Твой первый-единственый[about V.Tsygankov]

Шесть месяцев спустя

Я приподняла ладонь, прикрывая ей глаза от яркого летнего солнца. Несмотря на типично жаркую погоду, июль был долгожданным месяцем для нас с Витей. Во-первых, наконец-то закончились все экзамены, во-вторых, с сегодняшнего дня у меня начался полноценный отпуск. Весной моя жизнь круто перевернулась, совершенно неожиданно я нашла работу, которая меня полностью захватила. Я устроилась вести социальные сети у местной кофейни. Первые две недели я практически сутками зависала там: то фотографии делала, то собрания какие-то проходили, то писала статьи для небольших интернет-изданий, о будущих мероприятиях, куда мы их приглашали. Одним словом, дел было настолько много, что порой я забывала покушать.

И тут спасибо Вите, конечно. Он очень поддержал меня в тот период, встречал с работы, готовил нам ужины, и даже помогал с уборкой. Мне было жутко неудобно, а он лишь выдавал свою коронную улыбочку и продолжал идти вместе со мной по тернистому пути. Но уже в конце мая, я разгрузилась, вошла в ритм, и жить стало проще. Мы даже умудрились на два дня вырваться в горы с ночевкой. Это было то еще приключение.

Потому что поехали мы вчетвером с Андреем и Марго. Почему-то поздно вечером и почему-то по самой ухабистой дороге, где отказался работать интернет, не было фонарей и в целом, поездка больше напоминала начала фильма ужасов. Но когда мы все-таки доехали до пункта назначения, пожарили шашлыки и встретили потрясающий рассвет, я поняла, что это была лучшая вылазка на природу во всей моей жизни.

А дальше наступил июнь. Витя пропадал за учебниками, мне же по многим предметам поставили автоматом. Кроме английского, который по итогу пришлось закрывать за деньги. К счастью, на следующий год, нам обещали сменить преподавателя, так что я даже не особо огорчилась. Обидно было, платить за то, что, итак, знаешь. Но лучше так, чем ходить сто тысяч раз и выслушивать гадости в свой адрес. Витя меня поддержал. Он вообще во всем меня поддерживал, от этого за спиной вырастали крылья.

Все-таки как же важно, чтобы в жизни каждого был человек, который всегда похвалит тебя, погладит по голове в случае неудачи, и поможет подняться, когда ты упал. В моей жизни таким человеком стал Витя.

Кстати, не только у меня появился такой человек. Мама обрела поддержку в лице Виталия Викторовича. Изначально все крутилось вокруг дружбы, желания оказать помощь, но третьего июня родители неожиданно пригласили нас в гости. Мама нарядилась в шикарное шелковое платье, покрасила волосы в пепельный цвет, сделала потрясающий макияж. Я даже не сразу узнала ее, до того она выглядела роскошной Виталий Викторович с нее глаз не сводил, так и вздыхал томно, подперев рукой подбородок. Тут-то мы с Витей все поняли, хотя, пожалуй, Витя давно все понял. На этом ужине родители и признались, что между ними закрутился роман. Они краснели как школьники, рассказывая о своих чувствах. Мы будто поменялись местами.

Проблема возникла лишь с разводом. Отец почему-то не хотел его давать, хотя и инициативы к встречам с сыном, не проявлял. То ли обидно ему было, то ли гордость не позволяла. Одним словом, вел он себя странно, никак это не аргументируя. Но Виталий Викторович и здесь подсуетился.Позвонил каким-то своим знакомым и маму развели без согласия отца. Она официально стала свободной женщиной. Я безумно была за нее рада.
Когда у нас с Витей экзамены наконец-то остались позади, и наступил жаркий июль, мы смогли в полной мере насладиться друг другом. Все чаще выбирались на улицу, гуляли, держась за руки, ели вкусное мороженое и много смеялись. А сегодня Вите взбрело в голову взять в прокат велосипед. Мы для этих целей даже приехали в соседний городок, потому что здесь был большой парк.

Хозяин проката подготовил для нас один велосипед. Я удивилась изначально, почему один, но мне ничего никто не ответил, только Цыганков указал на раму, якобы для меня.

- Что? Зачем? - я в изумлении хлопала глазами, не понимая, почему не могу просто взять еще велик или электросамокат, к примеру.

- Садись, так будет веселей, - настаивал Витя.

- Мы же не дети, - я наклонилась и прошептала ему, немного смущаясь. Нынче никто не возил пассажиров на раме, казалось, это старый век.

- Ну не знаю, ты еще тот ребенок.

- Кто бы говорил, - я надула губки, намекая, что помню, какой Витя иногда бывает капризный в быту.

- Все это не обсуждается, тебе понравится. Садись.

- Ну... - мялась я.

- Или я понесу тебя на руках до самого Храма Воздуха. Согласна?

- Что? - я смутилась, потому что место, о котором говорил Цыганков, находилось на приличном расстоянии отсюда. И откровенно говоря, зная Витю, он не шутил с такими угрозами. Поэтому мне ничего не оставалась, кроме как сесть на раму, обхватить руками спину своего парня и отправиться навстречу авантюре.

