Нечто бессмертное | 18+

Не могу поверить, что смогла обойти Мёрфи в конкурсе по литературе её родного языка. Смех, да и только! До сих пор внутри всё переворачивается от радости. Вдобавок ко всему, Дэйм приготовил мне сюрприз. Я не могу быть счастливее!

Сейчас у меня нет лекции, зато есть свободное время. В голове вспыхивает навязчивая идея. Попав в библиотеку, я ощущаю настоящий восторг от запаха книг, который просто повсюду. Не знаю почему, но мне внезапно приспичило поискать литературу по теме семестровой работы для профессора Брауна.

Как только я сворачиваю за укрытие стеллажей книг, перед моими глазами появляется призрак. Проклятый город! После Хэллоуина я ещё пару раз замечала отголоски душ, но мы не обращали друг на друга внимания. На самом деле, мне кажется, что Рейвен Хилл — настоящее кладбище призраков. Стоящий на костях город.

Смотря на призрак мужчины, который с интересом рассматривает книжные стеллажи, я могу сказать, что явился он прямиком из девятнадцатого века. В чёрном сюртуке, свободных брюках и высоком чёрном цилиндре на голове. С до смешного пышными блондинистыми бакенбардами и усами. Он выглядит достаточно элегантно.

Гулко сглатываю и отворачиваюсь, делая вид, что не замечаю его. По коже проходит холодок. Ненавижу эти видения. Каждый раз при виде мёртвых мне становится страшно, хочется забиться в угол и плакать. Как я вообще не свихнулась в детстве.

— Юная леди, я считаю, что крайне некультурно игнорировать людей.

Подпрыгиваю на месте и вытягиваюсь по струнке. С натянутой улыбкой оборачиваюсь к призраку. Этот ещё и болтать умеет... Я конкретно попала. Хоть этот мужчина не выглядит враждебным, я не чувствую уверенности в том, что он не желает мне зла.

— Должен признаться, я нахожу Вас великолепной. Кроме того, Вы увлекаетесь литературой, это заслуживает моего искреннего восхищения!

Содрогаюсь, как от холода. Мне сложно осознавать, что я могу разговаривать с призраками. И уж тем более я не привыкла к тому, что они мне комплименты отсыпают.

— Я крайне польщена, сэр, — склоняюсь в небольшом поклоне и беру с полки книгу, намереваясь сбежать как можно скорее. Вот только...

Совершенно случайно акцентирую внимание на лице мужчины. Он крайне симпатичен: блондин, с острым взглядом и правильным носом. Склоняю голову набок, не в состоянии опознать его. Но где-то я видела этого денди — это факт.

— Позволите составить Вам компанию за чтением? — Тростью он указывает в сторону свободных столов. Неуверенно прижимаю к груди книгу и не знаю, как реагировать на такое предложение. — Не могу отказать себе в удовольствии от беседы со столь очаровательной мисс.

Не могу не улыбнуться от его вежливых манер. Иногда призраки бывают такими забавными. Надеюсь, никто не увидит меня, ведущую беседу со стеной...

Призрак считает своим святым долгом продолжить разговор. Возможно, это его джентельменская сторона прошлых столетий:

— Прекрасный университет, не находите? — с восхищением во взгляде осматривает библиотеку. — Я самолично руководил постройкой.

Не могу отрицать, что университет даже спустя два месяца продолжает производить на меня исключительно хорошее впечатление. Благодаря моему новому знакомому, я даже на библиотеку смотрю по-особому. Я крайне заинтригована этим мужчиной со светлыми усами. Мне вдруг хочется узнать историю его жизни.

— Вы давно здесь живёте? — спрашиваю шёпотом, то и дело осматриваясь.

— Что же сказать, прекрасная леди, я уже давно потерял счёт дням, — опечалено вздыхает мужчина и забавно шевелит усами. — Я живу в этом городе с самого его основания. За это время здесь произошло много хорошего и плохого. Разве не замечательно? У этого города не только огромная история, но и своя душа!

Ага, город, переполненный душами умерших, застрявших между мирами. Незавидная участь. Как ни странно, но мне нравится компания этого галантного призрака, однако пора прекращать болтовню.

— Благодарю за компанию, сэр, но мне нужно идти.

