Found

Юля

В выборе Милохина не сомневалась. Понимаю это, когда надеваю красное обтягивающее платье, застёгивающееся сзади на мелкие пуговички. Слишком обтягивает. Слишком показательно подчёркивает грудь.

Его вкус. Однозначно. Он хочет смотреть и истекать слюной в предвкушении продолжения вечера в его квартире. Не говорил об этом, но я понимаю, что форумом сегодняшняя встреча не может закончиться.

В понедельник и вторник мы немного сбросили напряжение, но тело ноет в ожидании умелых пальцев и длины Милохина. Я снова к нему привыкаю.

Падаю в пропасть. Не вижу дна, ничего не вижу. Себя больше не вижу без него. Задыхаюсь лишь от одной мысли, что всё это время мы могли быть вместе, рядом, воспитывать нашу дочь.

И я хочу, чтобы у нас с ним была возможность будущего, пусть не светлого, но только нашего. Не сомневаюсь в укоре, что скрыла Соню, но так было нужно, необходимо в тот самый момент. Вариантов не было.

Отправила Яну с Соней к Вале раньше, чтобы, когда приехал Милохин, их не было. Сейчас не время становиться отцом. Позже, когда я, наконец, смогу открыть рот и рассказать ему правду.

Спускаюсь к шести вниз, где меня уже ожидает автомобиль, рядом с которым переминается с ноги на ногу Милохин. Блестит, будто новогодняя игрушка, притягивая мой жадный взгляд. Безупречен. Потрясающий мужчина.

Мысленно представляю, как снимаю с него одежду, прикасаясь к возбуждённому пеклу, срывающемуся в меня. Вероятно, облизываюсь, потому что серебристые глаза вспыхивают, тут же устремляясь в вырез платья.

- Прекрасна, - рвано выдыхает. Целует мою ладонь, не разрывая взгляд. – Ты бесподобна, Юля. Идеальна. Во всех смыслах, со всех сторон.

- Фу, Милохин! Наглая лесть тебе не к лицу. - Улыбаюсь, понимая, что каждое его слово правда. Не может лгать. Слишком явными являются для меня его эмоции.

- Никакой лести. Только правда во всём, что касается тебя. - Открывает дверь, приглашая на заднее сиденье.

Опускаюсь, проваливаясь в мягкость. За рулём водитель, которого я не знаю. Скорее всего, Милохин нанял постороннего человека, чтобы не вызывать лишних сплетен в компании. И как только машина трогается с места, глухая перегородка, отделяющая нас от водителя, поднимается.

- Для тебя. - Мне на колени ложиться огромный букет ярко-красных роз. – Под цвет платья.

- Всё спланировал? Да? Платье, цветы, форум, а дальше? – Хотя, я прекрасно знаю, что дальше.

- Ты же не думала, что после я тебя отпущу? – Притягивает к своему телу, сжимая ладонь на талии. – Дальше – всё, что пожелаешь. Надеюсь, что ты пожелаешь меня, - шепчет, лаская языком ушко и спускаясь ниже. – Хочу, чтобы пожелала.

Перекладываю букет рядом, чтобы прильнуть ближе к Дане и позволить влажным языком спустить к груди. Кажется, он везде. Ласкает, целует, успевая шептать пошлости на ушко. Возбуждает меня каждым прикосновением.

- Хватит, Милохин, - шепчу в перерывах между поцелуями. – Иначе форум станет невероятно тяжёлым испытанием для нас обоих.

- В этом и смысл! Хочу, чтобы ты находилась в возбуждённом состоянии, текла, сжимая ножки при каждом взгляде на меня. А затем, когда мы окажемся в моей квартире, выплеснула на меня свою неудовлетворённость и злость, сжимая мой член в себе.

Почти стону от каждого слова, готовая послать всё к чертям и ехать к нему в квартиру, сию минуту. Почти на грани. Я когда-нибудь перестану так на него реагировать? Сможет ли хоть один мужчина хотя бы частично вызывать во мне такие приступы похоти?

Нет. Уверена, что нет.

Даня прав – так бывает единожды. Только с ним.

В первый раз нам не хватило мозгов, чтобы понять – друг без друга мы, скорее, мертвы, чем живы. И этот урок будет повторяться до тех пор, пока два идиота, наконец, не поймут, что поодиночке им не выжить в этом чёртовом мире.

