Приёмыш

Боль... Сильная головная боль разбудила Хёнджина. Или аромат кофе? Мужчина, морщась от неприятного гула в голове, вдохнул полной грудью и втянул носом любимый приятный аромат. Физическому состоянию не помогло ни капли. А вот морально прибавило желание открыть глаза.

— Доброе утро, соня. — тихий шёпот Феликса, произнесённый перед самым лицом, показался звуком звенящего у головы колокола с колокольни. — Я сделал тебе кофе.

Хёнджин с усилием открыл один глаз и посмотрел на парня напротив. Ликс сидел перед ним на корточках, заботливо держа в руках кружку горячего кофе. Выглядел юноша немногим лучше Хвана. Отёкший, заспанный, со взъерошенными волосами.

— Судя по твоему виду и моим сейчас ощущениям, утро добрым не бывает. — мужчина потянулся, накрывшись одеялом с головой, и перевернулся с бока на спину.

— Утро доброе, если ночь была бесподобная. — юноша поднялся и стянул свободной рукой одеяло, раскрывая старшего до туловища. — Вставай, Хён. Нам на учёбу сегодня. Ты и так достаточно выспался.

Последняя фраза прозвучала с долей укора.

Вчера Ликсу пришлось немало попыхтеть.

Выйдя из душа, он застал брюнета сладко спавшим поперёк своей кровати. Глянув на часы, парня охватила паника. Родители должны были уже быть дома. Хёнджин так ничего и не сделал. Школьник, мысленно матерясь и тяжело вздыхая, перетащил Хвана на его место сна и заботливо укрыл одеялом. А потом остаток времени носился, как раненая в жопу лань, раскладывая всё по местам и заметая следы. Повезло, что родители задержались. Когда они пришли, юноша домывал посуду. Зато пришлось налету придумывать, что с Хёнджином и почему он уже спит. Врать парень не стал и честно признался, что они пили, 'отмечая' таким образом его днюху. А вот на вопрос «где девушка?» Феликсу пришлось нагло соврать — «ушла». Спасибо, что дальнейших вопросов не последовало. Иначе бы он засы́пался, как двоечник на экзамене.

— Я пропущу первую пару. — Хван недовольно поморщился и закрыл лицо локтём. — Родители ушли?

— Они ещё не проснулись. — юноша выровнялся и поставил кружку на тумбочку.

— Нафига ты поднялся в такую рань тогда? — брюнет выглянул из-под руки и, прищуриваясь, посмотрел на школьника одним глазом.

— Не знаю... Не спалось. — парень постеснялся признаваться, что хотел лишние минуты побыть с Хёнджином и вместе поехать на учёбу. — Подумал, тебе понадобится время, чтоб отойти от вчерашнего. Извини.

Блондин развернулся в обратную сторону и сделал шаг к своему углу комнаты, но Хёнджин рывком перехватил его за бёдра и притащил к себе, обнимая двумя руками.

— Даже если мне хуёво, я всё равно тебя люблю. — мужчина потёрся лицом о мягкую попку. — И, да. Я прощаю тебе твою вчерашнюю выходку.

Ликс обернулся и положил ладони поверх рук старшего.

— Ну, значит, будем квиты.

— Нет. Всё ещё нет. — голова раскалывается от похмелья, но мальчишка в руках куда важнее собственного недомогания. — В отличие от тебя тогда, я неплохо кайфанул.

— Повторим? — школьник обернулся и ехидно посмотрел на Джина.

— Малыш, твои запросы растут в геометрической прогрессии. — брюнет легонько укусил ягодицу и перенёс одну ладонь на пах парня. Сквозь ткань домашних шортов пальцы нащупали нежную мягкую мошонку и немного набухший член. — Так и ходишь без трусов, негодник.

Феликс усмехнулся и, положив ладошку на чужую голову, погладил чёрные шёлковые волосы:

— Моему папочке не нравятся плохие мальчики?

— Твоему папочке нравится только один мальчик. И что бы плохое он ни делал, он для него останется хорошим. — Хёнджин прижал Феликса плотнее к себе. — И если бы я сейчас мог, я бы тебя трахнул.

— Ты не можешь? Зато я могу. — для пущей убедительности, юноша толкнулся пахом в ладонь старшего.

— Не сомневаюсь. Но мне хуёво. В следующий раз думай о последствиях. — Хван отпустил блондина и лёг назад на спину, изображая страдальца.

