30
- Эмма, вы вообще понимаете, что говорите? - после затяжной паузы, громко спросила я. Моё дыхание окончательно сбилось, что не давало мне и малейшей возможности успокоиться. Но я должна собладать с собой, иначе будет ещё хуже. Мы ведь не знаем, на что она готова пойти.
- Суд будет ровно через три дня, - проигнорировав мой вопрос отвечает девушка. - Подготовьте все вещи, потому что отныне, моя дочь будет жить со мной, - Эмма разворачивается на каблуках и покидает дом.
В комнате стоит полнейшая тишина, разбавляемая лишь тиканьем часов. Но Стайлс всё же принимается нарушить молчание первым, за что я ему благодарна.
- Эти три дня будут лучшими в твоей жизни, - он дарит нам обеим грустную улыбку. Очевидно, что он привязался к ней, точно также как и я. Взглянув на рыжую, вижу как в уголках её глаз образовалась жидкость, которая вот-вот выйдет наружу. Но она так упорно старается держаться сильной, только вот в итоге, девочка зажимает меня и Гарри в объятиях, в которые она должно быть включила всю свою любовь и силу.
***
Прошло три дня, как Рамоны нет в доме. Это произошло быстро и неожиданно. Во время одной из прогулок, её хватает Эмма и увозит. Зейн конечно же не участвовал в суде, но его не лишили родительских прав, ему разрешено посещать дочь один-два раза в неделю.
Дом опустел, в прямом и переносном смысле. Все вещи увезли люди в униформе, теперь это было больше похоже на большой сарай. Также исчезла вся радость с уходом девочки. Некому каждое утро бегать по дому, некому больше петь весёлые песни, она ушла оставив нас одних, а особенности своего отца.
Зейн пытался убить себя, порезать вены. Но я успела выхватить орудие смерти из его рук. Неужели он не может понять, что он нужен нам? Рамоне, мне..., друзьям. Он не пытается бороться со своими проблемами.
Гарри предлагал мне уехать, ему не хотелось оставлять меня с "сумасшедшим" в одном месте. Я отказала. Я не могу и не хочу бросать единственный яркий лучик в своей жизни гнить одному и страдать.
Угнетающую тишину решила разбавить мелодия вызова на мой телефон. Номер был мне неизвестен, но я всё же взяла трубку и услышала довольно знакомый и в тоже время противный акцент.
- Привет, куколка, - поздоровался так сказать, мой бывший лучший друг, а затем ещё парень, который меня изнасиловал - Луи. С ним у нас отдельная история.
Мы дружили с самого детства, пока гормоны и психика Томлинсона не съехала окончательно, после употребления наркотиков. В моей голове по-прежнему всплывали все моменты его издевательств.
- Что тебе нужно? - мой сиплый голос изменился на грубый и более похожий на мужской. Услышав на том конце провода глубокий смешок, я напряглась, кулаки неосознанно сжались. Я предполагала, что он мне скажет.
- Слышал, что у тебя проблемы, решил предложить хорошую работу. Высокооплачиваемую, - конечно я сразу додумалась о чём он говорит.
- Я не буду работать шлюхой у тебя в баре, урод, - отвечаю ему и быстро скидываю вызов, не желая продолжать бессмысленный ни к чему не приводящий разговор.
Запустив руку в волосы и с силой оттянув их, я принялась снова думать. Продуктов уже нет, также как и всего остального. Да и не помню, когда я в последний раз нормально ела. В любом случае, Зейн человек, он нуждается хотя бы в самых простых потребностях. Мне нужно думать в первую очередь о нём.
Подумав ещё несколько раз и дав себе мысленно пощечину, я всё же позвонила ему.
- Твоё предложение ещё в силе? Если да, я согласна, - прикрываю глаза, пытаюсь побороть себя. Не могу поверить, что я делаю это.
- Я знал, что ты примешь правильное решение, малышка. Встретимся сегодня в моём баре, приходи в восемь.
Как же я ненавижу свою жизнь.
- Хорошо.