Chapter 8
Я разворачиваюсь и иду прочь. Не хватало ещё становиться шутом на глазах у всех. Её надо было сразу поставить на место, а теперь она ведёт себя в моей фракции, как у себя дома! Всё из-за этой суки Мэтьюз. Неделя... Из-за неё меня
неделю не было во фракции, и этот Фор игнорировал новые правила, а
Саманта ему потакала. Ещё и не поверила, поперлась сама в эрудицию проверять. Да никто не поверит, я сам не верю в это: вот так, ни с хуя, Лидер бесстрашия с тремя эрудитами ушёл в экспедицию за стену. Новые данные, отражатели... Как же! Эта расчётливая сука заставила несогласного с ней Лидера, который мог повлиять на Макса, отправиться за стену. Но как?
Сыворотка же ещё недоработана, а постовые утверждают, что он сам группу вёл. Хуйня какая-то. Не верю я в такие совпадения. Она слишком много от нас скрывает...
Пять дней по лесу и болоту небольшой группой ползали, юнца одного в гниющей топи похоронили, три изможденных тела рядом с границей обнаружили. Зато, блять, Лидера нашли, живого. Толку-то? Очередной овощ, как и остальные. Не сдох в лесу вместе с эрудитами только потому, что выносливый
и сильный... Был. Отличный был бесстрашный, хоть и не доверял мне, но тут я сам виноват - подставился, Фор ему больше нравился, видите ли! Ебать, я хотел её экспериментальные методы. Перегорел у него мозг к хуям
собачим, и нечего там уже восстанавливать. А Макс ещё надеется. Он же не идиот, на кой себя мучить дальше? Она же из него лабораторную крысу сделала:
отключить тело от ИВЛ и похоронить уже Элмера как настоящего бесстрашного.
Нахуй! Пусть теперь Саманта его во фракцию уговаривает вернуться.
Ещё девка эта. Сразу решила всем показать, какая она бесстрашная, и лидер для нее пустое место.
— Как обычно! - Бармен выдает мне стакан и бутылку виски. Я занимаю столик в дальнем углу, где меня почти не видно, плещу виски в стакан и достаю пачку сигарет и спички. Надо успокоиться.
Бесстрашная... Я весь день за ней наблюдал. Лидерский отпрыск к ней явно благоволит, а значит, и Саманта... С эрудиткой бывшей общается, а ведь она была одной из любимчиков этой суки. Из-за чего она перешла? Неужто Метьюз
пытается повторить прошлогодний фокус, раз со мной у неё не сложилось? И место освободила... Нет! Бесстрашные такого больше не допустят, я не допущу!
Дерётся девка как бесстрашная, держится как бесстрашная, да блять, у неё инстинкты бесстрашной. Как только я начал её изучать, она поняла,
оглядывалась, искала меня. Эрудит не может так себя вести! Не все через год в бесстрашии такое чутьё приобретают. И у парня приблизительно моя комплекция, он слабее, конечно, но, тем не менее, значительно крупнее девки, а она играючи его отправила в нокаут. Не могла она так за неделю
натренироваться, да сила тут определённая нужна. Стреляет она, вроде, неплохо, если верить отчётам Фора. Надо проверить завтра. И его отослать куда-нибудь на день. Посмотрю, чему он вообще смог их научить за неделю.
Да, виски в бесстрашии определённо лучше этой мочи эрудитов. Я достаю сигарету и прикуриваю. Выпуская клубы сизого дыма, вспоминаю зачетные бои: урождённые, как и ожидалось, отлично подготовлены, сынок Саманты удивил даже; из переходников драться умеет только девка и Энтони, но девка шустрее, он её недооценил. Я её недооценил, чего лукавить-то. Кто же знал, что под её огромной футболкой, из-под которой только сиськи выпирают, есть мышцы. И
эти её тёмные волосы, от которых пахнет ветром... Выскочка!
Голова потяжелела, и я тушу сигарету, не докурив её, и опустошаю стакан, сразу же наполняя. Если Фора в диспетчерскую отправить, он же только на нас и будет смотреть. Да он же у нас мать Тереза! Поедет первым же поездом за Максом. Метьюз в его присутствии выёбываться не сможет. Двумя проблемами меньше. Макс вернётся. Надеюсь, сука эта ему ещё больше мозги не запудрит, и
мы уже решим, что дальше делать с ней, с неофитами и бесфракционниками.
Вот откуда у этих мразей оружие? За этот год мы людей в патрулях потеряли больше, чем за пять предыдущих, а Саманта ещё нововведениями недовольна.
Вот как она не понимает, что нам нужны бойцы, а не пушечное мясо? Баба, одним словом...
