Яндере истории

Заждались? Приятного аппетита, леди!

Я единственный, кого тебе следует бояться | Дио Брандо, Сукуна Рëмен, Аказа, Цубаки |

Предупреждение: присутствуют хорни-моменты, героиню контролируют, укусы, пьют кровь, делают тебя своей собственностью, одержимость.

Примечание: действия происходят во сне героини, хотя так ли это на самом деле...
|
|
|

Мы — враги, лютые противники друг друга,
Связанные алой нитью судьбы.
Те, кто любит просто так, без особого повода,
В сердцах наших давным-давно оттаяли ледники.

Зимняя стужа сменилась палящим солнцем,
Жгучие чувства оставили отпечаток в душе.
Я смотрю на него и вижу в нём большее,
Чем лиходея и монстра, потрясшего сей мир!

Мы — противники, сражающиеся на поле брани,
Направляющие к груди друг друга,
Острые наконечники из нержавеющей стали,
Или пулю, содрогающую скалы!

Наши влюблённые взгляды,
Теплота в глазах и холод в душе,
Так терзает сердца, полюбившие однажды,
Вот только, что из этого выйдет в конце...

|
|
|

Персонажи: Дио Брандо
Фандом: Невероятные приключения ДжоДжо

Зловещий смех и гулкий рокот грома, беспрерывно барабанящие по винтажным окнам ливневые осадки. Сегодняшняя погода ни к чёрту, а к вечеру стало только хуже. Из-за непрекращающегося града и ливня ты промокла до нитки, замёрзнув, и, кажется, простыв. Старинный особняк, одиноко стоящий в лесу, как будто спрятанный от окружающего мира, манил своим величием и таинственностью. Ты укрылась внутри, решив найти камин или хотя бы печку. Наступая на половицы, ты боялась, чтобы они не заскрипели, выдав твоё местонахождение.

"Иди ко мне!"

Величественный надменный голос звал тебя, приказывая тебе ускориться. Ты поднялась по лестнице, трижды постучала в кнокер, сообщив о своём присутствии, а затем медленно отворилась дверь. Вдали на троне горделиво восседал мужчина; твоё человеческое зрение не могло узреть его великолепие, поэтому ты стала подходить ближе. Ярко-алые глаза сразу привлекли твоё внимание. Их владелец плотоядно вперился в тебя взглядом, обнажив свои белоснежные устрашающие клыки. Даже ощутив леденящий страх и мандраж во всём теле, ты продолжила сокращать расстояние между вами. Наконец, Дио смог прикоснуться к тебе. Он обвил своей длинной жилистой рукой твою талию, насильно усадив тебя к себе на колени.

Воцарилась короткая отягощающая пауза, которую моментально прервал довольный мужской смешок. Атмосфера в этом антикварном здании была гнетущей, под стать такому чудовищу, как он. Ты хотела уйти, но не могла. Конечности не слушались тебя, а разумом будто кто-то управлял. Гипноз? Какая-то техника? Неизвестно. Ведомо одно: ты полностью была во власти своего заклятого врага. Именно голос Брандо привёл тебя в этот особняк, поздней ночью, когда все обычные люди видели уже десятый сон.

— Для того, чтобы согреться, нужно снять мокрую одежду.

Вампир бережно провёл ладонью по твоей спине, ища застёжку, чтобы расстегнуть домашнюю рубашку. Ты даже не дрогнула, когда он оголил твоё лево плечо, а затем и правое. Его пальцы весьма грубо ощупывали твоё худое тело, освобождая себе путь к небольшой, но округлой груди. Из-за холода твои соски затвердели, став торчать в разные стороны. Сняв с тебя нательное бельё, твой могущественный враг пошло ухмыльнулся, явно что-то замыслив. Твои аккуратные острые ключицы манили, кожа была идеальной: ни прыщика, ни родимых пятен, ни засосов.

— Я так долго ждал этого момента...