Мужчина улыбается до ужаса знакомой улыбкой, снимает свой цилиндр и кланяется.

— Мне было очень приятно иметь беседу со столь обворожительным медиумом. Надеюсь, при следующей встрече Вы окажете честь выпить со мной чашечку чая во внутреннем дворе университета. Там такие восхитительные виды!

Я сплю, или ко мне клеится призрак?..

— Боюсь, мой молодой человек не одобрит такого, — хихикаю, прикрыв рот ладонью. Мне хочется расхохотаться во весь голос от этой нелепой ситуации.

Призрак насмешливо улыбается и сверкает карими глазами:

— Будучи живыми, люди склонны не думать о том, что ждёт их после смерти и вообще не верят в призрачный мир, — задумчиво произносит он, элегантным движением руки в белой перчатке поглаживает свои пушистые бакенбарды. — Я уверен, что Ваш жених даже не узнает об этом.

Он реально подкатывает ко мне! О господи!

— Думаю, мой молодой человек прекрасно знает о существовании призраков, — выглядываю из-за стеллажа и, прикрыв рот ладонью для пущей конспирации, продолжаю едва различимым шёпотом: — Он вампир, и он не оценит таких порывов с Вашей стороны, сэр.

Призрак тут же меняется в лице. Грозно фыркает и ударяет своей дорогой тростью по ламинату.

— Ах, эти! — произносит особо небрежно, брезгливо. — Позорно оскорбили свои семьи, примкнув к Уилкинсону! — продолжает грозно бухтеть, то и дело перекладывая трость из одной руки в другую. Я же навостряю уши. — Особенно этот выродок, нет ему прощения! Так нагло предать свой прославленный род!

Похоже, он завёлся не на шутку. И кого из них он называет выродком? Речь вообще об одном из братьев или о другом вампире?

— А кто вы? — осторожно спрашиваю я, прерывая его грозные изречения. — Вы знаете Уилкинсонов?

— Моя фамилия Блэквуд, юная мисс. Думаю, Вам... — он не успевает договорить, как мигом исчезает, превращаясь в сгусток пыли, что медленно оседает на пол.

По телу проходит мелкая судорога. Оборачиваюсь и сталкиваюсь лицом к лицу с обескураженной девушкой. Она в ужасе таращится на меня и отходит в сторону, чуть ли не по-пластунски проходя мимо к концу стеллажа. Ни на секунду не отрывает от меня озабоченного взгляда. Молодец, Лиза, теперь она считает тебя сумасшедшей.

Неловко улыбаюсь и пулей вылетаю из-за стеллажей. Среди небольшого количества студентов замечаю Уильяма с книгой в руках, сидящего в дальнем углу библиотеки, где его никто не увидит. А с учётом того, что его чёрная толстовка и такие же волосы буквально сливаются с неосвещенным углом, он настоящий мастер маскировки. Сидит за столом, немного ссутулившись, хмурится и быстро перелистывает страницу за страницей. У вампиров есть навык скоростного чтения?

Хорошо, что не он застал меня за разговором с призраком, иначе бы мигом что-нибудь заподозрил. Быстро подхожу к нему и усаживаюсь рядом, не удосуживаясь спросить разрешения. Моё наглое поведение провоцирует тихий смешок с его стороны:

— Решила, что хорошие манеры больше не для тебя? — улыбается, не отрывая взгляда от книги. — А я ведь только начал находить твою постоянную вежливость и доброту пугающей.

Недовольно цокаю на такое замечание. Я бы могла сказать, что с лёгкостью могу захлопнуть книгу прямо у него перед носом только для того, чтобы прочесть название, но буду благоразумной, иначе он этой книгой зарядит мне по лбу. Вижу, как быстро взгляд парня перемещается с начала на конец строк, точно он знает книгу наизусть.

— К тебе уже нельзя сесть? Я, конечно, могла с разбегу запрыгнуть на стол или вынести дверь библиотеки с ноги, но решила обойтись стандартными методами.

— Обычно люди спрашивают разрешение. Это, должно быть, сложно играть пай-девочку, когда внутри бушует бунтарка.