- Хватит! – Отодвигаюсь от Милохина, задыхаясь в тесном платье, сжимающем моё тело до онемения. – Даня, потерпи до окончания официальной части. Пожалуйста, - почти умоляю.

Мне нужно время, чтобы отдышаться. Я итак весь вечер буду думать только о нём, считая минуты, когда останемся наедине, наслаждаясь друг другом в диких порывах. Закрываю глаза, успокаивая колотящееся в груди сердце.

- Ты права. Иначе я прямо здесь возьму тебя. Но учти – пара часов и уедем. Дольше я физически выдержать не смогу.

- Да. Я тоже.

Весь оставшийся путь не прикасаемся друг к другу, смотрим в разные стороны, но всё же чувствуем сексуальное напряжение, витающие в салоне машине. Мы, словно два безумца, не в состоянии разорвать порочный круг, сжимающий своими похотливыми тисками.

Тяжело. Чем дальше, тем сложнее остановиться. Всё закручивается в тугой узел с новыми вводными, проблемами и ложью. Но лгунья я, потому что не могу заставить себя открыть рот и рассказать Милохину о дочери.

Что сложного? У тебя есть дочь. Три простых слова, которые перевернут к чертям его мир, заставив либо безумно любить Соню, либо равнодушно стоять в стороне, наблюдая за частью себя самого.

Бросаю взгляд на Даню, снова отмечая, как она на него похожа. Выражение лица, мимика, ужимки, жестикуляция – вся в него. Иногда я представляю их встречу, отчего грудь сжимается тисками из колючей проволоки, а сердце заходится в неимоверной пляске.

Я скажу ему, обязательно скажу. Нужно только выдавить из себя эти важные слова.

- Приехали. - Милохин выходит и подаёт мне руку, помогая выйти из машины. – Возьми меня под руку, - предлагает свой локоть в качестве опоры.

- Все знают, что у тебя есть невеста.

- Юля, сегодня ты моя спутница. Я же не трахаю тебя прилюдно, а о том, что между нами происходит, никто не знает.

И я покорно соглашаюсь, делая уверенный шаг вслед за Милохиным. В одной части зала официальное мероприятие, в другой – фуршет, собирающий вокруг себя больше людей, чем на сцене.

Неофициальное общение всем нравится больше, когда между шутками и льстивыми комплиментами решаются важные вопросы. Едва заметный намёк или взгляд, и завтра ты узнаёшь о важной сделке, заключённой между сильными мира сего. Не успеваю осмотреться, как слышу за спиной своё имя:

- Юлия Михайловна!

Поворачиваюсь, с улыбкой наблюдая, почти бегущего ко мне Ануфьева. Милохин сразу напрягается всем телом, почти рычит в сторону главы «Аквамарина», готовый сорваться и боднуть его.

- Добрый вечер. - Прикасается к тыльной стороне руки, чуть сжимая мою ладонь. – Рад видеть.

- Добрый вечер. Познакомьтесь, Семён Владимирович, наш новый руководитель – Милохин Данил Вечеславович. Теперь мы все подчиняемся исключительно ему.

Мужчины пожимают друг другу руки, а я наблюдаю, как Милохин напрягается ещё больше, понимая, что именно Ануфьев пытался переманить меня к себе в компанию.

- Я вас оставлю, - соскальзываю с руки Дани, - хочу поговорить со своей знакомой. - И, развернувшись на сто восемьдесят градусов, ухожу в другой конец зала, виляя попкой, прекрасно понимая, что Милохин пожирает меня взглядом.

Даня

Моя Юля уходит, призывно виляя своей задницей. Для меня. Исключительно для меня. Чувствую её каждой клеточкой своего тела, словно улавливая вибрирующие импульсы, предназначенные мне.

Зараза… Провоцирует, заставляя сжиматься мой член в штанах и считать эти чёртовы минуты, когда я, схватив её в охапку, уволоку подальше от людей и посторонних глаз в свою нору.

- Отдай мне Гаврилину, Данил. - Меня, словно током прошибает, почти шарахаюсь в сторону от неожиданной фразы, произнесённой над ухом.

