный писк.

— Разве не ты говорил мне много раз, какая я вскусная? Наслаждайся, милый, пока я буду мало-помалу растаптывать твоё эго.

Демон в гневе зажимает между зубами твоё шёлковое, немного запачканное смазкой бельё, радуя тебя и вторгая в экстаз своей недовольной гримасой. Ты победоносно облизываешь свои пересохшие губы, продолжая дразнить его и эротично двигаться перед ним. Ты ловко развязываешь пояс халата, который легко спадает на его торс, намеренно демонстрируя ему одну седьмую часть своей наготы. Разумеется, самое интересное до сих пор скрыто от его глаз. Кибуцуджи заинтересованно оглядывает обнажившиеся участки твоего тела, протягивая к ним свою правую руку, которую ты молниеносно перехватываешь в воздухе и привязываешь её к изголовью кровати.

— Не всё сразу. Тем более ты не заслужил ни увидеть меня без одежды, ни быть обласканным мной.

Мудзан сжимает до крови кулаки, не обращая абсолютно никакого внимания на то, что его ногти протыкают кожу. У тебя возникает ощущение, что только боль удерживает его от того, чтобы выплюнуть своеобразный кляп и напасть на тебя, как одичалый волк на самку в период гона. Его холодная неприступность рушится, когда ты неторопливо стягиваешь шёлковые рукава с плеч, упираясь коленом в низ его живота, чуть выше наружной резинки боксёр. Не нужно быть подкованным в сексологии, чтобы понять, что он крайне возбуждён и держится из последних сил, чтобы не утратить оставшиеся ничтожные крупицы контроля. Ты добиваешь его окончательно, накрывая его пах ладонью и грубо сминая каменную плоть через ткань.

Мужчина теряет самообладание, вытаскивает твои мокрые трусики, полностью пропитавшиеся его слюной изо рта, и резко притягивает тебя к себе для поцелуя, но ты ловко уклоняешься от его хватки, отползая от него подальше.

— Играешь с огнём, Т/И! Не боишься обжечься?

— Я имею на это право, потому что ты — моя игрушка, Мудзан, на ближайшие пятнадцать минут.

У него на лбу и под глазами вздулись вены от ярости, но даже несмотря на это, он не доказывает тебе обратного, снова надевая на своё лицо маску спокойствия.

— Действуй!

— Какой хороший мальчик.

Скрежет его зубов тешит твоё самолюбие.

Ямато Эндо | Ветролом |

— М-м-м, так ты всë-таки хочешь быть сверху? Какая же ты развратница, Т/И.

Ты застаёшь Ямато врасплох и грубо толкаешь его на татами, седлая его бёдра, отчего его брови удивлённо поднимаются. Обычно ты никогда не берёшь на себя инициативу в интимной близости, но сегодня всё иначе. Эндо кладёт свои ладони тебе на ляжки, возбуждённо сминая их через ткань брюк и прерывисто вздыхая, но ты не даёшь ему долго наслаждаться твоими мясистыми ногами, прижимая его шаловливые руки к матам. Он не сопротивляется, даже наоборот, ожидает от тебя большего доминирования и строгости. Ты упираешься коленом в его пах, самодовольно наблюдая, как его лицо искажается от удовольствия, а ресницы заметно трепещут.

— Когда ты внизу, ты такой послушный, оставайся таким всегда.

— Ха, ещё чего, — его ехидству и надменности можно только позавидовать. Сегодня ты превратишь его в хнычущее и постанывающее месиво. Ты доведёшь его до такого состояния, что он не сможет мыслить ясно, а только чувствовать и умолять тебя прекратить мучения. — И что же ты собралась со мной делать, м? Может...

Как только его щёку сотрясает хлëсткий, размашистый шлепок, он тут же затыкается и соблазнительно слизывает с губ выступившие капельки крови. Ямато больше не выглядит таким самоуверенным и кичливым. Он больше не подначивает тебя, а спокойно ожидает своей участи, полностью погружаясь в игру, в которой он нижний. Ты окидываешь взглядом его подтянутое сексуальное тело с задором в глазах, сосредоточив внимание на ремне. Ты надавливаешь пальцами на защёлку, одним рывком вытягивая длинную кожанную полоску из шлëвок. Любой предмет в твои руках сейчас выглядит угрожающе. Ты ловко связываешь его запястья над головой, плотно прижатые друг к другу, уже предвкушая последующие развлечения.