Снова цокаю, но уже смеясь:

— Осторожнее, вчера я читала романы для подростков, а сегодня ужасы, — вскидываю руку с оттопыренным указательным пальцем и грожу им Уиллу. — Моё настроение порой переменчиво, так что я опасна.

Уильям тихо смеётся в ответ на мои слова. Утыкается в страницы, заполненные печатными буквами, и его лицо искажается в гримасе боли. Хмыкает и закрывает книгу.

— Что читаешь? — спрашиваю я, а он лишь молча показывает мне обложку. «Белые ночи». Неудивительно. — И как?

— В духе Достоевского, — печально усмехается, запуская пальцы в свои кудри. — Санкт-Петербург действительно настолько мрачный и трагичный город?

— Я там не была, но не думаю, — задумчиво протягиваю в ответ, потирая ладонью подбородок. — По крайней мере, не в нашем веке.

Он кивает в знак согласия и тяжело вздыхает. Не отрывает тлеющего меланхолией взгляда от однотонной тёмно-зелёной обложки книги.

— Что с тобой, Уилл?

— Всё в порядке, — выдавливает вымученную улыбку, которая делает картину его тоски только мрачнее. — Уж слишком душевной оказалась концовка: «Да будешь ты благословенна за минуту блаженства и счастия, которое ты дала другому, одинокому, благодарному сердцу! Целая минута блаженства! Да разве этого мало хоть бы и на всю жизнь человеческую?..»

Он произносит эти слова от самого сердца, не глядя в книгу, ибо знает наизусть. Мне вдруг становится неловко от своей бестактности. Понимаю, что мысленно он ассоциирует себя с Мечтателем, а любовь к Энн с этой самой «минутой блаженства». И я сама впадаю в тоску.

— Ты вообще библиотеку покидаешь?

Уголки тонких губ его опускаются ещё ниже. Что я сделала не так?..

— Покидаю, — апатично отзывается он. — Большую часть времени я провожу в музыкальном классе. Там ещё спокойнее, чем здесь. Но сегодня Энн приспичило поиграть на скрипке, так что я решил не вмешиваться.

Отвожу взгляд в сторону и стыдливо шепчу, ёрзая пальцами по обложке книги:

— Извини, не хотела напоминать...

Мне действительно не хотелось давить на больное, с учётом того, какими глазами Уильям смотрит на Энн. Да он выглядит куда хищнее, чем Дамиан в такие моменты! Я уже даже не знаю, как подтолкнуть их друг к другу с учётом их взаимной тяги и стеснения.

— Ничего, мы... — осекается, тут же поднимая взгляд на меня. На моём лице прорезается дьявольская улыбка, в предвкушении щурю взгляд. Любопытство меня погубит. — О нет, только не начинай! — хватает книгу, намереваясь отбиваться ею от моих расспросов. — Я ничего тебе не скажу, пока мы с ней окончательно не уладим все вопросы!

Я же просто перевожу тему в опасное, но более спокойное русло.

— Ты тоже думаешь, что я совершаю ошибку, встречаясь с твоим братом? Думаешь, что всё может повториться?

Уильям болезненно морщится при упоминании Дамиана:

— Не могу сказать, что меня радует эта мысль... — ворчит он, утыкаясь в книгу, только бы избежать моего пытливого взгляда. Отлично, я пугаю вампира.

— Ты не доверяешь своему брату?

— Я не доверяю вампирским инстинктам, — недовольно фыркает, расправляя плечи, и разминает шею, что раздаётся хруст позвонков. — И у меня есть парочка весомых аргументов, если тебе интересно.

Отлично, я пыталась увести его от разговора об Энн, но мы вернулись на круги своя. Уильям любит и ценит своего брата, он ненавидит свою сущность.

— Я верю ему и чувствую себя в безопасности рядом с ним, — ободрённым тоном пытаюсь донести до парня свою точку зрения. — Он не импульсивный и не неуправляемый гангстер, которым себя выставляет!

Уильям резко хлопает томиком по столу, заставляя меня подпрыгнуть на месте. Взгляд ледяных глаз устремлён прямо в душу. Завораживает. Не только у Дамиана такой взгляд.

— Вы с ним как две бомбы замедленного действия, — голос раздаётся как в вакууме, пока я не встряхиваю головой. Чёртовы вампирские штучки. — Взорвётся одна, взорвётся и вторая. Только этим вы причините вред не только себе, но и окружающим.

