Яндере истории

Приветсвую, мои дорогие читатели, вы дождались новой, правда пока небольшой главы. Из-за моего плотного графика работы в этом сборнике будут выходить очень редко, примерно по главе раз в две недели. Так что, если не хотите ждать новых лакомств так долго, советую вам ознакомиться с другим моим сборником в профиле, где уже появились новые работы, пока меня не было. Там главы будут выходить намного чаще, и есть даже возможность заказать своего любимого персонажа.

Все ваши пожелания, которые вы писали в комментариях, были учтены. Персонажи из аниме "Кайдзю номер 8", "Дни Сакамото", "Доктор Стоун", "Повесть о конце света" и из других манг/манхв появятся в следующей главе, которая выйдет в это воскресенье. А пока вы ждёте чего-то по-настоящему горячего и захватывающего, насладитесь этой интересной работой. До скорой встречи! Не менее приятный бонус вас ждëт ниже.
|
|
|

Клод де Эльджео Обелия | Однажды я стала принцессой |

Когда я впервые понял, что схожу по ней с ума в её отсутствие, мне захотелось запереть её в своих покоях и никогда не выпускать. Чувства мои вырывались наружу, становясь сильнее с каждым днём. Я регулярно вызывал её на аудиенции и с плохо скрываемой жадностью пожирал своими глазами её красивые изгибы тела. Я досконально изучил её — не только внешность, но и привычки, плохие манеры, даже отсутвие элементарного этикета за столом. Она радостно ела мороженое кофейной ложкой и размешивала ею чай — и мне это безумно нравилось.

Т/И была искренней, такой лучезарной и тёплой, что я не мог перестать любоваться ею ни на секунду. Именно поэтому, на правах императора, я велел ей приходить ко мне на завтрак каждое утро. Мои покои наполнились её звонким смехом, который делал меня счастливым, и когда уголки моих губ в очередной раз приподнимались из-за неё, я думал о том, что не хочу делить её ни с кем. Её пухлые губы — мои, и вообще, любая женщина, которую я пожелаю, станет моей законной собственностью.

Мой дворец буквально превратился для неё в золотую клетку. Но именно здесь она в безопасности, и все эти её россказни о свободе, личном выборе, беззаботной жизни — пустая болтовня. Я лучше знаю, как устроен этот мир, и поэтому мне необходимо защитить её от льстецов и подхалимов. Она роскошнее любого драгоценного камня, единственная в своём роде, неповтримая и очаровательная. И я безмерно рад тому, что обладаю ей, что крепко сжимаю пальцами её ладонь, когда нависаю над ней в нашей постели. Я с любовью смотрю только на неё, прикасаюсь только к её сексуальному телу, мечу его, целую, кусаю, оставляю множество следов, и всё это для того, чтобы она ни на мгновение не забывала, что принадлежит мне.

Энджин | Гачиакута |

Когда я впервые ощутил жжение в груди и тяжесть в области сердца, как будто его с чудовищной силой сжимали тиски, я списал эту странную боль на усталость, напрочь отбросив мысль о ревности. А зря. Ведь симптомы, которые напрямую указывали на наличие у меня синдрома Отелло, такие как подозрительность, эмоциональные вспышки и собственнические повадки, становились всё более выраженными, а моё желание обладать ею, становилось неконтролируемым.

Каждый раз, когда я провожал её домой после работы, я в деталях представлял, как внезапно схвачу её и запру у себя в обители. Я чувствовал себя маньяком, который преследует свою будущую жертву, выжидая подходящего момента. Но от психопатов меня отличают сильные чувства и желание не причинять вреда, а защищать от всего, что дышит, ползает и движется вокруг неё. Я чрезмерно опекаю тех, кого люблю, и это одновременно хорошо, и плохо. Будь то насекомое, пьяный мужик или мусорная тварь, — ради неё я любого сотру в порошок, так что даже не останется следа.

