Моё сердце ты уже завоевал
Наши отношения с Максом давно устаканились, как и режим, в котором мы живём уже больше года. Частенько именно он засиживается допоздна за монтажом или прописыванием сценария, а я, отложив телефон, ложусь в холодную постель, ожидая, что где-то посреди моего пятого сновидения парень всё же ляжет рядышком и, крепко обняв со спины, уткнётся носом в мои волосы, даря приятное чувство тепла и защиты. Поскольку ложусь я раньше, то и период бодрствования начинается задолго до Максима.
Однако сегодняшнее утро началось с непривычной пустоты на другой стороне постели, стоило мне протянуть руку и не обнаружить под ней во всю сопящего и уткнувшегося лицом в подушку Тарасенко. Я приподнимаюсь на локтях и сонно протираю глаза тыльной стороной ладони. Заспанным взглядом осматриваю кровать, не сразу замечая шуршащий нежно-розовый пакет. Принимаю сидячую позу и, зевая, подминаю под себя ноги. Смаргиваю пелену перед глазами и наконец фокусирую взгляд на постели, усыпанной лепестками роз. Брови сами ползут вверх, не давая никаких шансов, чтобы не умилиться такому жесту со стороны молодого человека.
Тянусь к прикроватной тумбочке, чтобы по своему обыкновению взять телефон и посмотреть на время, однако замечаю букет кустовых роз, занимающих всё пространство тумбы. Улыбка расплывается на губах, когда я подсаживаюсь поближе и, наклонившись, вдыхаю полные лёгкие приятного цветочного аромата, а затем вытягиваю из-под букета свой смартфон, снимая блокировку.
«Чёрт, сегодня же восьмое», — наконец доходит до моего всё ещё сонного, но безумно счастливого сознания.
Макс всегда любил делать сюрпризы, ещё с самой первой недели знакомства дарил мне очаровательные подарки и устраивал необычные свидания. А праздники были лишь дополнительным поводом порадовать меня.
— Доброе утро, спящая красавица, — слышу родной голос справа от себя и шустро разворачиваюсь на звук. Максим стоит в дверном проёме, облокотившись о косяк и сложив руки на груди в замок. Его кудри находятся в лёгком беспорядке, который я всегда считала безумно очаровательным. Тарасенко поправляет очки на переносице и подходит ближе, тепло улыбаясь. — Надеюсь, ты хорошенько выспалась, потому что у меня наполеоновские планы на сегодняшний вечер, — он наклоняется и мягко чмокает меня в губы.
— Моё сердце ты уже завоевал, куда ещё грандиознее? — Ответно улыбаюсь я, притягивая Макса за ворот футболки и запуская пальцы в отросшие кудряшки на затылке, чтобы снова поцеловать, но на этот раз глубже, медленнее, нетерпеливее.
— По плану осталась ещё рука, — сквозь поцелуй кое-как бормочет Максим, утопая в моих ненасытных объятиях. Сердце странно ускоряет ритм от смысла, который считывается в этой маленькой и, казалось бы, безобидной фразе.
Я отрываюсь от его мягких тёплых губ и с лёгким лисьим прищуром гляжу в карие омуты напротив.
— Ты же не собираешься?.. — С опаской в голосе шепчу я и вопросительно пялюсь на лицо Тарасенко, словно пытаясь найти там ответ.
— Сделать тебе предложение? — Совершенно спокойно произносит он, как само собой разумеющееся, а моё сердце снова гулко ударяет о рёбра, отдаваясь вибрацией в глотке. — В этом и был смысл, — говорит обыденно, словно создание семьи — это почти то же самое, что в магазин за продуктами выбраться. — Обязательно, но не сейчас, — после недолгой паузы успокаивающим тоном добавляет он, явно заметив смятение в выражении моего лица. — На сегодня я просто хочу порадовать тебя.
Я нехотя отпускаю Максима из своих рук и откидываю одеяло в сторону, потягиваясь. Выбираться из тёплой и уютной постели совсем не хочется. А вот задержаться в ней с любимым человеком уже звучит гораздо привлекательнее, но я отбрасываю эту мысль, так как интерес перевешивает.
— И какой же план? — Лениво спускаю ноги на холодный пол и слегка топчусь голыми ступнями по мягкому ковролину, упираясь руками в край матраса.
— Для начала завтрак, душ и сборы, — начинает перечислять Тарасенко, а у меня в голове уже куча неприличных фантазий, как эти простые утренние ритуалы можно было бы обыграть в честь праздничного выходного. — Потом, по плану, идём в книжный покупать что-то из твоего списка желаний. Идём с ребятами на квест, как договаривались, и вечером я веду тебя в ресторан на свидание.
Я тихонько хихикаю себе под нос, опустив голову и наконец запускаю ноги в тапочки, вставая с постели.
— Звучит, как обычный вторник, — пожимаю плечами и делаю вид, что абсолютно не впечатлена. — Избаловал ты меня, — шучу я и наконец поднимаю глаза на Максима. Тот заговорщически глядит на меня и улыбается уголками губ.
