Одна на двоих | Дазай Осаму и Фёдор Достоевский |
Одна на двоих | Дазай Осаму и Фёдор Достоевский | Хорни+Соперничество |
Примечание: наверное, эта история понравится только мазохисткам. Короче, будьте осторожны и не читайте, если вы не любите экспериментов и грубостей в постели.
Предупреждение: игры с температурой, кляп, наручники, доминантные партнёры, ты в безвыходной ситуации, сомнительное согласие, элементы БДСМ, игры с едой, кунилингус, вибратор, повязка, соперничество.
|
|
|
Ты пересеклась с ними в разных местах и в разное время, но они оба заметили тебя среди множества прохожих. Их взаимный интерес к тебе вырос до повышенного уровня всего за каких-то пару-тройку месяцев. Ты не выбирала для себя такую судьбу и уж точно не хотела, чтобы тобой увлеклись два жестоких манипулятора, которые любят доводить до слëз своих партнёрш во время секса. Возможно, именно потому, что их предпочтения сошлись в интимном плане, ты и оказалась в затруднительном положении, зажатая между ними, как кусок ветчины, приплюснутый двумя ломтиками бриоши.
Тëмно-лиловая лента, сделанная из атласа, была оплетена вокруг твоей головы, временно лишая тебя зрения. Левая сторона твоего тела подверглась сладкой пытке льдом, а правая — огнём. Фёдор ласкал твой сосок ледяным кубиком, а Дазай — пламенем, который исходил от низкотемпературной свечи. Пальцы Демона были тёплыми, тогда как бывшего мафиози — холодными, как февральский снег. Этот безумный контраст температур помутнил твой рассудок. Благодаря им твоё разгоряченное тело горело от возбуждения, трепеща в их умелых и сильных руках.
К большому сожалению, ты не могла ни прикоснуться к ним, ни выразить свою обеспокоенность по поводу их рискованных игор: шарикобразный кляп и наручники мешали тебе. Зачем вы вообще придумали стоп-слово, если никто из них не позволит тебе им воспользоваться, пока ты полностью не удовлетворишь их самые грязные и подспудные желания. Длительные и выматывающие тебя игры со льдом и огнём, воздействующие на твои эрогенные зоны, заставили тебя судорожно дёргаться и поджимать пальцы к стопам. После того, как Достоевский начал попеременно стимулировать твои чувствительные устастки тела языком и замороженной фигурой, ты словно забыла, как свободно дышать полной грудью.
Ситуацию усугубила ладонь второго партнёра, нещадно обвившаяся вокруг твоей шеи, как удавка, и прижимающая тебя вплотную спиной к льняным перинам. Ты чувствовала давление его пальцев максимум секунд пять-семь, а потом спокойно выдыхала, отдыхая в течение крошечного количества времени. Затем всё повторялось снова, пока на твоём лбу не выступили первые капельки пота, а цвет твоего лица не превратился в сплошной алый цвет.
Ты, как позволяла ситуация, подала сигнал о том, что они перегибают палку. Однако всё, что сделал Осаму, отреагировав на твой маленький протест, — это временно освободил тебя от кляпа, поднеся к твоим губам горлышко бутылки. Спасительная прохладная газировка потекла по твоему пересохшему горлу, немного расслабив тебя и вернув в более-менее бодрое состояние. Они по очереди запечатлили поцелуй на твоих влажных устах, не в силах устоять перед соблазном. Ты была их личным искушением, отказываться от которого они точно не собирались.
— Как думаешь, она сможет выдержать ещё немного? — С явной насмешкой в голосе задал вопрос Дазай, обратившись к другому мучителю, терзающему сейчас твоё бедро.
Каждый раз, когда кто-то из них опускал руку на твои ляжки, проводя рукой между ними, ты вспоминала свои бесполезные попытки похудеть в спортзале. Но с появлением этих двоих в твоей скучной жизни ты перестала загоняться по поводу своих лишних килограммов. Почему? Потому что им нравилось ощупывать твои широкие и отнюдь не полные бёдра.
— Ну конечно, по крайней мере она постарается продержаться столько, сколько это будет возможно, — несколько фаланг Достоевского грубо проникли в твой рот, чтобы позабавиться с твоим языком и собрать как можно больше твоей слюны. Твой ротик никогда во время секса не оставался долго пустым.
