Рабыня Смерти

Глава 20

Моя жизнь превратилась в беспросветную тьму. Вокруг словно кто-то обвязывал меня веревками, наматывая морские узлы и перекрывая сначала доступ света, а затем - и кислорода. С каждым вздохом я все больше теряла связь с реальностью, словно медленно погружаясь в бред шизофреника. Только никакой электрошок или даже лоботомия не избавят от этого безумия, становясь неотъемлемой частью меня. Вопросов, атакующих сознание днём и ночью и не позволяющих сосредоточиться на поиске вариантов выхода из-под гнета Ваала, становилось всё больше. Ни один из тех, кто знал ответы, не считал нужным посвящать меня в суть происходящего. Я была никем в этом мире. Рабыней, не заслуживающей ничего, кроме издевательств и унижений, не достойной даже такого понятия, как отдых. Видимо Ваал не слышал ничего о трудовом кодексе. Хотя, если учитывать то, что в представлении религиозных фанатиков ад - это то место, где души грешников горят в геенне огненной, то, пожалуй, работа без выходных, - не самый худший вариант. Но ответить точно на этот вопрос достаточно сложно. Порой казалось, что лучше вновь и вновь гореть заживо, чем находиться в одном помещении с Хозяином. Быть его рабыней, как и обещал Дор, оказалось гораздо неприятнее, чем выполнять функцию охотника. Даже мысль о том, что я не отбираю жизни у людей, не могла успокоить меня. Чем больше времени я проводила в услужении у Ваала, тем привлекательнее мне казалась мысль об охоте и выслеживании добычи.

У меня появлялось желание убивать, и осознание этого факта не вызывало тошноты или отвращения к себе. Нет. Мне это казалось таким же естественным, как способность дышать. Я пыталась внушить себе, что это неверно, и так не должно быть, и что лучше выполнять приказы, чем получить свободу ценой человеческих жизней. Но, невзирая на разумные доводы, я понимала, что готова на всё, лишь бы оказаться вдали от Хозяина и его извращенных пыток. Мне стало наплевать на ту гниль, о которую приходилось марать руки, ту гниль, которой была я сама.

Новая комната напоминала келью. В отличие от моей предыдущей спальни в крыле рабынь здесь практически не было свободного пространства. Кровать занимала большую часть чулана, который стал моим «домом», небольшой стол и шкаф с униформой подпирали стены, располагаясь вплотную друг к другу. Ванная комната, вполовину меньше моей предыдущей, не имела даже шкафчика для полотенец. Вместо настоящего окна на стене красовался крошечный люк, через который ко мне поступала еда. За дверцей люка я находила поднос с горячей пищей. Именно доставка еды помогала мне ориентироваться во времени. Порой, пробыв в покоях Хозяина дольше обычного, я доставала свою трапезу заледеневшей, но даже тогда, не смела отказаться ни от одного кусочка честно заработанного мной хлеба.

Времени здесь не существовало. Минуты и даже секунды тянулись как смола, не отпуская меня из своей вязкой субстанции, словно прилипшую муху. Я могла пытаться бежать сколько угодно, но это были бы бессмысленные траты сил, которые с каждым новым пробуждением покидали моё тело. Невозможность поговорить с кем-то и затворничество превращали меня в параноика. Мне казалось, что за мной постоянно наблюдают. Даже находясь в комнате в полном одиночестве, я чувствовала на себе чей-то взгляд. Непрерывное ощущение постороннего присутствия не позволяло расслабиться ни на секунду. Даже во время короткого сна я просыпалась от пристального взгляда.

Усталость, на удивление, не отражалась на внешности. Смотреть на одно и то же отражение в зеркале казалось чем-то странным и противоестественными. Очнувшись снова во дворце Ваала, я ожидала увидеть совершенно новую оболочку, но зеркало меня встретило отражением все той же девушки, которая исчезла после злосчастного кровавого ритуала. Почему меня снова поместили именно в это тело, я не знала, но не имела ничего против. Приятно обладать плотью и кровью, а не быть лишь сгустком бесполезной энергии. Находясь наедине с мыслями, я снова и снова прокручивала в голове все события, произошедшие за время моей смерти. И чем больше размышляла над своими злоключениями, тем труднее было поверить, что такое количество событий произошло всего с одним человеком. Но даже все те безумные и страшные события не могли сравниться с мучениями, через которые приходилось проходить ежедневно, находясь рядом с Ваалом.

- Делай все, как прикажет Хозяин, - наставляла меня Надзирательница, внимательно осматривая с ног до головы. - Не дерзи, а то начнёшь с ним тягаться в остроумии, - фыркнула она.

- Будто он умеет смеяться, - я посмотрела на неё как на безумную.

- Лучше не проверяй.

- И все же? Ты видела его смеющимся?- образ улыбающегося Князя никак не хотел вырисовываться у меня в голове. Воображение упорно растушёвывало подобную картинку.

- Нет, - замерла брюнетка, чуть нахмурившись. – Давай, лучше не будем этого представлять. Мне не по себе от того, что я хоть как-то смеюсь над Хозяином.

- У-у-у-у, - протянула, впервые увидев, что Неда отказывается смеяться над кем-то. – Думаешь, накажет, если узнает? - улыбнулась, предвкушая её ответ на мою провокацию.

Мне доставляло невероятное удовольствие злить Надзирательницу, тем самым напоминая себе, что я не чья-то вещь, а по-прежнему личность, способная на эмоции и на собственное мнение.

- Не знаю. Но это неуважение. А Верховный Князь, возможно, единственный, из всех, кого я знаю, кто его заслуживает, - зло сверкнула глазами Неда.

- Ты это серьёзно?- отступила на шаг, посмотрев в её угольно-черные глаза. - Этот жестокий монстр заслуживает уважения?