— И это я даже не старался, — шутливо отвечает он, а на душе становится теплее от его голоса и милой улыбки. — Загляни в пакетик, — кивает он в сторону розовой вещицы, которую я заприметила сразу же по пробуждении, но почему-то не заглянула внутрь, хоть и понимала, что там, скорее всего, мой подарок.
Хмурю брови и неспеша тянусь к пакету на другом краю постели. Цепляю двумя пальцами ручки и тяну на себя, краем глаза замечая содержимое.
— Я боюсь открывать, — меня вдруг берёт непонятно откуда взявшийся мандраж. Всеми силами прячу от своих глаз наполнение, усердно не отрываю взгляда от лица Максима и пальцами свободной руки сжимаю края пакета. — Кажется, я знаю, что там.
— Посмотри и узнаешь наверняка, — пожимает плечом Тарасенко, а я уже чуть ли не трясусь от предвкушения распаковки.
— Не могу, — сжимаю веки и вслепую протягиваю подарок в сторону Макса. — Ты достань, — командую я и слышу, как он смеётся.
— Это твой подарок, милая, — нежно проговаривает он и, подойдя ближе, осторожно проводит подушечками пальцев от локтя к запястью, держащему пакет. — Смелее.
Я не глядя запускаю руку внутрь пакета и нащупываю содержимое. Пальцы касаются прохладной упаковки и я тихонько взвизгиваю. Аккуратно вытягиваю коробку и не сразу, но всё же открываю один глаз.
— Обалдеть! — Кричу я от восторга и подпрыгиваю на месте, когда замечаю название на боковой стороне. — Это та камера! Ты запомнил, — в уголках глаз скапливается влага. Я с трудом сдерживаюсь, чтобы не заплакать и не кинуться Максу на шею, чтобы зацеловать и заобнимать его до смерти.
— Конечно, ты так на неё смотрела, что я не мог отказать себе в удовольствии подарить тебе твою первую, по-настоящему блогерскую камеру, — мои эмоции не выдерживают давления, поэтому я всё же обвиваю его шею одной рукой и наспех расцеловываю его щёки, бормоча слова благодарности.
— Ты лучший парень на свете, — восклицаю я, сталкиваясь со счастливым взглядом Тарасенко. Он глядит на меня так тепло и по-родному, будто моё счастье каким-то образом разлилось и в его груди.
— Для лучшей на свете девушки, — Макс стискивает мою талию пальцами, и я чувствую, как он крепко прижимает моё тело к себе, не желая отпускать. — Откроешь коробку? — Добавляет он после нескольких мгновений в объятиях друг друга.
— Там что-то ещё? — Зная Тарасенко, даже после такого невероятного подарка можно ожидать всего, чего угодно.
— Не знаю, — по-актёрски пожимает плечами он.
Я отстраняюсь от Максима и отхожу на шаг назад, чтобы распаковать камеру. Поддеваю пальцем край крышки и неспешно открываю её. Стоит моего взгляду схватиться за неопознанный объект внутри, как мозг перестаёт функционировать на целые три секунды. Я быстро-быстро моргаю несколько раз, словно это действие рассеит иллюзию, но ничего не происходит. Макс выжидающе смотрит на мою реакцию, а я лишь глупо хлопаю ресницами и не понимаю, что происходит.
— В какой момент твоего сегодняшнего плана вписывается перелёт в Париж на двоих? — Ровным, практически безжизненным голосом бормочу и в недоумении перевожу взгляд на парня.
— Я не уточнял, куда мы идём на ужин, — преспокойно отвечает Максим, а я даже рот закрыть не могу от удивления.
— Хочешь сказать, мы летим в Париж на ужин? — Произношу так, словно это самая абсурдная вещь за всё время моего существования. Хотя, впрочем, так оно и есть. А какая ещё должна быть реакция у человека, которому предлагают позавтракать в Питере, а вечером пойти на свидание под огнями Эйфелевой башни?
— Ну, не совсем так, — тянет Тарасенко задумчиво, — мы летим туда на выходные, а свидание сегодня как раз отлично вписывается в праздничную атмосферу.
Я молчу, кажется, целую вечность, пытаясь переварить всё, что произошло, однако на деле проходит от силы секунд десять.
— Нам точно нужен сегодня книжный и квест с друзьями? — Как бы невзначай интересуюсь я, откладывая на прикроватную тумбу свой подарок.
— Они были в плане, так что... — Макс даже закончить не успевает, как я подхожу ближе и, укладывая ладошки на его плечи, прижимаюсь к его тёплому телу.
— Может, всё-таки задержимся дома? — Обвожу взглядом черты лица Тарасенко и задерживаюсь на губах. — Кажется, у меня появился план получше, — приподнимаюсь на носочки и нежно завладеваю его губами в чувственном, долгом поцелуе. Ласкаю кончиком языка податливые уста парня и толкаюсь глубже. Макс охотно впускает меня в свой горячий гостеприимный рот и переплетает наши языки. Пальцами давит на поясницу и заставляет впечататься в его пах сильнее. Слышу, как сбивается наше дыхание и с каким наслаждением Тарасенко отдаётся процессу, постанывая в мой рот.
Главное, не упустить момент, когда нужно будет собирать вещи перед вылетом...