"Умей отпускать прошлое"
~(Тери)~
*****
Дорога от Чикаго до Америки стала для Терри вечностью. Каждая миля отдаляла его от неё. Мысли терзали, а сердце будто сжималось в холодных пальцах боли. Он не знал, как пережить это расставание, не знал, как жить дальше - без её взгляда, без её голосa, без её тихого «Терри...»
Кэнди осталась там - в Чикаго, как лучшее, что было в его жизни. Как светлое пятно в длинной ленте темных дней. Он знал: именно она останется в его сердце навсегда.
***
По приезду в Америку он снова поселился в гостинице. Чемоданы лежали раскрытыми, неразобранные букеты от поклонников заполнили полки, кресла, подоконник. Всё казалось ненужным, бездушным.
Огромное окно с зелёными, изумрудными шторами открывало вид на ночной город, мерцающий в огнях. Терри стоял у окна, словно пытался найти в этих огнях хоть что-то настоящее. Хоть что-то живое.
В голове звучал только один голос - её. Он закрывал глаза - и видел её.
Кэнди...
Он обещал себе никогда не причинить ей боли. Обещал, что просто уйдёт. Что заставит её забыть. Чтобы она жила дальше, легко, свободно, без груза их неосуществимой любви. Пусть страдает он, пусть ночь за ночью вспоминает её улыбку, её ладони, её слёзы - но только не она. Он хотел вырвать всю боль из её сердца и перенести в своё.
Перед глазами всплывали кадры их жизни в колледже Святого Павла: библиотека, прогулки, взгляды, касания, молчаливая любовь, спрятанная от всех. Ему было семнадцать, ей - шестнадцать. Тогда всё было ещё так просто, так невинно, так по-настоящему.
Но всё это осталось в прошлом. Время не щадит никого. Он выбрал путь, сцену, свет софитов - как когда-то выбрала его мать. Он исполнил свою мечту. Но потерял самое ценное, что было у него.
Кэнди.
Он говорил ей однажды: «Если не отпустить прошлое, у нас не будет будущего». И теперь эти слова звучали в его голове с какой-то мучительной ясностью. Он понимал: пришло его время оставить всё. Оставить её. И идти вперёд.
Но именно в этот момент тишину нарушил лёгкий стук в дверь.
- Входите, - глухо сказал он, даже не обернувшись.
Амали.
Она вошла медленно. На лице - странное смешение холода и надежды. Она посмотрела на Терри, но он всё так же стоял у окна.
- Ты даже не посмотришь на меня?.. - тихо прошептала она.
Он не ответил. Не обернулся.
Она села на диван, сложила руки на коленях и молча наблюдала за ним. Минуты тянулись мучительно.
В его голове всё ещё звучал один голос. Один смех. Одна слеза...
***
Тишину комнаты нарушил только хруст льда в бокале, когда Терри взял в руку стакан с виски. Его взгляд продолжал быть устремлён за окно - туда, где мерцали огни вечернего Нью-Йорка. Но его мысли были далеко отсюда. Он был там... с ней.
Амали подошла к нему тихо, почти неслышно. Она опустилась на диван, не сводя с него глаз. Несколько секунд они просто молчали.
- Терри... - произнесла она осторожно. - Может, ты всё-таки расскажешь мне о ней?
Терри даже не обернулся. Он продолжал смотреть вдаль.
- Я знаю, ты не хочешь говорить, но ты же должен отпустить прошлое, - продолжила Амали. - Пока ты держишься за то, что было, твоё будущее не имеет никакого значения.
Она встала и, неуверенно, но нежно положила руку ему на спину.
- Кэнди... должна остаться в прошлом, - прошептала она. - Тебе нужно забыть её. Вырвать из сердца. Она мешает тебе... мешает нам...
Амали сделала шаг вперёд, будто хотела обнять его со спины, но в следующий миг Терри резко отстранился. Он повернулся к ней - лицо было холодным, глаза отрешёнными и резкими.
