Мои двое мужчин

«Не оборачивайтесь назад, иначе вас возьмёт ностальгия. Позади останется только то, что вам не пригодилось...»

Тесса...

— Хардин! — слетает с моих губ прежде чем я опрокинула голову на подушку.

Горячие губы касаются внутренней стороны моего бедра, и я заново ощущаю прилив неимоверного желания.

Желания снова почувствовать его губы там, где они были пару секунд назад.

Жар и лёгкое покалывание, скопившиеся между ног, после очередного оргазма отдавал приятным чувством и без того к умиротворённой улыбке.

Звук расстёгивающееся молнии заставляет меня раскрыть глаза. Голодный взгляд Хардина блуждает по моему телу, медленно исследуя каждый голый участок.

Встретившись со мной взглядом, он улыбается своей улыбкой, от которой по моей спине скатывается капелька пота.

Опустив брюки вниз, я судорожно облизываю пересохшие губы и чувствую, как начинает пульсировать клитор. Один вид на его эрегированный член, и я готова взорваться от переизбытка возбуждения. Сдвинув ноги, чтобы хоть как-то облегчить пульсацию я слышу лёгкий смешок Скотта.

— Я смотрю тебе уже не терпится, — произносит он, подходя к кровати, но всё ещё не прикасаясь ко мне.

— А тебе нет? — то ли хныканье, то ли смешок слетает с моих губ.

— О нет, я готов целую вечность смотреть как твои соки капают на мою постель, — от его хрипловатого голоса я сильно сжимаю простыни.

Опустившись на пол напротив моих ног, Хардин отыскал мои глаза в темноте и опустил голову к моей ноге.

Его невероятно горячее дыхание обожгло лодыжки.

— Хардин... — он мучительно медленно стал подниматься выше.

— Чего ты хочешь, Янг? — его коварная улыбка появляется на лице. — Может мне спуститься обратно? — голова дёргается вниз, но я останавливаю его, запустив пальцы в жёсткие волосы.

— Нет, поцелуй меня, — выдавливаю я из себя, прерывисто дыша.

Мокрые губы парня касаются моего колена. После этого он поднимает глаза и улыбается.

— Ещё? — я глажу его тёмные пряди и опускаю голову к внутренней стороне моего бедра, продвигая выше. Его влажные губы приближаются к моей пульсирующей точке между ног, и я прогибаюсь в пояснице, запрокинув голову.

— Ах!

Его тёмные волосы ускользают из-под моих пальцев, и я сжимаю простыни, с силой оттягивая их. Мои стоны переходят в отчаянные крики, требуя разрядки. Наслаждение скопилось внизу живота в тугую спираль.

— Хардин... — скулю я, не сдерживая после этого очередного громкого стона.

Хардин щёлкает языком по клитору в последний раз и меня накрывает волна удовольствия.

Поймав на себе взгляд Скотта, мой стон становится ещё более громким и неистовым, когда он, не отрывая взгляда, продолжает подниматься выше. Влажные поцелуи останавливаются в ложбинке между грудями, обдавая кожу горячим дыханием.

Моё тело всё ещё сотрясается в остатках оргазма, когда Хардин продолжает целовать мои плечи и ключицы. Мягкие губы останавливаются за ушком и замерев на мгновение слышу, как Скотт тяжело вздыхает.

— Ты знаешь, что сводишь меня с ума? — говорит он и касается губами мочки уха, слегка оттягивая.

— Я чувствую.

Приятная дрожь в вперемешку с будоражащим покалыванием проносится с ног до головы. Я чувствую всю скопившуюся наэлектризованность между нами в каждом взгляде, слове, в каждом касании. Я чувствую, как он сдерживается изо всех сил чтобы не потерять контроль над желанием. Чувствую, как сама утопаю в эйфории, находясь рядом с ним и прикасаясь к его телу. Мы хотим друг друга до безумия, но продолжаем дразнить и мучать. Доводим до предела и не даём расслабиться. Не даём так легко дойти до крайней точки блаженства.

Его грудные мышцы вибрируют от смеха и соприкасаются с моей грудью. Вибрация проходит сквозь меня, и я невольно хнычу.

— Чёрт! — его рык, вызывает у меня озорной смех.

Хардин достаёт презерватив и смотрит на меня непроницаемым взглядом.

Посчитав нужным, я произношу.