— Так говоришь, будто я в тебя силой заливал. — парень обиженно цокнул.

— Так и было. Больше не напиваемся, лады? — мужчина протянул руку для дружеского рукопожатия.

Феликс хитро посмотрел и, протянув ладошку, тут же её убрал:

— А трахнуть себя ещё раз дашь?

Хёнджин тут же сделал серьёзное лицо и пальцем поманил юношу к себе. Ликсу от такой перемены стало не по себе. Пожалел, что ляпнул. Уже знает, что отгрести от Хёнджина можно. Сглотнув, он сделал шаг назад к кровати старшего:

— Хён, я пошутил. Изв...

Договорить не получилось, потому что старший схватил юношу за руку и резким рывком повалил его на себя. Голова не одобрила такой жест и напомнила о себе ещё большей болью, но мужчина стойко проигнорировал болевые импульсы. Феликс инстинктивно упёрся руками в грудь мужчины и попытался отстраниться. Лицо младшего выдало испуг. Студент схватил маленькие кулачки и с силой развёл их сперва в стороны, а затем за спину парнишки. Ликс плашмя грохнулся на старшего. Хван легко соединил обе ручонки, обхватив запястья одной ладонью. Другую освободившуюся руку мужчина поднёс ко рту, смочил пальцы в своей слюне и засунул под резинку шорт младшего, сперва с силой сжав упругую ягодицу. Блондин всхлипнул от боли и беспомощно положил голову, уткнувшись носом в плечо старшего. Довольный результатом, Хёнджин забрался кончиками пальцев чуть глубже, надавливая на анальное отверстие. Сопротивления ноль. Мышца до сих пор полностью растянута, будто только что там был его здоровенный член. На мгновение брюнет даже забыл о своей головной боли. В себя привело неразборчивое, жалобное хныканье и сопение школьника.

— Дам. И не раз. — прошептал на ухо мальчишке старший. — Но не забывайся у кого какая основная роль.

— Я и не претендую. — прошептал блондин, распластавшись на студенте и глубоко дыша ему куда-то в шею.

— Как же ты легко заводишься. — мужчина глубоко вздохнул и вынул руку из шорт юноши.

— Подразнился и сливаешься? — парень разочарованно поднялся.

— Вернёшься со школы — продолжим. Я досплю ещё.

— Счастливчик. — хмыкнул устало школьник, а затем улыбнулся. — Ловлю на слове. — Настроение явно улучшилось.

Младший забрал кружку с тумбочки и пошёл назад на кухню.

— Феликс! — окликнул его Джин. Юноша обернулся и инстинктивно поймал летящее в него нечто жёлтое. — Ты прекрасен в ярком. Будь собой.

В руке оказался его любимый, нагло сворованный жёлтый худи. У Ликса словно гора с плеч. Он ощутил такое моральное облегчение, будто его из тюрьмы выпустили. Он давно старался не думать об этом. "Прячась" от Хёнджина, пытался привыкнуть к блеклой невзрачной одежде и заурядному "как все" виду. И вот — долгожданная свобода.

Счастливо улыбнувшись широкой улыбкой, юноша благодарно кивнул старшему и вышел из комнаты.

***

Утреннее осеннее солнце мягко согревает фарфоровую белую кожу ангельского лица своего близнеца. Веснушек не видно, но это не делает образ менее ярким и выделяющимся. Да, Ликс светится так же, как сама жизненная звезда. Он и есть солнышко. Жёлтые длинноватые пряди волос мягко колышутся на ветру. Несколько непослушных волосинок щекотно прилипают к прозрачному блеску на идеальных губах. Маленькая заколочка с камушком красиво отражает свет, иногда поблёскивая и привлекая к себе внимание. Поверх школьной белой рубашки и галстука на мальчишке яркий салатовый худи, который удивительно правильно гармонирует с тёмно-синими брюками и до блеска натёртыми чёрными туфлями на довольно толстой платформе. Феликс счастлив. Он впервые за долгое время ощущает себя сейчас в гармонии с собой. У него есть дом, где его ждут. У него есть заботящиеся о нём люди. У него есть понимающие друзья. И у него есть любимый человек. Его первый и единственный в жизни мужчина, которого он полюбил взаимно.

— Ликс, ты меня слушаешь вообще?

