59
— Господин Квон.
Хивон смог остановить Квона Ёндже только после того, как они вошли в отдельный флигель. Тот выкрутил захваченное запястье и освободился, затем очень осторожно попытался прощупать настроение собеседника.
— Что случилось?
Ёндже редко показывал такое возбуждение, поэтому беспокойство Хивона было неизбежным. Тишина затянулась надолго. Когда он терпеливо ждал ответа, Ёндже лишь пошевелил губами, а затем бессмысленно помял галстук. В его движениях читалось раздражение, которое невозможно было скрыть.
—...Не спрашивай. Просто в этот раз выполни указание.
Ответ, не оставляющий места для возражений. Квон Ёндже всегда занимал доминирующую позицию в их отношениях, и Ким Хивон, конечно же, находился в положении подчиненного. Больше нечего было добавить, поэтому он лишь кивнул.
В итоге решили, что на церемонию подписания отправятся все, кроме Хивона. Пока все суетились в последних приготовлениях, лицо Ёндже было напряжённым, нервы на пределе.
Хивон молча подошёл и поправил его перекрученный галстук. Непорядок — быть неряшливым перед подписанием контракта... Определённо, с Ёндже что-то было не так.
— Я буду ждать в комнате. Если что-то понадобится — позовите.
Острый взгляд Ёндже впился в лицо Хивона. Тот будто хотел что-то сказать, но стиснул зубы. Затем раздался долгий вздох. Вместо ответа Ёндже лишь крепко сжал его плечо и отпустил.
––––––
Ровно в шесть стороны собрались для подписания лицензионного соглашения. Длинный стол для переговоров в форме буквы «Т» разделял представителей «Apex» и «Фудзино».
Ёндже быстро окинул взглядом собравшихся. Со стороны «Фудзино» присутствовали только исполнительные сотрудники во главе с президентом Такано Юити.
— Председатель присоединится к нам во время ужина. Вы же уже успели поприветствовать его ранее, верно?
Такано, пытаясь разрядить атмосферу, заговорил лёгким тоном.
— Да, мы коротко обменялись приветствиями.
Ёндже ответил сдержанно, добавив деловую улыбку.
Надеюсь, он не появится.
«Хорошо, что я исключил секретаря Кима», — подумал Квон Ёндже. — Лучше убрать его подальше, чем постоянно о нём беспокоиться. Лицо его постепенно расслабилось, как только на душе стало спокойнее. Он открыл папку с документами для официального подписания контракта.
В это время Хивон остался один в комнате и то и дело поглядывал на часы.
Всё равно он ничем не мог помочь. Всё, что он мог — это просто молча занять место. Хивон понимал это головой, но почему-то беспокойство не давало ему усидеть на месте.
«Это займёт как минимум два часа», — он снова взглянул на часы. Смотреть на них — глупо, время от этого быстрее не пойдёт, но он снова и снова повторял это бессмысленное действие.
Вдруг снаружи раздался стук в дверь, прервав его тяжёлые раздумья. Открыв дверь, он увидел мужчину лет пятидесяти. Тот почтительно поклонился.
— Говорят, здесь остался гость. Можно поинтересоваться, не желаете ли вы поесть?
Беглая корейская речь и безупречные манеры. Хивон сразу предположил, что этот человек, скорее всего, занимается тем же, что и он сам. И, вероятно, служит кому-то очень важному.
— Спасибо за заботу, но с едой всё в порядке, — вежливо ответил Хивон, слегка склонившись.
— Тогда, может, чаю? Как раз привезли отличный сорт. Хотелось бы угостить дорогого гостя.
Предложение было столь учтивым, что отказать казалось невежливым. Хивон немного подумал и ответил:
— Мне нельзя отлучаться... Не могли бы принести сюда?
— Конечно. Приготовим сразу.
Вскоре мужчина снова постучал в раздвижную дверь. Ожидая подноса с угощениями, Хивон открыл — и окаменел от неожиданности.
Перед ним стоял человек, которого он никак не мог не узнать — фактический глава «Фудзио», председатель Такано. Не раздумывая, Хивон тут же склонился в поклоне.
— Приятно познакомиться. Я исполнительный секретарь Ким Хивон.
Услышав его неуверенное приветствие на японском, председатель громко рассмеялся. Его хриплый смех был низким и густым. Хивон был слишком напряжён, чтобы заметить блеск в глазах Такано.
— Старику нечем заняться, вот и решил составить компанию за чаем. Если не возражаешь.
Мужчина рядом тут же перевёл. Как можно было отказать? Хивон кивнул и отступил назад. Раздвижная дверь распахнулась, и председатель шагнул внутрь.
На столе был роскошный чайный набор: чёрный лакированный поднос, фарфоровая посуда и изысканные вагаси.* Но у Хивона не было времени восхищаться — он лишь сглотнул, чувствуя, как комок в горле сдавливает его ещё сильнее.
— [Парень-омега? Аромат и правда прекрасен. Настоящий хит — в несколько раз насыщеннее. Это моя слабость. Никакая еда не сравнится. Истинный деликатес.]