Ненавистные клыки весьма быстро погрузились в шею, осторожно и неглубоко, но достаточно для того, чтобы начать осушать тебя. Он глотал, жадно поедая всё, что текло в рот, а после и по горлу. Тёплая вкусная девичья кровь, безусловно, была лучшим лакомством из всех существовавших на свете. Ты не могла сдвинуться с места, не то что убежать или позвать на помощь.

— Превосходно. Ты и впрямь деликатес, отныне только мой изысканный деликатес.

Дио стёр оставшиеся капли на губах тыльной стороной ладони, облизнувшись и задорно оскалившись. Его жажда утолена лишь наполовину. Рана ныла и пульсировала: из неё всё ещё продолжала вытекать кровь. Обладатель маски, увидев гусиную кожу и твои посиневшие губы, тут же переместил вас обоих поближе к камину. Он снял оставшуюся одежду, но лишь для того, чтобы после одеть тебя в велюровый халат цвета хаки.

— Не хватало ещё, чтобы ты замёрзла и сдохла из-за моей эгоистичной прихоти.

Дио укутал тебя сразу в несколько тёплых одеял из овечьей шерсти, подкинул побольше дров в комнатную печь, и затем принёс аптечку. По твоей шеи струились тонкие алые линии, такие красивые и манящие, что у вампира невольно снова просыпалась жажда и текла слюна. Клыки из-за чудовищной сущности заострились и стали выпирать из-под верхней губы.

— Я реагирую на тебя, Т/И, поэтому лучше не пересекайся со мной в реальной жизни.

Как только твоё тело перестало подрагивать от холода, а за окном утих дождь, ты проснулась, забыв обо всём, что произошло. Однако укус на шее, заклеенный пластырем, никуда не исчез.

"Мы встретимся с тобой в следующую ночь. Обещаю вести себя сдержанно..."

Персонажи: Сукуна Рëмен
Фандом: Магическая битва

Король — самая важная фигура на шахматной доске и в то же время бесполезная, если ей поставят мат. Ты боялась спать, так как каждую ночь в твой сон без спросу вторгались: это был кто-то величественный и сильный, знатных кровей и с четырьмя руками. Он пытался дотянуться ими до тебя, схватить и теснее прижать к себе, но ты всё время убегала, просыпаясь в холодном поту. К сожалению, сновидения каждый раз испарялись из твоей памяти, но ты отчётливо помнила гробницу, бесчисленное количество костей в округе и адскую жару, которую, казалось бы, не смог бы вынести среднестатистический человек.

Ты не спала уже больше двух суток; по всему дому валялись одноразовые плотные стаканчики с выпитым или недопитым кофе. Ты не хотела вырубиться и снова почувствовать на себе чей-то пронзительный угрожающий взгляд. Однако человеческий организм, такой слабый и ничтожный, как подмечал сам Король проклятий, не мог нормально функционировать без сна. В итоге ты снова очутилась в ином мире, вот только теперь он выглядел иначе: не зловеще и отталкивающе, а таинственно и притягательно.

"Ты должна найти меня, Т/И, я соскучился..."

Ты торопливо шла по просторному длинному коридору, боясь потеряться в кромешной темноте. Стоило тебе подумать о своём страхе, как вдоль бордовой дорожки зажглись канделябры. Кто-то определённо ждал твоего прихода. Ковровый путь привёл тебя в тронный зал внушающих размеров. Стоящий напротив тебя Сукуна, вызывал гамму ощущений в твоём теле. Тебе хотелось поклониться ему, поцеловать подол его роскошного кимоно и попросить прощение.

— Нет нужды! Ты ведь моя женщина, не склоняй голову, а смотри мне в лицо.

Из-под трепещущих ресниц ты разглядела вожделение и похоть в глазах этого господина. Так он смотрел на тебя в прошлом, когда ты была его любимой и главной наложницей в замке. Мужчина кормил тебя виноградом, а ты в благодарность играла ему на виолончели и пела колыбельную. Тогда вас тянуло друг к другу, уму непостижимо почему. В современном мире ты являлась его врагом, магом особого уровня со своей мощной техникой, способной уничтожить многих отвратительных существ. Однако твоя сила меркла на фоне его могущества.

