Темное королевство

Ее кабинет пропах плесенью. Шкаф слегка накренился, а на корешках книг проступили темные пятна, словно они впитали в себя достаточное количество влаги. На столе лежала мокрая бумага, по которой расплывались жирными пятнами следы синих чернил. Рэд провела по ним пальцами, узнав в разводах свой ажурный почерк, которым она иногда писала стихи для своих песен. Все превратилось в груду слипшейся макулатуры, которую можно было без сожаления отправить в урну. На пересохших губах осел привкус отчаяния, который она быстро убрала языком, выныривая из мрачных мыслей. Золотая цепь громко звякнула в нелепом молчании, напоминая о себе. Миллениум неспеша накручивал ее на руку, снова привлекая к себе ее внимание, рассматривал с нескрываемым удовольствием фигуру демоницы в красивом платье и улыбался. Рэд подняла глаза и посмотрела на него. Тьма внутри кипела, разрастаясь в голове жуткими предложениями о том, как приятно было бы разорвать острыми ногтями его грудную клетку, окропив пол его гнилой кровью, впиться зубами в чёрное мерзкое сердце и заставить его наконец-то заткнуться. Рэд сглотнула, рассеянно моргнув. Этой секунды хватило на то, чтобы они оказались в другом месте. Длинный резной стол из красного дерева стоял в центре зала. Все вокруг было окружено мраком, скрывающим области, где должна быть сцена и бар. Нет, это не ее заведение. Жалкая попытка скопировать его, которая удалась у Нефилима достаточно неплохо, но ее это едва впечатлило. Неуклюжий подсвечник стоял с краю стола и походил на сгорбленное сухое дерево, которое охватили фиолетовые языки пламени. А перед двумя присутствующими стояла пара бокалов для вина, серебристые матовые тарелки с блестящей каймой и приборы. «Ужин при свечах, значит,» — констатировал голос в голове принцессы.

Полу-демон сидел напротив, закинув ногу на ногу и закуривая сигарету. Плотное облачко дыма поднялось в воздух и тут же растворилось в нем, оставляя едва ощутимый запах ментола. Он был расслаблен и доволен происходящим, если судить по спокойному взгляду из-под наполовину опущенных бледных век. Из мрака быстро вынырнул демон, чье лицо скрывала белая маска. Серая строгая форма с белым передником сидела на нем как влитая. Он учтиво поклонился, после чего показал бутылку с вином, которую держал в руках. Молча наполнил бокал Нефилима, затем принялся за бокал, стоящий ближе к Рэд. Тут же с другой стороны стола появился ещё один демон в маске. Он поставил на стол металлическое блюдо, накрытое крышкой. В таких часто подавали дичь и другое мясо или рыбу, приготовленные в полную величину. Рэд вздрогнула, когда оба молчаливых официанта шагнули во мрак. Как только она позволила своей тьме выглянуть наружу, ошейник на ее шее обжег кожу, заставляя стиснуть зубы. Эта ситуация начинала раздражать.

— К чему весь этот фарс? — недовольный женский голос разрезал расстояние до Нефилима, вызывая лёгкую тень улыбки на его тонких губах.

— Фарс? Я думал, что тебе понравится это место, внешне приближенное к твоим трудам, — спокойным тоном ответил парень, выпуская вверх колечко дыма.

— Мои труды превратились в прах, как только ты появился в моей жизни.

На пару секунд в его взгляде появились красные оттенки, когда он встретился с ее злыми глазами. Тьма внутри ликовала оглушительными аплодисментами, клокоча своим липким голосом: «Какая умная девочка!». Демон выпрямился, потушив сигарету пальцами и небрежно бросая ее на пол, и ядовито процедил:

— В прошлый раз ты говорила со мной совсем иначе, принцесса Рэд. Я даже решил сделать тебе подарок.

Он быстро протянул руку к крышке блюда и поднял ее, открывая содержимое. На холодном металле, покрытом инеем, лежала голова молодого парня. Его рот застыл в крике, язык прилип к нёбу, а на щеке, от самого уха, расположился старый шрам, казавшийся синим из-за отсутствия жизни под кожей и выдающий внутреннее уродство. Широко распахнутые глаза затянуло бледно-серой пеленой, на них спадали пряди темно-каштановых волос, перепачканных запекшейся кровью.

Рэд вскочила на ноги и отшатнулась от стола, стул с грохотом опрокинулся на пол, создавая громкое эхо. Она зажала рот руками, чтобы не закричать и перевела взгляд на Миллениума. Тот тихо засмеялся. Тьма больно толкалась под ребрами, заставляя согнуться и подавить приступ накатывающей тошноты. Шею уже жгло, но она не обращала на это внимание, ошарашенная происходящим и не контролирующая темнеющий взгляд.

