Глава 1
"Терпение Колетт лопнуло"
Вот уже пару недель к ряду, рабочий день в юридической компании «Легран и партнёры» начинается с того, что сотрудники фирмы, чьи рабочие места расположены вблизи кабинета Колетт Браже, вынуждены слушать истошные и нелицеприятные крики в мой адрес.
Сегодняшний день, безусловно, прекрасный с точки зрения погоды, не является исключением. Гневный голос Колетт, вкупе с адским пламенем в глазах, который разжёг сам Люцифер, обрушился на меня словно камнепад.
– Юдо! Чёрт тебя подери. Как же мне надоели твои бесконечные выходки. Я не понимаю, чем ты думаешь в тот момент, когда решаешься на такие шаги. И, думаешь ли ты вообще. Полюбуйся на это. – Колетт с силой впечатала мне в грудь утренний выпуск «Midi Libre». С абсолютным безразличием к ситуации и повышенным тонам со стороны, взвинченной мадемуазель Браже, я развернул газету. На первой полосе красовалась моя, надо признать, не самая удачная фотография из всех за последнюю неделю.
Заголовок гласил:
«Юдо Маршаль – юрист, живущий по своим законам»
– Колетт, милая...
– Сколько раз я тебя просила не называть меня «милой» на работе. Не хватало ещё, что бы о нашем романе с тобой узнал кто-то из сотрудников.
– Ну, хорошо. Мадемуазель Браже, я не понимаю, в чём собственно проблема?
– Ты серьёзно?! Юдо, вот ты серьёзно сейчас это говоришь? Не понимаешь в чём суть проблемы? Вот она. – Разъярённо тыкая пальцем в мою фотографию на первой полосе, крикнула Колетт. – Ты отдаёшь себе отчёт в том, какие могут быть последствия? Ладно тебе наплевать на свою репутацию и имя, но ты подставляешь всю фирму. Клиенты один за другим отказываются с нами сотрудничать, видя, какой юрист будет представлять их интересы. Совет директоров всерьёз настроен, распрощаться с тобой, не смотря на все твои заслуги перед конторой. У меня кончились аргументы, что бы убеждать их дать тебе тысячный последний шанс.
Несколько секунд Колетт пристально смотрела мне прямо в глаза, ожидая хоть какого-то ответа.
– Юдо... – Только и смогла произнести она на тяжёлом выдохе, закатив свои потрясающие зелёные глаза.
Бросив, уже слегка помятую газету на пол, Колетт обошла рабочий стол и устроилась в своём кожаном кресле.
По темпу постукивания ручкой по крышке стола, было понятно, что сейчас в голове у девушки проносятся нескончаемым потоком тысячи мыслей, как действовать дальше.
– Скажи мне хоть что-нибудь, Юдо. – Умоляющим голосом, в котором ещё брезжила надежда прояснить ситуацию, произнесла Колетт.
Переведя свой взор в сторону огромного окна, где весь Париж был, как на ладони, медленным шагом я направился к нему. Скрестив руки на груди и, выбрав одну точку на горизонте, я облокотился на толстое стекло.
– Колетт. – Невольно, я поймал себя на мысли, что не заметил, как к моему горлу подкатил ком, делая голос охрипшим. Откашлявшись, я повторил. – Колетт. У тебя когда-нибудь было ощущение, что ты живёшь не своей жизнью?
– Прости, не совсем тебя поняла. – Слегка ошеломлённо произнесла девушка.
– Я пытаюсь сказать, что в какой-то момент появляется ощущение, будто бы идёшь не в верном направлении. Вроде бы всё идеально: дом, работа, деньги, машина, успех. Но, всё это не может заполнить внутреннюю пустоту. Чёрную дыру, которая разрастается вот тут в области груди, где сердце идёт рука об руку с душой. И дыра эта поглощает тебя с каждым Божьим днём, высасывая жизнь. Со временем ты понимаешь, что несчастен среди благ, окружающих тебя. Что они подталкивают тебя в эту чёрную дыру, создавая лишь видимость счастья. Но, счастье не здесь. Однако, осознавая это, ты уже не можешь отказаться от всего, так как привык к такой жизни. Словно упрямый, безмозглый осёл, идёшь по направлению к этой всепоглощающей пустоте внутри, понимая, что тебе суждено сгинуть в безвестности рано или поздно.
Колетт некоторое время просто молчала. Затем промолвила.
– Ты ещё не протрезвел? Какие чёрные дыры? Какие пути? Юдо! Ты врезался в припаркованный автомобиль в стельку пьяным. – Снова переходя на повышенные тона, парировала она.
