one.
—Я не думаю, что она достойна подобного праздника–воскликнула я, сложив руки перед грудью. Разговоры о мачехе всегда выводили меня, как минимум, на пассивную агрессию.
—Ева Андреевна, тебе не обязательно думать на этот счёт. Каждый достоин небольшого, но праздника–мужчина наливал себе ароматный свежесобранный чай и кидал строгие взгляды на меня. Я знала, как его бесит, когда мы заводим разговоры на тему её, но сегодня был явно перебор.
—Небольшой? Ты смеёшься? Я свои Дни Рождения так не праздную–его слова вызвали у меня лишь истерический смешок. Несколько подобных ежегодных праздников за свои семнадцать лет я даже пропустила.
—Так ты же сама этого не хочешь. Кто в этом виноват?
—Это неважно.
—Разговор закрыт. Вечером придут гости, и тебе лучше привести себя в порядок–он оглядел меня снизу вверх и тепло улыбнулся. Это была та улыбка, которая согревала и показывала, насколько сильна отцовская любовь.
Я развернулась и вышла из его кабинета, хлопнув дверью. Закрывшись у себя в комнате, легла на кровать и уставилась на потолок, будто ожидая, что всё разрешится само. Но нет. Этого никогда не происходило. Я оглядела свою комнату. Хотя все помещения этого дома были оформлены дизайнером интерьеров, моя спальня была исключением. Я сама подбирала для неё всё. Возиться с размерами мебели было, конечно, не лучшим моим решением, но в голове почему-то засела идея сделать всё самой. У меня были белые стены, огромная двухспальная кровать, потому что во сне мне нравилось разваливаться на всю возможную территорию, комод, в котором лежало всё, кроме вещей, например, книги, блокноты, краски и даже пара настольных игр, в которые я не играла класса с восьмого. Заместо подоконника у меня был письменный стол. Мне он безумно нравился, потому что заниматься чем-то и иметь нормальное освещении и возможность полюбоваться городскими пейзажами-это здорово. Два огромных шкафа, забитых моими вещами, которые занимали довольно много пространства. А также у меня была личная ванная комната, чем была премного благодарна отцу.
Спустя десять минут моих бессмысленных лежаний в комнату начали стучаться. Хотелось верить, что это папа, который передумал устраивать пиршество для надоедливой и до жути стервозной мачехи. В глубине души я знала, что это вряд ли заучиться, но мне всем своим нутром хотелось в это верить. Однако стоило открыть дверь, как на пороге увидела именно её. Виктория стояла с кучей вешалок и натянутой улыбкой. Да, к уже упомянутым качествам стоит добавить лицемерность, которой ей не занимать.
—Я уверена, что ты ещё не думала о наряде на сегодняшний вечер, поэтому заказала тебе пару платьев–естественно это была не пара, а десяток вещей–Примерь, тебе что-нибудь обязательно понравится–женщина своевольно зашла в мою комнату и положила вешалки на кровать–ближе к вечеру к тебе прийдет визажист и подобающе накрасит.
—С макияжем я и сама справлюсь, спасибо–саркастично кинула и улыбнулась.
—Ладно–мачеха, скрывая своё очевидное недовольство, вновь натянула улыбку.
Она удалилась по коридору к себе в спальню, а я осталась в одиночестве в закрытой комнате. Мои мысли решили отвлечься от неугомонной мачехи и бедного отца. Мне остался лишь конец одиннадцатого класса и свобода. Честно говоря, школьные годы–это не то, что я потом буду называть лучшими годами своей молодости и уж тем более жизни. Я отличница и неплохо общаюсь с одноклассниками, однако эти отпрыски мало чем отличаются от их родителей. Столько же пафоса, напыщенности и лицемерия, как и у Виктории. Поэтому в школу я хочу постольку поскольку, когда у меня есть настроение, а учителя верят в мои бесчисленные отмазки. Однако сегодня мне всё равно прийдется встречать своих одноклассников, их родителей и множество других, подобных им, «желанных» гостей.
Когда мне надоела и вторая тема, которую развивал мой мозг, я кинула взгляд на платья, которые лежали неподалёку от меня. Но мне не хотелось вспоминать о вечернем мероприятии. «Но стоит же посмеяться над её выбором»–про себя сказала я, что заставило меня встать на пол и заострить своё внимание на глупых платьях. Разложив их всех по кровати, начала разглядывать, ведь что-то из этого мне действительно прийдется надеть вечером. Парочку я сразу убрала, потому что на них были в изобилии яркие камни. Потом же начала вглядываться в каждое. Одно было слишком вульгарного красного оттенка, второе с огромным декольте, а следующее непозволительно короткое. Чёрное платье. Да, мне безмерно нравятся чёрные платья. Осмотрев его, заметила большой вырез на спине. Возможно, он и заставил меня несколько смутиться, однако лучшего мне было уже не найти.
