Хрупкие души

С особым успехом Генри удалось влиться в коллектив и даже навести своего рода порядок в участке. Тем самым, мэр города и близкие ему люди в органах полиции после огласки всех проблем, что оказались внутри участка - подали в отставку.  Можно сказать, справедливость восторжествовала, но не без особых усилий.

Дэгг здорово помогал Генри адаптироваться. Ознакомил его со структурой работы участка и познакомил с сотрудниками, рассказав немного о каждом. И хоть нововведения не для всех дались легко, однако, к изменениям никто не остался равнодушен. Особенно после выплаты, не отгулянных за несколько лет отпусков. Вскоре открылись вакансии на подбор новых кадров, и это был хороший знак. Спустя еще немного времени, сверхурочные часы закончились, и сотрудники наконец-то начали больше бывать дома, в том числе и Дэгг. В знак благодарности они с женой Мартой, пригласили Генри отметить с ними рождество. Тот конечно же согласился, и ни на секунду не пожалел, стол был отменный, каждое блюдо как произведение искусство. Да и сын Дэгги порадовал своей невнятной, но вполне милой болтовней.

Каждый новый день, теперь начинался с зарядки. Последние годы Генри не занимался своей физической формой, но здесь, в этом городе ему захотелось жить. Не сразу конечно, для этого потребовалось некоторое время. Он будто чувствовал, свою значимость, свою ценность. Через месяц, позвонили федеральные службы, спросив, сможет ли он остаться еще ненадолго, потому что они не могут найти нужного человека. И тогда, Генри принял непростое, но как ему казалось правильное решение - остаться на должности на постоянной основе. Конечно, те в свою очередь обрадовались, ведь теперь им больше не нужно прочесывать кипы анкет на поиск подходящей кандидатуры. К тому же, изменения, которые произошли после появления Генри здорово наладили работу в участке, а это не всем под силу.

Все изменилось, в одного странное утро. В тот день Генри проснулся в девять, голова болела после выпитого с вечера рома. Заварив себе крепкий кофе, он накинул поверх трусов махровый халат и вышел на крыльцо за свежей газетой. «Выбираем мэра» гласили пестрые заголовки на офсетной бумаге. Собравшись зайти обратно, мужчина случайно заметил, что почтальон вытаскивает из почтового ящика, заброшенного дома корреспонденцию и бросает на землю. Это возмутило начальника полиции. Поставив кружку на перила веранды и ворча себе что-то  под нос, он прямо в тапочках помчался через заснеженный газон.

— Эй! Какого черта ты делаешь?

Парень вздрогнул от неожиданности, обернувшись, осмотрел кричащего мужчину в халате и продолжил выгребать газету, затолканную им же несколько дней ранее.

— Выбрасываю почту, сэр! — совершенно спокойным голосом произнес парень.

— Мне кажется, твоя работа разносить ее, а не выбрасывать! — возмутился Генри, посмотрев на кипу макулатуры лежащую на земле.

— Да вы правы, но я не могу разносить почту в переполненный ящик. — пожав плечами, проговорил юноша, на вид которому было не больше пятнадцать лет. — Вы, наверное, недавно приехали раз вас так возмущают мои действия. В этом доме никто не живет, поэтому я сначала привожу почту, вбиваю ее внутрь, а потом сам же очищаю ящик, чтобы снова привозить почту. Вот и все!

— Кто разрешил, выбрасывать содержимое почтового ящика? — спросил Генри, немного поубавив свой пыл, перед ним все-таки находился ребенок.

— Мой начальник. Я бы на вашем месте вернулся в дом, на улице холодно. - проговорил парень посмотрев на  раскрасневшиеся ноги стоящего в халате мужчины.

— Правда? Спасибо, что предупредил, а то я стою в халате и не понимаю, что на улице холодно! Почему не отменят почту, если здесь никто ни живет?

— Из-за платных подписок. Большинство подписок в те времена оформлялись на бессрочный период и отказаться от них можно лишь письменно.

— в те времена? Это звучит так, будто мы обсуждаем жизнь до нашей эры! О каком времени ты говоришь, парень? — уточняющее проговорил Генри.

— Ну пять-восемь лет назад. Да и до сих пор есть такие условия. Отсутствие отмены посылок без обязательного заявления. Разве вы не понимаете, почему такие условия? Жажда наживы только и всего. — с умным лицом произнес юноша, предполагая, что это звучит круто.