Осаму, дабы ты не издавала громких, а иногда протестующих звуков, вернул кляп на положенное ему место. Отложив свечу, он осмотрел интересный инвентарь для взрослых, выложенный заранее на поднос, ухватившись за капсулобразную игрушку. Все трое услышали, как она завибрировала у него в руках. Ты рефлекторно напряглась, но не из-за вибратора, а из-за того, что Фёдор беспрепятственного проникнул в твоё влагалище двумя пальцами, несколько раз согнув и разогнув их в тебе. Он имитировал ими половой акт, внимательно следя за тем, как ты пытаешься уползти и избежать проникновения третьего, а затем и четвёртого пальца. А они у него были немного толще и длиннее, чем у тебя.
Дазай, не желая отказываться от участия в процессе, прижал заработавшую игрушку к твоему клитору и с садистким удовольствием принялся играться со скоростями. Чем дольше они мучили тебя, тем меньше у тебя оставалось сил брыкаться и смыкать свои ляжки. Хоть ты и не видела их, но была уверена, что они получали наслаждение от того, что нежили твоё тело. Ускоряющиеся фрикции, хлюпающие звуки, стимулирующий не только клитор вибратор, — всё, что они вытворяли с тобой, медленно, но уверенно сводило тебя с ума. В голове у тебя засела только одна мысль: "Как бы побыстрее кончить!"
Первый оргазм настиг тебя неожиданно и стремительно, застав тебя врасплох. Ты запачкала своими выделениями кисть Фёдора и запястье Осаму, но это нисколечко их не смутило. Более того, ни одна из ласк не прекратилась даже после того, как судорга удовольствия прошибла твоё тело во второй раз. Ты выгибалась, энергично изворачивалась между ними, мечась на простынях то в одну сторону, то в другую, но спасения нигде не было. Дазай, наконец-то сжалившись над тобой, выключил жужащую вещицу, отложив её на край двуспальной кровати. Как жаль, что ты не увидела, как его глаза сверкнули в полумраке огоньком озорства, продолжив возбуждённо и похотливо разглядывать каждый дюйм твоей покрытой испариной фигуры.
Вооружившись деревянной ложкой, похожей на веретено, Осаму накрутил на её широкую часть немного цветочного мёда, а затем с энтузиазмом равномерно размазал его по твоему животу. Шатен, отрывисто произнеся вслух смутившую тебя фразу "Кушать подано", прижался языком к твоему пупку, начав охотно собирать и слизывать капли натурального пчелиного нектара. Достоевский тоже решил утолить свой голод, но не мёдом, а тобой. Освободив твоё влагалище от пальцев, он сначала лизнул на пробу твои половые губы, которые уже изрядно были обляпаны твоей смазкой, а затем толкнулся языком в твою пульсирующую дырочку. Твоей эйфории не было предела. Третий оргазм заставил тебя резко дёрнуться и ударить черноволосого мужчину коленом в нос, к счастью, не сломав его.
— В следующий раз я обязательно привяжу твои лодыжки к ножкам кровати, Т/И! — Любовник уведомил тебя об этом без тени злости и раздражения в голосе и даже с некоторой долей веселья, безжалостно укусив тебя за внутреннюю часть бедра. Ты поморщилась от боли, замычав в кляп. Фёдор наказал тебя за проступок, который ты совершила ненамеренно. — Ш-ш-ш, успокойся, иначе мне придётся лишить тебя десерта.
Тем времен Дазай закончил поедать с твоего торса весь мёд, переключив внимание на твою грудь: уж слишком мало внимания уделялось ей сегодня. Его ладони, исследующие твоё тело, успели нагреться и теперь обжигали тебя своим жаром. Они легли поверх твоих округлостей, мягко, чтобы тебе было в первую очередь приятно, сжав их. Если бы твой рот был свободен, ты бы однозначно застонала настолько громко, что у них бы точно заложило уши. То, как шатен теребил твои соски, изредка царапая их ногтями, будоражило каждую клеточку твоего тела. Ему определённо нравилось мять твои сиськи: он словно месил тесто, перекатывая между пальцами уже успевшие покраснеть соски.