— Хочешь сказать, что я такая же проблема, как и твой брат? — игриво вскидываю бровь, пытаясь разрядить атмосферу.

— Я этого не говорил, — на выдохе отвечает Уилл и лениво откидывается на спинку стула.

— Зато подумал.

Мне удаётся заставить его слабо улыбнуться. С дьявольской улыбкой пинаю его по ноге под столом, и мы начинаем маленький бой. Он мигом подхватывает эту игру и со всей дури пинает меня, что я даже взвизгиваю от боли.

— Прости! — перепугано извиняется и вскидывает руки, а я лишь хмурю брови и показываю ему язык. — Просто будь осторожна, ради твоего же блага. Мы оба молодые... — пробегается взглядом по присутствующим в полупустой библиотеке, — вампиры, так что не всегда можем полностью контролировать свои эмоции и инстинкты.

Напрягаюсь от его слов. Неужели Уильям думает, что Дамиан может сорваться? Я понимаю, что Уилл не хотел причинять вред Энн, но...

Видя моё беспокойство, Уильям осторожно берёт меня за руку. Его кожа такая холодная, Дамиан куда теплее. Особенно в последнее время. Всё чаще я замечаю за ним тепло, несвойственное вампиру, будто он медленно становится человеком.

— Ты, конечно, можешь быть как Дэйм — забивать на всё и всех. Но он может быть настоящей угрозой для жизни, если потеряет контроль.

Фыркаю и закатываю глаза. Мне хочется защитить Дамиана ото всех этих нападок Уильяма. Он не такой! Он обещал, что никогда не причинит мне боли. И я верю ему!

— Он не кажется мне таким пофигистом, — брезгливо подаю голос, драматично взмахнув рукой.

Уильям довольно прыскает, качая головой. Смотрит на меня с язвительной ухмылкой и игриво подмигивает:

— Покорнейше прошу прощения, мисс Бауэр. В последнее время он забивает на всё и всех, кроме Вас.

— Меня вполне устраивает, — заявляю в аристократической манере, намеренно вытягивая окончания слов, и задираю голову. Моя собственническая сторона порой пугает.

— Вот видишь, самая настоящая проблема, — говорит с нежностью в голосе, точно младшей сестре, что я даже не могу обижаться. — Будьте более осмотрительны, Габриэль против любых отношений у нашего... вида. Он с вас глаз не спустит, и он далеко не дурак, обмануть его крайне сложно.

Испускаю жалобный стон и откидываюсь на спинку стула. Моя жизнь с каждым днём становится всё сложнее. Хочу спросить кое-что о вампирах, но Уильям не даёт вставить и слова, точно предугадав мои мысли:

— Дамиан уже сообщил о сюрпризе?

— Да. — Смотрю на него умоляющим взглядом, жалобно дую губки и складываю ладони в знак просьбы. — Скажи мне, что он задумал?

— Не-а, — ухмыляется.

Вот же... Я не могу дождаться вечера! Боюсь представить, что мог задумать Дамиан. Но раз Уильям в курсе, значит, ничего криминального.

***

После занятий остаюсь в университете повторять материал. Благо, сегодня Габриэль сам забирает Лотти со школы. Он даже не представляет, как сыграл нам на руку. Бросаю взгляд на экран мобильного. Пора.

Красный Ауди на парковке сразу же бросается в глаза. Дамиан выходит из машины и ловит меня, когда я буквально прыгаю в его объятия. Кружит на руках, словно пушинку. Наш звонкий смех разносится по опустевшей после окончания занятий парковке.

Когда у меня начинает кружиться голова, Дамиан ставит меня на землю, для поддержки обнимает за талию. Мы виделись не так уж и давно, но я так скучала без него. Без него мне жизнь немила. И вот он передо мной: такой счастливый, такой сексуальный, такой любимый. Тормошу рукой его растрёпанные белокурые волосы. Он быстро целует меня в лоб.

— Готова?

— К чему? — довольная улыбка медленно растягивается по моему лицу.

— К сюрпризу, — усмехается и открывает дверцу машины, приглашая меня сесть. — Прошу, Mademoiselle.