И когда ее глаза стали полностью черными, она увидела его демонический облик. Темно-фиолетовое крыло, согнутое под неестественным углом, возвышалось из-за спины и нависало над головой полукровки. Оно было одно, как и длинный острый рог, отделяющий пару прядей волос от общей взъерошенной массы. На его щеке были рваные раны, из которых сочилась слюна, а глаза играли красными бликами. Голова закружилась от огромного потока магии и девушка пошатнулась, ловя пальцами край стола.
Миллениум оказался рядом в одну секунду, ловя ее за талию и прижимая к себе.

— Видишь мою вторую форму? С тьмой внутри тяжело совладать. Но я рад, что она наконец-то проявилась.

Он бережно провел рукой по ее лицу, закрывая ей глаза. Рэд почувствовала теплый магический импульс, едва заметный, а когда он убрал руку, перед ней стоял прежний Миллениум. Он склонил голову на бок, рассматривая ее лицо, словно пытался понять, пришла ли она в себя. Рэд ткнула его кулаком в грудь и хмуро ответила:

— Я этой силы не просила. Поэтому радости твоей не разделяю.

— Так отдай мне ее, — обыденным скучающим тоном ответил парень и пожал плечами, - и не придётся учиться жить с ней заново. Ты ведь увидела, что сделало со мной проклятие. Не дай этому повториться с тобой. Как только ты начнёшь кормить своего внутреннего монстра, ему всегда будет мало.

Рэд подняла на него глаза и помолчала пару секунд, затем кивнула головой в сторону стола, стараясь не смотреть на пустые мертвые глаза, принадлежащие обезглавленному демону:

— Кто это?

— О-о-о, особый экземпляр, — протянул полу-демон, смеясь,

— Знакомься, это Маркус. Один из моих Палачей.

Он отошёл от нее и взял в руки бокал, отхлебнул из него, пробуя на вкус содержимое.

— Тогда почему ты его убил?

— Он сам себя убил. Когда решил спасти нашу маленькую храбрую Хранительницу.

Рэд нахмурились, она сжала руки в кулаки и ногти больно впились в кожу.

— Что это значит? — голос ее стал раздраженным, а тьма вновь попыталась пробраться к свету, но встретила преграду.

«Выпусти меня, милая. Не слушай его речей, они ничего не стоят. Давай убьем этого жалкого недоумка,» — хитрый голос прокрадывался в голову, пытаясь отвлечь от разговора.

— Он узнал о портале, который вы собираетесь открыть. Решил помешать, чтобы не дать ей использовать свою жизнь, как плату за запретную магию. Искал артефакты, но не успел, Каин все это время следил за ним и вовремя остановил.

— А разве тебе выгодно, чтобы нам удалось открыть портал? — недоверчиво спросила она, всматриваясь в его лицо в поисках подвоха.

Он вздохнул и припал губами к бокалу, задумавшись, а затем все же ответил:

— Нет, Рэд, мне не выгодно. Но если мне не удастся выжить и спасти тебя, то этот чертов портал сможет тебя вытащить. Я устал от этой ненависти. Она рвется наружу, и я больше не могу сдерживаться. Ещё немного, и все разлетится на атомы в этом убитом грехом мире.

Его плечи обессиленно опустились, Рэд заметила испарину на его лбу и вздувшуюся венку на шее, что свидетельствовало о внутренней борьбе. Видимо, времени у него оставалось не много. Она сделала к нему шаг и невесомо коснулась его руки. Он тут же переплел их пальцы и поднял на нее измученный взгляд.

— Что с тобой происходит, Милл? — ее недовольный тон стал мягче, она посмотрела на него с какими-то сожалением, стараясь не думать, что перед ней монстр, которого изуродовало проклятие и который станет погибелью для ее мира.

— Мне все сложнее сдерживать тьму, Рэд. Я пообещал тебе время, но у меня самого его нет. Всего три дня. Я продержусь три дня и выпущу проклятие наружу. Отдай мне вторую часть силы, что заперта в тебе, и ты будешь свободна.

Тьма внутри разразилась громким смехом: «Лжец! Выпусти меня и я зашью ему рот!! Мы можем убить его и не придётся убегать. Мы станем править королевством вместе. Всё это будет нашим». Противный голос тараторил в голове, не умолкая, а Рэд пыталась отмахнуться от него, как от назойливой мухи. Миллениум заметил ее отстранённым взгляд.

— Ты ведь слышишь ее? Что она говорит? — он зашептал и с интересом заглянул ей в глаза, - Что обещает взамен на место в твоём теле?

— Обещает бесконечную жизнь, неземную красоту и капельку мирового господства, конечно, — бегло ответила принцесса, стараясь улыбаться. — Если я соглашусь отдать тебе силу, ты позволишь демонам уйти? Всем, кто успеет пройти сквозь портал?

