34 "Не хочу отпускать"
Сквозь пелену сна я почувствовала знакомое присутствие. Приоткрыв глаза, я увидела его силуэт в лунном свете - и это не было сном. Я мгновенно вскочила с кровати, и Леви непроизвольно вздрогнул от моего резкого движения.
— Леви...— я бросилась в его объятия, обвивая руками его шею.
Он замер на мгновение, его тело напряглось от неожиданности, но затем я почувствовала, как его руки осторожно легли на мою талию, прижимая меня к себе.
— Ты меня напугала, — его голос прозвучал приглушенно, прямо у моего уха.
Вдыхать его запах — было самым прекрасным ощущением. Но воспоминания вечера вернулись ко мне, и я слегка отстранилась, хотя его руки не отпускали мою талию.
— Ты завтра уезжаешь за стены? — спросила я, глядя прямо в его серые глаза.
—Да.
Мои пальцы все еще цеплялись за его плечи, а его ладони твердо держали меня.
— Почему ты мне не сказал? — в моем голосе зазвучали обида и тревога. Я попыталась отодвинуться дальше, но его пальцы сжались сильнее, не отпуская.
— Потому что начнешь говорить что-то вроде "можно я с вами?'" — он словно читал мои мысли.
— И что? Нельзя, что ли? — выпалила я.
— Ты глупая? — он покачал головой.
— Эй! — я надула губы.
Леви закатил глаза, тяжело вздохнув:
— Глупая, если думаешь, что я тебя отпущу с нами.
— Я не глупая! Я просто... — я запнулась, подбирая слова.
— Просто что? Хочешь быть обузой? Потому что ты не кадет и не умеешь ничего, что умеет солдат? — его слова резали правдой.
Я замолчала, обдумывая его слова. Я действительно не хотела создавать им проблем, но мысль о том, чтобы остаться здесь одной, пока они отправляются в смертельно опасное путешествие, была невыносимой.
— Я могу хоть чем-то помочь...— начала я, но он резко прервал:
— Нет! Это не обсуждается!
— Но...
— Рин! — его голос прозвучал строго.
Я опустила взгляд, чувствуя, как на глаза наворачиваются слезы. Леви заметил это, цокнул языком и мягко поднял мое лицо за подбородок.
— Я постоянно отправляюсь за стены. Раньше тебя это не волновало.
— Просто девочки сказали, что задание очень опасное... И что в прошлый раз ты чуть ногу не сломал и чудом выжил.
— А ты их побольше слушай — они тебе и не такое расскажут... Я вернусь завтра, и ты увидишь, что меня не так-то просто убить.
— А если не вернешься? — мой голос дрогнул.
— Вернусь! — он сказал это с такой уверенностью, что на мгновение я действительно поверила. Его большой палец нежно провел по моей щеке, стирая непрошеную слезу. — Обещаю.
Я вцепилась в него так, словно он мог исчезнуть в любой момент. Внутри всё кричало — хотелось топать ногами, рыдать и требовать, чтобы они никуда не ехали без меня. Но один взгляд на его стальные глаза заставил смолкнуть — я точно знала: скажи ещё слово, и он не постесняется врезать.
Поэтому я просто прижалась сильнее, уткнувшись носом в впадину у его ключицы. Сначала он замер, но через мгновение его ладонь начала медленно водить по моей спине — грубые пальцы неожиданно нежно скользили по ткани.
— Ложись спать — его голос прозвучал приглушенно через несколько минут.
— Нет.
— Рин...
—Не отпущу до утра
— Мне тоже нужно поспать перед завтрашним днем.
—Тогда ложись со мной.
Рин... — в его голосе зазвучало предупреждение.
— Тебе сложно со мной лечь? — я специально сделала глаза как у обиженного щенка и почувствовала, как он напрягся.
— Чёрт... Саша так же строит лицо, когда хочет избежать наказания. Но у тебя получается эффективнее — он тяжело вздохнул. — Ладно. Ложись, я рядом прилягу.
— Правда? — я просияла, хотя радость была горькой — ведь завтра он всё равно уедет.
Скинув куртку, я устроилась на кровати, оставив место для него.