Хан подёргал юношу за рукав. Они встретились на автобусной остановке, как обычно. Минхо часто останавливался и высаживал своего парня там по пути на работу.

— Я тебе уже пять минут рассказываю про наш с Лино поход в котокафе, а ты даже слова не прокомментировал. Ты не любишь котов?

— Нет, я их обожаю... Я просто задумался. — школьник мечтательно улыбнулся, на мгновение позволив себе представить их совместную семейную жизнь с Хёном. — Я бы хотел котёнка.

— У Хёнджина аллергия на котов. — не задумываясь, констатировал факт Джисон.

— Оу. Я не знал. — Феликс расстроился. Фантазию пришлось мысленно перечеркнуть и спрятать куда подальше. — А на собак?

— На собак — нет. Но я не помню у Хванов никаких животных. Может, тебе удастся уговорить старших на какого-нибудь хомячка. — Хан широко улыбнулся, делая его слова двусмысленными, ибо сам этим хомячком сейчас и казался. — Тебе надо пойти с нами в следующий раз! Там столько разных кис! Есть сиамские. — мальчики прошли в школьные ворота и направились к своему корпусу по неширокой дорожке через небольшое поле с деревьями, напоминающими сад. — Они такие пушистые, серые с тёмной мордочкой и голубыми глазами. Есть такие с круглыми рыжими пятнышками, не помню, как они называются, очень необычные.

— Бенгальские. — напомнил блондин.

— Да, точно! Они! Короче, Минхо одного поймал и тот кот ему поц...

— Нашёл себе подружку под стать? — послышался громкий голос где-то рядом и вслед ржач нескольких людей. — Ёбыря своего где потерял?

— Не понял? — Феликс остановился, ища глазами невоспитанный объект беспокойства.

— Ликс, не обращай внимания. Они того не стоят. — Джисон потянул его за руку, давая понять, что задерживаться не стоит.

— Мало тебе в прошлый раз ввалили? — задира не унимается. Пацан стоит, расправив плечи, и лыбится, утопая в своём превосходстве среди своих, таких же тупых хихикающих друзей. — Я думал, ты с того раза понял. Видимо, придётся как-нибудь повторить для закрепления.

Феликс инстинктивно сжал кулаки. Ситуация для него не впервой. Хан, чувствуя накаляющуюся обстановку, уже сильней схватил друга за рукав и потянул его за собой силком.

— Ликс, похуй на них. Пошли. Мы опоздаем.

— Кто это? Какого хера им надо? — блондин с трудом перевёл внимание назад на шатена и, поддавшись его напору, медленно последовал вслед за ним.

— Да, никто. Придурки из параллельных классов. Они однажды увидели, как мы с Минхо поцеловались на прощание и зажали меня после школы. — Хан хмыкнул. — Сраные гомофобы.

— И чем зак...

— Пидоры!! — послышался громкий ор на весь двор из-за спины.

Феликс сам не успел сознанием сообразить, как его тело откликнулось на оскорбление. Он мгновенно бросил свой рюкзак на землю, вырвал руку из хватки Джисона и в несколько шагов оказался напротив обидчика, с размаху заезжая кулаком тому прямо по челюсти. Пижон отлетел на два шага назад и упал навзничь к ногам своей компашки, до этого смеющихся недодрузей.

— Ты охуел!? — вскрикнул один из этой толпы и бросился на жёлтоволосого школьника, перешагивая через лежащего на асфальте молодого человека и замахиваясь кулаками в ответ.

Феликс не успел увернуться и получил звонкий удар прямо в скулу. В голове неприятно зазвенело. Стиснув зубы и превозмогая мерзкое чувство боли, юноша ухватил противника за лацкан пиджака и пропечатал тому кулаком по лицу в ответ. Оставшиеся двое из компашки синхронизировано бросились на Феликса, выкрикивая нелестные слова про людей из меньшинств.

— Ликс, стой! — Хан повторил действия друга с рюкзаком и сорвался к нему, пытаясь вклиниться в начавшийся замес, то ли чтобы остановить, то ли спасти.

Блондин машинально обернулся на перепуганный голос товарища. Перед глазами запечатлелся силуэт напуганного в панике приближающегося Джисона, затем промелькнуло что-то тёмное и опустилось на шею. Тело парня шкомутнуло назад. Успел почувствоваться сильный удар куда-то в нос, а дальше — чёрнота...