- Да, этот жестокий монстр, - резко ответила она, не отводя своего взгляда. - Ты понятия не имеешь, какой он правитель! Ровно так же, как и то, что хорошо для нашего мира, а что плохо! И не тебе решать, чего он достоин, - практически прорычала девушка, сдвинув брови.

Агрессия, исходящая от Рогнеды, застала меня врасплох. Даже при первой нашей встрече я не чувствовала подобного негатива. По блеску в её глазах и натянутым мышцам на её шее, я поняла, что переступила невидимую грань, обеспечивающую нам мирное сосуществование. От колкости в интонации и взгляде Надзирательницы внутри поднимался бунт. Её стремление защищать это чудовище казалось совершенно немыслимым.

- Достаточно того, через что он меня пропустил и во что превратил в итоге! - отвернулась от Неды, сдерживая вспыхнувшую злость, направляясь в ванную. – И тебя, кстати, тоже! – крикнула через плечо, захлопывая за собой дверь, сотрясаясь от подавляемой ярости.

Включив кран, наклонилась к раковине, подсовывая лицо под ледяную струю, стараясь немного остудиться. Колючие капли обжигали кожу, переключая внимания с размолвки со Смотрительницей на неприятные ощущения. Вместе со злостью хотелось смыть всю боль, которую мне принес Хозяин, но как бы я не старалась, понимала, что всё еще впереди. Мне нужно учиться противостоять этому или адаптироваться к новым условиям и приспосабливаться получать удовольствие даже рядом с ним.

Стук в дверь напомнил о том, что у меня нет такой роскоши как время.

- Выходи, нужно ещё многое обсудить, - сухо произнесла Неда.

- Иду, - всматривалась в чужое отражение.

Говорят, глаза - зеркало души. Но в глубине этих серых глаз, я не видела себя. Там не оказалось ни намёка на то, что внутри сидит та самая девчонка, знакомая мне когда-то. Я видела лишь глухую тишину и отголоски настоящей жизни, ставшей механическим существованием. Не знаю, дело ли в том, что тело все же не то, которое было со мной с момента рождения, или все же сказался отпечаток пройденного, но я не узнавала эту девушку.

Распахнув дверь, увидела Неду, опирающуюся спиной о стену рядом с ванной. Её лицо не выражало ни единой эмоции. Просто маска, надетая для того, чтобы выполнить необходимую работу.

- Садись и слушай, - кивнула она на кровать.

Игнорируя не утихшую бурю в груди, молча присела на кровать, посмотрев на Неду.

- Я говорю, ты слушаешь и не перебиваешь. Это понятно?- пристально посмотрела на меня.

- Да, - кивнула, скрещивая руки на груди.

- Не перечь ему. Никогда, ни в чем! Делай ВСЁ, что будет приказано! - слегка повысила голос, акцентируя слово "все".

- Но..., - хотела возразить.

- Никаких «но»! - прикрикнула она, бросив на меня рассерженный взгляд. – Учись жить по нашим законам!- ткнула пальцем в мою сторону. - Если ты не будешь подчиняться ему, то есть несколько вариантов дальнейшего решения твоей участи, и ни один из них не может считаться благополучным, - Неда оторвалась от стены, схватив кресло и придвигая его практически вплотную к кровати.

- Ты не сможешь общаться ни с кем кроме Верховного правителя, - она понизила голос, присаживаясь на кресло напротив меня.

- Совсем? – мне всё ещё казалось, что она говорит так для большего драматизма.

- Совсем, - Рогнеда медленно моргнула в знак согласия, сидя прямо, словно жердь. Ни один мускул не дёрнулся на её лице, превращая обычно живую мимику девушки в маску манекена. – Запоминай и не вздумай импровизировать, - чётко проговорила она. - Ты будешь говорить только в том случае, если тебя спросит Хозяин, все остальное время будешь тише воды. Разговаривать с его гостями так же сможешь только по разрешению. И ни в коем случае и никогда ты не будешь общаться с другими рабынями. Тебе положено просто выполнять свою работу. Расписание на день тебе будут передавать вместе с едой. Все то время, что ты не будешь задействована в покоях Князя, придется находиться в своей комнате. Любые попытки сбежать будут пресечены. Смирись со своей ролью и прими её.

Вынесенный приговор прозвучал словно выстрел, разорвавший мертвую тишину. То, что меня ожидало, не шло ни в какое сравнение со всеми испытаниями, пройденными до этого момента. Я могла покорно принять собственную участь, но могла выказать сопротивление, превратив и без того безвыходное положение в тупик, выход из которого для меня будет замурован. Я смотрела на Надзирательницу и не узнавала. Куда исчезла та язвительная девушка, так ярко реагирующая на любое мое слово? И почему ей плевать на мою участь?

- Почему ты говоришь это ...так?- сморщилась, не понимая резких перемен в её поведении. До этого она ловила стрелы, лишь бы вывести меня с вражеской территории, а теперь так хладнокровно отдает в лапы чудовищу.

- Это моя работа, - не меняясь в лице, ответила Неда.

- Работа..., - тихо повторила за ней.

Рогнеда в последний раз проводила меня до покоев Ваала, показав в ванной комнате Князя потайную дверь, ведущую в мою новую спальню. Остановившись на пороге двери, ведущей в мою камеру, посмотрела на брюнетку, решив, что возможно следующего шанса не будет:

- Последний вопрос.

Рогнеда ничего не сказала, пристально глядя на меня черными, как ночь, глазами.

- Почему там появился Дор? – замерла в ожидании ответа.

- Это его работа, - сухо ответила она, повернувшись ко мне спиной.

Бессонными ночами я часто вспоминала это мёртвое слово «работа», лишенное малейшего намёка на жизнь и эмоции, услышанное из уст Рогнеды. Единственные существа, проявившие ко мне чувства, делали это лишь по приказу моего мучителя. Я оказалась для них всего лишь работой. Попытавшись услышать боль, разрушающую изнутри, нашла только глухую тишину, раскатывающуюся по пустой оболочке, словно перекати поле. Во мне будто распростерлась пустыня, образовавшаяся после бесчисленных пожаров, и чтобы она зацвела, должно пройти немало дождей.