Включив музыку, обратила внимание на то, что на улице уже начинает темнеть. На телефоне высветилось время. 19.30. Через полчаса начнут собираться гости, а значит примерно через пятнадцать минут ко мне зайдёт Виктория с встревоженными писками от того, что я ещё не готова, а после неё папа, говорящий, что она просто на нервах из-за мероприятия. Я слишком хорошо знаю эту схему. Мой макияж занял около шести минут. Ничего особенного в нём не было, лишь акцент на красных губах. Платье отлично село, чему я была несказанно рада. Хотелось даже сказать «спасибо» Виктории. Хотя нет, здесь я, наверное, погорячилась от радости.
Во всяком случае, ко мне, как по расписанию, зашла мачеха. Я не торопясь думала о том, как собрать волосы.
—Оставь так–сказала она, слабо улыбнувшись, когда я распустила их.
—Хорошо–когда женщина услышала моё согласие, то просто удалилась.
На удивление папа сломал систему, не зайдя ко мне и воздержав себя от наставлений. Через пару минут ко мне зашла гувернантка и уведомила о том, что отец ждёт меня в кабинете. Да, это похоже на него. Уже должны начать собираться гости, а он всё ещё работает. Он не всегда столько времени уделял работе, но последние лет девять точно занимается тем, чем сейчас. Когда я была поменьше, то он иногда отвлекался от работы и играл со мной, но сейчас, когда я, по его мнению, выросла, то обо времени с папой лишь мечтала. Но моментам, проведённым вместе с ним, я передавала большую значимость, чем могла бы.
Оглядев то, как я выгляжу, вышла из комнаты. По длинным коридорам нашего дома дошла до кабинета. Папа записывал что-то в чёрном кожаном блокноте, одновременно разговаривая с кем-то по телефону.
—Пап–окликнула я, чтобы мужчина меня заметил.
—А, да–папа окинул меня взглядом–Да, да, думаю, мы с ним об этом договоримся. Да, хорошего вечера–он положил телефон на стол–Ева, ты изумительно выглядишь–восхищение увиденным действительно было видно.
—Спасибо. Кстати, угадай, кто выбрал это платье?–с намёком спросила я и по-ребячески покружилась, чтобы показать изящный вырез на спине.
—Виктория?
—Да.
—Отлично–папа посмотрел на свои наручные часы—Так, время встречать гостей. Пойдём.
Я хвостиком поплелась за отцом. От скуки начала оглядывать дом. Благородно тёмно-красного цвета стены, множество картин и между ними наши фотографий, даже несколько детских с моей мамой, хрустальные люстры, а спускаясь по главной лестнице, увидела первых гостей. В огромном зале стояла моя мачеха и главная горничная, которые встречали гостей, пара семей, которые мило общались друг с другом. Стоило нам с папой оказаться в центре зала, как все семьи по одной начали к нам подходить. Конечно, в большей степени к папе.
—Евочка, ты так хорошо сегодня выглядишь–заметила одна из женщин. Я отделалась лишь кроткой благодарностью, а после удалилась. Снова пройдя по коридору первого этажа и повернув налево, оказалась на кухне для персонала. Именитый повар сейчас создавал свои произведения искусства, а если быть точнее, то закуски и десерты, а нанятые нами официанты расставляли по подносам множество напитков. Я перехватила в коридоре официанта и взяла у него один бокал, кажется, это шампанское. Да уж, не самый удачный выбор, но сойдёт.
—Разве Вам можно?–спросил парень лет двадцати пяти, когда я отхлебнула.
—Мне можно всё–стервозно сказала я с улыбкой на лице, провела пальцем по губе парня, а после взяла ещё один бокал.
Официант с улыбочкой прошёл дальше по коридору, а я ногой пнула ближайшую дверь к уже шумному залу. Это библиотека. Моё любимое место. Я села за столик, который стоял у камина. Поставив на стопку книжек, лежащих на деревянном резном столике, бокал, расслабилась на кресле. Были слышны лишь отголоски гостей, слабое шипение шампанского и горение брёвен в камине. Слишком уютно. Вспомнив о том количестве людей, что сейчас собирается в нашем доме, залпом выпила сначала первый бокал, а после и второй. Ладно, рано или поздно мне прийдется выйти из своего убежища.
Как и ожидалось, я увидела человек семьдесят, стоящих вокруг высоких столиков, что были расположены вдоль стен, а в середине уже стояла моя мачеха и папа.
—Мне бы хотелось, чтобы все сейчас подняли свои бокалы за Викторию. Именно в её честь мы сегодня и собрались. С Днём Рождения, любимая!–сказал мой папа с яркой улыбкой на лице и поцеловал её.
«Любимая» эхом раздалось в моей голове. Нет, он не должен этого говорить.
Мимо меня снова прошёл тот парень, у которого я забрала первые два бокала. Сейчас он ходил с множеством разноцветных напитков.
—Дай оранжевый–обратилась я к нему.
—Держи, принцесса–он протянул мне напиток, и я снова выпила его залпом.
Только допив алкоголь, до меня дошло, что это. Коктейль с мартини. А вот это уже лучше.