Осмотрев кипу газет и журналов Генри, наклонившись поднял один. Это был детский журнал под названием «Мы растем». Его младшая дочь любила эту серию. Яркие глянцевые обложки и интересные истории. Столько подписок могли выйти в приличную сумму, тем более для того, чей дом разваливается.

— Ты сказал здесь никто не живет, но эти журналы, они стоят денег кто их оплачивает?

— Я не знаю сэр. Да и меня это не особо волнует, мое дело маленькое, разнести, и убрать если кто не забрал.

— Это детский журнал! — пояснил Генри, выпучив на парня глаза.

— Я вижу! Зачем вы мне это говорите? - возмутился наконец юноша.

— Затем, что никто не будет оформлять подписку на детские журналы бессрочно. Дети растут, черт побери! Это же бессмыслица. Жильцов нет, но с них сдирают деньги за давно не актуальные подписки! Да что ни так с этим домом! Знаешь кто здесь жил?

— Отец говорил, какая-то сумасшедшая женщина, убившая своего мужа.

— У нее были дети?

— Я не знаю. Можно я закончу уже с этим делом и пойду, у меня еще есть желающие, почитать свежую газету. — проворчал парень.

— Куда ты денешь эту корреспонденцию? — спроси Генри.

— На ближайшую помойку.

— а как же персональные данные? Дурдом какой-то! Оставь, этот пакет я заберу почту и изучу ее.

— Не уверен, что я могу позволить вам это сделать.

— Как тебя зовут?

— Макс.

— Макс, я начальник полиции этого города. Выкидывать чужую корреспонденцию - чревато последствиями, давай мы не будем усугублять ситуацию. Я пытаюсь упростить тебе работу, отменю подписку, и тебе не придется таскать ненужный хлам.

Немного подумав, Макс взглянул на красные от мороза ноги начальника полиции и вручил ему мусорный пакет.

— Если ко мне будут вопросы, я назову ваш адрес. — проговорил он.

— Я сомневаюсь, что твой тупой начальник придет ко мне разбираться. Если конечно это действительно он дал добро выбрасывать чужую почту. Думаю некоторое время, он будет сидеть тише воды и ниже травы.

— Как скажите, это ваша работа, моя работа выполнять поручения, как вы сказали тупого начальника. — парень вернулся к дороге, залез на велосипед и закрутил педали, а после вдруг обернулся и выкрикнул. — Кстати, этот тупой начальник мой отец!

— О черт! — сухо проворчал Генри понимая, как облажался. Он собрал влажную от снега корреспонденцию и направился в сторону дома.

Выяснить удалось немного, женщину, оформившую подписки звали Элис Ли. Судя по всему, она интересовалась шитьем, кулинарными книгами, и у нее был ребенок. Удалось узнать, что заказы журналов и книг начались около четырнадцати лет назад. За это время счет женщины, должны были заблокировать, ведь сумма подписок выходила в меньшем 200 долларов в месяц. Либо их продолжали списывать, не самым законным образом. История увлекла Генри, и он решил завтра же отправиться в архив и посмотреть, куда делась хозяйка дома и ее ребенок.

Однако, на следующий день, придя на работу, секретарь Белла сообщила, что у кабинета ждет мистер Уотсон. Когда Генри вопросительно посмотрел на нее, она пояснила, что это директор почтового отделения. Не самый приятный сюрприз, избежать которого, было уже невозможно. Мужчина в строгом сером костюме, драповом пальто и в шляпе рассматривал висящую на стене картину. У него были черные усы, представляющие собой тонкую полоску, но при этом, густые широкие брови.

— Доброе утро, Мистер Митчелл! — проговорил он заметив Генри и протянул ему руку, а тот крепко пожал ее.

— Доброе утро! Прошу прощения, что заставил вас ждать! Входите! — произнес Генри, совершенно не желая приглашать этого человека к себе в кабинет, но наживать врагов пока не хотелось. — Присаживайтесь, может чаю или кофе?

— Благодарю вас! Но, нет, я хорошо позавтракал, спасибо! — ответил Уотсон.

— Чем я могу вам помочь? — сев за старый дубовый стол, спросил Генри прекрасно понимая, о чем пойдет речь.

— Меня зовут Дэвид, я начальник всех почтовых подразделений этого города. Вчера у вас с моим сыном произошел странный диалог, мы упустим момент, в ходе которого вы называете меня, тупым...

— Да, было дело, примите мои извинения, мне не стоило срываться. Это было сказано на эмоциях. Меня удивило то, что делал ваш сын. — виновато произнес Генри, желая провалиться под землю.