Работа превратилась для меня в самую настоящую пытку. Ежедневно я становилась свидетелем оргий Ваала. Пачки новых наложниц проходили через его спальню. Они без споров выполняли все его пожелания, доставляя удовольствия не только ему, но и другим девушкам, зная, что за послушание будут корчиться в экстазе от его жестких ласк. Часами он выбивал из них крики страсти, заставляя меня мучиться от напряжения, сдерживаемого желания и разрастающегося плотского голода. Каждый раз, слушая из-за двери их стоны, я закусывала губы от пульсации между ног и каждый раз я не решалась унять эту боль, дотронувшись пальцами до набухшего в трусиках клитора. Непроизвольно, я представляла, как крепкий член Ваала входит в меня, избавляя от нестерпимого зуда. Я практически чувствовала, как он растягивает меня изнутри, пронзая на всю длину. Но несмотря на реалистичность образа в моей голове, фантазии лишь разжигали и без того пылающий огонь. Мне не терпелось как можно скорее оказаться в своей душной и тесной спальне, чтобы покончить с этой мукой, не опасаясь получить очередное наказание. Но отпустив своих любовниц, Ваал никогда не позволял мне покинуть его покои, не убрав следы его оргии. Взяв себя в руки и стараясь не глядеть на его обнаженное, покрытое капельками пота тело, я расхаживала на трясущихся ногах и во влажном белье, вдыхая запахи секса и мысленно скуля от обиды, злости и дискомфорта, снова и снова проклиная его. Князю было плевать на то, какие эмоции бурлят в его прислуге. Казалось, что он перестал меня замечать, считая не более чем предметом интерьера.

Порой, получив расписание на подносе с едой, я приходила в покои Хозяина и сутками ждала его, стоя у камина, мысленно умоляя появиться и прекратить мучение. С каждым новым часом ожидания, моё тело немело без движения, переставая подчиняться. От многочасового дежурства медленно затекали даже те мышцы, о существовании которых я не подозревала. Тело начинало болеть так, будто я целый день перетаскивала камни. По правилам я не могла даже присесть, и, зная, что он появится в любое мгновение и уничтожит меня своим холодом, я боролась с собой. Разрываясь между желанием ненадолго расслабиться и предупреждением Неды о последствиях, я боролась до последнего. Не выдерживая, я падала на пол, изо всех сил стараясь не уснуть и вслушиваясь в каждый шорох, находясь в беспрерывном напряжении.

Такие дни давались мне ещё сложнее оргий Ваала. Именно в подобные одинокие дежурства, я думала о нём больше всего, призывая появиться. В моменты ожидания я ненавидела его и в то же время считала спасителем, способным даровать свободу. Тогда я переставала бояться его прихода, а с нетерпением желала услышать знакомые тяжелые шаги и почувствовать сковывающий холод его близости.

Мне практически не доводилось видеть других рабынь. Они приходили, молча выполняли свою работу и покидали покои Верховного Князя. Больше всего девушек прислуживало во время приёма ванн Хозяина, но я ни разу не увидела знакомых лиц. Словно все те, кто прислуживал ему во время моего первого появления в Инфериатос, исчезли, а их место тут же заняли другие.

Ваал не пускал в свою кровать рабынь, только наложниц. Рабыни исполняли роль мебели. Не знаю, каким образом некоторым удавалось перейти из бытовой обслуги в любовницы, при мне он не удостаивал их даже взглядом. Никогда ни одна из них не присутствовала во время его любовных утех. По всей видимости, эта роль была отведена только мне. Спектакль для одного зрителя. Все время я ждала унижений, понимая, что подобное равнодушие не может длиться вечно, и в определенный момент Ваал снова окунёт меня в чан с болью. Но Князь поступал хитрее, он истязал мою плоть и либидо, превращая в одержимую похотью.

Изоляция от всех мужчин, кроме Хозяина, начинала сказываться не лучшим образом. Ежедневные встречи переставали напоминать пытку, и мысли о нём больше не казались ночным кошмаром. Я привыкала к его присутствию, не напрягаясь в ожидании чего-то жуткого при звуке низкого тембра, пускающего по коже мурашки. Единственное, что заставляло тяжело дышать, обнаженное тело Хозяина. Я не могла взирать на его безупречный смуглый торс, перекатывающиеся при движении крепкие мышцы, не могла вдыхать его запах, не представляя его прижимающего меня к постели, стене, или к полу, выбивая крики. Картинки каждый раз менялись, оставляя неизменным тот факт, что я хотела его. Хотела до одури, и ненавидела себя за это. И ненависть к себе быстро затмила сковывающее чувство, вызванное его появлениями. Я понимала, что в подобной ситуации моя реакция оказалось бы похожей, даже окажись на его месте кто-то другой. Но проблема заключалась в том, что я не хотела никого другого. Я хотела только его. Мысли о Ваале превращались в навязчивую идею, не дающую спокойно дышать.

В очередной раз я стояла у камина уже больше нескольких часов, время от времени прохаживаясь до бара и обратно. Появится сегодня Хозяин или нет, об этом знал только он сам. За время ожидания я успела придумать для него сотни проклятий и сотни причин, по которым он измывался надо мной. Единственным желанием дня было, поскорее освободиться и вернуться в свою обитель, погрузиться в сон и не думать о нем.

Женский смех за дверью привлек внимание, оповещая о приближении кого-то постороннего. Зная, что иергоны не пропустят никого чужого в покои Верховного Князя без его разрешения, не спеша заняла своё место, на случай, если всё же двери раскроются. Стук каблуков, перекрываемый кокетливым смехом, послышался у самых дверей, продолжая нарастать.

«Ещё одна течная сучка», - мысленно фыркнула, приняв рабочую позицию.