Он стиснул зубы, неискренне улыбаясь. Чего-то такого он от нее и ожидал. Сердобольная принцесса Рэд всегда хотела помочь своему народу.

— Справедливое условие. Когда процесс разрушения будет запущен, твой портал должен уже быть открыт. Тогда есть вероятность, что что-то да получится. Но обещай, что не будешь жертвовать собой и тоже уйдешь, если почувствуешь, что связь между нами оборвалась.

— Как я пойму это? Твой ошейник исчезнет? — вопрос этот прозвучал с издёвкой и Рэд оборвала себя, подумав, что перегибает палку.

Он засмеялся:

— Мой, как ты выразилась, «ошейник» сейчас спасает твою жизнь. Как только ты вышла из портала, я почувствовал твою тьму. Она растет с каждой секундой и могла легко вытеснить тебя из твоего красивого тела.

— Я думала, что так ты впитываешь мою магию. Как из тех людей.

Он поставил бокал на стол и скользнул рукой по ее запястью вверх.

— Нет, твою магию я не трогал, лишь делился своей. Хотя, мне даже немного жаль, что я не успел воспользоваться той девочкой, которая дорога твоему ученику. Ее жизнь стала бы неплохим стимулом для него. У меня были большие планы на нее, но возможность побыть с тобой рядом меня привлекает больше.

Рэд прикрыла глаза, нервно выдохнув. Она не могла решить, кому стоит сейчас верить, пыталась балансировать между желанием отказаться от пробудившейся чужой магии и возможностью убить того, кого она любила и к кому тянулась с безумной силой. Миллениум словно понял ее мысли, потянул ее руку на себя и приложил к своей груди, заставляя прислушаться, как бьётся его сердце: спокойно и ровно.

— Я перед тобой. Моя жизнь сейчас в твоих руках. Если хочешь остановить меня, другой возможности не будет.

Он сам не понял, как снял с нее барьер. Цепь рассеялась, освобождая ее шею от оков, дав возможность свободно вздохнуть. Рэд вздрогнула от резкой головной боли, она сильно зажмурилась и хотела сжать голову руками, но тело не слушалось. Ногти впились в его грудь, разрывая ткань рубашки. Сдавленный стон вырвался из его губ, но он не отстранился, грустно смотря в ее глаза, затягивающиеся мраком, а наоборот, подался вперёд.

«Нет... нет, пожалуйста, не надо...» — взмолилась она мысленно, пытаясь остановить себя. Но пальцы все глубже впивались в его грудь, вязли в горячей густой черной крови.

— Отдай...мне... — прошептал Миллениум, погладив ее по щеке дрожащими пальцами, по его губе потекла струйка черной крови.

— Попробуй, забери, — оскалилась в улыбке тьма.

Рэд попыталась вызвать магический импульс силы, направленный на свое тело. Получилось не сразу, но разряд прошел по груди, причиняя адскую боль. Она взвыла и отшатнулась от Нефилима, падая на колени. Перед глазами все поплыло, но демоница старалась не потерять сознание.

«Маленькая стерва! Выпусти меня!» — стрекотали голоса в голове.

Миллениум опустился перед ней на колени, держась за грудь, на которой разрослось темное пятно, он снова прошептал:

— Отдай ее, Рэд... И все закончится, — голос его был надломленный и уставший.

Она кивнула. Последнее, что она запомнила: была его улыбка, а потом она потеряла сознание.

Нейл вызвал Брукс и Хаунта обратно во дворец. Хранительница рассказала в подробностях о встрече с Маркусом, о его подозрениях насчёт принцессы и добавила, слегка помедлив, что не намерена отступать. Несмотря на то, что ей было безумно больно и страшно, она все же считала, что ее жизнь ничего не стоит, если взамен выживут сотни других. Нейл внимательно выслушал ее и твердо сказал:

— Если это твое добровольное решение, иди до конца. Всем нам придется жертвовать в этой битве.

Странников разместили по комнатам, приставив к ним прислугу. Некоторые бредили, как будто им снились кошмары, некоторые были без сознания. Хаунт вернулся в свою комнату и застал там Аннтею, сидящую в кресле. Она смотрела в одну точку и молчала. Когда он прошептал ее имя, девушка подняла на него испуганные глаза и бросилась к нему, практически крича: «Хаунт! Хаунт!»

Слезы катились градом из ее глаз, а грудь вздымалась из-за рвущейся наружу истерики. Как только ему удалось успокоить ее, они немного поговорили, и обессиленная Аннтеа уснула на его кровати. Сон ее был беспокойный, волосы прилипали к щекам, когда она металась по постели. Хаунт сел рядом, держа ее за руку, он испытывал дикое чувство вины. Оно сдавливало его грудь, мешая дышать, но парень все смотрел на ее измученное лицо и повторял про себя: «Я вытащу тебя отсюда, что бы мне это не стоило.»