— Моё тело нуждается в тебе, как и твоё во мне.

Рëмен не распевал о любви серенады, но был готов вырвать своё сердце, если потребуется. В конце концов оно так взбалмошно ухало лишь потому, что ты появилась в его жизни. Он подошёл, положил свои тёплые ладони тебе на щëки, слегка помассировал их пальцами... Высунув язык, Король прошёлся ним по твоим окровавленным губам, слизав желанные багряные капли. Видимо, ты кусала себя в надежде на то, что это поможет вернуться обратно.

— Перестань вредить себе, Т/И!

Услышав приказ, ты тут же прекратила терзать зубами свои дëсна и уста. Выхода не было. Капкан захлопнулся ещё тогда, когда ваши взгляды пересеклись. Ты ничего не помнила о своей жизни тысячелетней давности, хотя и верила, что реинкарнация существовала. 

— Мне потребовалось девяносто девять ночей, чтобы встретиться с тобой.

Почувствовав мускулистые могучие руки на своих плечах, ты дрогнула и попятилась назад. Поджилки затряслись рефлекторно, реагируя на его магическую ауру. Двуликий был так близко, что твои ноздри улавливали его природный терпкий запах и сладко-древесный бахур. То, как он пах, вскружило тебе голову похлеще самого действенного афродизиака на свете. Сукуна пах по-особенному лакомо.

— Признай, что по твоему телу растекается возбуждение только от того, что я рядом.

Король принялся освобождать себя от оби, а затем и скидывать со своих плеч кимоно. Прокачанные широкие плечи, массивные и крепкие, всегда были его главным достоинством. Груды мускул словно его визитная карточка сексуальности. Он казался тебе таким огромным и мощным, что тебе невольно захотелось проверить, насколько ты меньше его. Сукуна, словно прочитав твои мысли, вытянул свою гигантскую мясистую ладонь вперёд. Ты вложила в неё свою, ошарашенно выпучив глаза.

"Практически в два раза меньше".  

Моментально пронеслось в твоей голове, отчего на мужском лице распласталась ехидная усмешка.

— Ты всегда предпочитала мужчин побольше, во всех местах.

Судя по рдевшим щекам и нелепому выражению твоего лица, Двуликий попал в самую точку, точнее в ядро. Рельефные грудные мышцы оказались на уровне твоих глаз, как только он сделал шаг навстречу к тебе. Ты стеснённо пялилась на то, как на них падал приглушённый свет в зале. Обильное количество слюны непроизвольно скапливалось у тебя во рту. Тебе почему-то захотелось вобрать в рот его соски, слегка прикусить их и обсосать.

— Не отказывай себе в удовольствии. Я разрешаю тебе немного пошалить перед тем, как прозвонит будильник...

Персонажи: Аказа
Фандом: Клинок рассекающий демонов

Только во сне ты могла побыть со своим любимым наедине. Каждый раз закрывая глаза, ты оказывалась с Аказой в безопасном месте, подальше от городской суеты, сражений и страждущих звуков. Демон встречал тебя на мосту, даря тебе какой-нибудь деликатес или протеи. Вы, крепко державшись за руки, посещали торговые лавки, покупали многочисленные сувениры и сладости. Как жаль, что он не мог разделить с тобой одну и ту же еду на двоих. Вы были из разных миров, а в реальной жизни так вообще врагами.

— Не грусти, сегодня я смогу с тобой остаться до рассвета.

Ночной пирс и шум прибоя убаюкивали тебя, но не до такой степени, чтобы уснуть прямо на плече любимого. Аказа всё это время сидел рядом, бережно приобнимая тебя за талию и прижимая к себе. Ему нравилось вот так безмятежно проводить с тобой ночи напролёт, болтать о всяком и слушать отрывистые звуки чаек "ка-ка-ка".

— Пойдём в бунгало. Ты, кажется, понемногу замерзаешь.

— Не хочу! — Ты отрицательно помахала головой, а затем вжалась лбом в объёмные грудные мышцы возлюбленного.

