Found

Даня

Кажется, всю ночь не спал в предвкушении пятницы. Желаю Юлю почти до болезненного состояния. До крошева на зубах.

Она обещала. Сказала, что встреча состоится, и я снесу всё к чёртовой матери, если вздумает обмануть. Прекрасно видит, чего мне стоит сдерживаться рядом с ней.

Всю неделю обходил её десятой дорогой, не вызывал к себе, и лишь вчера позволил заглянуть в кабинет для уточнения. Практически сорвался, с трудом взяв себя в руки.

Юля моя болезнь. Как я вообще существовал без неё три года?

Изначально меня останавливала злость на любимую женщину, которая изменила и откровенно лгала, глядя в глаза, когда бросался в Юлю подтверждающими снимками. Но, когда всё же рассмотрел их, когда смог это сделать, оказалось, что на них вовсе не Юля. Кто угодно, только не она.

Но было поздно. Она исчезла, а я разбивал руки в кровь, не зная, где искать. Хотел сказать «прости». Такое громкое и ненужное слово, которое не вытравит все брошенные мною оскорбления в любимую женщину.

Но мне нужно её прощение. Необходимо. Важно, чтобы понимала, насколько я облажался тогда. И пусть я буду полным кретином в её глазах, главное, чтобы всё знала. Простила. Насколько может, насколько способна.

Нужно остаться наедине. Вдвоём. Чтобы криками и срывами выплеснуть всё, что разрушает изнутри. И тогда, опустошив себя, мы, возможно, сможем наполниться чем-то новым, более важным и существенным.

Моя. Сейчас особенно.

Необходима, подобно кислороду, дающему жизнь всему живому. Только Юля способна вдохнуть в меня живительную силу и уничтожить, забрав её.

Не могу работать. Не могу сосредоточиться на чём-то важном, пока не выясню, есть хоть крупица тех чувств, что связывала нас с ней. Есть ли надежда на будущее. И тогда я смогу бороться за нас – против отца, навязанного брака и всего мира, желающего отобрать мою Юлю.

Одно её слово, и я готов валяться у неё в ногах. Хотя, я уже там – беспомощно ползаю, ожидая жестоко вердикта озлобленной блондинки. Готов ко всему. Пусть даже ненавидит, но рядом, близко, на глазах.

День тянется бесконечно в мыслях о ней. Считаю грёбанные минуты до конца рабочего дня, прохаживаясь по кабинету. Мысли беспорядочно пульсируют в голове, уничтожая меня, кажется, адским пламенем.

Подчинённые приходят с документами и отчётами, но я почти не слышу слов, не вижу людей, проваливаясь в тёмную яму, ожидая встречи и возможности вымолить прощение.

Наедине она не станет так отчаянно брыкаться, отмахиваясь ядовитыми плевками. Станет мягче. Сладкой, словно карамель. Она и есть карамель с ароматом мяты, которая сводит меня с ума.

Отец звонил несколько раз, но я упорно не жалю разговаривать. Чувствую, что разговор будет дерьмовым, даже не знаю почему.

Снова вибрирует телефон, мерзко постукивая по деревянной столешнице. Шестой раз звонит. Возможно, Катя сказала что-то не то? Или просто выложила, что между нами происходит, точнее, что ничего не происходит, как между женихом и невестой. 

- Да, отец. Здравствуй. Прости, был занят, - сразу отвечаю на вопрос, который в меня прилетит.

- Я так и понял. Как дела в столице? – деловой тон, напряжённый. Слишком.

- Всё ровно. Компания сильная, работа налажена и настроена. Лишних людей нет, Никулин подбирал персонал самостоятельно, отбирая каждого. Для себя делал. Много заказов у крупных партнёров. Очень крупных. Отличная репутация «Слима» приносит прибыль и дальше будет, если грамотно выстроить отношения с работниками, - отчитываюсь коротко и по делу. Отец не терпит лишних слов.

- Все настолько идеальны?

- Большинство. Есть вопросы по юридическому отделу, хочу перетащить сюда Вострюкова на время, чтобы разобрался с документацией, образцами договоров и завершёнными сделками. В остальном, работники приняли меня ровно и мирно, контакт налажен.