– Да пойми ты глупая. – Отойдя от окна, я начал вышагивать по кабинету спрятав руки в карман, продолжая свою мысль. – Я говорю о том, что происходит внутри меня. Не вот здесь в голове (несколько раз нарисовав в воздухе круг над головой указательным пальцем, акцентировал я), а вот тут, в груди. Меня разрывает на части. Ума не приложу, как унять это. Вторую неделю я почти не сплю. Можно, конечно, назвать это кризисом среднего возраста, однако, я на двести процентов уверен в его отсутствии. Такое впечатление, будто бы в небесной канцелярии тот, кто отвечал за сценарий моей судьбы, перепутал его с чьим-то другим. И, теперь где-то в мире есть человек, который в данный момент, прямо сейчас, в эту секунду, точно так же терзает себя размышлениями и сомнениями о правильности своего существования. Которому в точности, как и мне не ведом ответ на происходящее с ним. А самое главное Колетт – я перестал радоваться жизни. Радоваться моментам. Просто живу ради того, что бы жить. Изо дня в день одно и то же. Работа, дом. Дом, работа. Клиенты со своими проблемами, суды с бесконечными и изматывающими заседаниями. Мрак и тлен, честное слово. Если раньше выигранное дело приносило мне состояние эйфории, то сейчас у меня не выделяется даже миллиграмма эндорфина. Удар судьи молотком, дело закрыто, клиент счастлив, а Юдо...
– И, что же Юдо? – Вмешалась в монолог Колетт.
– Пусто. Ничего. Ноль эмоций. Я потерял способность просто радоваться. Из-за этого рушится моя жизнь. Все мои выходки лишь жалкая попытка ухватить мимолётную частичку кайфа. Дотронуться кончиками пальцев до недосягаемого ощущения свободы. Как в детстве, знаешь. Что ни день, то новое открытие. Что ни минута, то новая эмоция. Это и есть настоящая жизнь, милая Колетт. И где этот момент в моей биографии, когда я утратил способность просто жить, ума не приложу. Если бы понял, то в ту же секунду, непременно вернулся бы в него и нашёл первопричину. Но, нет. Сколько бы я не копался в чертогах своего разума, ответа так и не последовало.
Кабинет Колетт Браже наполнился давящим на уши молчанием. Она смотрела на меня многозначительным взглядом. В нём отражалось всё сразу: непонимание, жалость, страх, желание помочь, обречённость и прочее, прочее, прочее. Иначе говоря, если взять все акварельные краски из палитры фирмы "Van Gogh", бросить их в блендер и смешать, то вы получите именно тот цвет, который олицетворял эмоции Колетт в этот момент.
– Ты пробовал обратиться к специалисту, Юдо? – Нарушив гнетущее молчание, поинтересовалась она.
– Думаю над этим. Но ты сама знаешь, как у меня со временем. Тем более у нас на повестке дело Реми Гольяжа, так что не до психологов.
Колетт встала из-за стола, подошла ко мне и обняла, уткнувшись лицом мне в плечо. Я бережно приобнял её в ответ, поглаживая левой рукой густые волосы, испускавшие аромат моих любимых духов, которые она носила.
– А как же сотрудники, которые могут узнать о нашем романе? – в шутку спросил я.
– Да пошли они куда подальше. – Пробурчала в моё плечо Колетт.
Затем, она запрокинула свою голову вверх и прикоснулась своими пухленькими губками к моим, слегка встав на цыпочки. На миг мне стало неловко перед Колетт за своё утреннее амбре, после вчерашнего виски и колкую щетину. Однако, любящая женщина не замечает всего этого, когда влюблена по-настоящему. Ну, или не показывает это, стараясь не придавать этому значения. Если в вашей жизни есть такая, то цените её на вес бриллиантов, уважаемые мужчины.
Поцелуи с Колетт это одно из немногих ощущений, которое будоражит всё моё нутро, напоминая, что я всё ещё жив эмоционально.
Нашу интимную атмосферу прервал стук в дверь. Колетт резко оттолкнула меня ровно за несколько мгновений до того, как в кабинет вошла её помощница.
– Сколько раз я говорила не вламываться в мой кабинет без разрешения. – Отчитала смущённую девушку Колетт, приглаживая слегка растрёпанные волосы.
– Ради Бога простите меня мадемуазель Браже. Здравствуйте мсье Маршаль.
– Доброго дня! – Ответил я, слегка улыбаясь суетливой помощнице.
– На проводе глава правления, мсье Легран, мадемуазель Браже. Сказал, что срочно.
– Благодарю вас, Аннет. Вы свободны. – Сменив гнев на милость, произнесла Колетт. – Доброго дня господин Легран. Подождите одну минуточку. – Прикрыв ладонью телефонную трубку, она обратилась ко мне полушёпотом. – Иди, работай. Я позвоню тебе вечером. Люблю тебя. Простите господин Легран. Рабочие моменты.
Выйдя из кабинета, я тихонько прикрыл за собой дверь. На короткое мгновение я поймал на себе взгляды сотрудников, которые тут же опустили глаза, делая вид, будто работают.
– Скорее бы вечер. – Подумал я про себя. – А не пойти ли мне перекусить...