Глава 7
Вот уже неделю я нахожусь в больнице. Пока я здесь лежала, пробовала проанализировать ситуацию и попробовать принять ее. Как мой друг оказался уродом, как в жизни может все поменяться, какой я была дурой и как теперь доверять людям? Эти вопросы были у меня в голове, когда я полностью пришла в себя и могла здраво мыслить.
Конечно, после сотрясения мозга от способности думать начинает болеть голова и немного подташнивать, но это уже лучше того, что было. В первый день прибывания в больнице мне пришлось не сладко. Сначала мне вправляли левую руку и накладывали гипс, потом меня постоянно тошнило, и я не могла спать.
Вид за окном очень радует, на улице хорошая погода, солнце освещает мою одиночную палату, а я дочитываю любимый роман Стивена Кинга «Кладбище домашних животных», эта книга всегда поднимает мне настроение. Ко мне обещали приехать мама с Федькой и Сашей, мы прогуляемся по парку на территории больницы.
И вам, наверное, интересно, как я сюда попала, и что же случилось в той комнате?
Как только Андрей ударил меня первый раз он на этом не остановился, и начал бить меня по голове, пока я не решила сделать попытку сбежать. От адреналина у меня появилось немного сил, и я смогла толкнуть парня в грудь. У меня это получилось очень хорошо, поэтому мой обидчик упал на пол. Пока он приходил в себя, я еле встала и пошла к двери, но Андрей был быстрее и сильнее меня, поэтому просто заломил мне руку так, что я не чувствовала ничего кроме, этой пронзающей все тело, боли.
А дальше все как в тумане... помню лишь как дверь выломил Костя, оттащил Андрея от меня и начал избивать его. А потом, я пришла в себя только в больнице.
Ко мне приходил Антон, извинялся передо мной, что не смог уберечь меня от Андрея, что не остановил, когда была возможность. Но, я его и не винила, а он думал иначе, поэтому приходил почти каждый день с момента моего нахождения в больнице. Так же приходил Костя, я была рада видеть его, и мы могли часами болтать о разном в моей палате. Сонька приходит стабильно каждый день в четыре часа, и когда я не хочу есть полдник, то подруга с удовольствием уплетает кефир и булочку. Она мне и рассказала, что случилось после того, как Костя влетел в комнату, где меня избивал Андрей.
* * *
Костя начал яростно атаковать Лериного обидчика, но Андрей тоже успел нанести несколько ударов. Когда парень был повален на пол, и его лицо начало скрываться за пеленой крови, Костя вспомнил, что девушке нужна медицинская помощь. На лицо Леры было страшно смотреть, оно было все в крови. Костя подхватил ее на руки и понес вниз, ему надо было срочно довести девушку до больницы. Пока он спускался встретил и своего лучшего друга.
- стоять! Что с ней? – остановил парня Антон.
- там в комнате отдыха Андрей, избивал ее. Я услышал крики и решил проверить – Костя пытался быстро донести смысл всего своему другу, но от волнения за Леру получалось плохо – в общем, ей надо в больницу, а ты пока полицию вызови, пока Андрей не пришел в себя.
- я убью этого выродка нечеловеческого – выругался Антон. Его лицо в миг поменялось, он стал таким злым, что ничего не слышал и никого не слушал. Он видел одну цель – убить Андрея, и это у него, может быть, и получилось, если бы не охрана клуба, которая оттащила парня.
* * *
Полиция провела экспертизу и нашла в крови Андрея наркотические вещества, в моей крови тоже, так как он дал мне не таблетку от тошноты, а какой-то вид наркотиков. С меня сняли побои, нашли еще жертв Андрея, нам помогли, и мы посадили парня на пять лет в тюрьму. Но это уже было немного позже.
А потом я узнала «увлекательную» историю о том, кто же такой Андрей на самом деле. Он работал администратором клуба «Utopia» и нелегально распространял там наркотики, пару раз сам Костя и Антон застукивали Андрея за тем, что он «веселится» с разными девчонками в комнате отдыха и вскоре уволили. Девушки, которых избивал и принуждал к употреблению наркотиков парень, писали заявления в полицию. Но та ничего не могла сделать, потому что за Андреем стояли какие-то большие люди из опг «Юг» и все заявления испарялись, иногда вместе с девушками. Но в этот раз Андрей не на ту напал, и глава семейства Ясиных бросил все усилия на то, чтобы засадить этого паршивца. И у нас это получилось.
Еще помог отец Кости – Владимир Королев. У Кости помимо младшего брата Никиты есть еще и самая младшая сестра – Вика, ей пятнадцать лет и с ней мы тоже успели познакомиться, когда Костя приезжал ко мне. И все дети Владимира носят фамилию мамы – Орловы. Было интересно, почему у них фамилия мамы, но, чтобы это узнать нужно больше времени, которого у нас не было.
А пока я сидела, дочитывала книгу, ждала свою семью, и мне написал Костя. В последнее время, он пишет мне очень часто и тоже старается приезжать. Ему тоже досталось немного от Андрея, Костины синяки на лице еще очень долго сходили. Он говорит, что на ем все очень долго заживает. Мы с ним нашли очень много совместных увлечений. Например, он, как и я любит книги Стивена Кинга.
А вот мое сердце... Оно было разбито. Я больше не чувствовала той любви к Антону, которая была раньше. Возможно, я просто переросла ее. Это была детская влюблённость, а не любовь взрослого человека. Я рада, что смогла справиться с этим. Не сразу, конечно, но через месяц это волновало меня меньше всего.
Ко мне в палату постучали, из-за двери выглянул мой братишка Федя, а за ним и мама с Сашей.
- привет, наша больная! – первым начал мой крестный.
- я уже почти здорова – возмутилась я.
- когда тебя выписывают? – поинтересовалась мама.
- завтра домой – с облегчением вздохнула я.
- наконец-то нормальную еду поем – обрадовался Федя.
- братишка, тебя там совсем не кормят?
- да! Каждый день тебя и твою еду вспоминаем – заявил брат.
- Федя, прекрати. То, что я не доварила макароны – не означает, что я не готовлю – начала возражать мама.
- ну все, хватит. Пойдемте, погуляем – закончила я спор.
Мы вышли во двор больницы, эта территория была окружена величественными дубами и тонкими березами. Мы сели на лавку, мама достала контейнер, где кусочками друг на друге лежала покупная пицца. Я была рада, ведь больничная еда была точно не для меня. Мы все дружно уплетали вкусную пиццу, и я радовалась жизни. Листья деревьев прикрывали нас от яркого солнца, а мои родные спасали меня от грусти.