Даже не упоминаю Юлю и её присутствие в компании. Список сотрудников отец не видел, все документы я забрал с собой в Москву, подальше от любопытных глаз. К тому же, этот самый список достался мне через пятые руки, можно сказать, не совсем законным способом.

- Отлично, сын… - мнётся, что означает приближение стихийного бедствия. – Мне доложили, что ты виделся с Юлей.

Меня сметает. Даже глаза закрываю. Единственный человек, с которым я поделился – Влад. Друг? Вот так, доложил боссу. Сразу слил. Сука. Сжимаю кулаки, готовый уничтожить.

- Тебе неправильно доложили, - голос становится стальным.  – Не виделся – видел издалека, - это разные вещи. Смотреть не запрещается. Это могло произойти где угодно, в любом городе.

- Да, - прокашливается, - согласен. В любом случае, напоминаю, безродные девки нашей семье не нужны.

С трудом сдерживаюсь, чтобы не высказаться отцу. Заткнуть ему рот, которым он позволяет так говорить о моей Юле. Сдерживаюсь, понимая, что сделаю только хуже. Он намеренно провоцирует. Проверяет, насколько я в ней погряз снова.

- Я помню, - выдавливаю с силой, цежу сквозь зубы.

- Как Катя? – Переводит тему, видимо, довольный моим ответом.

- Хорошо. Развлекает сама себя, пока я в офисе. Её приезд был неудачной идеей. Ей скучно. Она весь день одна. Ходит по магазинам и ресторанам, покупает всё, что нравится.
‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​
- Да. Я видел отчёт по карте. Неплохие суммы, - сглатывает. Моя шалость удалась, отца коробит, когда он видит количество нулей в списанных со счёта суммах. – Я за год столько не трачу. Девочка привыкла жить на широкую ногу.

- Именно. Безродная девка обошлась бы намного дешевле капиталам семьи Милохиных, - подстёгиваю настолько, насколько могу, чтобы не выдать себя и Юлю.

- Но не принесла бы нам золотых шахт. Не забывай свадьба через три недели. Постарайся закончить дела к этому сроку. Всё будет готово.

Мысленно усмехаюсь, потому что папочка не в курсе самого главного – невозможности рождения внуков. Эту неожиданную вишенку я оставлю напоследок. Мой личный контрольный выстрел в голову. И моё освобождение.

- Я помню. Катя напоминает постоянно. Ждёт.

- Да, Катя… Отправляй её обратно. Увиделись – достаточно. Если она пробудет в столице ещё неделю, траты Ольховской превысят стоимость свадьбы.

- Конечно. Прямо завтра, тем более она просилась. Я не могу не исполнить её прихоть. - Улыбаюсь, чтобы отец слышал хоть немного радости в моём голосе. Но радость совершенно по другому поводу – Катя свалит, оставив меня полностью для Юли.

- Договорились. Хороших выходных с невестой. Не делай глупостей.

Отключается, не дождавшись ответа. Глупости – это Юля. Но отца это не касается. Я смог не сорваться в её защиту, отгородить мою тайну ото всех. Только моя, пока не разберусь с навязанным браком.

Никому ни слова про Юлию. Моё желание поделиться чуть не стоило всего.

Чёртов Влад… Не ожидал.

Хорошая новость: не выдал себя, убедив отца, что Юля в прошлом. Плохая новость: теперь у меня нет друга. Есть знакомый, который сливает всё моему папаше, а таких необходимо опасаться прежде всего.

Сотрудники разбредаются по домам, шумно покидая офис. Но свет в кабинете Юли не погас, значит, задержалась. Ждёт меня. Я знаю.

Медленно бреду по коридору, а, остановившись около двери её кабинета, замираю, будто перед прыжком в бездну.

Она и есть моя личная бездна. На все времена.

- Юлия Михайловна, заканчивайте. Нам пора. - Она лишь молча кивает, накидывая на плечи ярко-алое пальто.

- Не терпится, Данил Вечеславович? Неужели так давно баловали себя сладким? – Зелёное марево вспыхивает, а хищная улыбка подтверждает – игра началась.

