Яндере истории

Дорогие лапочки, никогда не поздно прочитать что-нибудь новогоднее. Простите, что глав так долго не было. В следующий раз, когда выйдет новая работа, объясню почему. На этой неделе выйдет ещё несколько глав в разных сборниках, поэтому не пропустите их. Спасибо за внимание и приятного чтения.

Предупреждение: незащищённый половой акт, секс в квартире Гето, вас застукали, неловкие моменты.

Примечание: автор знает, что в Японии ёлку ставят только на Рождество, но в этой истории она порадует нас и в канун Нового года и на сам праздник.
|
|
|

Пушистая лиственная ёлка, украшенная яркими фонариками и фигурками оригами, пленяет вас своим великолепием. С самого утра ты с Годжо суетишься в парадной комнате, наряжая хвойное дерево к празднику. Под ногами валяются гирлянды и серебряная мишура, возле дивана — коробка с множеством красивых новогодних шаров. Ты вешаешь их на ёлку один за другим, пританцовывая под ритмичную музыку.

— Осталась только верхушка, — задорно подмечаешь ты, указывая пальцем на последнюю игрушку — корону с сапфировой прошвой и стразами. Сатору отдаёт её тебе, тут же садясь на корточки, чтобы ты могла забраться на его могучие широченные плечи. Обзор сверху ещё более завораживающий, чем снизу. Эксклюзивное украшение занимает макушку ёлки; бусины сверкают при ярком освещении.

Сильнейший не торопится опустить тебя на пол. Он, придерживая тебя за бёдра, делает несколько шагов назад, чтобы вдали полюбоваться на наряженную ель. Свет в зале гаснет, как только ты дотягиваешься кончиками пальцев до выключателя. Маленькие светодиоды, размещённые вокруг тонкого провода, сверкают голубым светом, дополняя мерцание мишуры серебряных оттенков.

— Ты довольна? — Первым тишину нарушает Сатору, слыша твои довольные возгласы и хлопки в ладоши.

— Конечно, ещё спрашиваешь! — Ты ликующе выкрикиваешь, взлохмачивая мужские торчащие короткие пряди. Маг мурлычет, получая удовольствие от твоих нежно скользящих рук по его макушке. Полусогнутыми пальцами ты массажируешь лобную часть его головы, растирая кожу круговыми движениями.

— Удобно сидеть на мне, Т/И? — Годжо первым начинает заливисто смеяться; из-за заданного двусмысленного вопроса твои щёки розовеют, напоминая по расцветке лотос. — А помнишь...

— Нет, нет, не продолжай, у нас ещё кучу незаконченных дел, а до полуночи осталось менее семи часов! — Активные попытки слезть с возлюбленного, не увенчались успехом. Крупные ладони мага размещаются на твоих ягодицах, грубо сминая их. Твои тапки падают на паркетные доски, потому что ты что есть силы сжимаешь пальцы ног, дëргаясь и издавая протестующие звуки. 

— Ты понятия не имеешь, от чего отказываешься... — Годжо, по-прежнему удерживая тебя на своих плечах, аккуратно и медленно присаживается на захламленный новогодними декорациями диван, чтобы ненароком не уронить тебя. — Мы всё успеем! — Уже кокетничает маг, против твоей воли усаживая тебя на свои колени. Твои ягодицы трутся о фланелевые брюки, перекатываясь по чему-то твёрдому и длинному. — Я чертовски сильно соскучился по своей девочке. Неужели ты откажешь мне в одной маленькой прихоти, м?

Твои челюсти не разжимаются, чтобы сказать "нет". Когда Сатору напорист, когда он так сексуально излагает о своём желании, заставляя тебя ощутить его готовность через тонкую ткань — ты не можешь сложить слова даже в простое односложное предложение. Невозможно не поддаться плотскому искушению вместе с ним. Возбуждение нарастает без всякой стимуляции. Жилистые руки любимого дотрагиваются до кулиски вельветовых шорт, оттягивая её вбок, чтобы оголить нижнюю часть твоего живота и бельё. Алый цвет на тебе его заводит.

— Хочешь, я прямо сейчас трахну тебя в квартире Сугуру, пока здесь никого нет, кроме нас двоих?! — Насмешливый тон мага доносится до твоих покрасневших ушей, как и его брызнувший ехидный хохот. Подсознательно ты уже повелась на его заманчивые махинации, но вот вслух произнести этого язык не поворачивался. — Тебе точно понравится, обещаю.

— А если они вдруг вернуться раньше оговорëнного времени, а мы с тобой тут занимаемся не пойми чем. Что тогда? — Стоит тебе подумать о разгневанном Гето и о презрительном взгляде Сëко, как всё твоё тело охватывает нервная дрожь.