Занимаю своё место, устраиваясь поудобнее, как в мягком уютном гнёздышке. Дамиан садится за руль, и мы покидаем университет. В автомобиле на всю громкость играет альбом «A Fever You Can't Sweat out», под который мы отчаянно пытаемся подпевать. Поправочка: подвывать. Дэйм не умеет петь так же, как и я, но нам не мешает.

Сначала мы едем в сторону особняка, а потом резко сворачиваем направо на перекрёстке. Вскоре обустроенные улочки сменяются на прилесок. Испуганно хлопаю глазами, пытаясь угадать, куда же мы направляемся. Дамиан замечает моё беспокойство и нагло ухмыляется:

— Ты не доверяешь мне, штучка?

— Да, — прикусываю язык, не до конца понимая, каким словом нужно отвечать на такой вопрос. — Нет... Как правильно будет на английском?

— Я тебе доверяю, дорогой, — поддразнивает, пытаясь изобразить мой голос.

Шутливо ударяю его по плечу, не сдерживаю смех. Тянусь со своего места, чтобы положить голову ему на плечо. Не сопротивляется. Так мы и продолжаем наш путь. Рукой делаю ему лёгкий массаж шеи и плеч, на что он время от времени довольно мурчит.

— Красотка, если ты сейчас не уймёшься, я усну, и мы слетим в кювет.

Хихикаю и отвешиваю лёгкий подзатыльник для профилактики, занимая правильное положение на пассажирском месте. Мы подъезжаем к огромному мосту. Дамиан сворачивает с асфальтированной дороги и тормозит. Выбираюсь из машины, надевая куртку. Слух ласкает шум бурного течения реки. На мосту установлены фонари, так что это место кажется защищённым ото всех возможных ужасов ночи. Дэйм нежно берёт меня за руку и ведёт на мост.

— Это моё самое любимое место во всём городе, — произносит с необъяснимой теплотой.

Слежу за его взглядом, устремлённым куда-то в небо. Поднимаю голову вверх, и у меня тут же перехватывает дыхание. Каким-то образом звёзды здесь кажутся особенно блестящими — миллионы крошечных пятнышек света, танцующих на вечернем небе. Середина неба облачно-белая, с большим количеством звёзд, а вдалеке, на самом горизонте, багровеет закат, отдавая свои полномочия ночи.

Никогда не видела подобного вида — самая настоящая магия. Перевожу взгляд на Дэйма и замираю от его красоты. Звёзды отражаются в янтарных глазах, приобретая особый огненный оттенок. Он улыбается, будто и не здесь вовсе, только сильнее прижимает меня к себе. В его дьявольском облике внезапно мелькает что-то ангельское — воплощение всех этих звёзд. И разве такая как я заслуживает ангела? Сердце пропускает удар, разгоняя разгорячённую кровь по венам. Ладони потеют, несмотря на вечернюю прохладу.

— Эти звёзды особенные, — проговаривает отстранённым голосом. — Сколько бы времени не прошло, они всё те же. Даже спустя десятилетия. Они видели нас во младенчестве, детстве и юности. Видят и сейчас. Иногда мне кажется, что, глядя на это небо, я могу увидеть себя таким, каким был очень давно...

Кладу ладонь на мускулистую грудь, прижимаюсь к нему всем телом. Чувствую слабое движение грудной клетки. От моего дыхания исходят белоснежные клубы пара, которые невесомой дымкой поднимаются вверх и исчезают. Отчётливо вижу, что Дамиан дышит, но не вижу лёгких белых облачков.

— От твоего дыхания нет пара? — изумление в голосе как у маленького ребёнка.

Дэйм вздрагивает, возвращаясь ко мне из своих мыслей. Со всей нежностью, на которую он только способен, смотрит в глаза.

— Я слишком холодный.

Тогда я прижимаюсь к нему, словно намерена слиться с ним в одно целое. Обнимаю за шею. Он действительно холодный. Моё же сердце стучит чертовски громко.

— Кого ты пытаешься согреть: себя или меня? — сладостно шепчет, обнимая за талию.

Встаю на цыпочки, моё дыхание пробегает по его шее, и мраморная кожа покрывается мурашками. Его тело кричит из-за меня, и он не может устоять перед моими прикосновениями. Не может удержаться перед этой страстью, сжигающей нас обоих в своём пламени.

