Нечто бессмертное | 18+

Не могу выкинуть из головы мысль о том, что мы с Дамианом поговорили на эту тему. Весь день хожу на нервах. Я была полностью уверена в себе, а сейчас так волнуюсь. Но нужно смело взглянуть правде в глаза: я хочу его! И на этот раз мы сделаем это! Чёрт, почему меня так смущают эти мысли. Со стороны я, вероятно, похожа на озабоченную, которая думает только о сексе. Ладно, я только об этом и думаю!

Вот и сейчас я разыскиваю Дэйма по кампусу, чтобы намекнуть на свою боевую готовность. Замечаю его выходящим из главного корпуса после первой лекции, тут же перехватываю и упрямо тащу в сторону парковки, озираясь по сторонам, дабы нас никто не увидел. Он надменно присвистывает, но не предпринимает попыток к сопротивлению.

— Штучка, что за спешка?

(Я собираюсь сказать тебе в лоб, что хочу заняться с тобой сексом сегодня вечером!)

Он либо посмеётся, либо будет шокирован. Третьего варианта я не вижу. Когда я утаскиваю его на край парковки, он понимает мой намёк и отключает сигнализацию автомобиля. В этот раз я толкаю его на мягкое водительское кресло и пожираю глазами. Смотря на него, такого сексуального, такого довольного, такого любимого, я просто и слова сказать не могу.

Плевав на всё, кидаюсь к нему с жарким поцелуем. Он немного отклоняется, позволяя мне удобнее устроиться на его теле. Немедленно отвечает на поцелуй, жадно пробуя мои губы на вкус.

Хватает меня за талию, сжимает кожу, прижимая к себе. Не могу сдержать в груди тихий стон. Мой очаровательный вампир осторожно отстраняется, с хитрым прищуром смотрит в глаза, довольно облизываясь. Я же буквально лежу на нём, открывая зад, едва ли скрываемый короткой расклешенной юбкой, на обозрение всем прохожим. Сквозь тонкий слой нашей одежды я чувствую рельеф его сильного тела. По коже пробегает волна приятной дрожи. Скольжу рукой под его белую майку, глажу пресс, слегка царапая ноготками. Он запрокидывает голову, дышит часто, а тело становится горячее.

С минуты на минуту начнётся пара. Что у нас сейчас? История у Брауна? Плевать.

— Ты ради этого притащила меня сюда или хотела поговорить? — хрипит он, глядя на меня полуприкрытыми глазами.

— Тебе что-то не нравится?

— Напротив, — закусывает нижнюю губу и шлепает меня по ягодице. Вздрагиваю и хихикаю. — Я вообще не возражаю.

— Я хочу тебя сегодня в коттедже.

Он одобрительно присвистывает.

— Даже так.

Моё лицо озаряет улыбка. Дамиан садится в кресле, как и положено, усаживая меня себе на колени.

— Я не могу без тебя, Дэйм, — влюблённо шепчу, зарываюсь пальцами в мягкие блондинистые волосы. — Ты околдовал меня.

Он молчит, со страстью впиваясь поцелуем в мою шею. Тяжело вздыхаю. Его прикосновения приносят ни с чем несравнимое удовольствие.

— Прекрасно, потому что я тоже попал под твои чары. Ты у меня, случаем, не ведьма под прикрытием? — стреляет в меня игривыми взглядами. Почти угадал.

Хватаю его за грудки чёрной косухи с улыбкой на лице.

— Значит, договорились?

— Конечно, мы обязательно встретимся. Но разве не это мы делаем почти каждый день? — криво усмехается.

Неужели он не понимает моих намёков?! От одной лишь мысли о том, чтобы сказать прямо, меня окутывает жар. Дуюсь и раздраженно рычу под нос, на что Дэйм лукаво вскидывает брови.

— Я хочу тебя, — тихо шепчу, кусая губы. Не думала, что этот разговор будет таким сложным. — Всего тебя.

Дамиан тут же отстраняется. Моё откровение немного удивляет его. Взгляд мигом становится серьёзным, слегка недоверчивым. Он слишком меня бережёт...

— Сегодня?

Стыдливо отвожу взгляд, это слишком неловко. Радует, что до него дошло. Прогресс!

— Да... — судорожно выдыхаю.

— Я правильно понял, ты хочешь заняться сексом? — спрашивает осторожно, упрямо глядя в мои глаза. Ласково играет с прядками золотисто-русых волос, выпавших на лоб. — Лиззи, нам некуда спешить, ты же знаешь. Я никуда не денусь, и я не хочу, чтобы ты шла на поводу своей обиды на Мёрфи.

Чувствую себя глупо. Он вообще завёл всё не в то русло! Плевать мне на эту гадюку! Обиженно ударяю его по груди.

— Чёрт, Дэйм! Мне и так стыдно! — Отвожу взгляд, закрывая лицо руками. Веду себя как школьница, которая впервые услышала слово «секс».

— Тебе не нужно стесняться говорить об этом со мной, Лиззи, — сокращённую форму моего имени произносит по-особому. С любовью.

Вновь поворачиваюсь к нему, сексуально надув губки и прищурив глаза. На его лице просто неконтролируемый шквал эмоций: безудержная страсть, необъятная нежность, дикое обожание. Покрываю его щёки маленькими поцелуями, затем подборок, и только потом дохожу до желанных губ.

— Тогда сегодня вечером ты и я занимаемся любовью! — заявляю с возникшей из ниоткуда уверенностью.

— Если ты так хочешь, я обещаю сделать всё лучшим образом, — сладко шепчет в губы. — Чтобы эта ночь стала самой памятной в твоей жизни.

Прижимаюсь к нему, тронутая таким милым обещанием. Уже изнемогаю от желания скорее ощутить себя полностью в его власти.

— Не могу ждать до вечера... — томно шепчу, дыша через приоткрытый рот.

Дамиан хватает меня за талию и начинает целовать. Боже, он намерен завести меня уже сейчас. Губами посасывает мои губы, языком проходится по зубам, перед тем как начать дразнить мой язык. Тихо охаю, когда он слишком резко касается своим языком моего, сплетая их в диком танце.