— Привет, Эрик, - напротив меня садится какая-то размалеванная брюнетка с пышной грудью. Элла - отвратное имя.
— Чего тебе?
— Вернулся и даже не поздоровался, — притворно надувает губки и хлопает
ресницами так, что тушь начинает осыпаться на нижнее веко. — Э-эр-и-ик, я соскучилась.
— Мне-то какая печаль? Отвали! — Дура. Как меня угораздило? Можно было бы её ещё разок... Но у меня на завтра планы, а она надумает себе лишнего, и разборки с истеричной бабой не избежать.
Я беру недопитую бутылку и
отправляюсь в свою комнату, пока ещё кто-нибудь не нарисовался.
POV Ада
В малом тренировочном зале из старших стоит только Эрик,
подпирая спиной стену, сложив руки на груди. Как всегда закрыт.
— Наконец-то, — презрительно кидает он, когда вся группа неофитов в зале. — Фора сегодня не будет. Подошли к столу, взяли оружие и разошлись по мишеням. Живо! - приказывает он.
Как, Фора не будет? Мы с Эриком весь день... Этого только не хватало. Неужели Лидеру больше нечем заняться, кроме как неофитов тренировать? А
тренировать ли? Вчера он наблюдал за нами, избить меня пытался руками Тони, изучал и угрожал. Меня от одного его взгляда то в озноб, то в жар бросает, да и ребятам, я смотрю, не лучше.
— Ты слишком напряжена. Расслабься! — его дыхание на моей коже. Кофе... От него пахнет кофе, а не порохом.
— Может, ты отпустишь меня? — предпринимаю я попытку избавиться от него. — И я расслаблюсь.
— Не пытайся указывать, что мне делать, выскочка, — как-то беззлобно говорит он. Я бросаю на него взгляд. Он спокоен и сосредоточен. Его руки крепко держат меня в одном положении. Сильные. Наваждение какое-то. — На мишень смотри и расслабься уже! — он встряхивает меня. — Хочу понять, это ты бездарная или Фор? — презрительно добавляет он.
— Расслабь немного кисти, не пытайся ты задушить пистолет, и стреляй уже. — Делаю, как он сказал. Выстрел. Пуля прошивает мишень ровно по центру. Отдача вдавливает меня в него ещё сильнее. Жара нет. - Теперь сама. Стойку не меняй, — он, наконец, отпускает меня и делает шаг назад.
Спине вдруг стало холодно там, где только что было его теплое сильное тело. Я послушно повторяю. Пуля входит в мишень совсем рядом с центром. Я улыбаюсь своему успеху, а может, тому, что Эрик помог мне. А почему он мне помогает? Не думаю, что он делает что-то просто так, и не
уверена, что действительно хочу знать его мотивы.
— Попадёшь раз в дыру в центре, получишь дополнительные баллы, — громко, чтобы все слышали, обещает он.
Неофиты замерли и опять уставились на меня. Я разворачиваюсь и смотрю на Эрика. Его руки снова покоятся на
груди, лёгкая кривая ухмылка, непроницаемый равнодушный взгляд стальных глаз.
— Серьёзно? — Он кивает. Играет со мной? Баллы мне не помешают.
Мой взгляд цепляется за рукоять ножа в одном из карманов его брюк. У Альфреда были такие ножи: я знаю, как они сбалансированы. Кто же в боевой форме на тренировки ходит, Лидер? Я молниеносно выхватываю его нож и привычным движением отправляю его точно в точку в центре мишени. С глазомером у меня проблемы, как же. Я смотрю на нож, побаиваясь смотреть в сторону Лидера. Чёрт его знает, как он поведёт себя в ответ на мою очередную выходку. Знаю,
что опять сплоховала, но уж больно сладок запретный плод. Ножи - моя страсть.
Пистолет никогда не даст мне то чувство уверенности и эйфории, которое даёт гладкая наточенная сталь в моих руках. Когда я беру рукоять ножа, я вновь обретаю давно потерянную часть своего тела, холодная сталь становится
продолжением меня самой. Моё тело всегда с точностью определяет все нюансы оружия и знает, как послать его точно в цель. Мне не нужно тщательно
прицеливаться, чтобы поместить нож туда, куда я хочу. Один взгляд, замах, пальцы размыкаются, и... я отправляю частичку себя в полёт, точно зная, где он закончится.
Неофиты всё ещё не стреляют, и в повисшей тишине отлично слышны шаги тяжелых ботинок.