— Нас, — выдыхаю так, что между нами появляется белое облачко пара.

Дамиан мило смеётся и ласково проводит ладонью по моей щеке. Обнимает крепко-крепко, почти что душит.

— Мне нравится, как это звучит.

Нежно приподнимает мой подбородок, внимательно смотрит в глаза. Утопаю в огненном взгляде. Наши губы сливаются в пылком, но мягком поцелуе на фоне вечернего неба и шума реки. Отдаюсь в его объятия, наслаждаюсь ласками с растущим в геометрической прогрессии удовольствием. Когда он растягивает наслаждение, мне сложно держать себя в руках.

Сладко постанываю, стоит лишь нашим языкам осторожно коснуться друг друга. Нежность поцелуя плавно переходит в страсть. Стоны становятся громче, чувства ярче. Ловко завладеваю языком Дэйма, посасывая его, втягивая глубже.

Дамиан дразнится, как хищник. Целует мои губы, пробует их на вкус, оставляет, чтобы снова впиться с диким желанием, очертить их контур кончиком языка. Каждый мой неловкий вздох действует на него как поощрение за искусные манёвры. Горящий взгляд янтарных глаз волнует меня до глубины души. Я так сильно желаю его.

Холодные ладони касаются разгорячённой кожи шеи, заставляя покрыться мурашками. Пальцы ласково играют с прядями моих волос, усиливают наслаждение от поцелуя. Мне сейчас так хорошо с ним. Я готова быть с ним где угодно. Не разрываем зрительного контакта. Хочу тонуть в огне его глаз.

Крепкие руки хватают меня под бёдра, приподнимает, усаживая на перила моста. Я безумно боюсь высоты, боюсь упасть в бурлящую реку, но я знаю, что Дамиан этого не допустит. Холодный ветер ударяет в спину, заставляя мои светлые волосы взлететь. Кладу ладони на его грудь, цепляюсь пальцами за мягкий свитер цвета индиго, как за спасательный круг. Его мышцы напрягаются. Мне нравится иметь власть над ним. Над непокорным хищником.

Моя рука плавно опускается ниже, как бы случайно касаясь пряжки ремня. Игриво пробегаюсь пальчиками по его бедру, совсем недалеко от паха, а потом запускаю руку под свитер. Мои действия вызывают рычащий стон с его стороны и незамедлительную месть. Нагло хватает меня за ягодицы, прижимая к себе.

Так просто меня не напугать. Я хочу повеселиться.

— Играешь с огнём, Элизабет, — глухо шепчет моё имя, отчего внизу живота разливается тепло.

— Хочешь, чтобы я остановилась? — выдыхаю, когда наши губы разъединяются на пару мгновений.

— Напротив...

— Тогда молчи.

Тёплые бледные губы приближаются к моей шее, и Дэйм чуть ли не теряет над собой контроль. Прижимаясь своим телом к моему, он показывает силу своего желания ко мне, покусывает кожу под моим ухом.

— Тогда наслаждайся, — как дуэлянт парирует мои слова.

Хватает нижнюю губу зубами, тянет на себя. Не успеваю опомниться, как он расстёгивает мою куртку и его согретые страстью руки оказываются под моей блузкой. С губ срывается томный стон, когда он лишь кончиками пальцев касается моей груди. Закрываю глаза в эйфории, слышу довольную насмешку. Продолжает исследовать моё тело руками, специально обходит грудь стороной, лишь изредка касается пальцами, как бы случайно, чем провоцирует очередной стон сорваться с моих губ. Если он не остановится, я с ума сойду. Я возбуждена до предела. Нервно ёрзаю на перилах, бурлящие внутри меня чувства подобны течению реки. Страстные и безудержные.

— Дамиан... не останавливайся... — постанываю сквозь поцелуй. Губы болят от его неконтролируемой страсти, но это так приятно.

— С удовольствием.

Хочу заставить его почувствовать то же самое, ощутить такое же дикое возбуждение. Запускаю руки обратно под свитер, поднимаюсь вверх, плавно очерчиваю контур стальных мышц подушечками пальцев, чем провоцирую и его простонать сквозь поцелуй. Когда опускаюсь ниже, нащупываю странную неровность на его животе. Шрам? Дамиан с резким напором прижимается к моим губам, что я чуть не падаю с моста, отчего инстинктивно вытаскиваю руки из-под его одежды и хватаюсь за перила.