— А мы постараемся успеть к их приходу! — Годжо, конечно, не приверженец быстрого секса, но зато он любитель острых, за душу берущих ощущений. Сама мысль о том, что вы оскверните диван его лучшего друга, будоражит и в разы усиливает эрекцию. — Побудь немного послушной для меня, ладно.

Сатору облокачивается спиной о декоративные подушки, устраиваясь поудобнее и одновременно кладя тебя к себе на мускулистую грудь. Его горячие, пышущие жаром губы, жадно присасываются к мочке твоего уха, втягивая её в рот. Он слюнявит центральную часть твоей ушной раковины, проводя по ней языком из стороны в сторону. Сильнейший знает, какие именно эрогенные зоны наиболее восприимчивы к его пылким ласкам. Ты начнёшь течь ещё до того, как на твой клитор опустится большой мужской палец, принявшись дразнить его то по кругу, то по диагонали.

— Перестань с опаской поглядывать на дверь, лучше сконцентрируйся на мне! — Ты боишься, что вас застукают за неприличным деянием, тогда как Сатору полностью расслаблен и отдан делу. Он жаждет насладиться тобой, опустошить яйца, в которых обильно скопилась сперма, чтобы поделиться с тобой ею. Поэтому никакие обстоятельства не помешают ему замарать твою кожу своим семенем.

— Жарко, — Годжо — твой личный источник тепла и эйфории. С ним ты распаляешься, чувствуешь себя бесподобно. Он возносит тебя на вершину, дарит незабываемые эмоции, требуя ответной отдачи. Похоть и страсть берут верх над рассудком. Тебе становится фиолетово на всё. Важен лишь Сатору: его великолепное сексуальное тело, налитый кровью член, который тебе хочется сжать в своей руке без тканевой преграды, а потом и ощутить в себе. Из-за миссий и большого количества бумажной работы вы долгое время не могли насытиться друг другом.

— Уж теперь я точно съем тебя целиком! — Громадная ладонь возлюбленного, особенно по сравнению с твоей, проникает под футболку свободного кроя, моментально приподнимая бюстгальтер. Сильнейший скатывает часть ткани нательного изделия в своеобразный рулон, принуждая тебя зажать его между зубами. — Малышка, я ещё ни разу не пожалел, что купил тебе лифчик с застёжкой спереди. Знаешь, очень удобно.

Твои груди обнажены специально для него; Сатору не нужно просить прикоснуться к ним, он сам это сделает с нескрываемым восторгом и похотливым огоньком в глазах. Произведение искусства — это ты, а он твой ценитель и почитатель.

— Мои любимые большие мячики, — изящные пальцы партнёра, в обхвате вдвое больше твоих, умеренно сдавливают упругие формы, вжимая в них мягкие подушечки. Маг играется с твоей грудью, умиляясь тому, как она тютелька в тютельку помещается в его огромных лапах, — обожаю эти сиськи.

Тебя смущает абсолютно всё, что Годжо лепечет во время секса. Ему определённо нравится созерцать яркий румянец на твоих щеках. Соски также подвергаются приятной экзекуции. Ты мычишь, пытаясь выпросить большего, но маг нарочно игнорирует твои страдальческие звуки, продолжая удовлетворять тебя в своём привычном темпе. Нежно-розовые бусины твердеют прямо у вас на глазах, увеличиваясь в размерах. Язык Сатору плавно наматывает круги вокруг ареола, изредка задевая чувствительные бугорки. Маг хочет подразнить тебя, хотя и сам уже держится из последних сил. Он готов кончить уже от того, что ты лежишь на нём, покусывая запихнутую в рот футболку. Наконец твоего соска касаются влажные губы, предварительно смоченные слюной. Они терзают его, всасывают, словно пытаясь выдоить хоть каплю молока.

— Держишься? — Сильнейший не упустит возможность поиздеваться над тобой даже в такой интимный момент. — Мне прекратить? — Ты с трудом выражаешь несогласие, замечая, как руки партнёра мёртвой хваткой вцепляются в твои разведённые бёдра. Самые пикантные места до сих пор скрыты от его масляного взора. Это поправимо.

Маг не станет стягивать с тебя шорты и бельё, но отодвинет их вбок, чтобы получить доступ к истекающему и изнывающему по нему влагалищу. Свободной рукой он лезет в накладной карман брюк, чтобы достать из него однотонную чёрную повязку для глаз. Она же и перекрывает тебе весь обзор. Теперь ты не видишь главного: Сатору. Тебе позволено лишь чувствовать и хныкать от наслаждения. Каждая клеточка твоего тела трепещет и жаждет дополнительного внимания. Вот только Годжо сам решает, где и как долго тебя ласкать.

