28
В руку была вставлена капельница, которую оттуда не вынимали сутками. В комнате свет был выключен, а за окном сумерки, поэтому я лежала в темноте, прикрыв глаза. Не хотелось подниматься, выполнять какие-то элементарные действия по типу купания и принятия пищи, первым занимались фрейлины, а вторым все члены моей семьи по очереди.
Вот только мне самой совершено ничего из этого не надо было. Я ненавидела их всех за то, что они так легко отнеслись к его смерти, папа так и вообще был рад, как мне показалось. Гарри успокаивал Келли, совершенно позабыв обо мне, и только мама понимала насколько мне сейчас тяжело, поэтому каждую свободную минуту проводила сидя у моей кровати.
-Дочка, я уверена, что он бы не хотел, чтобы ты сейчас плакала,-сказала женщина, погладив меня по голове, которая лежала у нее на коленях.
-Мам, я так хочу его обнять...-в очередной раз в голове возникли его голос и улыбка.
-Рыбка, это надо пережить. Скоро станет легче.
-Неделя, прошла неделя, а мне только хуже. Я вообще не понимаю: зачем мне сдался этот ребенок, если Фила нет? Зачем мне вообще жизнь, если его нет?! И вы меня пичкаете этими успокоительными. Да хватит уже! Я не хочу жить, мам, слышишь?-встала на трясущиеся ноги и, посмотрев на неё, увидела слёзы, струящиеся по щекам.-Мам..?
-Знаешь, как мне трудно слышать такое от своей дочери? Ты должна жить, Даниэлла. Если не ради себя, то ради Филиппа. Скажи, он хотел ребенка?
-Очень...-надорвано сказала, вспоминая, сколько раз он затрагивал эту тему, как хотел стать отцом, как ему было необходимо чувствовать себя нужным...
-Это его кровинка, частичка сейчас в тебе, а ты хочешь так просто от него избавиться? Не забывай, у тебя есть мы с папой и Гарри. Всегда утешим, всегда будем рядом.
«Но мне хочется, чтобы он был рядом»,-хотела сказать, но просто промолчала, кинув в знак благодарности.
-Как ты думаешь, ему сейчас хорошо?
-Я думаю, что его душа наконец-то обрела покой. Но ты тревожишь ее своими слезами и волнением.
Покой? Разве она может обрести покой после всего того, то с ней сделали?
Я начала задыхаться и всхлипывать, только представив картину этого эшафота, оружия, представив, как ему было больно, только представив, что он испытывал в тот момент, как ему было плохо и тяжело. Осела на пол, прижав голову к коленям, и кусала ребро ладони, чтобы не начать кричать. Очередная паническая атака...
Мама что-то громко говорила на фоне, но я её не слышала, пропуская все словами мимо ушей.
Не могу представить мою жизнь без тебя, не могу представить, что меня будут касаться чужие руки, что я усну с кем-то в одной постели, что лягу к кому-нибудь на плечо, ощущая себя полностью защищенной. К кому-то, кто не ты, Филипп... Мне всегда будет больно от того, что тебя нет рядом, но каждый раз на лице будет появляться нежная улыбка, когда я буду тебя вспоминать, когда буду рассказывать нашей девочке о тебе, о ее папе... Ты ни раз делал мне больно, но я готова была простить, что угодно, потому что люблю, всегда буду, только тебя, во веки веков.
-Даниэлла,-кто-то тронул меня за руку, и я открыла глаза, устремив взгляд в потолок. Все это время я оказывается лежала на полу.
-М?-подняла голову и увидела брата, который сидел около меня на ковре.
-Вставай, ляг на кровать. Замерзнешь.
-Пока я слышу только плюсы,-безэмоционально протараторила и снова прикрыла веки.-Зачем пришел? Хочешь тоже сказать, что все фигня, и надо просто пережить это? Если да, то вали отсюда.
-Хватит страдать и стоить из себя жертву. От твоих слез никому лучше не станет, Филипп не воскреснет, понимаешь?
-Я строю из себя жертву?! Я потеряла смысл жизни, меня ничего не держит на этой долбанной планете, слышишь? У тебя есть Келли, и всё это время ты был у неё,-поднялась и со всей силы ударила его в грудь.-Тебе есть ради кого жить, вы сможете построить семью, а мне не нужен никто, кроме Фила, понятно?! Я бы всё отдала просто, чтобы пять минуток поговорить с ним и сказать, что люблю его!-кричала, до скрипа сжимая ворот мужской футболки. Снова слезы, снова закололо сердце, я снова начала кашлять от слез, застрявших в горле.