В глубине души я боюсь опасности, которую из себя представляет Дэйм. Глупо отрицать, но все предостережения дали эффект. Дамиан хищник. И мне кажется, он хочет проглотить меня самым сладострастным способом. Желание, которое я испытываю к нему, растекается по венам вместе с кровью. От пылких прикосновений тело горит и кружится голова.

Через несколько секунд мы разрываем наш поцелуй. Чувствую дыхание Дамиана на моей щеке. Он смотрит на мои искусанные губы, а потом наши томные, полные желания взгляды пересекаются. Между нами пробегает электричество. Сдерживать нашу страсть становится невозможно. Он исследует изгибы моего тела, на тонких губах играет странная и загадочная улыбка, от которой не по себе.

Без предупреждения, Дамиан сталкивает меня с моста. Перила плавно выскальзывают из-под моего зада, и я оказываюсь в полёте. Из груди птицей вырывается истошный крик, пока я машу руками вместо крыльев. Дэйм в тот же момент хватает меня под поясницу и тянет к себе. Всё происходит в долю секунды, я даже не успеваю сообразить, что к чему. Висну на его шее, как обезьянка. Обвиваю ногами бёдра, прижимаюсь всем телом к нему, почти что душу. Сердце норовит пробить рёбра и выскочить из груди.

— Ты идиот! — От моего крика с ближайшего дерева срывается перепуганная птица, мирно дремавшая до этого момента, и летит прочь. — Придурок ненормальный!

Мой панический крик смешивается с его смехом.

— Т-ш-ш... — покачивает меня на руках, как маленького ребёнка, поддерживая за зад. — Я не собирался принимать ванну в реке.

Обессиленно кладу голову ему на плечо. Дамиан ласково целует мои волосы, попутно гладит ладонями мою задницу. Осторожно он движется в сторону машины, всё еще не опуская меня на землю. Сильнее вцепляюсь в его плечи и вскидываю голову, заграждая обзор.

— Ты же в курсе, что я умею ходить? Поставь меня на землю!

— Не хочу. — Не могу противостоять этой добродушной улыбке.

Награждает меня кокетливым поцелуем. Какой он по счёту? Девяносто девятый? Сотый? Но на вкус он более праздный, игривый.

Мне всё ещё трудно поверить, что Дамиан способен на искреннюю любовь или романтику, но своими действиями он продолжает доказывать обратное. Гляжу в его смеющиеся глаза и чувствую себя самым счастливым человеком на свете. Глупо отрицать правду. Я люблю его. Безумно люблю. Люблю его дурной нрав, его вспыльчивость, его шутки, его страсть, его одержимость мною. Люблю его полностью и без остатка. Люблю, как об этом пишут в книгах.

— Земля вызывает Элизабет, — доносится до меня звонкий смех. — Что там происходит в твоей голове?

Смотрит на меня настойчиво, даже требовательно, что мне становится неловко. Думаю, сейчас подходящий момент.

— Я люблю тебя, Дамиан.

Стыдливо утыкаюсь лбом в его плечо, избегая смотреть в глаза. Дэйм осторожно опускает меня на землю, нежно берёт за подбородок, поднимает мою голову. Заставляет смотреть исключительно на него. В карих, почти что красных глазах горит безудержный огонь обожания. То, что я вижу в них, сводит меня с ума.

— Лиззи...

— Заткнись... — отвожу взгляд в смущении.

У меня всё лицо горит. Я только что призналась в любви. Не понимаю, как это произошло. Слова сами сорвались с моих губ, не в силах и дальше томиться взаперти.

— Не заткнусь. Чёрт, ты такая милая, когда сердишься.

— Неправда! — яростно восклицаю и ударяю его по груди. Он не ответил ничего касательно моих чувств. Он... не любит меня? К горлу подступает склизкий ком боли и разочарования.