— Давай я тогда костёр разожгу.

Пышущие зноем дни в августе, хоть и были жаркими, но вот ночи — прохладными. Аказа накидал углей в бесхозный мангал, стоявший на пляже возле какого-то заброшенного кафе. Зажигалки при себе у него не было, поэтому он добыл палку и какой-то небольшой кусок бревна, начав тут же тереть острый конец ветви о жёлоб. Дождавшись первых искор, он кинул загоревшиеся вещи в угли, и сразу же вернулся к тебе. Луна двигался так молниеносно, что твоё человеческое зрение не поспевало за ним.

— Пошли поближе к огню.

Демон подал тебе руку, чтобы помочь подняться с покрывала. Ты шла медленно, а он подстраивался под твой темп, внимательно глядя под ноги, чтобы убедиться, что на песке нет никакого стекла или мусора. Боялся, что ты поранишься, не заметив опасные предметы на своём пути; всë-таки в темноте он ориентировался гораздо лучше, чем ты.

— Пламя так приятно щекочет мои ладони.

Ты мягко улыбнулась, продолжив греться у костра. Аказа разместился позади, трепетно чмокнув тебя в копну волос. Он не отлипал от тебя ни на секунду, наслаждался твоим сладким запахом, трепетными касаниями, вашими робкими невесомыми поцелуями. Только в твоём мире сновидений вы могли быть едины. Вам чертовски не хватало друг друга.

— Не приходи завтра в лес, лады.

Демон предупреждающе шепнул тебе на ушко, принявшись одновременно отвлекать тебя от своих слов. Его чуткие проворные пальцы тотчас забрались под твою трикотажную майку, начав подворачивать ткань на животе в жгут. Тебе было стыдно, нереально стыдно...

— Не носишь бюстгальтер, — кокетливо пролепетал обожатель, чем взволновал тебя ещё сильнее. Лимонно-жëлтые глаза с пристрастием разглядывали каждый дюйм твоей мерно поднимающийся и опускающийся груди. Небольшие округлые формы, но такие соблазнительные и желанные, получат сполна мужского внимания.

— А если кто-то увидит? — Боязливо спросила ты, почувствовав, как вмиг напряглись плечи партнёра, к которым ты прижималась. Луна бы вырвал этим помешавшим глазные яблоки и хребты, но об этом он, само собой, не обмолвится ни словом.

— Мы на пляже одни, тем более сейчас ночь, поэтому, Т/И, думай только обо мне, о нас, хорошо.

Холодные губы любимого заскользили по твоей шероховатой сухой коже, вдоль шеи; прижались к пульсирующей артерии. Его твёрдые удлинённые зубы, напоминавшие с виду клыки, незначительно черкали по эпидермису, однако не протыкая его. Аказа бы не стал утолять свой голод именно таким образом. Хоть ты и доверяла ему, страх быть попробованной, а затем и съеденной, никуда не девался. Твоё сердце перестало биться ритмично, теперь оно ухало учащённо и интенсивно.

— Меня ноги не держат, — ты жалобно заскулила от того, что крепкие руки сжали твою грудь, словно мячики. Большие и указательные пальцы незамедлительно принялись стимулировать и без того донельзя чувствительные соски, делая их ещё твёрже и набухшее.

— Вон там есть металлические перила, — Луна меньше, чем за две секунды перенёс тебя к ограждающей конструкции, в которую ты и упёрлась ладонями, — днём здесь так оживлённо, повсюду люди.

Аказа подлил бензин в горящие угли, заставив тебя съëжиться, а твои даже самые короткие волоски на теле, встать дыбом. Ты уже собиралась в панике оглянуться по сторонам, но обзор тебе перекрыла широкая мужская рука.

— Нет нужды.