На улице послышался звук сигналящего автомобиля, и Гарри поднялся, глянув в окно. Его лицо в момент побледнело, и он открыл форточку, высовываясь чуть не на половину.
-Кто там?-подорвалась с места, вытирая слезы с щек, пристроилась рядом и кинула взор на происходящее за стеклом.
Задержала дыхание, боясь даже моргнуть, боялась, что это окажется чертовой иллюзией. Высокий черный автомобиль Фила стоял пред нашими воротами, а сам он находился рядом, опершись поясницей о капот своей машины. В его руках был огромный букет цветов, обмотанный в сиреневую пленку.
-Гарри,-прошептала, хватаясь за его плечо.-Я сплю? Сошла с ума? Глюки? Иллюзия? Что это?
-Я тоже вижу это...
Уже не думая ни о чем, кинулась к двери, чувствуя, как тело трясется от пальцев ног до макушки. Бежала, бежала, бежала... Казалось, что никогда не окажусь внизу. Врезалась в кого-то, но даже не стала извиняться, продолжая нестись вперед. В ушах билось сердце, заглушая поток мыслей в голове.
Даже не одеваясь, вылетела на улицу, чувствуя, как кожа стала гореть от мороза. Но мне было всё равно, я боялась не успеть его увидеть, боялась опоздать.
Толкнула калитку и увидела Филиппа, он шел ко мне, обеспокоенно вглядываясь в глаза. Я громко всхлипывала, но ноги продолжали шагать к нему.
НЕТ! ЭТО НЕ СОН! ПОЖАЛУЙСТА!
Он схватил меня за талию и крепко-крепко прижал к себе, закружив в воздухе. Я вцепилась в его шею, утыкаясь носом в пахнущие тем самым шампунем волосы. Чувствовала его запах, ощущала тепло кожи... Филипп держал меня на руках, не отпуская. Зацеловал все плечо, шею и наконец добрался до лица, поставив меня на ноги. Я запустила руки в его шелковистые пряди, дотронулась до лба, носа, чуть колючих щек. Провела пальцами по скулам, коснулась век, которые тут же прикрылись, позволяя мне делать, что угодно, очертила острый подбородок, потонув в омуте его прекрасных глаз.
-Мои маленькие... Как же я скучал,-прошептал, поцеловав меня в лоб.
Ощутила, что на голову стали падать капли с хмурого неба, но с места не сдвинулась. Подул ветер, приятно развеивая волосы в разные стороны. Казалось, что даже это небольшое действие способно сбить меня с ног, поэтому удерживалась я с трудом, честно сказать, только из-за сильных рук на талии.
-Филипп,-произнесла его имя, не веря, что вообще вижу молодого человека и имею возможность с ним поговорить.-Ты живой?
-Живой, конечно, Дан, я же обещал,-он улыбнулся, пытаясь согреть мою холодную руку в своей.
-Фил, я...я...боже, ты даже не представляешь, как я люблю тебя.
Вся его рубашка была мокрой от моих слез, но тот только улыбался, вытирая соленые дорожки ладонями.
Я не знала, что можно любить настолько, не знала, что когда-нибудь смогу это испытать, но сейчас испытываю, и только те, кто хоть раз по-настоящему любил, знают, что такое вечность.
Я разлюблю его, когда исчезнет слово, я разлюблю его, когда исчезнут города, и не сойдет огонь во храме его, я разлюблю его походу уже никогда...
Ад, рай, реальность,-что это?-я не знала, но понимала, что не хочу отсюда уходить, мне слишком хорошо здесь, с ним... Я просто зарылась в его грудь и слышала мелодичный шепот, ощущала руки на лопатках и больше мне ничего не надо было.
-Что ты раздетая вышла?
-Ты сказал: мои девочки?-почему-то до меня дошла эта фраза только через пару минут.-Ты знаешь?
-Да, мне сказали.
-Как...как это возможно? Я думала, что ты мертв. Что произошло?
-Малыш, давай чуть позже об этом поговорим. Ты спала вообще? У меня такое чувство, что тебя прямо сейчас вырубит.