— Не переоденешься в сорочку? — спросил он, оценивающе глядя на мою форму.
— Нет, утром всё равно форму надевать.
Его лицо стало каменным.
— Переоденься.
— Ну Леви!
— Бегом. В форме спать не будешь.
Пока он разглядывал мои корявые чернильные сердечки на столе (я видела, как его губы дрогнули в улыбке), я поспешно сменила форму на легкую хлопковую сорочку.
— Готово! — плюхнулась обратно на кровать.
— Будешь тратить чернила на ерунду — больше не получ...
— Тогда попрошу у Эрвина! — выпалила я без мысли.
Он мгновенно обернулся. Воздух в комнате стал ледяным. — У кого? — каждый звук был отточен как лезвие.
— У... у командира Смита — поправилась я, сглотнув.
Леви встал и медленно подошел.
— За это я тебя... заставлю чистить все туалеты в штабе в одиночку. Чтобы неповадно было хихикать с другими.
— Боже... Леви, да ты настоящий собственник!
Он хотел что-то возразить, но лишь сжал кулаки.
— И что? Должна понимать — я такого не потерплю.
— Хорошо — я не смогла сдержать улыбку.
Он отвернулся, но я заметила, как дрогнул уголок его рта.
— Так, встала и повесила форму нормально, а не на дверцу шкафа.
Понадобилась секунда, чтобы осознать серьёзность его тона. Я поднялась, стараясь не смеяться.
— Ну конечно, я совсем забыла, что это Леви Аккерман — пробормотала я, аккуратно вешая одежду.
— Готово, капитан! — щебетнула я
Он покачал головой, закатывая глаза, но я поймала сдерживаемую улыбку в уголках его губ.
— Ложись, давай — он погасил свет и осторожно лег рядом.
Мы лежали лицом к лицу на узкой кровати, расстояние между нами было минимальным, но ощущалось как непреодолимая пропасть. Я не могла оторвать от него взгляд — мои глаза, казалось, впитывали каждую черту его лица в лунном свете.
Его ладонь легла на мою голову, пальцы медленно запутались в волосах.
— Закрывай глаза — прошептал он, его голос звучал устало.
— Не могу... не усну — призналась я
— Мне уйти? — спросил он, но я резко вцепилась в его руку.
— Нет! — я прижалась к его груди, вдыхая его запах. Он не оттолкнул меня, продолжая поглаживать мои волосы.
Но внезапно я подняла голову:
— Ты ведь ничего не боишься, да? Даже ночных кошмаров?
Леви опустил на меня взгляд, и вместо ответа резко бросил:
— Заткнись уже и спи.
— А может, ты боишься насекомых? Или... о, точно! Грязи! — я не сдавалась.
— Рин... — в его голосе зазвучало предупреждение.
— Точно! Когда всё грязное и пыльное...— я продолжала, но он внезапно обхватил мое лицо руками.
Его губы нашли мои в яростном, требовательном поцелуе. Это не была нежность — это было завоевание. Его язык проник в мой рот с властной настойчивостью, переплетаясь с моим в горячем танце. Одна его рука сжала мои волосы, слегка откидывая голову назад, давая лёгкий доступ. Другая скользнула по спине, прижимая меня так близко, что я чувствовала каждый мускул его тела.
Поцелуй был огненным, лишающим рассудка. Я слышала собственный стон, когда его зубы слегка прикусили мою нижнюю губу, прежде чем снова поглотить её целиком. Возбуждение смешивалось с нарастающей сонливостью — словно он знал, что это единственный способ меня усыпить.
Когда он наконец оторвался, мы оба дышали прерывисто. Мои губы горели, распухшие и чувствительные от его яростного натиска. Они стали пухлыми, влажными и ярко-алыми, как спелые ягоды, покалывая от каждого прикосновения воздуха.
Он провел пальцем по моей нижней губе, и его прикосновение заставило меня вздрогнуть.
— Стали такими... соблазнительно опухшими — прошептал он хрипло.
Дыхание постепенно выравнивалось, веки тяжелели. Его рука снова заскользила по моим волосам, и на этот раз я не сопротивлялась, погружаясь в объятия сна под ритм его сердца