Демон издал крайне подозрительный хохот, но ты постеснялась переспросить. Внезапно позади тебя стали раздаваться смокчущие звуки: партнёр обильно покрывал слюной свои пальцы, чтобы после подразнить тебя ими. Он приказал расставить ноги пошире, и ты, без всяких пререканий, послушалась. Фаланги прошмыгнули к тебе в шорты, даже не удосужившись их расстегнуть. Они стали ублажать тебя через тонкую материю, изредка отодвигая её вбок, чтобы увлажнить твои половые губы. Мизинец, который изначально не был смочен бесцветной жидкостью, испачкался в твоих выделениях, едва дотронувшись до ластовицы. 

— Тебе даже не понадобится дополнительная смазка, развратница!

Аказа ласкал тебя, тогда как ты изнемогала от желания быть заполненной и доведённой до потери самообладания. С ним можно было забыться, можно было превратиться в бестолковую груду удовольствия. Твоё влагалище громко хлюпало, засасывая уже три пальца сразу. Ты сжималась вокруг них, согревала, в конце концов покрывала своей влагой.

— Нет, нет, нет, никакого преждевременного оргазма! Мы кончим вместе, когда я заполню тебя до краёв, поняла?!

— Хорошо, пожалуйста...

— Люблю, когда ты слёзно умоляешь меня, Т/И. Раз просишь, получай!

Не удивляйся, если проснувшись утром, ты почувствуешь себя разбитой, но удовлетворённой. Демоническая выносливость трижды превосходит человеческую.

Персонажи: Цубаки
Фандом: Сервамп

Алчные существа, окроплëнные кровью, не созданы для чего-то возвышенного и чувственного. Правда ли? Или это всё выдумки сказочников? Цубаки кажется тебе двуличным, лицемерным кукловодом, для которого похоть и любовь — это одно и то же. Он лепечет о глубокой симпатии, так легко и беззаботно, будто и вовсе не понимает, что это такое. Ты не можешь по щелчку пальцев принять его, привязаться к нему и ответить взаимностью. Отношения с партнёром выстраиваются также долго, как и карточный домик в человеческий рост. Вот только во время "строительства" один низкий поступок может полностью обесценить старания воздыхателя.

Грузные торопливые шаги становятся всё ближе и громче. Ты не понимаешь, где находишься, и поэтому паникуешь. Незнакомое помещение, напоминающее захудалое фойе, практически без толики света, пугает и заставляет твоё сердце до боли сжиматься в груди из-за нарастающего волнения. Ты точно помнишь, как ложилась в тёплую постель, как укрывалась огромным байковым одеялом, как за окном противно гудела машина. Стоп. А тот елейный голос, который пел что-то похожее на колыбельную... Чей он? Неужели ты играешь сейчас отведённую роль в безумном сценарии своего обожателя.

— Не бойся, я рядом.

"Кто? Где? Почему?"

Мозг посылает сигналы "бежать", но куда? Главное двигаться в противоположную сторону от шагов, которые вот-вот настигнут тебя. Ярко-багряные глаза, выделяющиеся в полумраке и пристально смотрящие лишь на тебя, заставляют даже твои волосы встать дыбом. Жутко. Страшно. Кошмарно. 

Затишье. В такой гробовой тишине ты слышишь своё повышенное гулкое сердцебиение. Ты пытаешься незаметно отойти назад воробьиными шажками, но лишь натыкаешься лодыжками на что-то громадное. Опрометчиво двинувшись назад, ты перецепляешься через подлокотники дивана, падая спиной на мягкую обивку. Внезапно раздаётся хлопок, и по всей округе загораются свечи. Вдали начинает играть саксофон, какая-то неизвестная классическая симфония.

— Надо же, ты сама пришла в пасть к зверю.

Уныние разражается истерическим смехом как сумасшедший, нагоняя страх и ужас. Он привык, что жертвы становятся более сговорчивыми, когда напуганы. Смотря на этого психа, ты вспоминаешь ваши случайные встречи в парке, в университете, даже в том районе, где ты снимаешь квартиру. Несмотря на то, что сервамп носит тёмные очки, ты знаешь, что он смотрит только на тебя.

— Меня редко интересуют люди. Вы такие жалкие и немощные, фу!