В нашей спальне всё обустроено для её удобства. Большую часть вещей я смастерил сам, чтобы она могла пользоваться всем новым, а не бывшим в употреблении. Боже, всякий раз, когда я вижу её в полупрозрачной ночнушке на нашей постели, я завидую себе и тому, что её невинность, молодость и красота всецело принадлежат мне. Её мир — это я, и со временем она привяжется ко мне, полюбит меня так сильно, что ей больше никто не будет нужен.

Лучше всего она выглядит, когда её шелковистые, мягкие на ощупь волосы разбросаны по моей подушке, а её уставшее от череды оргазмов тело, дремлет под тонкой простынëй, а я с удовольствием наблюдаю за всем этим, потягивая крепкий марочный алкоголь. Если мне придётся силой удерживать её здесь, чтобы она не ушла от меня, я сделаю это, потому что я не собираюсь страдать или испытывать тактильный голод по ней. Раз Т/И однажды стала моей, она никогда не будет чьей-то ещё. Я этого не допущу!

Аид | Повесть о конце света |

Когда я впервые понял, что мне небезразлична человеческая женщина, я смеялся как умалишённый, но так и не смог выбросить эти нелепые мысли из своей головы: уж слишком сильно и глубоко её простодушный вид укоренился в моей памяти. Я долгое время не мог сосредоточиться на рабочих вопросах, а попытки развеяться с богинями вызывали у меня только отвращение и омерзение. Я брезговал прикасаться к другим женщинам после неё. Меня воротило ото всех, кроме неё, и это меня жутко бесило.

Я стал заложником непривычного чувства, которое у меня даже язык не повернулся бы назвать "любовью". Однако подсознательно я мечтал о ней, и как только я закрывал глаза хотя бы на минуту, её притягательный образ нагло возникал в моей голове. Вскоре я не выдержал таких мучений и ступил на человеческую землю. Я пришёл туда с определённой целью: забрать её и присвоить себе.

Я не дал ей выбора и просто забрал её в своё подземное царство, запугав её тем, что сокращу или прекращу жизни её близких, если она не пойдёт со мной добровольно. В её заплаканных глазах не было привычной отваги, только страх и обречённость. Я привык, что все вокруг меня боятся, а значит, и уважают, но почему-то мне не хотелось видеть её испуганной и загнанной в угол. Я заглушал её стенания, всхлипы и мольбы своими поцелуями. Если порой она сопротивлялась моим ласкам, я заставлял её принимать их.

Я оставил на её хрупком теле бесчисленное количество бордовых следов: в некоторых местах её кожа была покрыта моими большими и яркими отметинами, а в других местах — глубокими укусами. К старым, уже заживающим засосам постоянно добавлялись новые — каждая свежая отметина, появляющаяся на её коже от моих губ и зубов, напоминала ей обо мне. Мой запах оседал на ней при тесном контакте, смешиваясь с её. Я видел сотни, нет, тысячи ослепительных женщин, но я всë равно сознательно предпочитал её всем остальным. Всегда. Думаю, я никогда не устану любить и лелеять её, такова моя воля.

Осаму Дазай | Великий из бродячих псов |

Когда я впервые осознал, что её голос звучит слишком красиво и мелодично, я вдруг почувствовал невероятную ненависть ко всем, кто его слышал. Заставить её вести себя тихо и неприметно не составило труда, но я не хотел слишком сильно на неё давить, потому что опасался, что она замкнëтся в себе или сломается. Чужие взгляды, порой слишком заинтересованные и долгие, приводили меня в ярость. И хотя я закутывал её в свой тёмный плащ, на неё постоянно обращали внимание мимо проходящие мужчины. Как же бесит!

Я бы убил каждого, кто коснётся её не только кончиками пальцев, но и взглядом. Собственно, так я и делаю, только она об этом до сих пор не знает. Пуля быстро лишает жизни обычного человека или эспера. Наш дом — это место, в котором я чувствую себя относительно спокойно и расслабленно. Здесь ей безопасно и комфортно, потому что я лично забочусь о ней, согреваю её своим телом холодными ночами, защищаю её от этого гнилого, презренного мира.