Мы выехали на бульвар, затем пересекли небольшую площадку и двинулись вдоль речки. Утром еще было мало туристов, велодорожки пустовали. Нас предупреждали, что к обеду будет ехать уже сложнее. В последнее время, отдыхающих становилось больше.

- Красиво, скажи? - спросил Витя. Я вдыхала аромат зелени и прохлады, исходящей от речки. Не знаю почему, но мне вдруг вспомнилось детство.

- А ты помнишь, у тебя тоже был велик с рамой и мы на нем ездили вот так вместе?

- Я удивлен, моя дорогая, что ты об этом помнишь, - отшутился в привычной манере Цыганков.

- Я очень хорошо помню. У меня вообще отличная память.

Мы проскочили через бугор, и я аж подпрыгнула, отчего сильнее прижалась к Вите. Показалось, сейчас упаду.

- Не боись, - он усмехнулся. - Я отличный водитель.

- Ну да, ты же у нас самый-самый во всем. Как я посмела сомневаться?

- Скажи! Тебе повезло со мной, - напрашивался на очередную порцию комплиментов Цыганков. Это было типично для него, он любил ощущать себя на вершине Эвереста. И до чертиков гордился своими успехами. Хотя ему, на самом деле, было чем гордиться. Например, из него однозначно получится отличный семьянин и директор на фирме. Витя схватывал многое на лету и не брезгал ни перед любыми заданиями. Отец тоже им гордился.

- Безумно, как и тебе со мной.

- Мы просто два счастливчика. Не находишь?

- О, да! - я тихо хихикнула, наслаждаясь летним ветерком и близостью человека, от которого замирало сердце. Мы ехали на велосипеде вдвоем, как парочка из далеких семидесятых. На нас оглядывались, кто-то не скрывал улыбки, а кто-то удивлялся. Но мне было все равно на мнения остальных. Ведь мы с Витей были счастливы, здесь и сейчас, на этом самом велосипеде, рассекая дороги парка.

- Знаешь, о чем я подумал?

- О том, что ты классный? - не удержалась от подколки я.

- И об этом тоже, конечно. Но есть и еще кое-что очень интересное.

- Ого, есть что-то интересней, чем ты?

Витя чуть ускорился, выезжая на прямую дорожку, и я сильнее прижалась к нему.

- Как тебе фамилия Цыганков?

- Божественна! - шепнула я, приподняв голову. Взглянула на широкую спину Вити, на его мужественные плечи, удивительно, сколько всего мы пережили. И вот теперь можем так запросто ехать вдоль тропинки, вдыхать в себя лето, его легкость и небывалую свободу.

- Я так и знал, что ты согласна.

- В смысле? Ты о чем? - не сразу поняла, к чему он клонит.

- Ну как? Носить мою фамилию.

- Постой, - я вдруг смутилась, хотя казалось, в наших отношениях с Витей уже нечему было смущаться. Но он постоянно умудрялся подлавливать меня. - Ты делаешь мне предложение руки и сердца?

- Что? Не-е-ет! - на мгновенье, пускай и довольно короткое, мне сделалось грустно. Нет, я не мечтала о свадьбе, детях и прочей семейной ерунде. Мы уже жили вместе, делили кровать на двоих, заботились друг о друге, смотрели вечерами сериалы и засыпали, желая на прощение сладких снов. У нас была полная идиллия, о какой только можно мечтать. Однако его «не-е-ет» почему-то ударило под дых и стерло улыбку с моего лица.

- Понятно, - с нескрываемой грустью ответила я. Витя резко остановился и оглянулся, удивительно, но он с точностью до мелочей умел считывать мое настроение.

- Вообще-то Анжелика Павловна, - с видом серьезного бизнесмена произнес Цыганков. - Предложение руки и сердца было еще в детстве.

- Когда это ты мне предлагал руку и сердце? - я уставилась на него, стараясь припомнить, о чем речь.

- В садике, я же тебе сказал: «Ты - Моя», - Витя так же как и тогда, показал пальцем сначала на меня, затем на себя. Да и выражение его лица было все тем же: чрезмерно уверенным.

- А-а-а! - я кивнула, мне почему-то стало смешно. - Это было предложение.

- Еще какое! Мы просто соблюдаем формальности. Так что насчет фамилии?

- Ну... - я вскинула голову к небу, замечая там пушистые облака. Их форма напоминала животных. Они медленно плыли по лучезарному небосводу, неторопливо перемещаясь куда-то вдаль. И я поймала себя на мысли, что все эти шесть месяцев счастлива. Да! Безумно счастлива. Витя - стал моим личным счастьем.

- Ну? - он изогнул бровь, словно не ожидал подобного ответа.

- Ну... - нарочно тянула время я.

- Мне не нравится твое «ну», - Витя даже по-детски вытянул губки трубочкой, выражая протест. Я не сдержалась и потрепала его по волосам.

- Ну, конечно, да. Я же так люблю твою фамилию, - с улыбкой ответила я.

- А я люблю тебя, - он тожеулыбнулся, а затем наклонился ко мне и поцеловал.