-Позже? Я думала, что ты умер, Моррис, что б тебя! А ты хочешь поговорить об этом позже? Совсем сумасшедший что ли? Если это твой очередной прикол, то...
Я ощутила его влажные губы на своих и замолчала, в ту же секунду позабыв, о чем вообще говорила. Филипп одним движением развернул меня и усадил на капот машины, рукой раздвинув бедра и встав между ними. Мое тело инстинктивно отвечало на каждое его действие, жаждя чувствовать каждый сантиметр его тела, а желательно забраться к нему под кожу и соединиться в единое целое. Чувствовала, как он старался захватить как можно больше меня в свои лапы, чтобы согреть.
Впервые в жизни в нашем поцелуе не было похоти, не было страсти и желания завалиться в постель. Наши губы медленно, осторожно касались друг друга, безмолвно говоря: «люблю», передавая то, как скучали друг по другу, то, насколько сильно им не хватало всего этого.
-Что случилось?-спросил Фил, когда я неловко отстранилась, вспомнив о том, как вообще выгляжу.
-Тебе нормально целоваться с пугалом?
Он поднял бровь, явно недовольный моими словами:
-Где ты здесь пугало увидела?
-Я выгляжу отвратительно: не накрашена, у меня на голове непонятно что, одета я вообще в десятилетнюю пижаму маминой прабабушки. А ты делаешь вид, что тебе всё равно.
-Да-а-а-ана,-он рассмеялся, всучив мне в руки букет из белых огромных роз.-Ты для меня самая красивая девушка на свете. С макияжем, без него, в платье, без него тоже,-хитро улыбнулся.
-Моррис, какой же ты...
-Я к тому, что со мной ты можешь быть собой, я не буду убегать, если увижу тебя с грязной головой, уставшую, если ты наберешь вес, скинешь его. Мне плевать, конечно, если это не отражается на твоем здоровье. Я хочу прожить с тобой всю жизнь, хочу успокаивать, когда ты будешь страдать от того, что набрала пару килограмм и грудь обвисла, хочу стареть вместе, видеть, как на твоем прекрасном лице появляются морщинки. Хочу тебя любую, Дан.
Готова была расплакаться от того, насколько это трогательно прозвучало. Пока другие мужчины страдают мизогинией и принижают девушек и женщин, вселяют им ненависть к себе и загоняют в рамки, мой жених говорит такие слова. Я сделала правильный выбор. Он тот самый. Самый-самый. Еще и мой.
-Фил, как можно быть настолько идеальным, а? Если мы поженимся, я буду ходить за тобой хвостом везде и убивать на месте всех тех, кто только посмотрит на тебя.
-Во-первых, давай заменим слово «если» на «когда». Во-вторых, я на другую никогда и не посмотрю. Похож на ублюдка, который при каждом удобном случае будет ходить налево?-он опустил обе руки на мой уже заметно округлившийся живот и улыбнулся.-Особенно, если моя любимая девочка носит моего ребеночка под сердцем.
Боже, я готова повторить, что люблю его сотни, тысячи, миллионы раз...
Снова обняла его, прижимаясь к вздымающейся груди, слыша клокот сердца, ощущая теплое дыхание на своем затылке.
-Сколько вообще времени?-погладив его ладонями по спине, спросила я.
-Четыре часа утра,-он глянул на наручные часы, все еще не выпуская меня...-пол пятого. Пойдем, маленький, я не хочу, чтобы ты заболела, ну? Тебе согреться нужно и поспать. Давай, вперёд.
Я не хотела сдвигаться с места, мне было страшно идти спать, потому что боялась снова проснуться без него. Это выше моих сил.
-Мне не холодно, и я совсем не хочу спать.
-Врешь,-констатировал молодой человек еще до того, как я договорила.-Говори мне правду.
-Ну да, ты же у нас ясновидящий...
-Ты видела свои мешки под глазами, видела какого цвета твоя кожа? Даниэлла, ты выглядишь больной и уставшей. А ещё трясёшься вся. Тут гадалкой быть не надо, это очевидно.
-Ты не уйдешь?
-Вот в чём дело. Хорошо, пойдём. Ты ляжешь, а я расскажу тебе обо всем, хорошо?
Кивнула головой и устало улыбнулась, когда Филипп поднял меня на руки. Это мой долбанный рай.