Мне доставляет настоящее удовольствие слышать биение её сердца. Меня заводит то, как оно сначала выстукивает собственный ритм, а через мгновение начинает биться громче и быстрее из-за меня. Она — моя причина наслаждаться этой жизнью. Я слаб перед её хрупкостью, невероятно голоден при виде её обнажённых плеч и красивой линии ключиц, и возбуждён, когда она беззаботно расхаживает по нашей спальне в футболке на несколько размеров больше.

Я любуюсь ею один, когда и где захочу, и она знает, что отказывать мне в этом удовольствии нельзя, иначе я рассержусь и вместо приятного шёпота ночью она услышит кучу грязных слов в свой адрес. Иногда, конечно, она заслуживает унижений. Напоминая ей о её месте, я прижимаю её щеку к подушке, цепко сжимая пальцами её волосы у корней. Грубый, безудержный секс, длящийся несколько раундов и различные наказания в виде плевков в её рот и шлепков по заднице, быстро напоминают ей, кто в нашей паре главный. В такие вечера, когда я злюсь или недоволен её поведением, она не получает никакого удовольствия — только боль, гневные тирады и множество следов на коже.

Моя любимая девочка научена горьким опытом и знает, как вести себя со мной. Думаю, у меня довольно хорошо получается прививать другим послушание через наказание. В конце концов, метод кнута и пряника работает лучше всего. Ей гораздо больше нравится ощущение моих губ на теле, чем холод лезвия или дискомфорт от моих зубов. В любом случае, независимо от её поведения, свежие отметины регулярно украшают её шею и плечи, я за этим тщательно слежу.

| Бонус |
| Осознание=Признание | Любовное письмо |

Стэнли Шнайдер | Доктор Стоун |

"Как ты думаешь, сколько раз человеку нужно выкурить сигарету, чтобы стать зависимым от неё? А сколько раз мне нужно было встретиться с тобой, чтобы возвышенные чувства, именуемые любовью и глубокой привязанностью, стали смыслом моего существования? Бороться с вредными привычками так же сложно, как и противостоять влечению к женщине, которая мне небезразлична. Эти ненавистные чувства сильнее духа воина. Ты делаешь меня уязвимым и заставляешь меня выглядеть жалко в собственных глазах.

Одна чёртова пуля, и всё будет кончено. Я выравняю мушку и направлю прицел тебе в голову. Ты умрёшь быстро, даже не успев почувствовать боли, а я навсегда освобожусь от твоего пленительного образа. Мне всего лишь нужно прицелиться, один раз нажать на курок и закрыть глаза, чтобы не видеть, как ты испускаешь свой последний вздох. В общем-то, это письмо должно было быть для тебя не предостережением, а скорее признанием, но ты сама видишь, как всё обернулось не в твою пользу. И я искренне сожалению, что мы враги. Если бы мы были союзниками, я бы без колебаний предложил тебе встречаться. А так... Нечего пустословить.

Забудь о моих случайных прикосновениях, их больше не будет, как и моего влюблённого взгляда, постоянно задерживающегося на твоём лице дольше положенных трёх секунд. Хотя, откровенно говоря, когда я остаюсь наедине со своими мыслями, я предаюсь идеалистическим фантазиям и мечтаю о полноценной семье. Как считаешь, у нас что-нибудь получится, если мы попробуем встречаться? Отношения — как болотная трясина, они затягивают по самые уши. Я боюсь, что создав узы с тобой, я больше не смогу быть твёрд, сдержан и равнодушен к женским слезам.

Страх показаться слабым и ничтожным в глазах других, мешает мне сделать первый шаг. Но моё желание сблизиться с тобой духовно и физически выше этих фобий. Если я скажу тебе при встрече, что хочу быть с тобой и пережить все радостные и горестные моменты вместе, согласишься ли ты быть моей? Я готов поклясться, что никогда не направлю на тебя оружие, ни холодное, ни огнестрельное, если ты ответишь мне взаимностью. Я дам нам шанс стать по-настоящему счастливыми, Т/И, вдвоём. Надеюсь, мы скоро увидимся лично, без свидетелей. Твой Стэн."