глава 24
Вот и подошли эти три дня отдыха. Скажу так — они мне понравились. Несмотря на всё, что случилось, несмотря на боль, на слёзы, на Влада с его девушкой и на синяки, которые до сих пор напоминали о себе при каждом резком движении.
Компания ребят заменила мне тех, по ком я скучала. Я чувствовала рядом с ними себя живой — по-настоящему, без притворства. С ними я смеялась, дурачилась, играла в водные войны, сидела у бассейна и разговаривала ни о чём. И это было то, чего мне так не хватало последние недели.
Мы уже загружали все вещи по машинам. Сумки, пакеты, остатки продуктов — всё аккуратно распределили по багажникам. Кто-то нашёл забытую под шезлонгом зажигалку, кто-то — полотенце, которое считал потерянным навсегда.
Отдав ключи хозяину, который удостоверился, что дом в целости и сохранности, мы попрощались. Он пожелал, чтобы мы приезжали ещё, и я поймала себя на мысли, что хотела бы сюда вернуться. Только без некоторых людей.
Мы расселись по машинам так же, как и ехали в дом. Только вместо Юны в машине Влада теперь сидел Костя. Юна уехала ещё рано утром — после той самой ссоры, которую я слышала ночью. На душе от этого расцветало. Оказывается, для счастья иногда достаточно просто не видеть кого-то несколько часов.
---
Мы уже ехали в машине, попевая песни и угарая буквально с любого неловкого движения. Если бы нас остановили, ГАИ наверняка подумали бы, что мы приняли чего-то лишнего, но у нас просто было хорошее настроение. Такое, какое бывает, когда возвращаешься домой после хороших выходных.
Рядом сидели Данон и Аньчик. Кая сладко спала, оперевшись о стекло, — её голова мягко покачивалась в такт движению машины. Саша спокойно, как достойный водитель, выполнял свои обязанности, чтобы довезти нас в целости и сохранности.
Я сидела и листала Инстаграм. Данон тихо сопел у меня на плече, и я не была против — наоборот, было тепло и уютно. Мы очень хорошо сдружились с этими двумя, и я этому рада. Аньчик в свою очередь делал разные фотографии — щёлкал нас с Даноном, поймал кадр, где я показываю гримасы и ставлю рожки спящему Данику, потом сфоткался сам с такой же смешной гримасой. А ещё у нас получилось совместное фото, где мы втроём обнялись на заднем сиденье.
Все эти фото он загрузил в свой телеграм-канал, а потом и в общий чат, который они оба вели — «Асфальт». Я подумала, что когда-нибудь пересмотрю их и вспомню этот день с теплом.
Через какое-то время мы успокоились и дали нормально поспать Данику и Кае. Я смотрела в окно — за ним мелькали поля, деревья, иногда попадались маленькие деревеньки с разноцветными крышами. А когда мы начали подъезжать к городу, на смену пришли московские пейзажи — высотки, рекламные щиты, пробки, мосты.
Всё-таки в этом городе есть свой вайб. И я рада, что оказалась здесь.
---
Спустя час мы развозили парней по домам. Попрощавшись с Даником и Аньчиком, мы поехали к себе. Кая уже проснулась, и мы с ней болтали о всякой ерунде — о том, кто какую пиццу закажет вечером, о том, что надо купить продуктов, о том, что она соскучилась по своей подушке.
---
Открыв ключами нашу квартиру, мы зашли внутрь. Родной запах, знакомые стены, тишина без чужих голосов. Я пошла ставить сумку на кровать, и вдруг накатила странная тоска — от того, что я снова буду сидеть дома в четырёх стенах и вспоминать моменты из домика.
Спина, кстати, немного перестала болеть. Когда я ложилась или сидела, опираясь на спинку стула, она почти не ныла. Я каждый вечер мазала её мазью — той самой, которую Кая дала, увидев синяки. Я сказала, что упала в бассейне. Не знаю, поверила ли она, но спрашивать больше не стала.
Я вышла на кухню, где сидел Саша. Он ждал, пока закипит чайник, чтобы сделать кофе. Кая ушла спать — ей было немного дурно после поездки, она плохо переносила долгие дороги.
Я села рядом с Сашей на табуретку, поджав ноги.
— Ты, кстати, как себя чувствуешь? — спросил он, помешивая кофе в кружке. — А то вчера так накидалась, что я тащил тебя в комнату.
— Ой, блин, не вспоминай, — я закатила глаза. — А так нормально. Если бы не таблетка, которую ты оставил, я бы сдохла.
Саша поднял на меня удивлённые глаза.
— Какая таблетка?
— В смысле? — я нахмурилась. — Ты же мне рядом оставил стакан воды и таблетку.
— Нет, — он покачал головой. — Я тебя донёс и сразу спать пошёл. Я сам не знал, где аптечка находится, чтобы тебе что-то от похмелья дать.
— А кто тогда… — я замолчала, переваривая информацию.
— Может, Влад? — предположил Саша, делая глоток кофе.
— В смысле?
— Я видел, как он к тебе потом заходил, — Саша задумался, прищурившись. — Точно. Я выходил из твоей комнаты, а Влад к тебе попросился… У него в руке стакан был, но я не обратил внимания. Может, не запомнил просто. А только сейчас вспомнил.
Я вытаращила глаза.
— Пиздец. Сам Куертов. Ну ничего себе.