— А я не могу дождаться момента, когда покрою всё твоё прекрасное тело поцелуями...

Волна приятного тепла растекается по телу и концентрируется внизу живота. Мы поддаёмся порыву. Наши руки переплетаются и безустанно скользят по телам друг друга. Чьи-то шаги и раздражённый кашель заставляют отвлечься.

— Какая прекрасная карикатура интимности, — усмехается Уильям, нахмурив брови. На солнце его чёрные кудри отливают синевой, а кожа кажется бледнее обычного. — Почему вы не можете быть осторожнее?

Я отстраняюсь от Дамиана, но продолжаю влюблённо смотреть на него, не могу ничего с собой поделать. Дэйм даже не смотрит на брата, лишь недовольно ворчит под нос. Он терпеть не может, когда нас прерывают. А это, увы, происходит слишком часто.

— Избавь нас от лекций, Уилл. — Бросает на него грозный взгляд, всем своим существом принимая отталкивающий вид, явно показывающий «ты-нам-мешаешь».

— Кстати о лекциях. Элиза, если ты будешь прогуливать занятия, это быстро дойдёт до Габриэля. Да и тебя могут отчислить.

Моя очередь презрительно цокать и закатывать глаза. Я могу пропустить все лекции по русскому, но мои тесты в любом случае будут идеальны. Только меня отчислят за прогулы и вернут домой...

— Я же просил... — Дэйм бубнит под нос, еле сдерживаясь, чтобы не пересадить меня на соседнее кресло и не кинуться с разборками к брату.

— А ещё тебя Энн разыскивает, ты не отвечаешь на звонки.

Замечание снова обращено ко мне. Могу представить, что меня ждёт ещё одна взбучка. На лице Дамиана прорезается наглая ухмылка, он так делает, когда собирается оскорбить или унизить.

— О, вы же спелись, музыканты наши! Поздравляю! — голос его полон сарказма. Пару раз звучно хлопает в ладоши. — Может, ты наконец-то перестанешь преследовать нас, и займёшься чем поинтереснее, воздержание плохо сказывается на мужском организме. Только на этот раз перекусить не забудь.

Мы с Уильямом остаёмся ошеломлёнными. Это было слишком даже для Дамиана. Удар ниже пояса. Но он не может не провоцировать, если ему запрещают что-то делать.

Перевожу испуганный взгляд на младшего из братьев. В обычно грустных чистых голубых глазах сейчас пылает злоба на грани ярости. Его голос звучит оскорблённо, чуть ли не гулом разносится по парковке, хотя порой нужно напрячься, чтобы расслышать его речь:

— Мы может и спелись, но всё так же волнуемся за вас! И это не я трахаю няню своей сестры, не мне нужно волноваться о голоде!

Его вульгарное замечание в мою сторону заставляет ахнуть. Это немного ранит... С другой стороны, он отвечает Дамиану той же монетой.

— Повтори? — вспыхиваю я.

Уильям пристально смотрит в мои глаза с неким предупреждением, а потом уходит, не сказав ни слова.

Остаюсь обиженной и разочарованной. Мне не хотелось ругаться со своим другом на предмет моих отношений с Дамианом. Он прижимает меня к своей груди, пытаясь успокоить. Проходит немного времени, и это помогает. Он пытается вернуть меня на прежнюю волну, но на душе остаётся горький осадок.

— Может, пойдём на занятие? — беззаботно предлагаю я. Всё моё возбуждения как рукой сняло.

Дэйм пожимает губы, а в следующую секунду неприкрыто гогочет, очаровательно щуря золотисто-карие глаза.

— Мне кажется, Браун покроет нас не самыми лестными выражениями, ибо мы в очередной раз, с опозданием, вдвоём ворвёмся в его кабинет, держась за руки с идиотскими лыбами! Ещё и растрёпанные! — закрывает лицо руками, не переставая смеяться. Его хриплый смех, как музыка для ушей. — Похоже, ему давно никто не давал, вот он и бесится!

— Не смешно! — восклицаю с живостью и сама хохочу.

Он прыскает со смеху в очередной раз.

— Твоя взяла! — хватает меня за руку и бежит в сторону нужного крыла, попутно включая сигнализацию авто. Я едва ли поспеваю за ним. — Быстрее, черепашка!

— Эй! У меня не такие длинные ноги!

Занятия профессора Брауна являются моими любимыми. Это один из тех преподавателей, который способен заинтересовать своим предметом, всегда ответит на любой вопрос по теме, да ещё и пошутит. Но самый весёлый случай произошёл в октябре: история была первой парой, Браун пришёл с опозданием, уставший, не выспавшийся, о чём свидетельствовали мешки под глазами и рассеянность. Дальше было круче: он начал рассказывать про французскую революцию. Мы минут десять не понимали, в чём дело, пока кто-то неловко не напомнил, что мы на курсе восточноевропейской, а не западноевропейской истории.

Мы подбегаем к кабинету на третьем этаже и замираем под дверью, дабы перевести дыхание. Дэйм только тянется к ручке, как дверь открывается. Наш смех был настолько громким, что его услышал профессор?

Итан одаривает нас критическим взглядом, сложив губы в саркастичную ухмылку. Замечаю, как студенты тянутся со своих мест, чтобы увидеть опоздавших.

— Я... — начинает преподаватель раздражённым тоном, но не может подобрать правильные слова. Судя по ходящим от раздражения желвакам на скулах, он был бы не прочь осыпать нас ругательствами, но профессиональный этикет не позволяет. В итоге он растирает ладонями веснушчатое лицо и тяжело вздыхает. — Я даже не знаю. Выставить вас из аудитории или отправить к декану.

— Может лучше запустить?.. — жалобно пищу, изображая на лице искреннее раскаяние. Вот только моё актерское мастерство на Брауне не работает.

— Нет, мисс Бауэр, не лучше. Вы постоянно срываете занятия!

— Неужели вы не понимаете, профессор? — заговорщицким тоном интересуется Дэйм и показательно берёт меня за руку. — Молодая кровь в жилах бурлит, подстегивает на глупости!

— Сейчас вроде осень, а не весна, мистер Уилкинсон, так что мне крайне сложно объяснить, почему вас двоих штурмуют гормоны.

