Крылья
Она любила крокусы,
Что расцветали по весне,
Всегда ждала ее, тепла и поцелуя неба,
Порыва ветра сотрясенного дождем и влагой,
И холода земли, что не согрело солнце.
Случилась все в июле,
На деле же, конечно, раньше,
С началом марта, со слезами мая,
Когда в глазах не отражались звёзды,
Когда на тон стал тише голос,
И дрожь по телу шла без ветра.
Однажды тихо прошептали губы,
И помнится, что было это где-то в мае:
"А как ты думаешь, что после смерти?"
Я не могла найти ответ, и молча разводила руки,
Она сказала еле слышно,
"Надеюсь, хотя бы там мы обретаем крылья".
Она хотела за спиною крылья,
Чтоб расправить и по небу с запахом свободы,
Лететь, коснутся облаков, возможно солнца,
Ведь там казалось все так просто,
И тяготы земли, людская боль там под запретом.
Как жаль что только люди не летают, ведь падать их никто не научил.
Случилась все в июле, в ночную пелену для неба,
Ты умерла, однажды, навсегда,
Сотряслось все небо в криках боли, грусти и печали,
Рыдали даже облака, осколками и пулями летя на крокусы,
Ложились тенью руки на колени,
Что дрожью сотрясались.
"Не плачь, прошу не плач, взгляни в мои глаза, в них нету слез, они сухи.
Она бы не простила на твоём лице такое."
Но слезы не текли в иной причине,
Ведь знала я, верила, желала,
Что там, ты посегла порог полета.