23
- Может на кухню? - Карида разрушила тишину. Она хотела слушать его при свете, видеть эмоции. Нельзя чтобы он рассказал что-то важное вот так в темноте. Нельзя. Она не хотела вот так. Впервые возможно Шамаев откроется с другой стороны, и ей просто необходимо видеть его!
Он будто очнувшись ото сна встал. Карида тоже встала, делая вид, что ей не нужна помощь. Пусть больше не касается своими руками. От этого лишь неловкость. Стыд превалировал. Рида сама рухнула на него со своим плачем. Почему она так расклеилась рядом с ним?! И почему Шамаев жалеет её. Ведь она даже больше ему навредила.
Включив свет на кухне, Ида заметила его взгляд на своих волосах и она тут же волнуюсь начала собирать их в высокий пучок. Он думает о том, как касался их? Тепло от его пальцев ощущалось до сих пор.
Если бы они были нормальной парой, то как проходили бы эти дни? Сидели бы в обнимку делясь переживаниями и тревогой? Не было бы той неловкости, которую она испытывает последние дни после каждого своего срыва.
Рида вздохнула включая газ под чайником. О чем она думает вообще?!
Шамаев молча достал рафинад со шкафа и сел за стол. Новенькая пачка сахара оставшаяся от отца. Рида никогда не понимала, как можно добровольно выбирать кусок сахара, когда на столе есть уйма сладостей. Она думала богатым все приелось, и они бесятся с жиру. А сейчас понимала: это менее тошнотворное, что можно закинуть в рот с чаем и унять головную боль.
Ставя свою огромную кружку на стол,Карида нашла стакан для Шамаева. Больше нормальной посуды в этом доме не было. Впервые Рида с Алиханом будут сидеть за одним столом, пить чай и разговаривать как нормальные люди. Каримовой не верилось, что они могу быть похожими на нормальную семью.
Чай был налит, сахар размешан...молчание затянулось.
Кажется Шамаев не знал с чего начать, даже если и знал, ему было сложно. Ида поняла это потому, как он снова ушёл в воспоминания уставившись в одну точку. Точнее в ее плечо напротив. Карида почему-то очень волновалась. Получится ли у них нормальной беседы? Или выльется все в ссору, как обычно? Каримову вывел из раздумий его голос:
-Я их любил... по своему, но любил.
Как же странно было слышать такое откровение от него. Рида поняла сразу: он о женщинах в своей судьбе и друге.
Молчание долгое и давящее. Взгляд какой-то другой... Печалью застелены его глаза. Кариде стало неприятно от осознания того, что он вспоминает бывших девушек и жену.
- После бесконечных размышлений на протяжении этого времени, я могу их понять каждого...
- А ту девушку? - Каримова стараясь не обнаружить своё волнение, отвела взгляд и закинула в рот кусок ненужного ей сахара.
- Я никогда ее не понимал. Женщин в принципе.
- Неудивительно с такой-то семейкой, где женщины это исчадия ада.
Резкий взгляд прожигающий в ней дыру заставил Кариду выпрямиться и встретить давление таким же холодным сверлением.
- Если тебе не нравится правда, это не моя вина.
- Правда...нравится.
Рида расслабившись, отвернулась от его заинтересованных глаз. Она ожидала очередной стычки. Но ни то, что он сможет справиться с гневом и смотреть так будто говорит не о "правде " а о ней...
- Я указывал, что ей делать во всем, а она выполняла. - Али выдал это, будто сравнивал уступчивость бывшей девушки со стойкостью жены. - Но в конце сдалась и сбежала. Вторая так же...
- Подожди, подожди. Не так быстро. Просто тупо слушала тебя? Как она смогла отказаться от своих целей?Что она любила, что нет хотя бы знал?
Алихан задумался. Заира привлекла его красотой и скромностью и он яро пытался в ней это сохранить, оберегая, защищая, требуя. Это перешло в тотальный контроль. Любое ее желание он видел как проявление развязности. Даже ее светлый цвет волос Алихан пытался переделать в чёрный, дабы она не привлекала чужое внимание. Али боялся того, что его будущая жена в лице яркой Заиры будет такой же развязанной как сестра...
- Розовый цвет, какую-то группу слушала...
- Это ерунда. Принципы, взгляды?