По аудитории тут же раздаётся громкий хохот. Стыдливо опускаю взгляд на свои серые кроссовки, которые в данный момент отчего-то кажутся очень интересными для изучения.

— Взять в учёт Вашего младшего брата, никогда такого бешеного отсутствия инстинкта самосохранения он не проявлял, — продолжает наседать профессор. — Если и прогуливал занятия, то скрывался мастерски, а вы вваливаетесь, как достопочтенные господа, когда вам заблагорассудится.

Тут чувствую, что и у Дэйма просыпаются остатки совести. Так же, как и я, неловко мнётся на месте, не осмеливаясь вставить и слова. Мы как котята, вылакавшие всё молоко из хозяйской кружки.

— В последний раз я запускаю вас двоих, потом за ручку пойдёте в деканат!

Синхронно поднимаем головы со счастливыми улыбками. Итан возвращается к своему столу, позволяя нам зайти. Выдыхаю с облегчением и переступаю порог кабинета. Всё давящее напряжение постепенно отпускает. Когда мы проходим мимо профессора, до нас долетает его недовольное ворчание на русском:

— Свалились на мою голову влюблённые языковеды...

Мои плечи подрагивают в желании рассмеяться. Приходится закусить внутреннюю сторону щеки. Зато мы не прогуляли.

***

После занятий спешу забрать Шарлотту из школы. Мне нужно успеть помочь ей с домашним заданием. Но точно назло мне, она куксится и заявляет, что хочет поиграть. Мне остаётся только печально вздохнуть и согласиться. Мы усаживаемся на ковёр в её комнате. Шарлотта берёт красивую куклу Барби с длинными рыжими волосами как у неё, одетую в роскошное белое платье.

— Это я! — довольно заявляет своим детским, немного писклявым голоском с широкой улыбкой на кукольном личике. Она выглядит такой милой в этот момент, что я не сдерживаю улыбки.

Мне достаётся кукла Кена, одетого уже не так роскошно, да и только с одним башмаком.

— А это Артур, — Шарлотта указывает на мою куклу. — Он вечно подшучивает надо мной в школе. Так что я отомщу ему! — заявляет с такой живостью в голосе, что я даже боюсь представить, что ожидает моего бедного Кена. Воображение Лотти порой поражает меня даже спустя два месяца.

Она изображает, как её кукла делает несколько шагов в сторону моей, а потом указывает пальцем на полубосого принца.

— Принц Артур, вы совершили непростительное преступление против принцессы Лотти!

С трудом сдерживаю смешок, подыгрываю девочке, изображая грубый мужской голос:

— Преступление? Но я не делал ничего, о прекрасная принцесса Лотти!

Ставлю куклу на колени в знак повиновения. Отлично знаю, что Шарлотта любит строить из себя невесть что.

— Ты публично смеялся над принцессой, это самое тяжкое преступление!

Позволяю лёгкой улыбке выступить на губах. Моё настроение сегодня слишком хорошее, так что я решаю подразнить маленькую принцессу.

— Но принцесса Лотти, я делал это, только для того, чтобы привлечь ваше внимание!

Малышка хмурит тонюсенькие бровки, но не выходит из образа:

— Зачем тебе моё внимание, жалкий принц Артур?

— Потому что я люблю вас, принцесса Лотти!

Девочка грозно бросает свою куклу на пол, её пухлые щёчки покрываются румянцем, а рот наполовину открыт. Порой она такая очаровашка!

— Но... Я... — неловко заикается, ошеломлённо хлопая большими зелёными глазками. — Не неси чепуху, Элизабет!

Дуется на меня, но я продолжаю играть:

— Это не я! Это говорил принц Артур!

— Артур меня не любит, он обижает меня!

— Знаешь, мальчики очень глупые, поэтому порой они пытаются привлекать внимание девочек таким образом.

(Например, Дамиан! И, чёрт возьми, сработало ведь!)

Лотти глупо смотрит на меня, точно не поняла смысл моих слов. Я бы засомневалась в сентябре, но не сейчас. Она отлично меня понимает. Подношу несчастного принца к её круглому личику и спрашиваю:

— Вы всё ещё хотите казнить меня, принцесса Лотти? Я готов умереть за вас, если потребуется!

Девочка не знает, что ответить. Смотрит на куклу, и в голове у неё сейчас настоящий мозговой штурм. В кармане джинсов срабатывает будильник. Отключаю сигнал. У меня осталось три часа до свидания с Дамианом. О господи!

— Так, думаю принцессе Лотти нужно хорошенько подумать, перед тем как решить судьбу принца Артура, верно? — спрашиваю, попутно вставая с ковра. Лотти лишь утвердительно кивает. — Теперь извини, но мне нужно идти. Уильям за тобой присмотрит в случае чего.

(Боюсь, после сегодняшнего он пошлёт меня.)

— Куда ты идёшь? — фыркает Лотти, обиженно складывая маленькие ручки на груди. — Я хочу ещё поиграть!

— На вечеринку с друзьями, — говорю первое, что приходит в голову с утвердительной улыбкой на лице.

— Ты странная няня... У тебя ведь сегодня не выходной.

— Прости, Лотти, я знаю!

Ласково целую девочку в лоб, обнимая на прощание.

— Сегодня я ночую у Энн, но, клянусь, завтра мы будем завтракать, обедать и ужинать вместе. — Слегка щёлкаю по вздёрнутому носику девочки.

На лице Лотти тут же расцветает радостная улыбка, глазки загораются счастьем. Ей до ужаса одиноко ужинать в компании братьев, которые не едят человеческую пищу.

С облегчением покидаю её комнату и буквально бегу к себе. Всего три часа! Дамиан обещал мне незабываемую ночь, так что я должна быть неотразимой, чтобы было не стыдно вспоминать! Я уже с утра обдумывала то, что надену, и какой макияж сделаю. Всё должно пройти лучшим образом.

Первым делом набираю горячую ванну, бросаю туда бомбочку с ароматом роз и эфирными маслами, чтобы кожа была гладкой и шелковистой. Забираюсь в горячую воду, и у меня остаётся время подумать.