— Со стороны виднее, — сладко шепчет и целует меня в нос. Смотрит прямо в глаза с ласковой улыбкой, и томный шёпот его разом рушит все мои опасения: — Ты не мимолётное влечение, ты — нечто большее. Как бы я терпеть не мог всю эту слащавость, но думаю, мы очень похожи и понимаем друг друга. Никогда бы не подумал, что смогу вновь питать настоящие чувства к девушке, и уж тем более к той, которая меня дико раздражала, — ухмыляется и качает головой: — Как иронично.

Его слова заставляют задохнуться от смущения. Покусываю нижнюю губу и робко спрашиваю:

— Это признание?..

— Похоже на то. Я не верю во всю эту чепуху, но, может, — ласково гладит по щеке тыльной стороной ладони. Утопает своим взглядом в моём, — это судьба?

— Если ты шутишь, клянусь, я убью тебя!

Пусть этот поцелуй будет сто первым. Но самым страстным и самым памятным. Дамиан толкает меня вперёд, но, когда я врезаюсь спиной в машину, мы оба пугаемся звука сигнализации. Тут же отлипаем друг от друга, чуть ли не плача от смеха.

— Получается, мы теперь официально пара? — спрашиваю неловко, прикусив губу. С надеждой гляжу на его эгоистичную ухмылку.

— Люблю уверенных девушек, — шепчет сквозь новый поцелуй. — Я готов встречаться исключительно с тобой. Хочу попробовать нормальные отношения. И я не хочу отказываться от тебя из-за обстоятельств, хотя до сих пор пытался убедить себя в обратном. Но честность перед собой — неотъемлемое качество мужчины. — Глубоко вздохнув, он завершает мысль. — Это будет нелегко для нас обоих, и я позволю тебе решить исход происходящего между нами. Учти, — игриво подмигивает, слегка ощерившись, — ещё ни одной девушке я не позволял принимать решения за себя.

Внутри взрывается бомба, и волна приятной дрожи проходит через всё тело. Я так давно хотела услышать эти слова.

— Пора домой, ты замёрзла, — с этими словами Дэйм вежливо открывает дверцу машины и помогает мне сесть.

Я действительно замёрзла, но он включает тёплый обдув, так что я постепенно согреваюсь. Возвращение к особняку занимает считанные минуты, чем я крайне опечалена. Вот и закончился наш совместный вечер. Долгий осенний закат догорел. Погасла последняя багровая полоска на горизонте.

Нам не следует заходить вместе, чтобы не попасть под горячую руку старшего брата Дэйма. Мой дорогой возлюбленный заключает меня в объятия и дарит последний на сегодня поцелуй. Это был безумный вечер. Но рядом с Дамианом безумие становится желанным явлением.

— Теперь ты принадлежишь мне, маленькая штучка... навсегда...

Слова наполнены безумной нежностью и лаской. Но, когда вампир говорит «навсегда», это немного пугает. Обнимаю его за шею, не желая прерывать наш поцелуй.

Но нам приходится разорвать его, когда Дэйму приходит сообщение. Он прыскает со смеху, глядя в экран, а затем устремляет взгляд в одно из панорамных окон на первом этаже. Вскидываю голову, вглядываясь в окна огромного особняка. Быстро перевожу взгляд с одного окна на другое, борясь с ощущением непрошеного наблюдения. Чтобы удовлетворить моё любопытство, Дамиан поясняет:

— Уилл пишет, что нас отлично видно из окна гостиной.

Отпрыгиваю от Дамиана, бросая грозный взгляд в нужное окно. Шторы слегка колышутся, и за ними показывается безудержно смеющийся Уильям. Вот же подлец!

— Спокойной ночи, Лиззи.

Вздрагиваю, стоит мне услышать сокращённый вариант своего имени, так сладко звучащий из его уст. Вот так значит... Одариваю его заносчивой улыбкой:

— Спокойной ночи, Дэйм.

Он самодовольно улыбается, когда я в отместку называю его сокращённым именем. Отворачиваюсь и иду ко входу в особняк, сдерживая навязчивое желание завернуть в гостиную и швырнуть в Уильяма книгой. Вместо этого быстро взбегаю по широкой парадной лестнице, чуть не навернувшись, и спешу в свою комнату. Завтра будет новый день. Завтра я снова буду с Дамианом. И ничего мне не страшно, когда он рядом. Ведь я люблю его. Опасно люблю.