Почти забыл, что так и остался стоять рядом с Ануфьевым, пока мы оба провожали взглядом Юлю.

- В каком смысле? - выдавливаю с хрипом, готовый вонзиться в его глотку за одну только мысль о моей Юле.

Сталкиваемся взглядами – немой разговор, понятный лишь нам двоим.

- Нет, не в том, о котором ты подумал. Я почти сорок лет женат, на девочек, которые годятся мне в дочери, не засматриваюсь. - Ануфьев отпивает виски, не отрывая взгляд от Юли. Словно сканирует, прикидывая варианты, понятные лишь ему одному. – Она мне нужна в качестве невестки.

Снова разряд, отключаюсь на секунду, встряхивая головой и скидывая противный гул в ушах. Мне не послышалось? Моя Юля?

Не могу говорить, лишь вопросительно смотрю, ожидая объяснений.

- Давай на «ты». Удивлён?

- Если честно – да. У неё ничего нет: компаний, капиталов…

- Плевать на деньги, - взрывается Ануфьев. – Не капиталы нужно объединять, а гены. Посмотри вокруг. - Кивает в сторону небольших компашек. – Что видишь? Девушки. Много. Красивые куклы, которые тратят деньги отцов и мужей на одежду, развлечения и драгоценности. Спроси любую, она знает, чем занимается её муж? Разбирается? Может помочь, посоветовать? Ну?

Осматриваюсь, вылавливая взглядом щебечущих куколок, блестящих, словно брюлики. В глазах пустота, а на шее тяжёлые украшения.

- Думаю, что нет.

- Именно, - согласно кивает. – Что она даст своим детям? Нянек и учителей? А какой в этом смысл, если изначально нет задатков? Гены, Данил, вот что важно. Именно поэтому, я желаю в невестки такую, как Гаврилина: умная, целеустремлённая, уверенная в себе, способная идти напролом и подталкивать мужчину рядом. Такая нужна моему сыну. Такая будет поддержкой, опорой и надёжным тылом. И внуков под стать родителям, чтобы, повзрослев и получив образование, были способны взять бразды правления в свои руки. Главное не капиталы, а те, кому ты эти капиталы передашь, чтобы утроили, увеличили в несколько раз, грамотно управляли построенной тобой империей, - произносит длинную тираду, тяжело выдыхая. – Слышал о твоём предстоящем браке. Золотые шахты, - усмехается, - на хрен они нужны, если их некому будет передать.

Впитываю каждое слово, умудрённого жизнью и опытом человека. У него своя правда. Свой смысл и, чёрт, он невероятно прав. Каждое слово, словно монолитная плита, ложится на плечи.

Ануфьев не просто просчитывает на два шага вперёд – на два поколения. Более масштабно. Стратег, который придерживается своей намеченной цели, считая её единственно правильной.

Его слова, да в уши моему отцу, чтобы понимал, в чём грёбанный смысл жизни. Не в шахтах и Ольховских, а в продолжении рода, способного управлять всем, что создал и построил.

- Задумался?

- Да, - честно сознаюсь.

- Осуждаешь?

- Поддерживаю, - одобрительно киваю, ловлю во взгляде пожилого мужчины промелькнувшее уважение. – Где сын-то?

- Вон там. - Кивает в сторону сцены. – С Юлей разговаривает.

Впиваюсь взглядом, уже готовый прожечь дыру в Ануфьеве-младшем. Высокий блондин в деловом костюме. Зажат, напряжён, руки в карманах брюк, спина прямая.

Юля спокойна. Всё её существо говорит мне о том, что разговор деловой. Ни намёка на флирт, нет улыбок и искреннего смеха.

- Не слишком эмоционален, - делаю вывод.

- Да. Ему почти тридцать пять. Шесть лет назад собирался жениться. Девушка мне нравилась, был влюблён…

- Что случилось?

- Погибла в автомобильной аварии за неделю до свадьбы. Паша тяжело это пережил. Слишком. И только сейчас поднял глаза, чтобы увидеть и других женщин.

На миг представляю, что я в подобной ситуации, и меня изнутри окатывает обжигающим холодом. Нет. Без Юли никак. Нельзя. Даже представить невозможно её отсутствие. Сдохну, если на меня ежедневно не будут смотреть эти зелёные омуты.