Двери распахнулись, впуская вместе со смехом терпкий запах лилий. Я напряглась, понимая, что просто так сюда не попадет ни одно существо. Игнорируя неизвестную гостью, сосредоточила все свои чувства на том, кто вошёл следом за ней. Энергия Хозяина будто вытесняла воздух из помещения, не оставляя ничего кроме его силы. Стоило ему перешагнуть порог, как у меня перехватило дыхание. Сердце замерло на мгновение, затем пустилось галопом, громко застучав в груди. В один миг адреналин в крови достиг своего пика, защекотав кожу изнутри. Я чувствовала его на расстоянии и реагировала на него словно на магнит. Мне не удалось поймать тот момент, когда мой страх перед ним переплелся с тягой. Но постоянные противоречивые чувства, вспыхивающие из-за него, вызывали привыкание. Со временем мне стало хотеться получать ещё большую дозу эмоций, пробуждаемых Хозяином. Я прислушивалась к его шагам, эхом отдающимся от стен, мысленно представляя его величественный образ в мельчайших подробностях. Все портил отвратительный запах его спутницы, свербящий в носу.

- Я думала, что мы никогда не дойдём, - сказала с придыханием девушка.

Смех сменили звуки поцелуев, сопровождаемые нетерпеливым женским постаныванием. В то же мгновение мне в голову прилила кровь, вытесняя оттуда все здравые мысли и оставляя место лишь для злости. Не может быть, чтобы Ваал решил изменить своим принципам и трахнуть её посреди гостиной. Меня словно укололи булавкой и, забыв о всех правилах, я посмотрела вверх. Стройная блондинка припала губами к шее Князя. Она извивалась в нетерпении, пытаясь как можно сильнее вдавиться в его тело. Руки Ваала лежали на её спине, расстегивая молнию изумрудного платья. Одним движением он расстегнул золотистую змейку, скидывая шёлк к ногам девушки. Под его смуглыми пальцами молочная кожа блондинки казалась ослепительной белой. Ваал вдавливал пальцы в её спину, оставляя бордовые следы. Девушка мурлыкала как кошка от удовольствия, не отрывая рта от его мускулистой шеи, помечая алыми отпечатками губ. Костлявыми пальцами она скинула с плеч Князя пиджак, оставив его в черной рубашке. Меня раздражало то, что она так по-хозяйски прикасается к нему, словно имеет право на это. Будто услышав мои мысли, Князь резким движение развернул блондинку лицом ко мне, прижав спиной к груди. Обхватив одной рукой обнаженную грудь с торчащим соском, а второй схватив за подбородок, наклоняясь к её уху. Блондинка облизала алые губы в предвкушении сладкого.

- Ты помнишь, какие правила у этой игры? – в его голосе послышалась злость. – Ну, же! – повысил голос, выкручивая сосок.

- Правила не для меня, - рассмеялась она, закидывая руку назад и обхватывая его шею.

- Тогда тебе стоит сыграть с другими! – отшвырнул её в сторону, поправляя ворот рубашки.

Блондинка перелетела через диван, ударяясь головой об стол. Я поморщилась, представляя насколько это больно. Ваал отвернулся от неё, поднимая пиджак с пола.

- Ха-ха-ха! – звонко рассмеялась девушка. – Да, мой повелитель! Бей меня!- она медленно поднялась на ноги, выпрямляясь. – Оставляй на мне свои следы. Хочу тебя настоящего! – провела рукой от груди к животу, запуская пальцы в черные трусики, разрывая кружево.

Ваал повернулся к ней, холодно взирая на безупречное тело.

- Ну, же! – повернулась к нему спиной, опускаясь руками на столик, прогибаясь в пояснице. Она встала на четвереньки лицом ко мне и округлой попкой к нему. Наши взгляды встретились. Затуманенные красные глаза девушки отталкивали. Вся внешняя идеальность перестала иметь значение при виде кровавых радужек.

– Сделай это, Князь! Жестко, больно! Заставь меня вспомнить, почему я не хочу других! – она повертела попкой, прогибаясь как кошка, не отрывая взгляда от меня.

Я не смогла дольше смотреть в её глаза. Они мне напомнили о той кровавой вакханалии, от которой спас меня Дор.

- Ты не возбуждаешь на боль, Домара, -усмехнулся Ваал, откинув пиджак на диван.

- Я знаю, что тебя вдохновит, - опустилась грудью на стол, задевая сосками столешницу и подтянувшись на руках. Перевернулась на спину, поднимая ноги высоко верх, раскидывая в стороны и изящно соединив их, опустила на пол.

Усмешка на губах Ваала резко контрастировала с пренебрежительностью во взгляде. Неотрывно глядя на неё, он снял запонки, положив их на бар. Он смотрел за её действиями, не моргая, расстегивая на рубашке пуговицу за пуговицей, обнажая мускулистый торс.

- Постарайся удивить, - холодно заметил он.

Виляя бёдрами, девушка приблизилась к Хозяину, останавливаясь напротив него. Я затаила дыхание, когда девушка провела тонкими пальцами по груди, облизывая губы и опускаясь на колени. Ее порочность и готовность выполнять любые прихоти вызывала восхищение. Идеальная обнаженная женщина, преклонившаяся к ногам мужчины и готовая для утех, не могла не будоражить тело. Я словно завороженная следила за её движениями.

Тяжело дыша, она протянула руку к его ремню, расстегивая пряжку. Я видела, как дрожат от нетерпения ее пальцы и тяжело вздымается грудь. Всем своим видом она показывала, насколько ей не терпится почувствовать его внутри себя. Поёрзывая на месте, она издала тихий стон, приспуская брюки Хозяина. Возбужденный член оказался напротив её губ. Девушка шумно выдохнула, радостно улыбнувшись. Обхватив рукой твёрдую плоть, она провела языком от основания к головке члена, дразня Ваала. Сильные пальцы схватили её за волосы, надавливая на голову. Блондинка радостно приняла член в рот.