- Баловал, - равнодушно пожимаю плечами, - но всё пресное и невкусное, скорее, диетическое и даже противное. По малине соскучился… - Прижимаю Юлю, ладонью скольжу по упругой заднице, которая нервирует меня всю неделю. – Кажется, готов сожрать тонну…

- Главное, не подавись! От обжорства тоже умирают… - Проводит пальчиком по моим губам, отчего вспыхиваю, готовый разложить её прямо здесь, на столе и иметь, наплевав на всё.

- В нашем случае – нет, скорее, наоборот – обожраться жизненно необходимо. - Прикасаюсь к сладким губкам, провожу языком, вызывая стон моей возбуждённой Юлии.

Сводит с ума. Одним своим видом подстёгивает, выгибает, сносит всё рациональное и понятное. Чёрт.

Отхожу, пропуская её вперёд и закрывая дверь кабинета. Юля идёт впереди, цокая высокими каблучками и виляя упругой задницей. А у меня слюноотделение адское, не успеваю сглатывать. Ещё немного и захлебнусь.

Двадцать этажей в лифте становятся почти смертельными. Готов выпрыгнуть и подталкивать грёбанную кабину, чтобы двигалась быстрее. Таким нетерпеливым становлюсь только с ней.

И вот, когда двери автомобиля закрываются, а блокатор звонко щёлкает, я, наконец, немного расслабляюсь, понимая, что Юля никуда не денется.

Моя на всю ночь. И даже утром.

Терпение на исходе. Кладу ладонь на стройную ножку, скольжу по ней, поднимая ткань юбочки выше. Прекрасная картинка женских чулок и оголённого бедра заставляет снова сглатывать. Сжимаю, желая ощутить в своих руках горячую кожу.

Юля шипит от жёсткой хватки, но тут же всхлипывает, когда ныряю рукой между ног и поглаживаю внутреннюю часть бедра.

Сосредоточен на дороге, с силой сжимаю руль, не прекращая своих действий под юбкой блондинки.

- Когда тебе нужно быть у Вали?

- Завтра к обеду, - выдаёт слишком быстро, словно ждала вопроса заранее.

- Мало, - заключаю, мысленно просчитав время в часах, которое проведу с ней наедине.

- Вечер, ночь и утро. Тебе мало, Милохин? – Вспыхивает, резко сдвигая ножки и заключая в плен мою ладонь. Горячая.

- Мало. Тебя мало. Я только спустя время понял, что мне всегда тебя было мало. Даже, когда ты находилась рядом, хотел больше. Даже, когда прикасался, всегда хотел ещё. Даже, когда был в тебе, желал продлить удовольствие до бесконечности. Одна ночь не идёт ни в какое сравнение с тремя годами, которые я прожил без тебя. Поцелуи, прикосновения, объятия, шёпот, стоны, адский секс, крики, оргазмы… Даже не знаю, сколько мне нужно тебя, чтобы я смог сказать «достаточно».

- Прекрати-и-и-и, - Юля стонет, прикрывая глаза и откидываясь на спинку сиденья. – Милохин, если ты считаешь, что один на грани – ошибаешься, - тяжело дышит, отворачиваясь к окну.

Не желает смотреть. Не потому, что не хочет – пока не может. Иначе сорвёмся прямо тут, посреди столичной пробки, окружённые множеством автомобилей.

И, пока мы останавливаемся на светофоре, который, кажется, не меняет цвет целую вечность, обхватываю Юлю за шею и притягиваю к себе. Впиваюсь в губы, сразу поглощая её. Глубоко. Жадно.

И она отвечает с тем же яростным напором, впиваясь коготками в мою шею. Тяжёлое, прерывистое дыхание разносится по салону автомобиля, и я не сразу слышу, когда мне сигналят с требованием двигаться дальше.

С трудом отстраняюсь, срываясь с места, возвращая ладонь между её ножек. Поглаживаю кожу, вызывая дрожь в теле Юли, и мысленно ликую от её отзывчивости.

Помнит. Всё помнит. Но нам обоим необходимо восстановить пробелы в памяти, воскресить забытое за три года.

Главное, чтобы завтра я смог её отпустить и не сдохнуть в одиночестве. Не знаю, позволит ли ещё раз увлечь себя, сорваться в меня. В нас, прежних.

