Это всё, что тебе нужно знать.
Сев в машину, я вытерла слёзы, пристегиваясь ремнём безопасности.
– Поехали, – сказала я, переводя на него судорожный взгляд. Он завёл машину, а Билл и Алекс, пристроившись сзади, выехали вместе с нами. Вот теперь я навсегда покинула свой дом… Навсегда. Едя домой, я обдумывала каждое слово, сказанное родителями, то, что я была снайпершей, пытавшейся убить Каулитцев, и всё это время мне давали какие-то таблетки для потери памяти. Да что за чертовщина, думала я.
– Том, – вымолвила я, обращаясь к нему.
– Да, Глория, – сказал Том, переводя на меня взгляд.
– Ты можешь мне дома рассказать всё в подробностях о прошлом, только прошу, без интриг, как это сделали мои родители, – серьёзно сказала я, следя за его серьёзным взглядом. Он минуту молчал, словно обдумывая моё предложение.
– Хорошо, расскажу, – сказал Том, кивнув, а я улыбнулась.
– Спасибо, – прошептала я, опустив голову. Прошло немного времени, прежде чем мы приехали домой. Раздевшись, я устало плюхнулась на диван. Том и Билл что-то обсуждали, не обратив на меня внимания. Ко мне подошла Алекс.
– Глория, ну что, как ваш разговор? – сказала Алекс. Я поджала губы, нехотя начиная ей рассказывать.
– Мои родители работают в клане мафии, – единственное, что я смогла выдавить из себя, опустив глаза.
– Глория, ты что несёшь? Как они могут быть мафией? – сказала Алекс, повышая на меня тон. Я злобно на неё взглянула, вставая с дивана, хлопнув в ладоши.
– Вот так! Эти идиоты втянули меня в свой клан. Я много лет работала снайпером по командам «Убей Каулитцев», и я это делала, но я это не помню. А знаешь, почему?! – закричала я грубым тоном, на что Алекс ошарашенно смотрела на меня, а после отрицательно покачала головой.
– Они все эти годы поили меня таблетками для потери памяти, чтобы я забывала, что происходило каждый день, вот так! – закричала я, садясь на диван.
– Сейчас мне ещё Том расскажет подробности. Я хочу узнать всё, что скрывали мои родители, – сказала я скорее самой себе, чем Алекс. И в это время в гостиную вошёл Том, засунув руки в карманы, встав передо мной.
– Иди в спальню, я сейчас приду, – бросил Том в мою сторону. Я последний раз посмотрела на Алекс, уходя в спальню, закрыв за собой дверь. Я, как глупая, сидела и стучала пальцами по комоду в ожидании Тома. От каждой исходящей мысли мне становилось страшнее. Время шло, а Том не появлялся. Я думала, он уже передумал мне что-либо рассказывать, но в один момент дверь открывается, и входит Том, садясь на кресло, раздвинув ноги.
– И так, – произнёс Том, смотря на меня. Я села на кровать, сжимая простынь, боясь услышать то, чего боюсь.
– Когда тебе было всего 6 лет, у нас с твоей семьёй Льюис произошёл конфликт, но когда мы узнали, что твой отец числился в самых разыскиваемых преступниках Токио, впали в шок, – заявил Том, а я сглотнула, незаметно для себя начиная дрожать.
– Твой отец считается формальным главой мафии на острове Сицилия, его объявили в розыск еще в 2007 году. Он был заочно приговорен к двум пожизненным срокам, на его счету – несколько заказных убийств, включая расправы над судьей и заместителем прокурора, десятки терактов и других жестоких преступлений. Как сообщает америноское информагентство ANSA, 48-летнего мафиози задержали в одной из клиник Палермо, где он проходил лечение. Во время задержания твой отец не сопротивлялся, – сказал Том, и от каждого его слова становилось дышать тяжелее.
– Я могу остановиться, если тебе тяжело, – сказал Том, садясь рядом со мной.
– Нет, продолжай, – въязвила я.
– С виду он был простой обычный человек, хотя легенды о нем ходили разные. Одни СМИ описывали твоего отца как плейбоя, обожающего роскошь: спорткары Porsche, часы Rolex, одежду Armani. Другие сообщали, что в последние годы он чуть ли не был заперт в замке, потому что боялся оттуда выходить. Тем не менее Тонкинские правоохранительные органы составили цифровую модель того, как должен был выглядеть к своему возрасту твой отец, и задержанный оказался очень похож на эту самую цифровую модель. Хотя за годы поисков твоего отца десятки людей были арестованы вместо него. В 2007 году карабинеры арестовали пациента одной из сицилийских больниц. В сентябре 2006 года под раздачу попал 54-летний британец из Ливерпуля, когда он отдыхал в ресторане в Гааге в Нидерландах. Полицейские накинули ему на голову капюшон и вытащили на глазах у десятков перепуганных очевидцев. Потом отпустили. Но на этот раз в Италии, судя по всему, уверены, что пойман именно Джеймс Льюис, – произнёс Том холодным тоном. По коже побежали мурашки.
– Выходит, его множество раз задержали, но он сбегал, так? – сказала я, пожимая плечами, на что Том кивнул.