Брукс надеялась поговорить с Рэд, услышать от нее правду, но Нейл сообщил ей о том, что принцесса добровольно пошла к Нефилиму, чтобы освободить его пленников, а Бахамот дополнил эту новость подробностями. Хранительница не могла поверить в услышанное. Слова Маркуса показались ей чушью, ведь если бы демоница действительно была на стороне полукровки, она не стала бы спасать людей, на нее не одели бы ошейник, сковывающий магические силы. Мысли роились в ее головке и путались, не давая понять истинный мотив происходящего. Она остервенело ударила ботинком угол кресла и уставилась в окно, за которым темные тучи затягивали небо, увлекая за собой в темноту.

— Почему вы отпустили ее, советник?

Он посмотрел ей в спину, а Бахамот, стоящий в тени у стены, скосил на него свой взгляд, сощурившись.

— А разве я могу запретить? Это было её решение, —голос его дрогнул, тон стал раздраженным, — Командир четвертого отряда Легиона, который сейчас сверлит меня взглядом, предложил план. Рэд согласилась, а король Дамиан одобрил.

Бахамот закатил глаза и оттолкнулся от стены, двинувшись к выходу, он отстранённо бросил:

— Принцесса выиграла нам время не для того, чтобы мы непринужденно болтали здесь и перекладывали друг на друга ответственность. Лично я верю в то, что она сможет... вернуться обратно живой и невредимой.

Он вышел, хлопнув дверью. Брукс больше вопросов не задавала и покинула зал приемов вслед за наемником. Нейл остался один. Его пожирала злость на самого себя. Стоило остановить ее. Наплевать на все и не дать войти в этот проклятый портал. Даже если бы погибли люди, даже если бы она ненавидела его после этого. Нейл поклялся, что сделает все, чтобы стереть Нефилима в порошок, если хоть один волос с ее головы упадёт.

Рэд очнулась в комнате, где в прошлый раз провела ночь с Нефилимом. За окном шумел ливень, ветер рвал выцветшую вывеску на противоположной стене, скребясь в стекло. Демоница вспомнила все, что с ней произошло, когда она была в сознании, и судорожно вскочила с кровати. Она была одна. Девушка осторожно попыталась призвать тьму, но больше не ощущала ее. Магия ее вновь стала податливой и плавной. Она призвала огонек, тот послушно разгорелся в ее ладони, согревая кожу, и так же послушно потух. Она закусила губы от отчаяния и стала думать, что делать дальше. Стоило ли отдавать ему ту огромную силу, которую невозможно было подчинить? Сколько она спала? Что произошло после того, как она провалилась в беспамятство? Где теперь Миллениум? Она подошла к окну и посмотрела на улицу. Безлюдные дома и серое небо вызывали щемящую точку. Не прошло и пяти минут, как полу-демон появился в пределах комнаты. Он был мокрый и уставший. Под глазами залегли темные тени, а по шее и рукам тянулась череда черных тонких вен. Он щёлкнул пальцами, призывая магию высушить его одежду и волосы, и опустил закатанные рукава рубашки, старательно избегая ее взгляда. Рэд все это время молча наблюдала за ним, а затем сухо спросила:

— Сколько прошло времени?

— Два дня, - спешно ответил парень.

— Мне пора возвращаться... - почти с мольбой проговорила принцесса.

— Да, пора, — прошептал он и наконец посмотрел на нее, сжав губы в тонкую линию. — Прости, что тебе пришлось все это пережить.

— Что со мной? Где...тьма? — она отвела взгляд в сторону, ожидая его ответа.

— Я забрал ее. Она дополнила мое проклятие, как я и думал. Ты свободна, Рэд.

— Вот так просто? Я могу уйти, и ты ничего не сделаешь?
Он тихо усмехнулся, кивнув головой, и подошёл к ней:

— Да, так просто. Я на грани, Рэд. Тебе опасно быть рядом со мной. Я не хочу тебя отпускать, но мне придётся.

— Я хочу, чтобы ты выжил... Чтобы все выжили, Милл.

— Береги себя, Рэд...

Он потянулся к ней, смотря на ее губы, а она подалась навстречу. Невесомый поцелуй обжог губы. А потом портал схлопнулся, отправляя ее обратно в замок.

Миллениум упал на колени, когда портал закрылся. Утробный рык рвался из его груди, вены на лбу вздулись, а на коже выступили капли пота. Он сжал голову руками, блуждая безумным взглядом по комнате и прорычал:

— Ещё немного... Ещё совсем чуть-чуть.

Проклятие сводило его с ума. Тьма внутри ответила голосом матери, внешность которой он почти забыл:

— Ещё совсем чуть-чуть...