Достоевский, вытерев руки влажными салфетками, быстро очутился возле твоей головы: теперь твой затылок упирался не в бархатную подушку, а в его колени. Он стянул с твоего лица повязку, обнажив твой затянутый поволокой мутный взгляд. Ты устало разглядывала их, плохо соображая и практически не реагируя на щелчки пальцев. Пока Дазай вспоминал, куда бросил ключи от наручников, Демон избавлял тебя от кляпа, принуждая тебя выпить пару глотков воды. Часть жидкости он вылил на твоё лицо, чтобы ты пришла в себя. И как только ты закашлялась, вытерев свои влажные губы рукой, которую только что освободили от металлических оков, его сердце успокоилось.
"Она чуть не сломалась", — подумали они оба, посмотрев на тебя сверху вниз.
Ты лежала перед ними вся липкая и грязная. Тебе хотелось принять душ, но сил не было даже доползти до ванной комнаты. Фёдор, зная, что массаж тебя расслабляет, принялся круговыми движениями массировать твои виски и лоб. Поскольку ты стойко перенесла всё, что они запланировали испробовать на тебе сегодня, ты заслужила награду, а именно их заботу и последующий уход. Возможно, кто-то из них помимо того, что искупает тебя, ещё и накормит тебя блюдом высокой кухни; не зря же они заказали столько твоих любимых лакомств.
— Принцесса, выбери того, с кем бы ты хотела принять душ наедине! — Дазай настойчиво попросил тебя определиться, а ты, понимая, что правильного ответа нет, упрямо молчала, разыгрывая сценку, что ты всё ещё не понимаешь их.
Несмотря на то, что эти двое имели власть над тобой, иногда они позволяли тебе самостоятельно принимать решение, от которого зависило их последующее отношение к тебе. Если ты выберишь Фёдора, то навлечëшь на себя гнев Осаму, и наоборот.
— Я справлюсь сама, но спасибо за предложение, — кажется, невзирая на переутомление, у тебя открылось второе дыхание. Шустро замотавшись в простынь, ты прошмыгнула в ванную мимо двух мужчин, ошарашено посматривающих друг на друга, и закрыла дверь изнутри на щеколду. Здесь ты могла дать волю своим чувствам, но не было ни слëз, ни криков — только абсолютная пустота. Если они увидят, что ты морально разбита, то избавятся от тебя так же, как от всех тех, кто побывал в этом месте до тебя.
Твоё спокойствие длилось недолго: "Помощь не нужна?"
Ты услышала, как неторопливо проворачивается ключ в замочной скважине. Через появившуюся небольшую щель на тебя смотрели тëмно-коричневые глаза Дазая, которые, как тебе казалось, проникали даже в твоё подсознание. Шатен протянул тебе стакан воды с разбавленным обезболивающим, не забыв сообщить тебе о его содержимом.
— По правде говоря, я уже соскучился по тебе, Т/И. Ты же не будешь против, если я присоединюсь к тебе один? — Ты не повелась на его обаятельную улыбку, нагло захлопнув перед его носом дверь.
Достоевский, вернувшись в свой рабочий кабинет, включил камеры, расставленные по всей ванной комнате. Он перестраховывался, потому что переживал, что ты можешь покончить с собой. Ты была для него ценным экземпляром: больше, чем просто игрушка, но меньше, чем его личной женщиной. В конце концов, он делил тебя со своим лучшим союзником, таким же гением, как и он сам, который также был его заклятым соперником в этих отношениях.
На веранде одновременно оказались двое мужчин, намеревавшихся серьёзно поговорить:
— Было весело, но я больше не хочу делить её с тобой! — В унисон твёрдо и с металлическими нотками в голосе отчеканили они оба, наставив друг на друга оружие. — Надо же, мы пришли к общему мнению. — Снова произнесли они слаженно, удивившись тому, что мыслят одинаково. А поскольку их образ мышления был схож, то и чувства к тебе не отличались.
— Забавно, ты не мог влюбиться.
— Ты тоже!
Милые дамы, если вам понравилась история, то, пожалуйста, оцените в комментариях эту работу от одного до десяти: мне очень хочется узнать ваше мнение. Помните, ваши отзывы — пища автора, благодаря вашей активности рождаются новые идеи и не менее занимательные рассказы. Спасибо за поддержку, обнимаю вас и увидимся через день или два. Чао!