— Мне кажется, между вами двумя что-то происходит, — Саша усмехнулся и его улыбка расплылась до ушей.
— Фу, Саша, не смеши, — я отмахнулась, чувствуя, как щёки начинают гореть. — Ладно, я в комнату.
— Нормально, пришла и ушла, — крикнул он мне вслед.
— Соряяян! — донеслось уже из спальни, прежде чем я захлопнула дверь.
---
Что, блять?! Куертов принёс мне всё это? То есть мы с ним тогда даже не помирились толком, но он всё равно проявил доброту?
Что же делает этот парень…
Я откинулась на кровать и уставилась в потолок. В голове не укладывалось. Влад — тот самый Влад, который прижимал меня к стене, который кричал, который смотрел так, будто я враг, — принёс мне таблетку? Пожалел? Или ему просто было совестно?
Я решила написать маме. Коротко, по-быстрому: рассказала, как круто провела время, что ребята хорошие, что дом был шикарный. Сказала, что мне нравится в Москве всё больше и больше. Это была правда.
Но ещё я написала, что скучаю. Потому что по маме я скучала. Сильно.
Я ей не стала рассказывать про тот случай с Владом. Про синяки, про страх, про слёзы. Я хоть и делюсь с мамой почти всем, но наверное, самые большие две тайны — это то, что я курю, и то, что этот парень разрушает мою менталку с первого дня приезда. Некоторые вещи лучше оставлять при себе.
---
Переодевшись в домашнюю футболку, я легла на кровать и уткнулась в телефон. На экране высветилось сообщение от Лёши.
[Лёшка]
— Знаю, что недавно виделись, но всё равно привет. Короче, у нас скоро у другана концерт, и ты прекрасно его знаешь.
Я приподнялась на локтях, заинтригованная.
— Не томи, Лёш. Кто?
— Твой любимый OG Buda.
Я чуть не выронила телефон.
— ДА НУ НАХУЙ. Без прикола? Ты реально не шутишь?
— Нет. Мы тебе проходки сделаем, и ты его увидишь не из зала, а лично познакомишься.
— Лёша, я тебя обожаю!!!! Во сколько?
— Завтра в 6. Саша едет с тобой, так что не потеряешься.
— Серьёзно? Саша молчал? Вот козёл!
— Так, на брата не наезжай. Это вообще сюрприз был, но я решил тебе рассказать — не могу скрывать. Так что, если Саша скажет об этом сюрпризе, сделай такую же реакцию, как сейчас.
— Поняла) Ладно, хорошо, Лёшка, тогда до связи.
— Давай.
---
Я была очень счастлива. Беру свои слова назад о том, что буду гнить в четырёх стенах дома.
Я не могла поверить — я иду на концерт к самому OG Buda. Тот самый, чьи треки я заслушивала до дыр в наушниках. Тот самый, под которого мы танцевали с Каей на кухне в три часа ночи.
Я была готова расцеловать весь мир. Лёшу — в первую очередь. Сашу — во вторую, несмотря на то, что он молчал как партизан.
Я даже забыла спросить, кто ещё будет. Да и в принципе, зачем мне эта информация? Главное, что там будут знакомые, а значит — мне будет комфортно.
---
Я не знала, что надеть. Хотелось сиять — по-настоящему, так, чтобы чувствовать себя уверенно. И поэтому, без раздумий, я побежала к Саше объявить, что решила поехать по магазинам.
— Саш, я в ТЦ, — сказала я, заглядывая в его комнату.
— Зачем? — спросил он, не отрываясь от ноутбука.
— Надо обновить гардероб, — ответила я максимально небрежно. — Скучно стало.
Он кивнул, не задавая лишних вопросов, и я рванула обуваться. Настроение было прекрасным.
---
Я ходила по торговому центру примерно час. Заглядывала в один магазин, потом в другой, третий. Мерила платья, крутилась перед зеркалами, но ничего не цепляло. То фасон не тот, то цвет, то ткань странная.
И тут я решила зайти в свой любимый бутик — думала, что в этом здании его нет, но оказалось, что есть. Спрятался на третьем этаже, в самом конце коридора.
Я вошла — и сразу на манекене увидела прекрасное платье. Чёрное, длинное, с открытой спиной и тонкими бретелями. Оно струилось, переливалось в свете софитов, будто было сделано из жидкого шёлка.
Я решила купить его без раздумий.
Хотелось сиять на этом концерте. И это платье идеально подходило.
Там же, рядом, стояли туфли в комплект — изящные, на тонком каблуке, с острым носом и прозрачными вставками. Я решила взять и их.
Может, для кого-то это был перебор. Но не для меня.
Я померила всё это перед огромным зеркалом — и замерла. Из отражения на меня смотрела совсем другая Ева. Уверенная. Красивая. Готовая к чему-то большему.
Я понесла всё на кассу. Чек вышел на приличную сумму, но это не была печаль. Деньги мне высылала мама каждый месяц, а я их не тратила — копила, чтобы потом сделать спонтанную покупку. Вот и дождалась.
Довольная, я прошлась по другим бутикам, купила пару штучек в косметичку — новую тушь, блеск для губ, подводку. Всё, что нужно для идеального образа.
Потом вызвала такси и поехала домой.
В окно машины я смотрела на огни города и улыбалась.
Завтра будет хороший день. Я это чувствовала.