Будет ли эта ночь достойна любовных романов? Я так волнуюсь. Боюсь, что всё будет не так, как в моей голове. Вспоминая все эти истории одноклассниц и однокурсниц, я чувствую себя неудачницей. Сейчас бы не было этого волнения, не будь я девственницей! Больше всего я боюсь оказаться беспомощной, не знающей, что и как делать. Насколько мне известно, чтобы оба партнёра получали удовольствие от процесса, оба должны приложить усилия. Но я не знаю, какие усилия прикладывать! Неопытность становится главным комплексом. А если брать в учёт опыт и бешеную сексуальность Дамиана, которые дополнительно наседают на голову, я всё ещё задаюсь вопросом, как он может хотеть меня? Ждёт ли он этого так же, как и я? Мучает ли его сознание такое же количество вопросов?

Вдобавок, он вампир. У него этих девушек за всю жизнь было не сосчитать. И тут я. Чёрт, я слишком накручиваю себя. Может, я совершаю ошибку и на самом деле не готова? Но перспектива умирать старой девой тоже не по мне.

Погружаюсь в воду с головой, закрывая глаза. Я же знаю, что он любит меня. У меня нет поводов для беспокойства. Уже не терпится ощутить его ласки. Одна лишь мысль о том, что он снова будет касаться меня там, дико заводит. Невольно вспоминаю нашу ночь в гостиной. Тогда ведь я не боялась.

Но сейчас другое. Вдруг это будет больно? Вдруг я его разочарую? Буду бревном, как сказала Рейчел. Признаться честно, вчерашний скандал ударил меня ниже пояса. Тогда Дэйм бросит меня? Или походит со мной из жалости пару недель? Чёрт! Снова начинается! И каким он будет со мной? Дерзким и грубым? Нежным и ласковым? А может всё сразу?

Невесть откуда в голове всплывают сотни горячих образов, что я не могу ждать. Заставляю себя выбраться из ванны. Мне нужно собираться. Включаю музыку для пущей уверенности и встаю перед зеркалом в одном полотенце.

— Сейчас мы сделаем из тебя жгучую красавицу, дорогуша!

Двигаясь в такт музыке, надеваю чёрное кружево. Следом идут чулки до колен. Резинка сверху слегка сдавливает икры, что по мне выглядит очень сексуально.

Желание исходит от каждого сантиметра моего тела, когда я довольно кручусь перед зеркалом в маленьком чёрном платье. С моими светлыми волосами это смотрится шикарно. Я чувствую себя красивой и желанной.

Моё тело загорается, как только я представляю восхищённый взгляд Дэйма. Он не устоит. Делаю последние штрихи, нанося на губы ту самую яркую матовую помаду, которую Дамиан просил оставить для наших свиданий. Я отлично помню его слова.

Осторожно выглядываю из комнаты. Никого. Прядь волос спадает на глаза, заставляя подпрыгнуть. Стараюсь держаться уверенно, покидая комнату. Если я сейчас столкнусь с Габриэлем, будет довольно проблематично объяснить, куда я собралась в ТАКОМ виде.

Всё будет хорошо!

Тут в коридоре включается свет и ударяет по глазам. Замираю на месте, как статуя.

— Элизабет?.. — чёрт, это Габриэль.

Ни черта не хорошо!

Оборачиваюсь с невинной улыбкой. Мужчина пристально смотрит мне в глаза, даже холодок по коже. Вот чёрт, он снова собирается пробить меня своим рентгеновским взглядом! Мысли не прочтёт, но ложь мигом просечёт.

— Куда ты собралась поздним вечером? У тебя сегодня не выходной.

— Да, я знаю... просто... — смущённо мямлю в ответ, не перестаю заламывать пальцы. — В кампусе такая бомбическая вечеринка! — складываю ладони вместе в знак мольбы. — Пожалуйста, Габриэль! Я либо останусь ночевать у Энн, либо она привезёт меня домой. На утро буду как штык! Клянусь! — выдаю свою маленькую ложь на одном дыхании. — Пожа-а-алуйста!

Габриэль щурит свои зелёные глаза. Не верит. А если взять в учёт то, каким паникёром он становится, когда дело касается меня — дело дрянь. Но, к счастью, лицо его смягчается, и я получаю понимающую улыбку.

— Хорошо, иди, — ухмыляется и направляется в сторону парадной лестницы вместе со мной. — Я в любом случае не могу запереть тебя здесь. Если что случится, звони мне, я растолкаю Уильяма или сам приеду.

— А Дамиан? — спрашиваю как бы невзначай, тем самым наступая на опасно тонкий лёд.

Габриэль бросает на меня острый взгляд, перед тем как свернуть в сторону гостиной.

— Он на охоте.

Вот какую легенду он выдумал для братьев. Это почти правда. Только охотиться он будет не на дичь.

И вот, когда я уже на пороге, до меня доносится последнее предупреждение не опаздывать. Прощаюсь и выбегаю из особняка, как Золушка, которая бежит от злой мачехи. Оказавшись в задней части сада, облегчённо выдыхаю. Этот побег конкретно потрепал мне нервы.

Подхожу к калитке, от которой извилистая дорожка ведёт к нашему убежищу. Замок открыт, Дамиан явно позаботился об этом заранее. Я рада, что мне не придётся идти в обход. Когда свет из окон особняка остаётся позади, я достаю из кармана куртки телефон и включаю фонарь. Вздрагиваю от внезапно возникших теней. Никогда не любила находиться в темноте на улице.

Путь сейчас кажется слишком длинным. Ноги время от времени подворачиваются из-за неровной поверхности. Вздрагиваю от малейшего шуршания листвы, готовая отбиваться кулаками и телефоном от любого нападающего. Но когда в поле зрения показывается коттедж с включённым светом на втором этаже, я мигом расслабляюсь и даже убираю телефон.

Захожу в наше убежище, первый этаж которого погружён во мрак. Выхода нет, не могу ждать. Оставляю куртку на диване и поднимаюсь по резной деревянной лестнице. Дверь в спальню Дамиана слегка приоткрыта. Слабое освещение так и искушает открыть дверь. Что я и делаю.