- Ты не понимаешь меня, - произнёс он глухо. - Ты привыкла к цветам от поклонников, к аплодисментам, к вниманию. Мужчины склоняются перед тобой, а ты... ты даже не знаешь, что такое настоящая потеря. Ты не испытывала ничего подобного.
Эти слова пронзили Амали. Её лицо побледнело, глаза широко раскрылись от боли. Она смотрела на Терри - и не узнавая в нём человека, которого так любила.
- Ты не понимаешь... - срывающимся голосом произнесла она. - Ты даже не представляешь, как глубоко я прятала чувства к тебе. Как много ты для меня значишь. Я... я люблю тебя, Терри. Отпусти Кэнди. Дай мне шанс. Посмотри на меня... по-настоящему.
Он замер. На секунду взгляд его стал растерянным - почти тёплым. Он словно увидел перед собой Амали впервые.
Но уже в следующую секунду всё исчезло. Его лицо снова стало каменным. Он отвернулся.
- Между нами ничего не будет, - бросил он резко. - Никогда. Никогда.
Эти слова эхом ударили по сердцу Амали. Её лицо застыло, как маска. Она не плакала. Просто замерла, опустив руки.
Терри направился к двери. Он просто хотел выйти. Ему нужно было уйти. На воздух. Подальше от всего.
- Терри! - закричала Амали, бросаясь за ним. - Пожалуйста! Не уходи! Не оставляй меня! - голос её срывался. - Я люблю тебя! Прошу...
Но он даже не обернулся.
Когда дверь закрылась, Амали осталась одна. Она стояла, опершись на косяк, еле дыша.
- Я ненавижу тебя, Кэнди... - прошептала она, глядя в пустоту. - Я ненавижу тебя. Ты забрала у меня всё.
Она не знала, кто такая Кэнди. Никогда не видела её. Но ей и не нужно было.
Потому что она знала - Кэнди победила. Даже не пытаясь.
И в этот момент Амали поняла, что её история закончилась. Как пьеса, в которой навсегда опустили кулисы...
*****
Прошло несколько недель. Кэнди всё так же работала в больнице Чикаго, погрузившись в заботы и хлопоты пациентов. Мысли о Терри становились всё тише, как будто покрывались лёгкой пылью времени. Она начала понимать: любовь - это не всегда значит держать, иногда - это значит отпускать. И если он решил строить свою жизнь без неё, она должна позволить ему это. Она должна забыть. Навсегда.
Однажды в отделение привезли пациента - мужчину лет семидесяти трёх. Он был пожилой, но ещё крепкий. Только вот ноги почти не слушались - болезнь прогрессировала, а он упорно отказывался от операции.
Он оказался невыносимо привередливым. Всё было не так - то простыни слишком белые, то каша слишком горячая, то врачи слишком молоды. А Кэнди... почему-то сразу запала ему в душу, хотя он тщательно это скрывал.
- Ну и зачем ты опять приперлась, медсестра? - проворчал он, увидев Кэнди у своей койки. - Думаешь, заставишь меня глотать эти твои дурацкие пилюли?
- А вы думаете, я приду только с пилюлями? - прищурилась Кэнди, подходя. - Сегодня я пришла с целым арсеналом - терпением, уговорами и измерителем давления. Готовьтесь, мистер Грин.
- Терпением? - усмехнулся он. - Девочка, ты своё терпение на меня зря тратишь.
- Может быть. Но вы - мой любимый капризный пациент. - Она шутливо наклонилась к нему. - Так что сегодня вы выпьете эти таблетки... и даже спасибо скажете.
Он фыркнул, но таблетки всё же взял. А через пару часов, пока Кэнди отвлеклась, уехал на коляске к буфету - за "настоящим кофе".
*****
Несколько дней спустя Кэнди вошла в палату, чтобы поменять капельницу. Он был непривычно молчалив. Когда она подошла, он неожиданно взял её за руку.
- Кэнди... знаешь, у меня есть дочь. Где-то в Мексике. Ей было всего пять, когда жена забрала её и уехала.Ты очень похожа на неё...С тех пор я не видел её. Не писал. Не знал, как она. А теперь... теперь я старик с больными ногами.