— Ох, малышка, а ты взвинчена даже похлеще меня, — напыщенно подмечает партнёр, дразня тебя сразу двумя фалангами у входа, плотно прижатыми друг к другу. Их толщины явно не хватит, чтобы заполнить тебя целиком. Пальцы погружаются в тебя по самые костяшки, пачкаясь в молочно-белых выделениях. Они активно сгибаются в тебе, трутся о стенки в надежде протолкнуться глубже, — с тебя и впрямь хлещет слишком сильно.

Сатору прижимает свою ладонь к твоей промежности, удивляясь тому, что она с лёгкостью прилипла к половым губам. Увидя, как твоё "возбуждение" осталось на ней, маг начал самодовольно усмехаться. Вязкие дорожки, образовавшиеся на коже, тут же пробуждают в нём безумный голод. Годжо высовывает язык, несмело касаясь кончиком лакомой субстанции, чтобы попробовать её. Судя по его озорно улыбающийся физиономии, вытекающая из тебя жидкость, пришлась ему по вкусу. Он в мгновение ока поглощает оставшиеся капли, поглаживая тебя по дрожащему бедру.

— М, по-жаалууй-стаа, — твоя вежливая просьба была внемлена им. Годжо не нужно просить дважды: он и так собирался овладеть тобой. Просто этот волшебный миг, когда он наконец-то войдёт в тебя, настанет чуточку раньше.

Тебя потряхивает от волнения и перевозбуждения. Сатору приспускает штаны до колен вместе с боксёрами и затем, обвивая своей влажной рукой внушающих габаритов член, приставляет головку к твоей растянутой дырочке. Дополнительная смазка в виде слюны тебе явно не требуется. Однако, дабы проникновение было совсем безболезненным и быстрым, маг распределяет твои природные соки по всей длине полового органа. И вот долгожданная заполненность, из-за которой ты покрываешься гусиной "корочкой".

— Блять, тугая все равно. Это я для тебя большой или ты для меня... — Годжо резко прерывается, чертыхаясь во весь голос, потому что ты сжала его слишком сильно и неожиданно. Немного выждав, он, придерживая тебя за ягодицы, начинает потихоньку совершать возвратно-поступательные движения. Хлюпающие звуки и твоя грудь, подскакивающая от каждого толчка, заставляют его ускориться. Вам двоим нереально хорошо. Пребывая в экстазе, ты думаешь лишь об одном: как поскорее оргазмировать вокруг члена любимого человека.

Твой разум затуманен, а тело отдано во власть развратного беловолосого мужчины. Сатору то гортанно рычит тебе на ухо, то рассыпается в комплиментах. Боготворить тебя за шаг до кульминации — его фишка. Он считает, что ты должна знать, насколько ты прекрасна и невообразимо красива в его глазах. Как жаль, что повязка мешает тебе рассмотреть всё вокруг. В дверном проёме уже некоторое время стоит обескураженный Сугуру, держа в руках пакет сладких мандаринов. Он не прерывает ваш половой акт, не гневается, лишь перебрасывается взглядами со своим другом, охотно наблюдая за процессом. Годжо целует тебя в покрытый испариной висок, отвлекая от лёгкой боли в соске, который только что был зажат пальцами.

— Я люблю тебя.

Сильнейший всегда распыляется о своих чувствах в преддверии апогея. Он вытаскивает из твоего рта, пропитанную насквозь слюной футболку, следом целуя тебя в губы и одновременно стимулируя ласковыми касаниями клитор. Оргазм близко. И ты ощущаешь его буквально через несколько секунд, постанывая в чужие уста. Феерия. Тебе срочно нужен отдых и бодрящий душ. Между ляжек липко и грязно. Сатору вжимается торсом в твою спину, покрепче хватаясь за твои бёдра, покрасневшие из-за его цепких сильных рук. Член беспрепятственно выскальзывает из тебя, утыкаясь в гладкий лобок. Партнёр просит тебя сжать пятерней чувствительную плоть, и как только ты делаешь это, вязкая сперма окрашивает твою ладонь, следом стекая на спущенные ранее магом штаны.

— В моей дорожной сумке есть сменная одежда, — щурясь, ты смотришь по сторонам, вспоминая, где вы. Теперь звуки и происходящее вокруг имеет для тебя значения.

— Кстати, Гето недавно вернулся. Когда будешь идти в ванную, укутайся хотя бы в мишуру.

— Скотина! Ты знал и промолчал! — Ты хватаешь подушку, кидая её в лицо смеявшегося на всю комнату Сатору. Ему весело. Он не уворачивается от летящей в него вещи, позволяя тебе выпустить пар. Ты без задний мысли садишься на торс возлюбленного, высказывая ему пару ласковых.

— Когда ты злишься, выглядишь такой сексуальной и обворожительной. Может мы продолжим!

— Нет! — Щелбан по носу ничуть не убавляет наново возникшее желание Годжо, упирающееся сейчас в твою ягодицу.

— А кто тебя станет спрашивать...