Почти что охаю от восторга, оказавшись на пороге. Комната погружена в полумрак с помощью приглушенного освещения. Интимненько. Включён декоративный обогреватель, имитирующий камин с игриво пляшущими языками пламени и тлеющими поленьями. Мне кажется, что я попала в сказочное место.

Вздёргиваю носик, принюхиваясь. Только сейчас замечаю несколько свечей, от которых исходит запах сладкий запах сахарной ваты. Ох, Дэйм, знает, как подкупить. Чьи-то ладони сзади осторожно закрывают мне глаза. Вздрагиваю, не сдерживая улыбки.

— Я уж думал, что ты не придёшь, — шепчет возле самого уха. — Тебе нравится? — Прижимаюсь спиной к его груди и киваю часто-часто. — Я рад.

Слегка надменно усмехается мне в ухо. Мне нужно чувствовать его каждую секунду. Хочу раствориться в нём. Никогда больше не сомневаться. Дамиан убирает руки, небрежно захлопывает дверь ногой и обходит меня, сделав пару шагов назад, так что мы оказываемся в метре друг от друга. К горлу подступает комок, ладони сразу же потеют. Он замирает от изумления. Стоит с приоткрытым ртом, не моргает. Глаза горят дикой страстью и обожанием.

— Я уже хочу сорвать с тебя всё это...

Игриво закусываю губу, нежным движением руки проводя от бедра до талии. Дэйм судорожно выдыхает и манит пальцем:

— Иди сюда, штучка...

Сейчас это прозвище кажется безумно сексуальным. Оно часть наших отношений. Я хочу, чтобы он называл меня так.
Подчиняюсь его воли, делаю несколько шагов в сладкие объятия. Крепкие руки тут же оказываются на моих ягодицах, сжимая кожу. Испуганно выдыхаю. Как же мне это нравится. Дэйм жадно покусывает мои губы, поднимая на руки и усаживая на прохладную постель. Не успеваю опомниться, как он присаживается передо мной, ловко справляясь с обувью. Рука рефлекторно тянется к его голове, нежно потягиваю белокурые волосы. Я хочу, чтобы всё было идеально для нас двоих. Внизу живота уже растёт напряжение.

В моих глазах пылает любовь и обожание, когда он поднимает голову, и наши взгляды пересекаются. Дамиан довольно рычит и бросается на меня, проводит дорожку поцелуев от шеи до ключиц. Его неугомонные руки тут же находят мои бёдра, начинают ласкать их. Снова болезненно вжимается пальцами, заставляя вздыхать от удовольствия, извиваться. Я уверена в нём. Я не знаю своего тела, не знаю, что мне нравится, но с этим мужчиной я готова постигать все азы данного вопроса.

— Если решишь, что не хочешь, просто скажи в любой момент, — шепчет, осыпая мою шею поцелуями. — Я пойму.

Такая внимательность и учтивость искренни трогают меня. Глажу его по гладковыбритой щеке кончиками пальцев.

— И не надейся! — отвечаю резво, страстно притягивая его к себе. Как я могу отступить? Я уже отравлена, моя кровь заражена им. — А ты сам не передумаешь?

Дамиан озадаченно хмурится:

— О чём ты?

Облизываю пересохшие губы не в силах смотреть ему в глаза.

— Ты действительно хочешь... — замолкаю на мгновение и выдыхаю: — меня?

Он хватает меня за подбородок, заставляя смотреть прямо в глаза. Сердце в груди испуганно ёкает.

— Я хочу тебя так сильно, что мне хочется забить на все прелюдии... — обжигает своим горячим дыханием мои губы.

Все страхи рассеиваются подобно кошмарам с первыми лучами солнца. Знаю, что эта ночь будет незабываемой, пусть даже это мой первый раз.

Дамиан отстраняется, чтобы снять рубашку. Почти что пускаю слюнки, мой взгляд мечется по его подтянутому накаченному телу, что при свете свечей выглядит ещё соблазнительнее. Он смотрит на меня самодовольно, потому что моя рука рефлекторно тянется нему, очерчивает рельеф мышц, нежно проводя подушечками пальцев по шраму внизу живота.

— Даже вампиры не идеальны, — хитро щурюсь, прикусив губу.

На лице Дамиана прорезается насмешка.

— Разве я не прекрасен? — Тянет к себе, наказывая за мои слова звонким шлепком по заднице.

— Прекрасен, — выдыхаю, хватая его губы своими.

— Так-то лучше, а то моя самооценка почти пострадала.

Не сдерживаю ироничной улыбки. Дамиан медленно снимает с меня платье, с восторгом смотрит на пышную грудь. Тут же принимается исследовать моё тело в нетерпении. Вздрагиваю от каждого умелого прикосновения. Люблю, когда меня балуют, а ещё мне нравится чувствовать себя любимой.

Его губы доставляют больше удовольствия, чем обычно. Проводит языком по влажной от поцелуев шее, окончательно заводя меня. С нежностью очерчивает ключицы, попутно намереваясь снять лифчик. Одно ловкое движение, и я остаюсь перед ним в одних трусиках и чулках. Это первый раз, когда я оказываюсь обнажённой перед мужчиной. Мужчиной, которого я люблю.

Дэйм реагирует незамедлительно, со страстью и резкостью припадает губами к моей груди. Поочерёдно обрисовывает кончиком языка контур затвердевших от возбуждения сосков, чем заставляет меня глухо простонать и выгнуть спину, чтобы быть к нему как можно ближе. В комнате достаточно тепло, но моё тело покрывается мурашками от каждого прикосновения. Мои стоны только подстёгивают его самолюбие. Он осторожно посасывает один сосок, облизывает, нежно массируя вторую грудь рукой. Извиваюсь под ним от удовольствия. Внизу живота всё горит от возбуждения и желания. Дамиан же продолжает свою страстную атаку.

Запускаю пальцы в его волосы, давлю на голову, заставляя прижаться к моей груди. Отвечает довольным приглушённым вздохом. Немного отстраняется и медленно дует на покрытый слюной сосок, что действует на меня необъяснимым образом, заставляя дрожь пробежать по всему телу, заводя до предела. В ход идут капроновые чулки, один из которых он нещадно рвёт, оставляя на моём теле одну единственную вещь.