- Нет, - Алихан всматривался в черты лица жены. Она сегодня другая. Какая-то домашняя, естественная. Вблизи он видел ту живую мимику, которую не замечал раньше. В этом разговоре они будто знакомились друг с другом. Сейчас происходит то с чего они должны были познакомиться. У них все происходит не как у людей.
- Ну могла ли она навредить кому-то? - Риду удивляло, что он не мог ничего стоящего вспомнить. И радовали догадки о том, что он и не хотел вспоминать.
- Не знаю. Оказывается я ее не знал. И вторую не знал. - Алихан потянулся за рафинадом. - Никого не зал.
" Но тебя знаю". Удивлённо промелькнуло у Алихана в мыслях. Впервые в жизни он уверен в человеке. Странное чувство тревоги и кажется радости смешалось во едино. Всю жизнь он хотел слышать правду, жаждал ее. Но получал ее только от отца. И от нее. Алихан до сих пор не знает нужен ли он матери с сестрой. Возможно нужен, но любим ли? Потребность в естественности закрывал только отец и она...сидящая напротив.
- А друга? - Узнав, что те женщины для него не важны, Ида поспешила понять главную интригу.
- Понимал, что завидует положению, деньгам, но закрывал глаза. Не хотел верить.
- А как? Как ты пришёл к этому?
- Я помню как увидел их с Залиной, а потом сорвался, - Али провёл рукой по лицу, сжал веки.
Кариде было очень любопытно, но она сдержала себя. Кажется это была болезненная тема.
Через пару минут он заставил себя продолжить. Рассказал, короткими фразами, перебивчиво, как отдалились с сёстрами, как отец пытался урегулировать конфликт, пытался вывести его из депрессии, а мать стеснялась его поступков.
Когда наступила пауза, Ида пыталась не надоедать ему,но Шамаев задумался о своём и не хотел продолжать. Боясь,что минуты откровения закончатся не успев начаться, она задала вопрос, который её давно мучил.
- Почему ты не спишь по ночам?
Шамаев несколько секунд раздумывал, не зная как все рассказать, а потом решил сказать как есть:
- Просыпаюсь перед глазами его испуганное лицо и пули в груди выпущенные мною. Машина залитая кровью. А потом звонок от Лорса, что он умер прямо в скорой. - Шамаев отодвинул стакан с чаем. - Каждый раз встаю на молитву и прошу прошения у Всевышнего и тоже из-за него. Ложусь спать, а во сне он живой и я не хочу, но снова и снова лишаю его жизни, каждую ночь.Я жалею об этом, это вытряхивает душу, совесть гложет каждую секунду. - Лицо Алихана исказилось от печали и...гнева.
Рида впервые заметила морщины вокруг глаз и незначительную асимметрию лица. Удивительно, что он сохранил привлекательность после избиения тем Хароном и Рахмановыми. Над ним явно поработали лучшие хирурги региона, раз все шрамы и изъяны можно разглядеть только вблизи.
- Но я знаю, если мне придётся я сделаю это снова.
Внутри все и так было пусто,так пусть наказание будет заслуженным.
Они оба замолкли.
Это был самый длинный монолог, который Карида могла слышать от Шамаева. Его голос был намного эмоциональнее и теплее, чем она могла предположить. Карида впервые слушала исповедь...убийцы. Шамаев был убийцей в глазах многих людей, но не в ее. Даже при том, что он готов повторить тоже самое ради чести. Она наоборот, даже начала невольно уважать его и завидовать Азе, которая не понимала, какую ценность упускает ослушаясь такого брата.
Наблюдая как Шамаев бледнеет, Рида продолжала размышлять о его поведении.
Вот почему он пол жизни провёл перед телевизором или на работе? Боялся уснуть. Боялся каяться, зная, что это может повториться. Боялся подпустить к себе кого-то испытать очередную боль... Почти как она.
Несколько чувств смешалось во едино. Рида не могла поверить в то, что они со злейшим врагом вот так сидят общаются, делятся о самых важных событиях в своей жизни, о самых сложных. Кажется она отвлеклась от боли, даже появились нотки воодушевления. Риде казалось, что все может наладиться. Ведь ощущение спокойствия не покидало ее, как только они сели за стол.
- Что ты сделал чтобы стало легче? - Вопрос на который Рида и сама не могла ответить себе. -
Намаз ты совершаешь для себя, а для
людей?