Я шумно сглотнула, представляя ощущения девушки. Почувствовала на себе пристальный взгляд и посмотрела выше, на лицо Ваала. В синих глазах горел пожар, погружающий меня в раскаленную лаву сладострастного безумия. Он не отпускал моего взгляда, толкаясь бёдрами вперёд, погружая плоть в жадный рот блондинки, постанывающей от возбуждения. А я не могла оторвать взгляда от его напряжённой челюсти, огня в обычно равнодушных глазах и представляла себя на месте белокурой дивы. Я хотела стоять вместо неё, ублажая его языком, обхватывая каменную плоть губами и наслаждаясь вкусом его возбуждения. Хотела стать той, которая растопит вечный лёд и будет плавиться вместе с ним. Я желала сгореть дотла, лишь бы вновь почувствовать его страсть. Но в эту ночь, как и многие другие ночи, я была всего лишь жалкой рабыней, предметом мебели, ждущей, когда ей будет позволено убрать последствия удовольствия Хозяина.

Блондинка облизывала его плоть языком, обхватывая алыми губами и закатывая глаза от наслаждения. Ваал жестче и жестче толкался бедрами в её рот, не сводя с меня глаз. Мне казалось, что он точно так же вдалбливается в мою душу, как делал это с девушкой. Он проникал в меня, заставляя почувствовать себя изнутри, даже не прикасаясь физически. Дотронься он до меня, и я взорвалась бы от простого случайного касания. Моё тело горело, а душа разрывалась от противоречий. Я не хотела присутствовать при том, как другая женщина доставляет ему удовольствие, и в то же время, не могла перестать наблюдать за тем, с каким самозабвением она ласкает его, возбуждаясь еще сильнее. Девушка стонала, запустив руку себе между ног, зашевелив ею. Движения Хозяина становились резче и изо рта блондинки послышались хрипы, но она даже не пыталась оттолкнуть его от себя, скорее наоборот. Она с радостью принимала в себя его так глубоко, насколько хотел Ваал. С каждый новым толчком в её рот, взгляд Князя становился темнее, а я смотрела прямо в его небесную синеву и кружилась в налетевшем вихре, окрашивая прозрачную лазурь в цвет грозовой тучи. Скулы и линия его подбородка заострились. Ваал вцепился обеими руками в белокурые локоны, сжимая челюсть. Под смуглой кожей прокатились серые волны, искажая мужественное лицо.

- Пошла вон! – прорычал, сквозь сомкнутые зубы Хозяин, глядя мне в глаза.

Девушка попыталась высвободиться из его рук, но он сильнее вдавил её голову в свой пах. – Ты!- не моргая смотрел на меня. – Вон! – в его рыке послышались нечеловеческие нотки.

Блондинка расслабилась, продолжая насаживаться ртом на его плоть.

Кожа Хозяина стремительно серела, волны под ней исказили лицо так, что невозможно было разглядеть что-то человеческое в его облике.

- Во-о-он! – послышался звериный рёв, возвращая меня в чувство.

Опомнившись, я побежала к двери в спальне, поспешив через ванную скрыться в своей камере. Убегая, краем глаза увидела, как Хозяин оторвал девушку с пола, отшвыривая её в сторону. Прежде чем закрыть за собой дверь ванной комнаты услышала рёв двух животных, треск мебели и шум борьбы. Оказавшись у себя, забежала в душ, уселась на пол спиной к двери и пыталась осознать то, что произошло. Истинная сущность Ваала взяла вверх над ним, и он выгнал меня. Но для чего?

Несколько дней, забрав поднос с едой через люк в стене и перебирая тарелки в ожидании привычной бумаги с распорядком дня, находила лишь по маленькому, гладко отполированному черному камню. Впервые получив странный предмет, я повертела его в руках, решив, что это указание на мою дальнейшую работу. Но никаких знаков на нём не было, точно так же, как и на одиннадцати последующих. Находясь без работы на протяжении четырех дней и сидя взаперти в замкнутом пространстве, напоминающем скорее шкаф, чем комнату, начала ощущать, будто я схожу с ума. Я не могла расслабиться ни на секунду, постоянно думая, что вслед за моим непослушанием, должно последовать что-то жуткое. И подобное затишье не предвещало ничего хорошего. Я непрерывно ждала момента, когда распахнется дверь, и за мной придут, чтобы подвергнуть самому беспощадному наказанию. Но не происходило совершенно ничего. Спустя какое-то время после первоначального шока, я поняла, что не чувствую больше постороннего присутствия в комнате. Факт моего одиночества ворвался в мысли, неумолимо разрушая последнюю опору на то привычное, чем для меня стало заточение в душном склепе и регулярное прислуживание Хозяину. Я ужасалась тому, как сильно поменялась за это время. Казалось бы, мне нужно радоваться временной передышке, но пожив здесь в жестком режиме какое-то время, я знала: ничего не происходит без причины. И на данном этапе проблемы либо у меня, либо у Ваала. Именно тогда я впервые почувствовала тревогу. Но не за себя, а за него.

Безделье вперемешку с напряжением и одиночеством разрушало меня. В голове прокручивались вновь и вновь картинки, запечатлевшие последние события в покоях Хозяина. Перед глазами стоял Ваал, и белокурая демоница - у его ног. Рык и шум драки гудели в ушах, заставляя закрывать их руками. Чем больше я думала о том, что произошло после моего ухода, тем сильнее покрывалась холодным потом. Назойливая мысль о том, что блондинистая сучка могла навредить Хозяину, жужжала, не замолкая, превращая меня в параноика. Я не знала, как мне быть и стоит ли ждать момента, когда хоть кто-то разрешит мне покинуть камеру. Время шло, но ничего не менялось. Спустя еще четыре дня и двенадцать черных камешков на подносе, я перестала чего-то ждать и перестала бояться. Но мне нестерпимо хотелось выбраться из этих стен, словно сжавшихся в размерах за это время и пытающихся раздавить меня. Я медленно теряла ощущение реальности.