— Сними, — шепчу подорванным от возбуждения голосом, почти захлёбываясь.

— Что? — томно шепчет, сам задыхается.

— Сними их, Дэйм. — Поднимаю голову, смотрю в глаза. Он поражён моими словами. — Ты же этого хочешь?

— Одно слово...

— И мы закончим, — заканчиваю вместо него. Как бы странно не звучало, я никогда не чувствовала себя в большей безопасности, чем сейчас.

Его не приходится просить дважды: кружевные трусики слетают с ног. Проглатываю вставший в горле ком. Его взгляд устремляется между моих ног на гладкую кожу. Оказавшись перед ним полностью обнажённой, чувствую, как стыд окутывает меня с головой. Это не укрывается от внимания Дамиана. Он поднимает полный обожания взгляд на меня, на бледном лице сияет победная улыбка.

— Это первый раз, когда ты покраснела от смущения.

Стыдливо отворачиваю голову. Чёрт, это слишком. Не теряя ни секунды, проводит ладонью по нежной коже, раздвигая пальцами складки, и немного проникает внутрь, распределяя влагу по ним. Вскрикиваю от ярких ощущений, инстинктивно пытаясь свести колени, но он не даёт сделать этого. Моя грудь судорожно вздымается и опускается, перед глазами плывёт от удовольствия. Легонько ласкает подушечками пальцев, заставляя стонать от нетерпения. Это сладкая пытка.

Жадно ловит губами мои стоны, не давая кричать слишком громко. Выгибаю спину в удовольствии, закрывая глаза. Чувствую, как соприкасаются наши тела. Трусь сосками о его грудь, провоцируя стон сорваться с его губ, и начать активнее действовать пальцами между моих ног. Медленно, мучительно приятно массирует клитор, что хочется кричать от чувств, распирающих грудную клетку. Толчок, и палец проникает внутрь, от чего я вскрикиваю и прогибаюсь назад. Нервно дёргаюсь, пытаясь привыкнуть к новому чувству. Если я так реагирую на пальцы, то что будет потом.

— Ты в порядке?

Язык не поворачивается, поэтому просто киваю, кладя свою руку поверх его, требуя продолжения ласк. На слегка бледном от приглушённого освещения лице расползается довольная улыбка, и он проталкивает палец глубже. Аккуратно добавляет второй, растягивая меня шире. Судорожно вздыхаю, прикрывая глаза. Это неприятно с непривычки, но слишком чувственно.

— Боже, Дэйм, — сладко постанываю.

— Ты хочешь меня, Элизабет? — жадно стонет, с остервенением впиваясь в губы.

— Да... — выдыхаю на грани терпения сквозь поцелуй.

Притягиваю его за шею одной рукой, другой судорожно хватаюсь за пряжку ремня, пытаясь расстегнуть.

— Не надо, — хрипло приказывает, обжигает шею своим дыханием, жадно покусывая нежную кожу.

Меня выворачивает наизнанку от жгучего чувства внутри. Не могу больше ждать.

— Я хочу тебя, Дэйм... — шепчу, почти задыхаясь. — Возьми меня...

Янтарные глаза смотрят на меня, как на загадку. В следующее мгновение он ловко расстёгивает ремень, юркает рукой в карман, доставая упакованный в фольгу презерватив.

В волнительном предвкушении вцепляюсь руками в простыни, лишь только он осторожно раздвигает мои ноги, сгибая в коленях, стараясь не напугать. Но внутри всё неумолимо сжимается от лёгкой паники. Он наклоняется, нежно целует в шею в попытке успокоить. Проталкивается чуть вперёд, немного погружаясь в тёплую плоть, что я вздрагиваю от ощущения его в своём теле.

— Расслабься, милая, — шепчет на ухо, глядя в глаза, хотя сам почти задыхается от возбуждения. Едва ощутимо гладит мои бёдра в знак заботы и поддержки. — Не напрягай мышцы. Это будет немного неприятно.

Утыкается лицом в мою шею, вдыхая аккорд из сандала, ванили и роз, составляющих букет моих духов. Чувствую его запах, такой приятный, с нотками сандала. Так никогда не было раньше. Безумие. Кровь в моих венах бушует сродни цунами. Хочу без остатка принадлежать ему.

Медленно, плавно входит в меня. Из моих уст вырывается болезненное шипение. Чувствую, как напрягаются мышцы, обхватывая член внутри меня. Низ живота сводит от спазмов.

— Потерпи, — шипит, впиваясь в мои искусанные губы жёстким, грубым поцелуем.

Заставляю себя открыть глаза и встретиться взглядом с его расширившимися, как у кота, зрачками. Белок глаз заволакивает кровавая пелена. Его лицо так близко, что я отчётливо вижу звёздочки лопнувших сосудов. Судорожно проглатываю ком в горле. Я уже не уверена, к кому обращены эти слова. Неужели кровь?

Пронзительный взгляд устремлён на мою шею, густые светлые брови подрагивают. Мне должно быть страшно, но почему-то я чувствую ледяное спокойствие. Странно. Я хочу, чтобы он почувствовал меня полностью. Должно быть, это вампирское очарование.

— Дамиан?..

Дэйм покидает моё тело, хмурится, с силой сжимает челюсти, пытаясь вернуться в сознание. Скулы напряжённо подрагивают, а на шее вздуваются жилы. Я и не думала, что контролировать жажду может быть так сложно для него. Он борется сам с собой. Каждая его мышца натянута, как струна.

Нежно обхватываю его лицо своими руками, дразню, облизывая его губы кончиком языка. Скалится, обнажая клыки. Я провоцирую его укусить меня? Странно, глупо, но я хочу почувствовать, как его зубы впиваются в мою кожу. Моё влечение к нему заставило забыть о тёмной стороне вампиров. Но он обещал, что никогда не причинит мне боли, и я верю ему.

— Я хочу тебя, Дэйм, — произношу дрожащими губами, немного всхлипывая. — Вернись.

Взгляд смягчается. Со мной снова мой Дамиан, который контролирует внутреннего зверя. Он никогда не причинит мне боли.

— Ты мой маленький ангел...