— Теперь ты полностью в моём распоряжении, Эндо, страшно? — В то время как твоя ладонь мягко поглаживает его член, он твердеет, набухает и увеличивается в размерах. Каждое прикосновение к чувствительной, подтекающей плоти делает его уязвимым и безвольным. В конечном итоге он сдаётся, поджимает пальцы на ногах и просит тебя подрочить ему.

— Пожалуйста, блять, тебе ведь самой хочется поиграть с ним, так что не отказывай себе в этом удовольствии. Мой член стоит только для тебя и из-за тебя, Т/И.

Уорик Арканджело | Гангста |

Предупреждение: анальный секс, использование страпона.

— Детка, я правда пока ещё не готов к таким эксперементам. Ты точно уверена, что хочешь отыметь мой зад?

Уорик нерешительно встаёт на четвереньки, упираясь локтями и коленями в мягкий татами. Сначала ты утешающе гладишь его по макушке, а затем открываешь тюбик банановой смазки, которая наполняет всю комнату своим характерным ароматом, и выдавливаешь немного её на его ягодицы. Прохладный лубрикант плавно струится вниз, течёт между подкаченными мужскими половинками, устремляясь прямо к сжатому сфинктеру.

Арканджело вздрагивает, когда твои пальцы, объятые чёрным латексом, касаются его тугого колечка мышц, и напрягается всем телом, когда тебе едва удаётся втиснуть двое из них в его нетронутую дырочку. Ты выдавливаешь побольше смазки вокруг его анального отверстия, чтобы сделать проникновение менее болезненным и подготовить своего дрожавшего партнёра к сношению.

— Пожалуйста, будь со мной нежнее, это ведь мой первый подобный опыт.

— Посмотрим на твоё поведение, дорогой, — свободной рукой ты безжалостно щекочешь его под рёбрами, по бокам, возле паха и его подколенные ямки, слыша попеременно его заливистый смех и громкие постанывания. Уорик всегда искренен в выражении своих эмоций и чувств, как с тобой, так и с самим собой. — Расслабься! — Твой уверенный голос и командный тон заставляют его кожу покрываться пупырышками.

Как только головка искусственно члена толкается в его анус, Арканджело изящно выгибается дугой и чертыхается во весь голос, покорно принимая игрушку сантиметр за сантиметром. Ему не больно, но он чувствует себя как-то необычно и странно. Вскоре дискомфортные ощущения сменяются приятной заполненностью. Ты начинаешь осторожно и медленно двигаться в нём, поглаживая ладонью его стройные, но не лишённые мускулатуры бёдра. По мере того, как силиконовая головка проникает глубже, на его лице появляется всё больше и больше капель пота.

Уорик приоткрывает пошире рот и судорожно глотает воздух. Ему немыслимо жарко, душно и так офигенно, что мозг перестаёт ясно соображать. Из-за неудобно-неустойчивой позы у него тянет поясницу, а колени постоянно трутся о поверхность татами, вызывая жжение, раздражение и лёгкую боль, как от ковровых ожогов.

— Блять! Теперь я знаю, что ты чувствуешь, когда принимаешь меня. Моё восхищение тобой безгранично. Я стал восторгаться тобой ещё больше, моя леди.

Удовлетворённая его словами, ты проводишь ногтями по его левому боку, оставляя на нём длинную царапину, отчего он шипит, матерится, и, не выдержав твоего ускоренного темпа, падает уставшим на маты. Ты аккуратно и максимально нежно обхватываешь пальчиками его эрегированный член, помогая ему выплеснуть из наполненных яиц сперму.

— Ты заслужил, кончай!

— Слушаюсь, моя леди.

Джинпачи Эго | Синяя тюрьма |

Эго чаще погружён в работу, чем в тебя, и это тебя жутко бесит.

Ты врываешься в его личный кабинет посреди рабочего дня, сметая всё на своём пути, словно буйный вихрь. Джинпачи неохотно отрывает взгляд от экрана ноутбука, даже не успев выключить звук и камеру, прежде чем ты захлопнула крышку дорогого устройства и нагло прервала его конференцию. Ваши глаза пересекаются, и он замечает в твоих омутах азарт, похоть, возбуждение и явное желание доминировать над ним. По всей видимости, сегодня он будет твоим угодливым послушным мальчиком.