Эрик доходит до мишени, выдергивает свой нож и, вращая его между пальцев, направляется ко мне. На лице довольная ухмылка, а глаза недобро блестят. Довольная? Может, хищная. Опасность! Определённо, от него
сейчас исходит опасность. И нож в его руках. То, что секундами ранее было продолжением меня, стало угрозой.
— Хорошо! — громко объявляет он. — Может, с глазомером у выскочки не все так и плохо, — он подходит вплотную, не переставая играть с ножом. — Баллы твои! — так же громко сообщает он и, наклонившись ко мне,приставляет острие ножа к моему подбородку и шипит: — Ещё раз прикоснешься к моему оружию, воткну в руку. Поняла?
Я киваю. По ножу потекла тоненькая струйка крови. Он вытирает лезвие о свой рукав и убрает нож. Обошлись малой кровью, вроде. Всё равно он
пристально за мной следит, хуже-то не будет, наверное.
— Через десять минут собраться у выхода из штаба. Посмотрим, что вы из себя на полосе препятствий представляете.
— Но на улице же дождь, — подаёт голос Софи.
— Я разве спрашивал про погоду? — зло цедит Эрик.
— Нет, но...
— Тогда рот закрыла и бегом за курткой, принцесса, раз промокнуть боишься. Говорить будешь, когда я разрешу. Это всех касается!
— Это ты виновата! — равняется со мной Софи, когда мы уже выходим из спальни с куртками.
— А по-моему, он просто решил устроить нам промежуточный зачёт, раз уж неделю пропустил, — вступается за меня Рей. — Он же бывший эрудит. Я бы так же поступила. А на грубость, Софи, ты сама нарвалась.
Софи фыркает и убегает вперёд. Так значит, он был эрудитом.
— Спасибо, подруга, — благодарю я Рей, когда мы выходим на улицу. Эрик бежит впереди не оглядываясь, уверенный, что мы следуем за ним.
— Да было бы за что. Я и правда так считаю. Тебе, кстати, надо тоже
осторожнее быть. Я понимаю, что ты импульсивная, но ты с огнём играешь. Осторожнее.
— Ты что-то знаешь о нём? — Но бывшая эрудитка лишь поспешно качает головой. Врёт.
— Вы тут обсуждаете, как Ада с Лидером обжималась? — догоняет нас Джон.
— Совсем обалдел! Он мне стойку поправлял, — уверенно заявляю я. — Или ты тоже с Фором обжимался? — Он хочет что-то мне ответить, но Рей мешает:
— Тихо, — шикнув, хмурится она. — Мы почти на месте, не будем злить его ещё больше, — показывает она на Лидера.
Стоя в душевой вместе с девчонками, я ловлю себя на мысли, что Фор и правда был мягок с нами. Если ему хотелось врезать, то в Эрика бы я с удовольствием всадила его же нож. Хотя он мне руку протянуть обещал. Ну,
нельзя же так с людьми. Стив и Тони только из лазарета вышли, куда попали не без нашей с Джоном помощи. Мне бы радоваться, что он не только мне внимание уделял, но за ребят обидно - опять в лазарете. Доктор отказался их выпускать, хотя у Стива небольшой вывих запястья, а Тони лодыжку подвернул. Лучше бы они сразу послушались врача и лежали в медпункте. Мужчины...
Из мыслей меня вырывает громкий стук в дверь. Точно, ребята же ещё не мылись, а нам опять в малый зал идти. А тело уже ноет. Я выключаю воду, быстро оборачиваюсь полотенцем и иду к двери. Софи и Рей следуют моему
примеру.
— Наконец-то, — бурчит Джон, влетая в душевую.
Я достаю из ящика спортивный топ и трусы. Чёрт! Брюки грязные, футболки все грязные... Я бросаю их в корзину для белья. Интересно, а кто в бесстрашии стиркой занимается? Ладно, что у меня осталось? Джинсы, обтягивающая майка, в которой замах не сделать нормально, толстовка. Я надела толстовку.
— Лови! — Софи кидает мне обтягивающие штаны. — А то лидер вообще адекватно думать перестанет. — Мы с Рей невольно улыбнулись. — И Ада, прости, что наехала на тебя утром. Я сама нарвалась. — виновато добавляет она.
Не понимаю я её. Хотя, может, это из-за того, что я ей на стене не дала
свалиться, она резко потеплела ко мне?
— Проехали. А посвободнее ничего нет? — спрашиваю я, втискиваясь в штаны. В меня летит подушка. — Ладно, ладно! Спасибо.
Ребята довольно быстро отмылись и из душевой вышли уже одетые. Пора выдвигаться. Я осматриваю нашу поредевшую группу, пока мы идем в тренировочный зал.