От этих простых слов я теряю последние капли разума, полностью отключаясь от этого мира. Он возвращается ближе и снова входит. Медленно выдыхаю, расслабляюсь, принимая его. Желание доставить ему удовольствие растёт с каждой секундой. Это космические ощущения. Ещё резче проникает вперёд, углубляясь в тугую плоть. Начинает двигаться медленно. Неприятные спазмы возобновляются, но Дамиан целует меня в губы, щёки, шею, слизывает брызнувшие из глаз слёзы.

Пальцами впивается в кожу бёдер, сжимает, принуждая закинуть ногу ему на спину. Судорожно вздыхаю от каждого толчка, привыкая к новым ощущениям. Это не так страшно, как мне казалось. Выходит полностью и одним толчком возвращается обратно, заставляя сжать зубы и прогнуться навстречу. Хватает губами мой сосок, осторожно потягивает. Шипит, вдыхая воздух сквозь сжатые зубы.

По телу разливается приятная истома, пока он продолжает медленно двигаться в моём теле. Он довольно рычит, оттого что мои мышцы сжимают его, заставляя хотеть проникнуть глубже и быстрее.

— Боже, — задыхаюсь, погружаясь пальцами в его волосы, сжимая их, массирую темечко.

Поддаюсь бёдрами вперёд, позволяя проникнуть в меня глубже. Все мои мысли заняты только им и тем, что мы сейчас делаем. Дамиан постепенно ускоряет темп.

— Скажи... моё... имя... — хрипло шепчет, подтверждая каждое слово толчком.

Задыхаюсь от его приказа, не осмеливаюсь перечить. Мне самой хочется кричать его имя.

— Дамиан... — судорожно выдыхаю, боясь расплакаться от чувства нашего единения.

Я слишком взволнована и уязвима. Погружаюсь глубоко в его глаза. То, что я вижу в них, просто сводит с ума, так что я полностью отдаюсь. Без остатка.

— Мне нравятся твои неловкие вздохи, штучка.

Крепко хватаю его за шею и притягиваю к себе. Слегка прикусываю мочку уха, целую со всей своей любовью, заставляя удовлетворённо простонать моё имя. Играю пальцами с серебряной цепью. Мне больше не больно, слегка дискомфортно и неприятно, когда он двигается резко. Перед глазами плывёт, я на грани потери сознания.

— Да...миан...

Он закрывает мой рот поцелуем, и я начинаю стонать прямо ему в рот. Наши пальцы сцепляются, образуя единое целое, как и наши тела. Время тянется вечно, каждая секунда является глотком новых, незабываемых ощущений. Практически теряю сознание от острого, порочного удовольствия, граничащего с агонией. Содрогаюсь от приглашённого мужского рычания. Голова кружится, кожу покрывает испарина, лёгким безумно мало кислорода.

Дамиан делает пару резких и неумолимых толчков, заставляя меня всхлипывать, и запрокидывает голову назад, сжимая челюсти. Его довольный стон ласкает мой слух. Ослабленно опускает голову на моё плечо, пытаясь набрать воздуха в лёгкие. Слышу, как тарабанит его сердце, и это до ужаса приятно. Он выдыхает, перед тем как выйти из меня. Вздрагиваю, так странно не ощущать его в себе.

С трудом сдвигаю ноги, пытаясь приглушить ноющую боль. У меня ощущение, что я прокатилась на американских горках. Которые запрещены несовершеннолетним. Моё сердцебиение ритмично стучит по ушам. Я потная, раскрасневшаяся и растрёпанная... Дэйм продолжает нависать надо мной, ласкает щёку большим пальцем.

— Извини, я не сдержался. Всё в порядке? Как ты? — голос хрипит после произошедшего, сводит меня с ума.
Смотрит на меня серьёзно, даже с беспокойством. — Я сделал тебе больно?

— Всё хорошо, — заверяю я, потираясь щекой о его ладонь. — Со мной всё в порядке.

Дамиан осторожно целует мои губы, точно это может ранить. Кто бы мог подумать, что этот импульсивный и взрывоопасный парень может быть нежным, как ягнёнок.

— Удалось мне исполнить твои желания?

Его улыбка греет сердце. Я уже мечтаю о следующем разе. Пусть то, что буквально пару минут назад происходило между нами — для меня в новинку, я не чувствую, что что-то изменилось. Я это я. Со своими достоинствами и недостатками. Изменилась только одна вещь: мы стали ближе физически.

— Благодаря тебе всё прошло волшебно...

Дэйм смеётся и падает на меня, начиная щекотать. Громко хохочу, пытаюсь отбиваться руками и ногами, но, когда новый спазм сковывает живот, оставляю все попытки сопротивления.

— Я была не совсем ужасна? — Вопрос сам срывается с моих уст, когда мы в обнимку лежим на кровати, согревая друг друга.

Дамиан в иронии приподнимает бровь.

— Это было классно. Никто и никогда не мог перевернуть мой мир так, как это делаешь ты.

— Я люблю тебя, Дамиан, — говорю сходу, не задумываясь. Говорит моё сердце.

Сначала он смотрит на меня немного задумчиво, а затем улыбка озаряет его лицо.

— А я люблю тебя, Элизабет. Ты даже не представляешь, как сильно. И с каждым днём это чувство становится только сильнее, и я не в силах утолить свою жажду к тебе.

От его слов я, вероятно, улыбаюсь, как дурочка. Но я знаю, что он меня любит. Он никого не любил, кроме меня. И пусть у него было много женщин, я буду лучшей. Буду лучшей и единственной для своего вампира.

Дамиан обнимает меня. Положив голову ему на грудь, я чувствую умиротворение и тут же хихикаю.

— Дэйм, — смеюсь игриво и заразительно.

— Что смешного, штучка? — удивлённо интересуется, выводя на моём теле узоры своими длинными пальцами.

— Не могу поверить... Ох... — тяжело вздыхаю, когда он искусно проводит пальцами по груди.

— Во что?

— Ты, — вдыхаю и хихикаю. — Голый. Со мной в постели. Я мечтала об этом. Давно.

— Серьёзно? — наигранно улыбается, зная, что я говорю правду. — Тогда можете наслаждаться, мисс Бауэр.