— У тебя что овуляция? — В его едко-насмешливом голосе слышны нотки сарказма и язвительности. Поскольку Эго до сих пор считает себя главным, ты решаешь показать ему, кто сегодня будет отдавать приказы, а кто подчиняться.

— Заткнись! — Ты внезапно притягиваешь его к себе за галстук, обматывая этот полосатый аксессуар вокруг своего запястья. Мужчина упирается ладонями в край стола, поражаясь твоей властности и раскованности. И как только твои губы умело сливаются с его, он испускает томный глубокий вздох, позволяя тебе вести и кусаться. После поцелуя по его подбородку течёт тоненькая струйка крови. — Ты в моём полном распоряжении до конца дня. И если ты не хочешь ползать по своему офису на четвереньках, веди себя подобающе, а то я знаю, как поставить тебя на колени, дорогой.

Ты сначала расслабляешь узел, а затем неспешно развязываешь его, но только для того, чтобы завязать галстук вокруг его шеи потуже. Лёгкое удушье придаст пикантности и усилит эрекцию. Судя по выпирающему бугорку в паховой области, Джинпачи нравятся ваши игры настолько, что ткань боксёр уже начинает раздражать эрегированный член, и в особенности слишком чувствительную головку. Его руки тянутся к ширинке, чтобы расстегнуть застёжку, но ты повелительным тоном запрещаешь ему сделать задуманное. Твоя ладонь накрывает его член через плотную ткань чёрных классических брюк, ощутимо, но не до боли сжимая твёрдую плоть.

— Не смей прикасаться к себе без моего разрешения! — Эго напрягается всем телом, понимая, что ещё очень долго ему не удастся испытать феерию. Он прикусывает внутреннюю часть щеки, сдерживая себя, чтобы не выругаться вслух.

— Слушаюсь, моя Госпожа.

Ëриичи Цугикуни | Клинок рассекающий демонов |

Предупреждение: шибари, связывание.

До встречи с тобой Ëриичи был приверженцем консервативного секса. В его арсенале было всего две позы, и в обеих ты находилась под ним и на кровати. Тебе хотелось разнообразия, чего-то экстравагантного, и, возможно, даже вульгарного, чего-то, что могло бы смутить его и вызвать на его вечно безэмоциональном лице эйфорическое блаженство.

— Доверься мне, — твой томный шёпот не успокоил его, а, наоборот, заставил все его мышцы напрячься сильнее прежнего.

Длинный отрез непроницаемой материи временно погружает его в темноту и в мир тактильных ощущений. Цугикуни принимает позу покорности, подчиняясь тебе и признавая твоё превосходство над ним. В твоих руках появляется прочная верёвка: она мягкая на ощупь, а её фактура чем-то напоминает шёлк и, соответственно, не оставляет раздражения на коже. Ты делаешь круг вокруг своего нижнего, который смиренно сидит на одном месте, не смея пошевелиться без приказа. Приблизив губы к его уху, ты возбуждённо пролепетала: "Заведи руки за спину". И, конечно же, истребитель подчиняется, скрепляя крепко пальцы в замок.

Ты медленно, словно смакуя удовольствие, связываешь его запястья карминовой верёвкой, следя за тем, чтобы она не врезалась в запястную область. Бледная кожа твоего супруга превосходно контрастирует с шёлковым шнуром, добавляя ему некой изюминки. Ты двойным витком обхватываешь его широкие накаченные плечи, спускаясь ниже. Верёвка узорно обвивает его грудь, которая тяжело и медленно поднимается при глубоком дыхании. Как только твои пальцы нещадно скручивают его сосок, Ëриичи на мгновение замирает, а затем напряжённо выдыхает через приоткрывшиеся губы.

— Пожалуйста, будь со мной нежнее.

Поскольку его тело громоздкое, первый моток заканчивается слишком быстро, и ты вооружаешься вторым, точно такого же цвета. Ты делаешь несколько дополнительных оборотов вокруг его торса, чтобы обездвижить его как можно лучше. Ведь, в конце концов, смысл вашей игры заключается в том, чтобы заставить его почувствовать себя беспомощным. Ты не даёшь ему большой свободы для движений, это так бессердечно с твоей стороны, но, похоже, твоему мужу даже нравится такое обращение с ним.

