Il segreto del cielo

На часах было три часа дня. В гостиной штаба Варии собрались все хранители, включая Скуало, который сразу после того как из него вытащили пулю и обработанную рану перевязали бинтами, выбежал из лазарета, крича что не собирается просиживать штаны из-за такой царапины.
Тсунаёши же так и не просыпался, видимо истратил слишком много сил. Поэтому сейчас он отдыхал в покоях Облака, по крайней мере все именно так и думали.
- А теперь, Луссурия, ты нам всё объяснишь? Желательно в подробностях. - Мармон решил задать всеобщий вопрос.
- Ну... Я пообещал Тсунаёши, что не расскажу никому про то, что там произошло, - спустя несколько минут ответил Лусс, вызывая у каждого здесь сидящего абсолютно разную реакцию.
- Врой! Какого хрена!? - подорвавшись, воскликнул Скуало.
- Ши-ши-ши, - поднявшись с места, Бельфегор направился в сторону выхода. - Принц сейчас всё сам узнает у Тсуны.
- Стой, Бел, - как ни странно, это сказал Мармон. - Мальчишка сейчас без сознания и информацию ты получить никак из него не сможешь.
- Так я его сейчас разбужу.
- Бел, тебе его не разбудить, он сильно вымотался за сегодняшний день. - усаживая Принца обратно на место, успокоил его нрав Лусс.
- Не знаю как-кто, но меня больше всего интересует как он смог растопить Колыбель. - голос Мармона прозвучал очень громко, хотя и говорил он вполне себе тихо.
- Врой! Вы же были с ним тогда. - не понимал иллюзиониста мечник.
- Да были, однако мы вышли по его просьбе из помещения, на время, пока он высвобождает босса из глыбы. Правда, мы видели свет, исходящий из комнаты, но что это было, мы так и не поняли.
На минуту среди офицеров Варии возникла тишина, после которой все стали пытаться выдавить хотя бы кроху информации насчёт произошедшего тогда. Однако сколько бы они не старались, все попытки были тщетными, Луссурия им ничего не рассказал, держа обещание что дал Тсуне недавно.

***

В покоях Неба Варии стояла тишина, нарушаемая лишь звуком дыхания двух человек. Почему двух? Потому что кроме Занзаса, что до сих пор не приходил в сознание, на кресле, сбоку от кровати, сидел Тсунаёши. Хоть слабость ещё и не прошла до самого конца, он смог дойти сюда.
Скорее всего, если сейчас кто-то зайдет в покои Облака, то на весь штаб поднимется тревога. Хотя наврятли кому-то прийдет в голову его проведать именно сейчас. Ведь Тсуна отчётливо слышал, когда проходил по коридору, как офицерский состав пытается вытянуть информацию из Лусса.
Прикрыв глаза и полностью расслабившись, шатен прокручивал всё произошедшее и лишь тяжело вздыхал. Всё-таки использовать технику Примо сложновато, тем более в его-то возрасте. А ещё Луссурия узнал его секрет, что не было хорошо. Конечно шатен не сомневался в нем, однако всё равно хотел продержать это в секрете как можно дольше.
От невесёлых раздумий мальчишку отвлекло шуршание, что доносилось с кровати. Открыв глаза, Тсуна заметил, что Занзас принял уже сидячее положение и пытался сообразить где он находиться.
- Ты находишься в штабе Варии.
От неожиданности сын Девятого еле заметно вздрогнул и посмотрел на место, откуда донеслась фраза. Когда его взгляд заметил ребёнка, сидящего напротив него, то в глазах так и читалось непонимание.
- Ты кто?
- Меня зовут Тсунаёши. - просто ответил шатен, понимая, что сейчас это только начало допроса.
- Что ты здесь делаешь? - следующий вопрос прозвучал немного угражающе, но когда мальчик собирался ответить, то заметил, что его собеседник приподнял немного руку, видимо собираясь призвать Пламя Ярости. Однако в следующий момент по всему телу Занзаса прошел разряд боли, из-за которого тот лишь по сильнее сжал зубы, чтобы придотвратить хотевший было выйти наружу крик.
- Твоё тело ещё не полностью восстановилось, поэтому, пожалуйста, не делай резких движений. Удивительно, что ты так рано очнулся! - скрестив руки на груди, Тсуна пристально следил за Скайрини.
- Чёрт, - схватившись за голову, босс Варии стал вспоминать произошедшее во время переворота, что они устроили для смены власти. - Чертов старик же заморозил меня! Так как я тут оказался?
- Ты прав, он действительно тебя заморозил, - через минуту оповестил его шатен. - В Колыбели ты пробыл шесть лет. Возможно, ты провёл бы там ещё больше времени, если бы мы тебя оттуда не вытащили.
- Мы?
- Да, все твои хранители были задействованы для операции, - лёгкая улыбка коснулась губ Тсунаёши. - Они все эти годы ни на секунду не теряли надежды освободить тебя. И ты, это, прости за шрамы. Просто по другому мне тебя было не вытащить изо льда.
Занзас молчал, видимо обрабатывал полученную информацию. Решив не мешать боссу Варии в его тяжких раздумьях, Тсуна собрался уходить. Однако, когда он только встал с насиженного места, слабость, что почти не ощущалась пока он был в сидячем положении, вернулась, заставляя шатена опуститься на колени. Ухватившись за голову, Савада старался не потерять сознание.
- Чёрт, больше меня на такие подвиги не тянет. - тихо выговорил мальчишка, но и этого хватило для того, чтобы отвлечь босса Варии от размышлений и непонимающе посмотреть на Тсуну.
- Мелкий?!
Это последнее, что смог услышать Тсунаёши, перед тем, как погрузиться во тьму. Всё-таки, он ещё не восстановился после использования Прорыва Точки Нуля Фазы Первой, тем более в таком масштабе очень утомительно его применять.