—О, Ева! Как ты?–ко мне подошла компания, состоящая из моих школьных знакомых.
—Приветик–сказала я, оглянувшись на них–Отлично, вы как?
—Неплохо–ответил Олег.
—Выпиваешь?–посмеялся Никита.
—Что-то остаётся вечным–сказала Катя, улыбнувшись.
Эти ребята неплохо скрасили мой вечер. В ходе нашего разговора я отвлеклась от вездесущей мачехи и выпила ещё тройку коктейлей.
К концу вечера я попрощалась со ребятами, а по пути пришлось прощаться ещё с множеством знакомых отца. Заперевшись в комнате, снова почувствовала себя в одиночестве. Иногда мне казалось, что лучше не может быть ничего.
Но через полчаса в спальню постучались. Я встала с кровати и открыла дверь. Папа. Отлично.
—Да, пап.
—Сколько я просто тебя держаться дальше от алкоголя?
—Пап, я уже достаточно взрослая, чтобы сама решать, что делать–я немного покачнулась, но смогла устоять на ногах.
—К твоему сведению, тебе только семнадцать. И отвечаю за тебя я. Не лучшее твоё решение-пить на глазах у всех моих гостей.
—А ты не замечал, что делают они все? Пьют, нет?
—Это разные вещи.
—Пап, извини, я правда очень устала. Давай продолжим этот разговор в другой раз–сказала я, обняв папу.
—Ладно, спокойной ночи, дочь. Люблю тебя–папа вмиг помягчел.
—И я тебя люблю–ответила я–Спокойной.
Папа ушёл, а я из последних сил закрыла дверь и плюхнулась на кровать. Не было времени даже подумать обо всём произошедшем, сон пришёл слишком быстро.
Утро было особо болезненным для меня. Начиная с того, что я проснулась с размытым макияжем и в вечернем платье, и заканчивая острой головной болью. Но всё же набравшись сил встала с кровати, приняла душ и спустилась на кухню. Она была сделана студией совместно с просторной гостиной, посреди которой стоял большой и до жути удобный диван.
На удивление за столом я увидела папу и мачеху. Посмотрев на настенные часы, увидела время. 11.27. Странно, почему отец всё ещё дома?
—Ты разве сегодня не работаешь?–спросила я, включая кофемашину.
—Почему же? Работаю. Просто решил дать себе отдохнуть немного.
—Понятно–я взяла кружку со свеже сваренным кофе. Напиток очень приятно пах и даже немного взбодрил меня.
—Как тебе вчерашний праздник?–спросила Виктория.
—Нормально. Было неплохо–это было лучшим, что я могла сказать. И надеюсь, папа благодарен мне за то, что я удержалась от грубости в сторону его возлюбленной.
Через пару минут папа подскочил с места и начал собираться на работу. У него было множество бумаг в епортфеле, а телефон разрывался. Возможно, сегодня был не совсем подходящий день для отдыха.
—Папуль, ты во сколько вернёшься?–спросила я, стоя около входной двери.
—Не знаю, пока что, много работы сегодня, но решил посвятить утро любимым девушкам–сказал мужчина, важно поправляя галстук, а после обнял меня.
—Хорошо, хорошего дня.
—И тебе.
Папа вышел во двор, направляясь к гаражу, а после послышался шум мотора. Я же поднялась к себе в комнату, игнорируя мачеху, которое что-то мне говорила, попивая вино с утра пораньше. Мне не хотелось тратить время ни на неё, ни на бред, который она скажет.
Я включила сериал и стала наблюдать за происходящим на экране. Однако сил акцентировать внимание на чём-то не было. Через пару минут мне удалось уснуть, чему я была несказанно рада.
—Ева–послышался голос мачехи–Евочка–судя по всему она плакала, и я была бы рада не просыпаться, но её голос был оглушительным.
—Что?–крикнула я, но тут мне ответили стуком в дверь. Мне пришлось встать–Что тебе нужно?
Открыв дверь, увидела Викторию, у которой была истерика. Она молча взяла меня за руку и повела вниз. Мы спустились в гостиную, и женщина поставила меня напротив телевизора.
—Один из богатейших бизнесменов России скончался из-за автомобильной аварии. Тормоза машины не сработали вовремя. Неизвестно было ли это местью от не благожелателей или же обычной случайностью, которая может случиться с каждым. В этом будет разбираться экспертиза–сказала девушка чуть печальным голосом.
По телевизору показывали моменты смерти отца, а я не могла в это поверить. Мы же виделись только четыре часа назад. Я слышала его голос, чувствовала его объятия. По моим щекам начали течь слёзы. Я не могла их остановить, но, честно говоря, даже не пыталась. Последнее, что я могла предположить, это то, что мне прийдется остаться без отца и с этой невыносимой мачехой. Я скрылась в своей комнате и уставилась в стену. Нет, он не мог умереть. Он не мог оставить меня.
—Я так тебя люблю, пап–прошептала я, обратив внимание на одну из любимых совместных фотографий.