— После родов доктор выписал мне снова противозачаточные... — его взгляд стал более мягче, — но мы можем всё ещё воспользоваться им если... — я киваю в сторону обёртки презерватива.

Мои мысли и слова ускользают от меня, когда я вижу, как Хардин прикасается костяшками пальцев по моей скуле.

— Прежде всего, как ты хочешь? — со спокойным выражением лица, Хардин задаёт вопрос.

Задумавшись на секунду, я перевожу взгляд на презерватив и, Скотт молча разрывает обёртку, надевая защиту.

Его взгляд невозможно расшифровать, поэтому коснувшись плеча, я легко поглаживаю его.

— Я...

— Всё хорошо, Тесс, — его ласковая улыбка подтверждает это. — Я понимаю. — но в глазах чётко отображено чувство вины и раскаяния.

«Всё хорошо»

Даже мимолётный взгляд Хардина на меня был пропитан печалью и тоской, когда он просил прощения. Всё отвращение к себе и своим поступкам свободно прочитывались в его словах. Каждое слово Скотта заставило мои слёзы литься через край. Как бы я ни старалась их подавить, как ни пыталась их скрыть – Скотт их замечал. Как бы я не прикладывала усилия, чтобы казаться сильной и равнодушной по отношению к нему – мои усилия тут же летели ко всем чертям. Именно перед этим человеком вся моя броня, которую я выстраивала ни один год, рухнула как песочный замок от ветра.

Быстрый поцелуй в губы вырывает меня из роя мыслей, возвращая обратно. Сфокусировав взгляд на его быстро вздымающееся груди, я неосознанно прикасаюсь к твёрдому, но невероятно приятному участку голой кожи. С губ Хардина слетает обрывистый выдох и губы складываются в соблазнительную ухмылку. Кончики его пальцев пробегаются вниз по моим рёбрам и животу, прежде чем он закидывает мои ноги себе на бёдра.

Я поднимаю глаза на Хардина и попадаю в водоворот его изумрудных глаз. Среди кромешной темноты, я отчётливо вижу блеск в этих глазах. Облизав пересохшие губы, я тянусь к его губам и получаю желаемое. Он тут же берёт инициативу в свои руки и углубляет поцелуй, при этом начиная постепенно увеличивать давление между нашими телами.

Томный вздох вперемешку со стоном проходит через меня и Хардин заполняет оставшиеся сантиметры до конца одним мощным толчком.

— Ты такая красивая, — и снова мой вздох.

Облокотившись на локти, он начинает двигаться медленными, но уверенными толчками, не останавливаясь, а лишь наоборот набирая скорость. Постепенно мои возбуждённые вздохи перерастают в стоны.

Это невероятно дико, но в то же время нежно. Быстро, но и одновременно медленно. Это непередаваемые чувства.

Я вращаю бёдрами пока мы двигаемся навстречу друг к другу, не разрывая зрительного контакта.

— Хардин... — задыхаюсь я, когда он одним ловким движением переворачивает нас, — боже... — я замираю пока он нежно поглаживает мои бёдра.

Мои руки опираются на его грудные мышцы, и мы снова начинаем двигаться, приближаясь к нашему освобождению. Прохожусь ногтями по его разгорячённой коже и в ответ слышу глубокий рык. Уголки губ приподнимаются в форме озорной улыбки и, не прекращая двигаться, я наклоняюсь к его лицу с желанием прикоснуться к этим пухлым манящим губам. Кончиком языка я касаюсь нижней губы Скотта, слегка задевая её зубами. Хардин сильнее обхватывает меня руками и поднимает таз, ускоряя толчки. Искра удовольствия без промедления превращается в целый поток искр.

— Я... Хардин, я... — я постанываю и утыкаюсь в шею Скотта, лишь слегка отвечая на его толчки.

— Давай, малышка, — и я растекаюсь на теле Хардина, сотрясаясь в потоке удовольствия.

Хардин делает финальные толчки и вслед за мной бурно кончает, прижимая меня к себе как можно плотнее.

Приятное чувство защищённости ощущается в крепких объятиях. Чувство желанности и нежности в невесомых прикосновениях. Мягкие губы касаются уха, слегка покусывая его.

Блаженная улыбка появилась на лице, когда рука Хардина медленно переместилась на волосы и начала перебирать между пальцами каждый светлый локон.

И в этот момент всё ощущается правильно.