Мимика его лица меняется также быстро, как и осенние листья, падающие на асфальт во время сильного ветра. Цубаки присаживается возле тебя, поправляя кимоно и сосредоточено фокусируя свой озабоченный взгляд на тебе. Ты не можешь ни пошевелиться, ни убежать: как будто кто-то управляет твоим телом по своему эгоистичному желанию.

— Я всё это время был рядом, с тех пор, как ты дала мне красный платок на улице, чтобы я вытер кровь.

Сервамп в приподнятом настроении достаёт из внутреннего кармана кимоно тот самый аккуратно сложенный и постиранный носовой платок, целуя его кончик и блаженно прикрывая глаза. Он хранит эту вещь уже более месяца, словно это что-то ценное и дорогое его сердцу. Но, по-видимому, ты здесь не для того, чтобы забрать подаренное обратно. Цубаки пододвигается поближе, подкладывает тебе руку под голову так, чтобы его холодные пальцы могли нежно потереть твою щеку в любой момент.

— Ты великолепно пахнешь, мышонок. Хочу попробовать то, что течёт у тебя по венам и артериям.

Мужчина вжимается лбом в твою яремную ямку, усиленно втягивая ноздрями твой прелестный запах, чуть ли не постанывая от накатившего возбуждения в голос. Он нагло нюхает тебя, трётся зауженным кончиком носа о твою приятно пахнущую кожу, и упоëнно бормочет. Заводится. Кайфует. И восхваляет.

— Можно ведь попробовать тебя, да?!

Сервамп алчет ощутить твой вкус у себя на языке, проглотить его и упиться твоей кровью досыта. Возмутиться и сказать "нет", не предоставляется возможности. Твоя верхняя губа давяще прижимается к нижней, как только клыки, словно иглы, протыкают эпидермис. Цубаки поглощает тебя, жестоко и бесцеремонно, тем самым заключая между вами контракт. Но, не рассчитывай быть хозяйкой, у которой в руках поводок от верного пса. Ты не более, чем персональная игрушка для забав или чего-то большего, в случае если заинтересуешь его настолько, что его сердце начнёт сходить с ума по тебе.

Небольшие алые капли соблазнительно стекают по его подбородку, падая на твою тяжело вздымающуюся грудь. В месте поражения ощущается пульсирующая боль, из-за которой неприятно щиплет глаза. Дабы немного отвлечь тебя от дискомфорта, Цубаки принимается неистово целовать зону твоего декольте, издавая при этом чавкающие самодовольные звуки. Он одурманен тобой, одержим, помешан на том, чтобы стать для тебя единым, всем!

— Пожалуй, я оставлю тебя себе. Буду лакомиться тобой, пока ты мне не надоешь, а после выброшу как бесполезную обескровленную куклу.

Сервамп обожает доводить до отчаяния таких глупышек, как ты, но ему также нравится дарить эйфорию той, кто скрашивает его скуку. Он будет баловать тебя и наказывать. Любить и унижать. Поглощать твою кровь и дарить блаженные ночи. Ты привяжешься к нему, со временем, возможно на это потребуются месяцы. Ему некуда спешить, а ты ещё достаточно молода и энергична, чтобы развлекать и утолять его похоть.

— Совсем скоро солнце появится над горизонтом, моя Ева. Я хочу, чтобы ты осталась довольна моим гостеприимством, поэтому, почему бы мне не сделать тебе приятное...

Уныние никогда не преклоняет колени ни перед кем, разве что перед желанной женщиной, ради которой он готов нырнуть хоть в морскую пучину, хоть зажариться под палящими солнечными лучами. Твои ноги разводят врозь, достаточно широко друг от друга, чтобы между ними хватило места для одного весьма шаловливого вампира. Пижамные шорты без труда стягивают с твоего несопротивляющегося тела, откладывая их вбок. Цубаки не стягивает с тебя белья, а лишь отодвигает кромку в сторону, чтобы полюбоваться на то, что ему придётся ласкать языком.

— Ты будешь чувствовать, подчиняться, принимать столько, сколько потребуется, Т/И!