Часть 28: С видом на вечность.
Прошёл год.
— У нас сегодня особенный вечер, — сказал Макс, закрывая за собой дверь комнаты.
Адель подняла голову от ноутбука, бросила на него вопросительный взгляд, в котором уже затаилась тёплая искра.
— Ты так сказал, будто это не просто поход за шавермой, — усмехнулась она.
Макс наклонился, коснулся губами её щеки, чуть задержался, потом прошептал: — Это будет лучше любого фастфуда. Сегодня всё будет по-другому. Я хочу, чтобы ты надела своё чёрное платье... то, длинное, в котором ты выглядишь, как грех, — голос стал ниже, теплее.
Адель отложила ноутбук и встала. Пряди длинных вьющихся волос рассыпались по плечам.
— Ну раз ты просишь так красиво…
Он смотрел, как она исчезает за дверью в ванную, и на мгновение закрыл глаза. Сердце билось с глухим гулом в груди. Вечер должен был стать их началом — настоящим.
Через десять минут она вышла. Волосы — распущены. Губы — чуть приоткрыты. Чёрное платье обтягивало талию, мягко ниспадало к полу, открывая плечи и ключицы. Макс резко встал. Подошёл.
— Стой, — прошептал. — Можно?..
И начал зацеловывать. Сначала висок. Потом лоб. Касался губами её лица, шеи, плеч. Руки дрожали — он гладил её грудь сквозь ткань, потом осторожно — живот. Дышал часто.
— Ты прекрасна… — выдохнул он.
— Если мы не выйдем через десять минут, мы не выйдем вовсе, — сказала девушка, улыбаясь, но не отстраняясь.
— И в этом нет ничего плохого, — пробормотал Макс, уткнувшись в изгиб её плеча.
Но всё же они вышли.
Ресторан был тихим, камерным. Столик у окна. Свечи. Красное вино. В тарелках — паста, которую она почти не тронула. Он смотрел, как Адель, чуть склонив голову, водит пальцем по ножке бокала.
— Ты чего такая тихая? — спросил Макс.
— Не знаю. Знаешь, это всё напоминает что-то из фильма. Красивое, но нереальное. Я сижу и не верю, что это мы.
Макс не ответил. Просто взял её руку, переплёл пальцы. Гладил костяшки. Он знал, что ждёт момент.
После ужина они вышли. Город рассыпался светом под ногами — с холма открывался захватывающий вид.
Макс вёл Адель за руку, тёплый ветер трепал её волосы, платье колыхалось, как дым.
— Сюда, — сказал он.
Они остановились прямо на краю обзорной площадки. Никого вокруг. Только их дыхание, шум города внизу и гудение фонарей. Макс обнял её сзади.
— Ты знаешь, что этот год был самым настоящим? Самым живым?
Адель молча кивнула. Он отпустил её руки…
И стал на одно колено.
Она замерла.
— Ты моя жизнь. Ты — всё то, к чему я всегда возвращаюсь. Я знаю, что я был дурак. Я знаю, что ты сильная, своенравная, настоящая. Но я никогда не чувствовал себя более живым, чем рядом с тобой.
Он достал коробочку. Там — кольцо. Тонкое, серебряное, с чёрным камнем посередине.
— Ты выйдешь за меня?
Адель стояла с открытым ртом. Потом выдохнула:
— Ты серьёзно?.. Макс…
Он молчал, просто смотрел снизу вверх, глядя в её серые глаза.
Она присела рядом, обняла его за шею.
— Да… да, чёрт возьми. Я согласна.
Макс обнял её крепко, вжался лбом в её плечо, дыхание сбилось. Потом поднялся и закружил.
— Вот и всё. Ты теперь моя не только в сердце. Официально, — прошептал он.
— Была твоей с того самого утра на балконе, когда впервые уткнулась в твою спину, — ответила она.
Их губы снова встретились — уже в новом мире, где всё стало серьёзным, настоящим и… навсегда.