— Все нормально Генри, я ведь могу вас так называть? Знаете, я не злопамятный человек, но мне не нравится, когда кто-то подрывает мой авторитет особенно в глазах моего сына.

— Я понимаю вас, моя вина! Чем я могу искупить ее?

— Ответьте мне на один вопрос, зачем вам нужна была корреспонденция этой женщины?

— Мне показалось странным, что человек, который как сказал ваш сын сидит в тюрьме, но продолжает оплачивать давно не актуальные подписки. Насколько это законно?

— Если вы пытаетесь найти нарушения, то их нет. Человек подписал бумаги, четырнадцать лет назад, на получение этой корреспонденции. Отмена этих подписок возможна, только в письменном виде. Миссис Ли поставила свою подпись в документе о том, что ознакомилась с правилами подписок. Я могу показать этот документ, если вы желаете.

— Я верю, что такой документ действительно есть. Но, почему на свалку выбрасывалось все, что человек по сути оплатил, разве вы не должны были возвращать это обратно в почтовое отделение?

— Первые годы так и делали. В конце концов, Элис посадили в тюрьму не на два года, а на двадцать лет, а значит нет смысла это все хранить. Посоветовавшись с руководством выше, было принято решение, избавляться от этой корреспонденции а счет заморозить. Сначала мы все сжигали, а потом штат сократили и работы стало столько, что на это просто нет времени.

— Вы знаете, что произошло в том доме? — спросил Генри.

— Точно никто не знает, у всех свои версии об этой истории. Элис, была молодой симпатичной девушкой. Вышла замуж за хорошего адвоката, который на десять лет был старше нее. Через три года забеременела, вроде в 21 или в 22, а после родила дочь. Никто не знает, что именно произошло, потому что семья была тихая и на первый взгляд счастливая. Но однажды она просто убила своего мужа, ударив чем-то тяжелым по голове. Он умер, а ее посадили в тюрьму, их дочь попала в приют. С того дня, в этом доме никто не появлялся. Прошло восемь с лишним лет. Многие считают, что вполне возможно причина была в ревности. Стивен был знаменит в некоторых кругах, и имел неплохой достаток, возможно и не прочь был даже провести время с распутными женщинами. Хотя, я помню его жену, она была красавица, но как правило, люди не ценят того, что имеют. Зачем вам все это?

— сам не знаю. Я переживал, что выйдя из тюрьмы счета человека окажутся в минусах.

— Счета заморожены, уже не один год, не думаю, что будут большие проблемы. Но, я не уверен что Элис еще жива. Вы ведь и сами знаете, условия в здешних тюрьмах. Я удовлетворил ваше любопытство?

— Отчасти! —задумчиво произнес Генри, чувствуя непреодолимое желание спуститься в архив в поисках этого дела.

— Спасибо вам за визит, мне приятно, что мы смогли понять друг друга! И прошу прощения еще раз за вчерашний разговор с вашим сыном. — Генри встал со стула и протянул руку мистеру Уотсону, тот пожал ее.

— Все нормально! Ему уже есть 16, вы можете говорить с ним, о чем угодно, просто будьте аккуратнее со словами, с подростками и так очень сложно. Не давайте им лишнего повода, ненавидеть своих родителей.

— Здесь вы правы! Мои дочери в свое время задали нам с женой жару. Хорошего вам дня!

— И вам!

Мистер Уотсон скрылся за дверью, а Генри подошел к окну. Цепочка в голове не складывалась, зачем молодой девушке с маленьким ребенком убивать своего мужа, который ко всему прочему неплохо зарабатывал. Разве, что убийство было по неосторожности, в таком случае, почему такой большой срок. Выпив кружку кофе, он все же решил спуститься в архив. Потребовалось некоторое время, чтобы сориентироваться в каком году, могла произойти эта трагедия. Исходя из логических цепочек Генри нашел подходящий год, но в коробке отсутствовало дело №6591. Однако все остальные дела были на месте. Тогда он взял троих парней со стажировки и попросил проверить весь архив, возможно папку положили не в ту коробку.

После обеда, они с Дэгги, пришли на помощь. В конечном счете, четыре дня потребовалось на то, чтобы проверить все коробки и даже действующие дела, но нужной папки не оказалось. В результате поиска выяснилось, что отсутствовали еще два дела. Теперь, Генри буквально помешался на идеи докопаться до правды, вот только понять бы с чего начать.