Ещё раз смотрю в сторону Юли и успокаиваюсь. Он не её фасон. Совсем. Этот Павел не вызовет в ней даже элементарной симпатии. Я знаю свою Юлю.

- Гаврилину пригласил бы только на роль невестки? А как сотрудника? – Вспоминаю его недавний звонок и обещание большого оклада.

- И как от сотрудника не отказался бы. Ещё полтора года назад, когда случилось вместе работать понял, что Юля – ценный кадр. Во всех смыслах, - улыбается, посматривая на своего сына. – А ты не желаешь подумать о переходе ко мне?

- Не понял… - зависаю на минуту, обдумывая вопрос.

- Мне шестьдесят семь. Я устал. Нет сил мчаться в адовом колесе конкуренции и новых технологий. Я всю жизнь работал, пёр вперёд, будто бессмертный бульдозер. Заслужил покой, сон и отдых заслужил. Хочу уйти, а оставить некому.

- А сын?

- Сын у меня профи в другом направлении – металлургия и драгоценные металлы. Большая компания на севере, в которую вкладывает душу и силы. А мне здесь кто-то нужен. Можно, конечно, воспользоваться услугами приглашённого руководителя, но нет, знаешь ли, особого желания довериться первому встречному.

Понимаю. Где гарантия, что не нарвёшься на такого, как Влад…

- Я тоже первый встречный, - напоминаю, что мы познакомились полчаса назад.

- Я много о тебе знаю, о твоей семье, о бизнесе, развитии. Та же сфера, тот же профиль. Подумай.

Только что Ануфьев посеял внутри меня зерно сомнений. Нет, не в себе. Наоборот. Если мой план выгорит, и карта сыграет, скорее всего, я лишусь всего, что имею. Мне придётся просто уйти, оставив всё, а мужчина рядом со мной даёт шанс на спасение, хотя, сам об этом не предполагает.

- Я подумаю, - сдавленно выжимаю из себя, чтобы не раскрыть карты раньше времени.

- Серьёзно? – Светло-серые глаза расширяются в удивлении, с недоверием оценивая.

- Да, Семён Владимирович, серьёзнее не бывает. Через две недели дам ответ. - Протягиваю руку, чтобы скрепить негласную сделку между нами, и он, не задумываясь крепко сжимает мою. – Пока между нами. Не спрашивай о причинах и последствиях.

Нескольких секунд достаточно, чтобы каждый из нас понял, что имеет возможность получить то, что желает. Не сейчас, но позже.

Парадоксально, но человек, в отношении которого изначально я был настроен враждебно, возможно, станет моим спасательным кругом, который вытянет нас обоих – меня и Юлю.

- А Гаврилина? Отдашь? – останавливает вопросом.

- Нет, - почти рычу, даю понять, что тема Юли должна быть закрыта прямо сейчас.

- Почему?

- Потому что занята.

- Кем?

- Мной. - Наблюдаю медленно вытягивающееся лицо, бегающий взгляд и принятие моих слов.

- Но ты же женишься…

- Юля моя. Точка. Свадьбы не будет. Точка. Почему? Не спрашивай. Я впервые тебя вижу, впервые с тобой разговариваю, но почему-то уверен, что каждое моё слово останется между нами. Так ведь? – Не дожидаясь ответа, с улыбкой иду к Юле. Но, сделав два шага, останавливаюсь: – К вопросу о генах, у Юли есть старшая сестра – Валя. Разведена, есть сын.

- Специальность?

- Нейрохирург. - В ответ лишь довольно кивает, расплываясь в улыбке.

Уверен, Ануфьев промолчит. Сам не знаю почему, я сказал ему больше, чем кому-либо другому. Нутром чую, что этому умному мужику могу довериться с потрохами. Зудящее чувство уверенности под кожей парализует, растекаясь вязкой патокой доверия к человеку, которого я видел впервые.

Пошёл на поводу у интуиции, и уверен, она меня не подведёт. Теперь у нас с Юлей есть реальный шанс построить всё заново.

•••••••••••••••••••
Люди видят войну с двух сторон.
Но уверенно могу сказать, что нам не стыдно за нашего президента. 🇷🇺
Зеленский 🤡
••••••••••••••••••