Охотник и сам не замечает, как постепенно входит в раж, наслаждаясь тем, что ты затягиваешь на его теле витиеватые узлы где-то туже, а где-то слабее. Всё естественно этого мужчины было целиком и полностью сосредоточено на твоих дурманящих, дразнящих прикосновениях, которые будоражили его похлеще горячих углей. Ты горячо выдыхаешь ему в губы и одним рывком срываешь с него набедренную повязку, скрывающую налитый кровью, стоячий член.

Прохладный летний ветерок проникает в спальню, охлаждая разгорячëнного и взвинченного Цугикуни. Ему стыдно. Он стоит посреди комнаты, на татами, голый, незащищённый, и изнывающий от возбуждения, а ты, как на зло, бездействуешь.

— Ты мне нужна, Т/И.

Ты не отвечаешь, а лишь спокойно наблюдаешь за тем, как он пытается подползти к тебе на коленях. Хотя Ëриичи и не видит тебя, зато слышит твоё шумное дыхание. За годы практики он научился чувствовать ауру союзников и врагов, и поэтому он точно знает, где ты, и как далеко ты от него. Найдя тебя, истребитель прижимается влажным лбом к твоему животу, уповая на твою снисходительность, но её не следует. Цугикуни быстро смекает, что ты не сжалишься над ним, пока он не предложит тебе взамен что-то, что будет равноценно его оргазму.

— Миледи, позвольте мне обслужить вас по высшему разряду. Я готов сделать всё, что угодно, если это доставит вам удовольствие.

— Ну раз ты настаиваешь, то предлагай свои варианты, а я выберу лучший.

Ëриичи нервно сглатывает, заикается, мямлет, отчего у него поднимается температура, а мочки ушей предательски вспыхивают и краснеют.

— Могу ли я зарыться между вашими бёдрами, госпожа?

Тайджу Шиба | Токийские мстители |

Кто бы мог подумать, что Тайджу, почти двухметровый, громоздкий мужчина, будет стоять перед тобой на коленях, жалобно скуля из-за натяжения ошейника. Ты крепче сжимаешь цепь, идущую от его металического кольца, побуждая своего "пёсика" унизительно подползти поближе к тебе. Перед ним разложено много угощений: фрукты и ягоды в сливках, пудинг, охлаждённый коллекционный виски, но из всех лакомств самым желанным для него являешься именно ты.

— Хозяйка, позвольте мне доставить вам удовольствие? — Его мускулистая грудь часто вздымается от подступивших ощущений. Ты прикасаешься к ней кончиками пальцев, чувстсвуя его учащённое сердцебиение. Несмотря на то, что Шиба слишком взволнован и напряжён, он терпеливо ожидает от тебя щедрости, идеально играя роль твоей послушной зверушки.

— Открой рот, — Тайджу демонстрирует покорность, высовывая язык и ожидая, что на него плюнут, но вместо этого он получает в рот пару виноградин. Затем ты окунаешь свои длинные пальцы в взбитые сливки и строго велишь ему слизать с них всю сладость до последней капли. Шиба филигранно выполняет свою работу, просовывая свой юркий язык между твоими фалангами и поочерёдно вбирая их в рот так, чтобы его губы касались твоих костяшек. — Умница, заслужил награду.

Золотисто-жёлтый высокоградусный напиток колышется в бокале, который ты изящно держишь в руке. В воздухе витают дымные нотки шотландского виски, лёгкий лимонный аромат твоего парфюма и запах возбуждения. Ты выпиваешь часть алкоголя, не глотая его, потому что хочешь поделиться им с любимым человеком. Тайджу охотно размыкает уста, одновременно наслаждаясь пряным вкусом виски и вашим поцелуем, который становился всё более терзающим, поскольку ты то и дело кусала его губы до крови.

— Мне нравится, когда большие мужчины пресмыкаются передо мной. Тай, это в ресторане ты грозный хозяин, которого все боятся, но в нашем доме ты не более чем мой питомец. Помни об этом, и никогда не забывай.

А ещё я собираюсь сделать вторую часть главы "Ты всегда будешь номером два", для этого мне нужны ещё четыре пары парней-яндере, которые будут соперничать друг с другом, какие у вас будут предложения?