4 часть
- Почему ты отверг его? Он ведь так любил тебя. - с наигранным любопытством спросил старший, беря парня за волосы и оттягивая его голову назад заставляя посмотреть на себя.
Ли болезненно простонал, пытаясь вырваться из мертвой хватки, но все они не увенчались успехом.
Мужчине это явно не понравилось, поэтому он сильно сжал руку в волосах юноши.
Больно было- ужасно, казалось еще чуть чуть и незнакомец вырвет ему волосы, сдерая вместе с кожой.
- Я кажеться задал вопрос... - он спустил руку сорта Ёнбока что бы тот мог ответить.
Блондин решил воспользоваться моментом, как бы глупо это не было, но может это его единственный шанс ВЫЖИТЬ.
В тоже мгновение с уст младшего раздался оглушительно громкий крик. Хотя его даже так назвать можно с натяжкой. Визг.
В ушах звенело от собственного голоса. Он уже порядком охрип и надорвал глотку, но продолжал кричать дальше, с надеждой что его кто-нибудь услышит и спасет.
Темная улица. Поворот. И одинокий тусклый фонарь, что освещал ему кромешную темноту. Последнее что видел Ли Ёнбок прежде чем умереть долгой и мучительной смертью.
* * *
Нож ручной работы вонзается по самую рукоять в живот парня. Следом за ним послышался болезненный выдох перемешанный со стоном. Губы задрожали сильнее. Ноги подкосились. Ликс ели держался. Одинокая слеза скользнула по щеке и со звоном стекла разбилась об освальт на миллионы осколков.
Казалось Феликс слышит даже беение собственного сердца. Эти удары с подавленной болью отдают в виски́. Он слышал все. От того что капли его алой крови скатывались по лезвию холодного оружия, задевая гравировку, и падали на собственные кроссовки. Смех. Чертовски прекрасный смех.
Старший смеялся как сумасшедший, ему нравилось смотреть на Ёнбока и наблюдать за его движениями. Осторожными и болезненными.
- Ты меня совсем не уважаешь...Ну что ж я могу это исправить. - мужчина еще раз улыбнулся и повернул нож на 90°.
Адская боль пронзила все тело. Все силы окончательно покинули тело Ли, и он тяжёлым грузом упал на асфальт, все еще мокрый после дождя. Еще один хриплый вздох.
- Запомни моё имя, Феликс, - Ким Техен. На распределении скажешь пусть готовят мне место в аду! - Ким снял с себя кепку и маску открывая вид на прекрасное лицо.

Из под головного убора показались чёрные, густые кудрявые, волосы. Чёлка слегка спадала на глаза Техена, а губы скривились в квадратной улыбке открывая вид на ровный ряд зубов. - Запомни меня как следует, я Ким Те-Хен. - старший проговорил каждый слог отчётливо, заставляя засесть в голове.
- Фло...рист.. - хрипло, из последних сил выдавил из себя парень.
- В точку! - ехидно улыбнулся темноволосый.
- Т.. ты мань..як и .. уби..йца - еще один хрип раздался с низу.
Ким скривился от злости и вонзил нож еще раз также проворачивая рукоять под прямым углом.
Злость переполнила его. Нет, он не маньяк. Безусловно он убивает, но не ради удовольствия, просто его внутреннее Я так хочет. А маньяки это серийные убийцы, насильники которые осознанно это делают. Но он не такой, он просто человек который потерял смысл жизни и ушел загуливать горе не по той дороге. По дороге криминала.
Этот парниша его достал, но убить его прямо сейчас не позволяло то самое Я. Оно как будто говорило - " Помучай его... Он не должен умереть легко.. " - эхо гуляло по голове сталкиваясь с нервными клетками, больно сдавливая вески́.
- Заткнись! - вскрикнул Техен и вонзил холодное оружие в глаз своему обидчику.
Алая жидкость в перемешку со слезами хлынула из очей младшего, брызгая на лицо Кима.
Ликс завопел от дикой боли. Все внутри сжималось. Кровь пачкала все вокруг. Светлые волосы приобрели бардово - красный оттенок.
Брызнувшие на лицо мужчины капли крови медленно стекали вниз, как слезы от самых глаз до уголков пухлых губ. Красная дорожка оставила свой последний след и скрылась в кустах старшего.
Почувствовав железный привкус во рту, Ким слизал остатки. Его губы искривились в сумасшедшей но в тоже время ухмылке.
Стоило только вкусить вкус крови, то темноволосый становился сам не свой, он словно в акулу преврощался. В хищника, что в тоже мгновение был готов вцепиться в глотку жертвы мертвой хваткой и вырвать кадык.
* * *
Сидя на корточках возле почти бездыханного тела парня, Техен пытался оттереть руки от крови. Ему противно. Очень противно, этот юноша слишком грязный чтобы даже дотрагиваться до него. Стоило только взглянуть на остывающий труп рвотный комок подступал к горлу, и это не потому что Киму не нравилась кровь или потому что тело было сильно изуродованно. Нет просто лицо этой твари было омерзительным - в частности для него.
- Permettez-moi de fair mes adieux! - с детским озартом в глазах сказал Тэ. Французский, был как второй родной язык для него еще с детства, когда его отец умер, мама мальчика стала учить его французскому языку. Сначала он тяжело ему давался, но после нескольких лет усилий и стараний, и вот его не отличить от представителя благородной нации.
Ким может говорить на французском без акцента, быстро и нежно произнашая каждый звук. Так правильно. Так как учила мама.
Он очень сильно её любил. Ким Сона с самого рождения не обделяла его заботой. Она любила его больше жизни. Часто прикрывала Техена перед отцом, когда тот приходил пьяный, говоря мол: "- Я отправила его до подруги, что бы сумку ей передал." - а потом быстренько прятала его в комнате на втором этаже, пока не протрезвеет. После не отходила от него всю ночь - смачивая тряпку и кладя на лоб, сбивая температуру, и придерживая темные,кудрявые волосы, когда сына тошнило.
Ему очень её не хватало. Техен часто приходил на могилу родителей, что были по неизвестным причинам похоронены по отдельности.
- Bon voyage! Bonne route!
(Если вам нравится дайте знать пожалуйста, стоит ли мне писать проду?) peut astérisque ? Tout le plaisir est pour moi.