Шёл пятнадцатый день моего заточения. Вынырнув из-под струй холодной воды, на автомате оделась в чистую униформу, зная, что и этот день предстоит провести в пределах индивидуальной камеры. Голова гудела, наверное, впервые после смерти я вспомнила такую человеческую слабость, как давление в висках. Комната завращалась, начиная дьявольский хоровод. Казалось, еще мгновение и меня разорвет на части. Отыскивая опору, подошла к двери, не понимая, как оказалась в темном коридоре, ведущем к покоям Хозяина. Я не видела стен, но понимала, что за пределами своей конуры мне гораздо комфортнее. Мне словно стало легче дышать, наполняя порцией кислорода не только легкие, но и мозг, и возвращая способность нормально мыслить. Обернувшись на дверь комнаты, пошатнулась. Чёрт с ним! Наплевав на все правила и осторожность, двинулась вперед.

« Я только взгляну одни глазком и вернусь обратно», - успокаивала себя, двигаясь вперед.

Наткнувшись руками на тупик, слегка оттолкнула от себя дверь, впуская в темный проход полоску света. Заглянув сквозь узкую щель, увидела совершенно пустую ванную комнату Князя. Толкнула дверь сильнее, оглядываясь по сторонам. Никого не было. Прислушалась, не доносятся ли звуки из основных покоев Ваала и, ничего не услышав, перешагнула порог. Зеркальная поверхность каменного пола отражала огни десятков свечей. Бассейн с прозрачной, как слеза, водой дожидался своего часа. Не спеша прошла к спальне, рассчитывая лишь удостовериться, что Ваала нет, и вернуться обратно к себе. И снова мысли о возвращении в персональную камеру вызвали головокружение. Замерла на пороге спальни, взирая на смятую постель.

- Твою мать, - прошептала, резко развернувшись на каблуках. В подобном беспорядке его кровать могла быть лишь в одном случае – если он был в ней не один.

- Кто позволил тебе появиться здесь? – оглушил Хозяин, стоя за моей спиной.

Я замерла, услышав знакомый бархатистый голос. В животе защекотало, охватывая невесомыми нитями грудь и разлетаясь легкими лепестками в каждую часть тела. Внезапная радость сменилась волнением, активизируя все защитные механизмы. Даже если меня не собирались наказывать до этого момента, теперь, когда добыча самовольно пришла в логово к зверю, он не упустит случая отыграться за все прошлые промахи.

- Простите! - не решалась повернуться к нему лицом без разрешения. - Я лишь хотела узнать, почему меня так долго держат без работы.

- Для тебя нет работы, - резко ответил Ваал, - и не будет.

Это был конец. Оправдались мои самые страшные опасения.

- Свободна, - холодно добавил он.

- Но ...,- развернулась к нему лицом, встретившись с пронзительно голубыми глазами. – Я не могу все время сидеть взаперти! – сказала громче, чем следовало.

Его глаза сверкнули, возвращая себе привычное равнодушие. Я опустила взгляд, пытаясь исправить оплошность и только теперь заметила, что Ваал совершенно голый. Он был от меня на расстоянии вытянутой руки. Сильный, крепкий, словно вылепленный самым лучшим скульптором. Дыхание участилось, от осознания того, насколько это неправильно. Он стоял передо мной, позволяя рассматривать свою наготу, не произнося ни слова. Я восхищенно скользила глазами по его телу, от сильных икр, к коленям, которые казались самыми мужественными из тех, что мне доводилось видеть, к мускулистым бёдрам. Задержав дыхание, поднималась взглядом выше к тонкой коже под выпирающей косточкой внизу живота, не скрывающей голубых вен. Капля влаги на сгибе бедра, не спеша сползала вниз, переливаясь на свету. Захотелось впиться в неё губами и убедиться, что кожа там такая же тонкая и нежная на ощупь, как и у людей, а вены под ней такие же крепкие, как и весь Ваал. Осторожно перевела взгляд в сторону, шумно сглатывая. По-прежнему твёрдый, как камень, член, был готов к продолжению марафона похоти, но в комнате не было ни одной наложницы, только он и я. В том, что до моего прихода в спальне находился кто-то ещё, я не сомневалась. Да и вряд ли, подобная реакция у него могла быть на моё появление. Я смотрела на его возбуждение, понимая, что хочу обхватить его руками. Желание прикоснуться к упругой плоти с синими венами, дотронуться до каждой из них кончиком языка, запоминая толщину и изгибы, граничило с помутнением. Отзываясь на мои мысли, между ног запульсировал чувствительный бугорок, заставляя сжать ноги плотнее.

- У меня нет для тебя работы! Можешь уходить.

- Отправьте меня к безликим! Всё лучше, чем сходить с ума! – данный разговор не приведет ни к каким желаемым последствиям.

- Ты не справишься, – усмехнулся уголком губ.

- Но, хоть что-то, - в отчаяние посмотрела ему в глаза.

- Ты не на что не способна, - бросил в лицо, как оскорбление.

- Тогда зачем я здесь? – этот вопрос преследовал меня изо дня в день, и ответа на него я не находила.

– Убирайся, - повернулся ко мне спиной, удаляясь.

- Куда?! – крикнула ему в спину. – В тюрьму? Но даже в тюрьме положены прогулки, и дается хоть какая-то работа.

В следующее мгновение Ваал возвысился надо мной, схватив за шею и приподнимая над полом.

- Тюрьма говоришь!? – его голос наполнился злобой. – Что ты знаешь, девчонка, о моих тюрьмах? Что ты знаешь о наказаниях? Что ты вообще можешь? Бесхребетная идиотка, неспособная следовать простым правилам! – выплевывал мне в лицо каждое слово. – Хочешь получить работу? Да так, чтоб было не скучно? – злобная усмешка, исказила его лицо. – Тебе самая дорога в подземелья моего дворца! Как думаешь, справишься?