***

Медленно открыв глаза и приняв сидячее положение, Тсуна оглядел место, в котором он находился. К его счастью это были покои Облака. Посмотрев на электронные часы, он отметил про себя, что, в принципе, ещё рановато для пробудки и лег обратно на кровать, накрывшись одеялом чуть ли не с головой. Однако как Савада не старался, сон к нему совершенно не шёл. Хотя, чего ещё можно ожидать, после того как проспал почти что сутки.
Поборов лень и всё же встав с тёплой и мягкой кровати, Тсуна пошёл в прохладный душ, прислушиваясь к своей интуиции, которая, кстати говоря, настойчиво молчала. Закончив с водными процедурами где-то за полчаса, а может и больше, владелец Пламени Неба оделся в, лежавшую на прикроватной тумбочке, одежду и пошёл на кухню, так как желудок ясно давал понять что хочет получить пищи, да побольше.
Идя по коридорам особняка, Тсуна наслаждался тишиной, зная, что только стоит будет проснуться кому-то из офицеров, как начнется шум да гам, а иногда и мелкие драки. Хотя было странно, что по пути ему не встретился ни один рядовой, которые бродили по штабу постоянно, вне зависимости от времени суток.
Зайдя на кухню, шатен не обнаружил там ни единой живой души и потому направился прямиком в сторону большого холодильника, где еды всегда было через край. Открыв лучшего друга любителей поесть, Тсуна уставился на огромное разнообразие блюд и пытался выбрать, что бы съесть. Спустя минуту размышлений, его выбор пал на пиццу. Засунув несколько кусочков в микроволновку и поставив программу на разогрев, шатен поставил греться чайник, так как хотел выпить горячего чаю.
Положив на стол еду и сев на стул, Тсуна уже было потянулся за куском пиццы, однако его рука остановилась буквально в нескольких сантиметрах от желанной пищи. Убрав руку, шатен произнёс:
- Выходи, я знаю что ты тут, Мармон.
И правда, спустя несколько мгновений на соседнем стуле появился Аркобалено Тумана. Судя по его виду, он сам только недавно встал и был очень удивлён, увидев привезённого из Японии мальчишку в такую рань уже на ногах.
- А ты молодец, раз смог меня заметить, несмотря на то, что я был скрыт иллюзией, - иллюзионист был чем-то доволен, однако чем, Тсуна не мог сказать наверняка, а интуиция тихо нашептывала, что спокойные деньки вскоре станут для Савады очень редким удовольствием. - Кстати говоря, когда все остальные проснутся, готовься ответить на все наши вопросы, которых накопилось предостаточно.
Прежде чем до ещё не полностью проснувшийся головы шатена дошёл смысл сказанного, Мармон тут же удалился из кухни. Тяжело вздохнув, Тсуна лишь страдальчески опустил голову на стол, понимая, что если они начнут выпрашивать из него информацию, то узнают его тайну, а этого он ну никак не хотел.
Может Тсунаёши так и продолжал бы сидеть, однако желудок не поддержал его идеи, поэтому решил напомнить о своём желании получить еды.
Поев и поставив тарелку с кружкой в мойку, он направился в свою комнату. Размышлять над тем, как бы ему ответить на вопросы варийцев, да так чтобы они не узнали его тайны.