Они смотрели друг на друга ожидая ответа на впервые озвученные страхи.
- Задумывался о том что мы знаем о нашей цели в этой жизни? - Ида продолжала размышлять в слух пытаясь вместе с Алиханом прийти к единому выводу. - Мы ничего не знаем кроме как молимся пять раз в день. Какое право мы имеем негодовать и жаловаться что не видим ничего хорошего в этой жизни? - Рида в порыве размышлений, потянулась за черной кофтой лежащей на спинке рядом стоящего стула.- Я пыталась высвободиться, в то время как мама хотела чтобы я, устроила свою жизнь. Я ни разу не дала ей спокойно вздохнуть, она умерла осознавая, что дочь не счастлива. Ни одного шага ради нее. - Она проникла под тенью грусти, заворачиваясь в тёплую ткань.
Али смотрел, как она совершенно неосознанно кутается в его свитер, утопает пальцами в темной вязке нитей. Странная теплота разместилась в сердце от этой картины. Ему не хотелось сидеть напротив, здесь было холоднее, чем там где она...
- Сколько бы твой отец не старался, ты не сделал шаг. Не выехал куда-то, как он просил. Не пытался кардинально что-то изменить. Не думал какого ему видеть, как ты хоронишь свою жизнь?
Заметил? Мы оба видели только себя?
- Это сейчас только твои переживания. Матери твоей все равно.
- Они умерли и это их проблемы. Тогда почему ты выстаиваешь ночи напролет на коленях в молитве, а легче не становится?
Я не хочу умереть такой...я...
Али смотрел ей прямо в глаза, в которых отражение его мыслей. Страх... который его гложет последние месяцы, заставляя уходить в себя. Он боялся. Боялся лечь в могилу с таким бременем как убийство.
- Там лежит коран. Ты умеешь его читать? - Она указала куда-то за спину. Карида не могла остановиться. Ей нужно было говорить о своих,и кажется, о его страхах.
Муж едва заметно отрицательно мотнул головой, ожидая продолжения. На тему смерти отец боялся говорить. Остальные в принципе боялись самого Алихана, не то, что разговоров с ним.
- Мы не знаем азы, суть религии, которой живем. В коране есть ответы на все вопросы. Ты слышал эту фразу?
- Да. Но откуда у тебя такая уверенность?
- Я не всегда делала, что вздумается. Знаю только то что, когда я поступала по канонам корана, все происходило правильно, совесть меня никогда не мучила....Этот я принесла с дома..., - горло сжалось, - мама умела его читать. Она умерла будучи на правильном пути. А я...боюсь такой никчёмной умереть...что меня ждёт после смерти, с каким багажом за плечами я умру? Я не готова...
Карида ни сделала ничего за что можно было бы себя уважать.
- У тебя же есть деньги, почему ты не помогаешь малоимущим? - Загорелась Рида.
- Перечисляю в фонд, - Шамаев нахмурился не понимая куда она клонит.
- Это не то. Надо самому. Ездить получать благодарности, эмоции. Видеть результат своих пожертвований. Тогда появится смысл! Почему бы и нет...
Алихан умом может и понимал правильность ее слов, но не мог представить, себя разговаривающим с людьми. Он отучился говорить...чувствовать. Да и о чем она вообще? Если бы он мог, то давно бы вышел из такого состояния.
- Я посмотрю, - Ида встала услышав плачь сына. Очень не вовремя он начал ныть. Да и на улице светает. Неужели они смогли просидеть в одном помещении до рассвета и не убить друг друга?
Алихан тоже чувствуя досаду за быстрое наступившее утро, встал из-за стола захватив стакан и ее...кружку. Прежде он никогда так не делал. Неужели он может проявлять заботу? Как только Али поставил их в раковину услышал какой-то шум на улице. Слышать в такой час столько незнакомых голосов было странно.
Рида подкладывала одеяло под спину сына, Амир думал, что за спиной лежит мама и засыпал. Она часто так хитрила и в этот раз все получилось хоть и с большим усилием.
Карида вдруг застыла. Шамаев хлопнул дверью, за которой стоял гул знакомых голосов.
Рида знала кто там, даже ждала их на второй день своего приезда в дом мужа. Но явились они сейчас и Карида была готова. Кажется жизнь снова входит в своё русло...борьбы.