Председатель Такано промокнул губы чаем и заговорил. С самого начала он бормотал что-то по-японски, но Хивон не понимал ни слова. Он украдкой взглянул на мужчину, предположительно его секретаря, но тот, почувствовав взгляд, лишь сохранял каменное выражение лица. Почему-то он не переводил.
Как ни крути, но для председателя подобное обращение с гостем было неподобающим. Хивон сжал кулаки на коленях и с трудом разомкнул губы.
— Прошу прощения, но мой японский недостаточно хорош, чтобы сразу понять вас, господин председатель. Если позволите, можно ли воспользоваться переводчиком?
Тогда председатель Такано усмехнулся. К удивлению, он понял Хивона и ответил:
— Убери телефон. Я терпеть не могу разговоры через такие штуки.
— Он говорит, что ему неприятно. Просит воздержаться от использования телефона.
Секретарь также передал слова председателя.
Хивон медленно поднял опущенный взгляд. Похоже, председатель Такано хотя бы понимал корейский. Единственный человек, который мог бы стать мостом в общении, фильтровал его слова. В чем тут дело? Может, они говорят то, чего мне не положено слышать?
Одно было ясно: ситуация становилась для Хивона крайне неловкой. Чтобы понять скрытые намерения председателя, он пристально вгляделся в него.
—[Хороший взгляд. Не из робких — мне нравится.]
Председатель растянул тонкие губы в улыбке. Его морщинистые глаза сузились так же хищно. Отведя змеиный взгляд, он продолжил:
—[Я недавно беседовал с исполнительным директором Квон Ёндже. Кажется, он тебя очень ценит. Когда я предложил одолжить тебя на ночь, он сильно разозлился. У вас какие-то особенные отношения?]
— Он спрашивает, есть ли у вас с господином Квон Ёндже особые отношения.
— ...О, так вы все-таки переводите.
Хивон невольно ответил резким тоном. Мужчина даже не моргнул. Его наглость вызывала оторопь, но, понимая, что нельзя поддаваться эмоциям, Хивон глубоко вдохнул.
— Нет, я просто сопровождающий секретарь.
—[Отлично. Тогда мне будет проще сделать предложение.]
Председатель ответил мгновенно.
Этот способ ведения диалога был совершенно непонятен. Хивон чувствовал себя не в своей тарелке уже давно.
Горло пересохло, и он то и дело отхлебывал чай. Густой вкус, давящий на язык, хоть немного снимал напряжение. Но самое плохое было то, что он не мог даже показать, как ему это неприятно.
[Поставь.]
По указанию председателя мужчина поставил на стол заранее приготовленный чайный набор. Хивон безучастно наблюдал, как председатель Такано, словно делая одолжение, улыбнулся и налил чай.
[— Говорят, это юхвачхо. Трава, известная тем, что помогает свободно раскрывать энергию. Это компонент, который также входит в новазен.]
Журча, желтоватая заварка наполнила новую чашку. Председатель налил свежий чай только Ким Хивону.
[— Хочу почувствовать твой феромон поближе. Конечно, никакого особого умысла тут нет. Сочти это за скромную прихоть старика. Раз уж встретил омегу, который мне по душе, хочется насладиться хотя бы его ароматом.]
Едва слова председателя закончились, Хивон уставился на мужчину, сидящего по диагонали, будто прося перевести.
Мужчина, до этого сохранявший бесстрастное выражение лица, медленно встретил его взгляд. С невозмутимым видом он произнес:
— Пожалуйста, выделите феромоны.
— ...Что?
— Председатель говорит, что вы ему очень понравились. Он хочет почувствовать ваш аромат более насыщенным. Если выпьете чай, это поможет выделению феромонов.
Вот же старый извращенец. Позволяет себе такие слова прямо при мне.
Хивон едва сдержал подступающую брань. Он резко поднял взгляд, сверкнув глазами, а тот, будто радуясь, ухмылялся своей дряхлой мордой. С самого начала взгляд председателя вызывал у него дискомфорт. Как же он был прав.
— Я могу отказаться?
— Конечно. Никто не станет принуждать. Однако, учитывая отношения между нашими компаниями, было бы лучше, если бы вы отнеслись к этому благосклонно.
— Это ничем не отличается от требования сексуальной услуги. Даже с учетом нашего подчиненного положения, это крайне бесцеремонно.
— Ну, я бы так не сказал. Ведь речь не о постели, а всего лишь о феромонах. Разве это так сложно?
— Конечно, с вашей стороны всё выглядит именно так.
Значит, у них был другой умысел, когда они меня пригласили. Квон Ёндже знал об этом? Не может быть, чтобы не знал. Вот почему он так разозлился.
Даже поняв всю подоплеку, Хивон чувствовал, как его мысли становились всё запутаннее. Он молча смотрел на чашку перед собой.
Выбор был за ним. Отказ или согласие — других вариантов не было. Но слова не спешили срываться с губ.
––––––––
*Традиционные японские сладости, которые обычно подают к чаю.