Кэнди села рядом.
- Это и есть причина. Вы должны сделать операцию. Чтобы поехать. Найти её. Обнять её. Увидеть её лицо - хотя бы один раз. Пожалуйста.
Он посмотрел на неё долго. А потом спросил:
- А ты? У тебя есть семья?
- Я из детского дома,но он и есть моей семьёй, - мягко сказала Кэнди. - Но у меня были друзья. Верные, добрые... Мы всё пережили вместе. Сейчас мы далеко друг от друга. Но мы всё равно близки.
С тех пор они говорили каждый день. И вскоре старик сдался. Он согласился на операцию.
Кэнди переживала перед ней как будто это был кто-то родной. Она молилась. Ждала. Хотела чуда - чтобы он выжил, чтобы поехал к своей дочери. Чтобы она его приняла....
*****
Одним весенним утром Кэнди получила письмо. Конверт был подписан узнаваемым почерком:
«От дядюшки Уильяма. С любовью.»
~✉️~
Сердце Кэнди застучало.
«Дорогая Кэнди, я слышал о твоих успехах в Чикаго. Ты - большая умница. Через месяц я возвращаюсь из-за границы. Арчи и Стир тоже приедут на каникулы. Я с нетерпением жду встречи. - Уильям.»
Кэнди улыбнулась. Столько лет прошло - и вот, наконец, она увидит мистера Уильяма. Какой он? Почему всегда скрывался? Почему ни разу не приехал? В её сердце поселилось тёплое, трепетное ожидание.....
*****
Прошло 2 недели после операции. Пациент - мистер Грин - постепенно поправлялся. Теперь он уже не возмущался, когда Кэнди подходила с тонометром или таблетками. Наоборот - иногда даже сам напоминал:
- Ну что, сестричка, где мои пилюли? Не дай бог забудешь, я ж теперь дисциплинированный больной!
Кэнди только улыбалась в ответ и качала головой:
- Вот не узнаю вас, мистер Грин. Может, мне вас заменить? Где тот вредный старик, который сбегал на коляске за кофе?
- Он? - усмехался мистер Грин. - Его приручила одна настойчивая медсестра. С голубыми глазами и сердцем размером с Техас.
В день выписки Кэнди нашла его сидящим в холле у окна. Он был в сером пальто, в руках держал старую трость. Увидев её, он улыбнулся, по-настоящему, широко и тепло.
- А вот и моя героиня, - сказал он, поднимаясь с кресла. - Я боялся, что не успею попрощаться.
- Я тоже хотела вас увидеть, мистер Грин, - Кэнди присела рядом. - Как вы себя чувствуете?
- На удивление бодро. Честно сказать... даже немного волнуюсь. Столько лет я думал, что всё - моя жизнь уже прошла. А теперь я еду... к дочери. - Его голос чуть дрогнул. - И всё это благодаря тебе.
Он посмотрел на неё серьёзно:
- Прости за всё. За ворчание, за кофе, за побеги и вечное недовольство. Я был глуп и злой, потому что... боялся. А ты не сдалась. Ты осталась рядом. Спасибо тебе.
Кэнди почувствовала, как щемит в груди.
- Я просто делала свою работу. Но... я очень рада за вас, правда.
Мистер Грин достал из внутреннего кармана пальто сложенную бумажку и вложил ей в ладонь.
- Это адрес. Маленький домик у океана. Если вдруг окажешься в Мексике - обещай, что приедешь. Я буду ждать.
- Я обещаю, - прошептала Кэнди, едва сдерживая слёзы.
Он поднялся, опёрся на трость и, прежде чем уйти, сказал:
- А теперь иди спасать следующих. У тебя это получается, знаешь ли, чертовски хорошо.
Кэнди вышла на крыльцо и долго смотрела ему вслед. Он оглянулся, махнул тростью - и скрылся за поворотом.
Она сжала в руке тот клочок бумаги - как символ чего-то большого. Спасённой жизни. Надежды. Будущего.
В тот момент Кэнди поняла: она действительно изменила чью-то судьбу. И это чувство - было сильнее любой боли.....