Юлю напрягает вопрос моего брака. Меня не меньше. Но теперь есть козырь – невозможность Кати иметь детей. Главное молчать. Пока. У меня есть три недели, чтобы разыграть отличные карты грамотно, так, чтобы выбить почву из-под ног отца.

И тогда, вероятно, я смогу обещать Юле больше. Себя всего. Пока она моя тайна. Ни слова Кате, отцу и ни в коем случае Вдаду, который сливает всё боссу.

Друг оказался вдруг… Ни одного человека в моём окружении, которому я могу довериться. Интересно, а Валя?

- Юль, Валя про нас знает? – Она вздрагивает, пронзая меня взглядом.

- Знает. И тогда знала, и сейчас знает.

- И? Отговаривала тебя?

- Нет. Я большая девочка, Милохин, если ты не заметил. Собой сама распоряжаюсь. Валя на правах старшей сестры всегда может дать совет, но поступлю я так, как считаю нужным. Это ты у нас безоговорочно исполняешь то, что велит папочка, - ёрничает, выпуская острые шипы. Вот же язва.

- Я – единственный сын, наследник всего состояния Милохиных…

- Да-да, помню, - резко обрывает, усмехаясь. – Я всё это слышала три года назад, когда мне указывали на выход из твоей жизни. К сожалению, я не соперница Ольховской, семья которой владеет золотоносными шахтами.

- Откуда знаешь?

- Мой зам в первый день нарыла всю информацию на твою невесту. Кто, откуда и чем живёт. - Поджимает губки. Ей неприятно. Понимаю, но пока сделать ничего не могу. Рано.

- Я постараюсь решить данный вопрос…

- Интересно, как? – Юля повышает голос, начинает злиться. – В случае твоего отказа, отец сразу же лишит тебя всего, Милохин. Стою ли я таких жертв, м?

- Стоишь, - отвечаю быстро, не думая, не прикидывая, что к чему. – Стоишь, Юль, - встречаюсь с ней взглядом, в которых… паника. Явная, ничем не прикрытая.

Она не ожидала такого ответа. Не ожидала, что я могу поставить на кон всё, что у меня есть и всё, что может быть в будущем.

- Да ладно, Данил! Машины, квартиры, деньги, много денег, которые делают тебя уверенным хозяином жизни, главой компаний и огромных капиталов. Ты же не сможешь без всего этого жить!

- Я без тебя не смогу жить. - Медленно поворачиваюсь, встречаясь взглядами с ней. В моём голосе нет сарказма или издёвки. Только правда, к которой я шёл долгой дорогой. – К сожалению, я слишком поздно это понял, Юля.

Удивлена. Настолько, что даже ротик приоткрылся в попытке что-то сказать, но, видимо, все слова застряли в глотке. В глазах немой вопрос, ответ на который я только что дал. Сказал, как есть, не предполагая её реакцию. Так чувствую. Так понимаю всё, что сейчас происходит.

Останавливаюсь на парковке под гнетущее молчание. Молчит, обдумывая сказанное мною. Крутит в голове колесо бешеных мыслей. В моей же сейчас только одна – Юля и ночь, которая у меня есть.

Снова привлекаю к себе внимание, проникая глубоко в рот и прикусывая нижнюю губу. Обхватывает за шею, придвигаясь всем телом. Горячая. Красивая блондинка. Сегодня только моя.

Воздух вокруг сгущается, а стоны становятся громче. Нужно добраться в квартиру, чтобы, закрывшись на все засовы, наконец-то обладать моей Юлей.

Тяну её за руку в лифт. Прижимаю, не в силах сдерживаться, и пока поднимаемся, вдавливаю в своё тело, показывая всю степень своего возбуждения. Член болезненно упирается в ширинку, желает освобождения и свою женщину.

Теперь в моей власти.

•••••••••••••••
Что же это получается?
Наебал что-ли?
Похоже что да.
У меня сегодня с 16:00 до 19:15 тренеровка.
Я хочу на этой главе 15 ⭐
Если будут до вечера, то глава ваша, если нет, то завтра.
•••••••••••••••