Усмехаюсь и вылезаю из постели, всё ещё обнажённая. Украдкой смотрю на своё ложе, но там нет и намёка на следы крови. Что с ним тогда произошло?

— Эй, тебе вроде нравилось, что я голый в постели с тобой? — обиженно интересуется он, перекатываясь на место, где лежала я.

Наклоняюсь и целую его в щёку. Дэйм тут же хватает мои бёдра и тянет к себе. Горячо шепчу ему на ухо:

— У меня в горле пересохло от наших страстных объятий. Пойду, налью себе воды.

— Я принесу, — подмигивает и вылезает из-под простыней.

Зачем-то надевает джинсы, на что я с недоумением смотрю на него. Зато у меня есть возможность в очередной раз полюбоваться его божественно вылепленным телом. В тёплом туманном сиянии свечей и камина торс Дэйма выглядит великолепно. Он ловит мой взгляд и ухмыляется.

— Я вампир, мне холодно.

Киваю, не смея возразить. Пока мой рыцарь в серебряных доспехах добывает провиант для своей принцессы, я надеваю трусики и пытаюсь найти лифчик.

— Ну-ка, погоди одеваться! — смеётся Дэйм, оказавшись на пороге комнаты. Быстро! В одной руке у него два фужера на длинных стеклянных ножках, в другой — бутылка шампанского, а подмышкой бутылка воды. — С чего начнём?

— Герой нашего времени! — смеюсь и хватаю бутылку с холодной водой.

Откручиваю пробку и жадно присасываюсь к горлышку. Ледяная вода приятно бежит по горлу, остужая пожар внутри. Пара капель неумолимо срываются с губ, скользя по моему подбородку и падая на грудь. Взгляд Дэйма воспламеняется от вида капель воды, стекающих по моему обнажённому телу. Выглядит так, будто это зрелище доставляет ему неописуемое удовольствие.

— Похоже, тебя заинтересовали некоторые участки моего тела... — хихикаю, намеренно проливая немного воды.

Дэйм хитро щурится и прячет руки в карманы.

— Меня интересуют абсолютно все участки твоего тела. Обнаженной ты нравишься мне гораздо больше, — хмыкает, внимательно изучая меня взглядом. — Не хочешь походить в полном неглиже весь день? — спрашивает с хитрющей улыбкой.

Ставлю бутылку на комод и, покачивая бёдрами, подхожу к нему.

— Я не против, вот только, думаю, ты будешь не в восторге, когда твои братья увидят меня в чём мать родила.

Улыбка тут же сползает с его лица. Становится серьёзным и прикусывает нижнюю губу. Накаченные мышцы моментально каменеют.

— Дурная идея, согласен. Только я могу видеть тебя обнаженной.

Откупоривает шампанское, и мы торжественно выпиваем по фужеру, предварительно звонко чокнувшись.

— Я тут подумал... — в янтарных глазах загораются озорные искорки. — У нас ещё достаточно времени до начала занятий...

Дамиан наклоняется и целует меня, дразня своим языком. Деликатно забирает пустой фужер из моей руки. То ли шампанское так быстро ударило в голову, то ли моя сумасшедшая любовь, но у меня открывается второе дыхание.

Горячие губы скользят по моей шее. Слегка пощипывает нежную кожу зубами. Не могу сдержать мелкую дрожь, хотя он много раз уверял, что не причинит мне вреда. И он не причинил.

Одной рукой Дэйм нежно ласкает мою левую грудь, пока его язык дразнит правую. Делаю шаг навстречу, и ноги подкашиваются. Действую в отместку, игриво глажу его бёдра возле паха.

— А ты быстро фишку просекла...

Разворачивает меня к себе спиной. Обвиваю рукой его шею, отдаваясь на растерзание своему мучителю. Прикосновения шаловливых пальцев заставляют меня трепетать.

— Я же говорил, рано ещё одеваться.

Рука скользит по моим бёдрам, животу, шее. Подносит к моему рту сложенные указательный и средний пальцы. Неуверенно касаюсь шершавой кожи языком. Облизываю. Посасываю. Сердце Дамиана бешено бьётся, передавая свой ритм через соприкосновение наших тел. Горячее дыхание обжигает кожу. Мой ядовитый рай. Я одержима им. Он играет со мной, заставляя сгорать от нетерпения. Тело напрягается от возбуждения.

Отнимает руку от моего рта и немедленно скользит ею в трусики. Ничего не делает. Хочет свести меня с ума. Подаюсь бёдрами навстречу, умоляя действовать.

— Ты же этого хочешь? — шепчет на ухо.

Проводит пальцами по половым губам, очерчивает маленькие круги вокруг клитора, раскаляя моё возбуждение.

— Дэ-э-эйм... — хрипло стону.

Разрываясь от страстного желания и будучи полностью беззащитной, поворачиваю голову и впиваюсь в сладкие губы. Неистово целую, запуская руки в его волосы, пока он продолжает дразнить меня. Осторожно скользит одним пальцем внутрь. Меня охватывает жар.

— Не больно?

Мотаю головой, не в силах оторваться от его губ. Дышу тяжело, задыхаюсь, лёгкие горят от напряжения, но я чувствую себя невероятно живой. Дамиан осторожно двигает пальцами. Это усиливает мои ощущения, словно он достиг самой сердцевины моего желания. Держит меня в руках, потому что ноги грозят подогнуться в любой момент. Вот-вот потеряю над собой контроль.

Смотрю в глаза Дамиана и тону в этом огне. Теряюсь. Сгораю. Чувствую, как поднимается его давление, как лихорадочно стучит сердце. Продолжает стимулировать пульсирующую точку большим пальцем, и моё тело напрягается. Закрываю глаза, как меня окатывает волна безумного наслаждения.

Когда я немного успокаиваюсь, Дамиан укладывает меня на кровать. Разваливаюсь на нашей постели, тяжело дыша. Пока я прихожу в себя, руки Дэйма нежно обнимают меня. Это действительно самая памятная и приятная ночь в моей жизни. Мне кажется, что я сплю...

— Не могу дождаться, когда снова услышу твои стоны, моя милая маленькая штучка... — бережно целует в губы.

Закрываю глаза. Я готова провести с ним вечность.