Он сдавливал мне шею, перекрывая кислород. В глазах темнело, а в ушах послышался дикий звон. Через секунду я стояла на четвереньках на полу, откашливаясь.

- Думаешь, можешь заявиться к Верховному Правителю без приглашения и начать что-то требовать? – приближался Ваал. – Отвечай!- прогремел на всю комнату. Его слова рикошетом отскочили от стен, выстреливая в меня со всех сторон.

- У меня нет прав, - тихо проговорила, потирая шею. – Я только хочу быть, как все.

- Как все? – засмеялся он, сдергивая меня с пола и поднимая на ноги. – Всем нужен Хозяин, а тебе кто нужен? – приблизился вплотную ко мне, схватив за подбородок и поднимая его вверх.

- И мне. Вы, Хозяин, - встретилась с ним взглядом.

Ваал смотрел мне в глаза, проникая в глубину, переворачивая душу. Острые иголки впивались в мою сущность, отыскивая слабые места, а я не знала, как это остановить. Мне было дико больно, но я понимала, если не пройти через неё сейчас, то впереди может ожидать еще более неприятные испытания. Глаза цвета морозного неба сохраняли невозмутимость, проверяя меня на прочность.

Удерживая за подбородок, Ваал одним движением второй руки разорвал корсет и сорвал с меня трусики, обнажая полностью. Я зажмурилась, приготовившись к плети или другим подобным издевательствам.

- Я могу отправить тебя голую развлекать гостей, - задумчиво проговорил он. – Они будут рады такой игрушке.

Я распахнула глаза, осознавая ничтожность шансов не быть разорванной когтистыми лапами.

- Это тоже часть работы, - равнодушно заметил он.

Зная, насколько Ваал жесток, я не сомневалась в его способности отправить меня на растерзание его ненасытным гостям без капли сожаления. Но что-то подсказывало мне, что он этого не сделает.

- Я хочу прислуживать здесь, - почувствовала, как его длинная твердая плоть упирается в меня. Внизу живота сразу стало нестерпимо горячо, сосредотачивая все внимание на том месте, где соприкасались наши тела. Во рту пересохло от волнения, охватившего от пальцев ног до головы.

- Уверена? – проблеск интереса в глазах, снова сменился безразличием.

- Да, - провела языком по пересохшим губам, боясь дышать и тем самым все испортить.

Он перевёл взгляд с моих глаз к губам. Его глаза загорелись, снимая пелену равнодушия. От этого его нового взгляда меня словно пронзило током, посылая разряды в каждую часть тела. Я не могла сдерживать волнение и тяжело дышала. Адреналин бурлил в венах от непредсказуемости его действий. А я смотрела на идеальные черты его лица, четкие линии скул, подбородка, широкую шею и мужественный кадык. Его близость будоражила меня сильнее любого наркотика, а запах его тела кружил голову крепче алкоголя. Я закрыла глаза, втягивая его ни с чем несравнимый аромат. Я не помню, чтобы от Ваала когда-нибудь пахло парфюмом, но любой парфюмер мог отдать жизнь, лишь бы получить формулу аромата, повторяющего его натуральный запах.

- Что ты делаешь?- спросил он, крепче сжимая подбородок.

- Сдаюсь, - прошептала, приоткрывая веки, позволив синим языкам пламени поглотить меня.

Сердце бешено колотилось, пытаясь вырваться из груди наружу. Если бы не перемена в его взгляде, то я решила, что Ваалу безразлично моё присутствие, но это пламя, говорило громче любых слов.

- Почему ты решила, что мне это нужно?- напряжение в его голосе не спадало.

- Это нужно мне, - посмотрела на его высеченные из мрамора губы, снова смачивая свои языком.

Ваал молчал, словно гипнотизируя, всматриваясь в меня.

- Тебе просто нужно трахнуть кого-то, но ты не можешь, - зло заметил он, запуская ладонь мне в волосы, сжав в кулак и запрокидывая мою голову.

Соски затвердели, стянувшись в тугие комочки. Его грубость в этот момент не вызывала отторжения, скорее наоборот. Я хотела, чтобы он трогал меня всеми способами и с такой силой, с какой пожелает. Пусть злится, причиняет боль, только не игнорирует, не сравнивает с другими, пусть заметит меня.

-Верно. Но я хочу, чтобы это был ты, - положила ладонь на его руку, прижимая к коже ещё сильнее. От собственной смелости кругом шла голова. – Ты - мой Хозяин, - узел в животе раскручивался, отпуская на свободу порхающих мотыльков, рванувших к Ваалу, словно к пламени огня, зная, что сожгут крылья и никогда не смогут летать, но им было плевать. В тот момент они были готовы лучше ползать рядом с его костром, чем так и продолжать летать вслепую во тьме и биться о глухие стены.

Взгляд Ваала потяжелел. Он прижался лицом к моей ключице, проведя носом вверх к подбородку.

- А-а-а-ах, - шумно выдохнула, сотрясаясь от этого прикосновения.

Он отпустил мой подбородок, подхватывая на руки, закидывая мои ноги себе на талию. Я боялась дышать, скрепляя ноги у него на пояснице, встречаясь влажной плотью с каменным членом. Со мной происходило что-то невероятное. Я понимала, что сделала шаг в пропасть, назад из которой не вернет меня даже он. Но в тот миг хотелось наплевать на все и наконец-то перестать сопротивляться его власти, от которой мне не суждено укрыться.

Ваал сжал зубы, шагая вперёд. Я потянулась сосками к нему, прижимаясь острыми сосками к горячей груди, скользя вдоль длины его возбуждения. Ваал сделал несколько шагов вперёд, оттягивая меня за волосы назад, отодвигая от себя мою грудь. Я всхлипнула от досады. Мне хотелось прикасаться к нему каждой частичкой тела, не оставляя между нами свободного пространства. Он остановился, усаживая меня на холодный бортик бассейна, схватив за шею и откидывая меня назад, удерживая над водой. Прохладный кафель резко контрастировал с раскаленным телом Ваала.

- Не боишься, что с этого момента ты станешь моей вещью? Я буду обращаться с тобой так, как захочу, - накрыл ладонью мою грудь, сжимая между пальцами сосок и вытягивая его вверх. Боль сопровождалась долгожданным облегчением. С той первой ночи, когда Ваал сделал меня свидетельницей его утех, моё тело было на взводе. Каждый нерв был оголён настолько, что реагировал на каждый его взгляд и слово, как на изощренную ласку. Разжав пальцы на мгновение, он тут же сжал их, с силой вытягивая возбужденную вершинку, потираясь горячим членом о мою скользкую плоть. Я закрыла глаза, всхлипнув, выгибаясь грудью вверх.

- Пусть, - простонала, ерзая бедрами, изнемогая от желания

Ваал разжал сосок, поглаживая его большим пальцем, второй рукой сжимая крепче ладонь на шее. Снова и снова он мучил мой сосок, вызывая мои всхлипы, до тех пор, пока тот не стал алым. Тяжелый взгляд Хозяина неотрывно смотрел мне в глаза.

- Пусть что?- громко спросил, сжав вторую грудь.

- Пусть буду вещью, - ответила задыхаясь. - Я и так уже давно твоя вещь, - подалась бёдрами вперёд, прижимаясь клитором к его каменной эрекции.

Ваал резко поднял меня к себе, обхватывая зубами свободный сосок. Я вскрикнула от неожиданности, но, почувствовав между тисками зубов горячий влажный язык, закатила глаза. Обхватила его за шею, притягивая сильнее к груди. Ваал блуждал второй рукой по моей спине, сминая кожу до синяков. Я гладила его по шее, опуская ладони по его мускулистым плечам, по широкой спине вниз к упругим ягодицам, желая выучить его рельеф. Удерживая меня за спину, Ваал перехватил мою ладонь, ласкающую его спину, поднимая руку вверх.

Накинувшись ртом на вторую грудь, он сменял укусы на посасывания соска, прокладывая горячий влажный след к моей шее, не переставая тереться членом о мой клитор. Мне казалось, что я готова взорваться от эмоций, переполнявших меня. Мне хотелось почувствовать его глубоко в себе. Хотелось, чтобы он вошел в меня с такой силой, что я не смогла бы отличить наслаждение от боли. Задыхаясь, я пыталась дотянуться до его плеч, желая попробовать вкус его кожи, но его жесткие ласки не давали мне ни единой возможности. Меня лихорадило от нетерпения почувствовать его всего. Изогнувшись, накинулась губами на его грудь, покрывая поцелуями пряную кожу. Ваал намотал мои волосы на запястье, возвращая доступ к моей шее, целуя её и массируя грудь, одновременно, то сжимая, то поглаживая сосок. Проложив дорожку из влажных поцелуев, Ваал словно обезумевший набросился на мой рот. Мягкие губы, сминали мои в неистовом поцелуе, проталкивая ко мне в рот горячий язык, сплетаясь с моим в безумном танце. Он кусал мои губы, лаская языком места укусов. Я почувствовала, что меня накрывает оргазм от всех его ласк. В этот момент Ваал отодвинул бедра, отрываясь от меня и заглядывая в глаза.

- Пожалуйста, - всхлипнула не в силах больше ждать. Сквозь тяжелые веки увидела почерневший безумный взгляд, от которого сердце застучало как отбойный молоток. – Пожалуйста, пожалуйста, - шептала будто мантру снова и снова.

- Пожалуйста, что?- прорычал он.

- Пожалуйста, войди в меня, - подалась бедрами вперед.

Ваал обхватил член рукой, поводив головкой по моей мокрой плоти. Я снова всхлипнула от отчаяния, не почувствовав его внутри. Он отодвинул бедра назад и качнулся, резко пронзая мою плоть на всю длину. Я распахнула глаза от переполнивших эмоций. Такой большой, казалось, он с трудом помещался внутри, разрывая меня. Ваал откинул меня на спину, схватив за лодыжки, разводя ноги в разные стороны, полностью покидая моё лоно и снова заполняя до упора, не переставая глядеть в мои глаза. Я застонала, почувствовав боль, переходящую в удовольствие. Его член растягивал меня изнутри, подстраивая под свои размеры, и все равно, будто не вмещался полностью. Ваал снова и снова выходил из меня, резко возвращаясь обратно. Постепенно боль ушла, оставляя лишь чистое наслаждение. Движения бедрами Ваала участились, он вдалбливался в меня резче и быстрее, подводя к вершине удовольствия. Он опустил одну ногу себе на талию, дотрагиваясь большим пальцем до набухшего твердого клитора. Массируя комочек нервов и заполняя до упора своей плотью, он возносил меня к таким высотам, к которым я не надеялась подняться в этом тёмном месте. Я задыхалась, почувствовав приближающийся оргазм. Ваал ускорил массирующие движения, ударяясь бедрами об мои. Он полностью вышел из меня, замерев на мгновение, и возвращаясь, вошёл до самого упора. Меня накрыла волна сильнейшего наслаждения. Разлетевшись на тысячу кусочков, я парила над землей. Казалось, что не существовало в моей жизни страшных дней. Я забыла обо всем, глядя в обезумевшие черные глаза. Я чувствовала, как сокращается моя плоть, сжимаясь вокруг твердого члена. С диким рыком Ваал толкнулся в меня последний раз, прижавшись бедрами и заполняя горячим семенем. Покинув моё лоно, он наклонился вперед, накрывая мягким поцелуем мои губы и, осторожно приподняв, взял на руки, снимая с холодной плитки. Не в силах пошевелиться, я закрыла глаза, вдыхая его запах и растворяясь в ощущениях. Наконец-то я обрела спокойствие. Никогда не думала, что смогу найти умиротворение в объятиях Смерти.