– К Джейсу неоднократно подбирались очень близко и арестовали более 100 его сообщников, включая двоюродных братьев, племянников и сестру. Но он в течение 30 лет оставался неуловимым. У следствия просто не было его фото. Последние снимки датируются концом 2000-х. А еще писали, что он мог сделать пластическую операцию, – сказал Том. Я внимательно слушала каждое его слово, и становилось жутко от того, насколько же мой отец жесток.
– Первые годы жизни Джеймса в бегах, кажется, не были особенно тяжелыми. Он жил на Сицилии. Известно, что в 2006-м он лечился от близорукости в Барселоне, а позже под вымышленными именами несколько раз ездил со своей возлюбленной отдыхать в Грецию. Однако поймать его не могли, – сказал Том, и его колено дрожало от того, что он сейчас рассказывал.
– Джеймс бесследно исчез во время отдыха в приморском городке Форте-деи-Марми в Тоскане. Всё это время полиция Италии без устали искала его. Ей удавалось схватить его подчинённых, но это не помогало подобраться к криминальному боссу. По слухам, секрет Джеймса в том, что он сделал пластическую операцию и полностью изменил внешность, – сказал Том, повышая тон.
– Ничего хорошего столь «долгожданного» арестанта не ждёт. Ведь в 2008 году Джеймс заочно получил уже второй пожизненный срок за помощь в убийстве легендарных итальянских следователей и восьми охранявших их сотрудников полиции на Сицилии, – сказал Том, смотря на меня.
– А что насчёт нашей семьи? Мы старались не реагировать на его поступки, но он шёл на крайние меры, когда мы продали ему наркотики за сто миллиардов долларов, но, как ты сама понимаешь, он это не вернул, а лишь бесследно исчез. Наша семья начала вести на него розыск, но каждый раз он выкручивался! – крикнул Том, вставая на ноги под мои ошарашенные глаза.
– С рождения он тебя учил стрельбе и постоянно шептал, что Каулитцы – это твои враги, и когда ты вырастешь, ты должна будешь их убить. С этими словами ты выросла, тебе исполнилось 16. Они заставили тебя подписать контракт о том, что ты вступаешь в должность в их клане мафий. Они тебя скрывали как снайпера, а не дочку мафии, которая хочет убить нас, – промолвил Том, смотря на меня.
– Когда на очередном мероприятии ты хотела убить нас, но у тебя это не вышло, я застал тебя в туалете и приказал бежать, так как не хотел тебя убивать. Но, узнав, что нас хотели убить, на вашу семью стали охотиться, точнее, на тебя. Тебя хотели убить, поэтому отец скрывал тебя как мог, не оберегал. Ты была словно куклой, которая послушно выполняла всё, что скажут ей, поэтому он был так добр к тебе, – выдал Том.
– А что насчёт моей матери? – сказала я, не замечая, как мой голос дрожит. Заметив это, он положил свою руку на мою, нежно проводя по ней.
– Она ничем не отличалась от твоего отца, так же жестоко убивала людей, сотрудничала сначала с нами, но после пыталась обмануть нас на крупную сумму денег. Но когда мы раскрыли её, она с твоим отцом уехали в другую страну. Их искали повсюду, но всё попусту, – сказал Том. Было видно, что ему тяжело это всё рассказывать, он сам был на грани срыва, но держался как надо, как делал это Каулитц.
– Перед тем как отравить тебя в лагерь, они обманом проникли в нашу компанию, разрушив всю систему, над которой мы работали долгое время, по поводу того, как начать сотрудничать с компанией "New York Camorra". Но у нас не вышло из-за них. Чтобы им отомстить, мы словили информацию о том, что их снайпер едет на отдых в лагерь. Мы притворились группой, которая выступает в Токио, и всё, мы похитили вас, чтобы понять, насколько они побеспокоятся о тебе. Но, как видишь, ты им не нужна, – сказал Том, вставая с кровати, встав перед окном.
– А что насчёт вас? Как ваша компания отреагировала на то, как мои родители помешали вашему плану? – вымолвила я, встав вслед за ним. Том прикрыл глаза, усмехнувшись, прежде чем ответить на мой вопрос.
– Как только мы узнали, что они сделали, мы собрались с ними за столом и начали обсуждать их поведение и за что они так сделали. Естественно, они на это не ответили, лишь начали приписывать нам наш долг, который мы уже давно с ними решили, но они, видимо, не закрыли эту тему. После этого разговора повсюду нас преследовали СМИ, задавая вопросы, как прошёл наш визит. Повсюду были новости о том, что, мол, встретились две самые опасные мафии города. На время всё утихло, но вновь разгорелся скандал, когда мы похитили главного снайпера нашего врага, – последнее, что сказал Том, меня напугало, по телу побежали мурашки.
– Выходит, вы были врагами? – задала вопрос я, сжимая кулаки, а он кивнул.
– Это всё, что тебе нужно знать, – рявкнул Том, выходя из спальни. После всего сказанного мне стало плохо. Мой отец и мать были убийцами много лет и хотели сделать из меня монстра? Нет, этого не может быть. Я не хотела верить в его слова, но то, что мне говорил отец в том доме, меня убивало и заставляло верить словам Тома.
В полубессознательном состоянии мне подсказывало, что необходимо верить его словам, а с другой стороны, я не могла, ведь не была свидетелем и не было доказательств. Я выдохнула, смотря в окно. Было достаточно темно и прохладно, полумрак полностью окутал дом, было слишком мрачно, особенно в этой комнате, но в гостиной был слышен громкий смех Алекс и Тома, которые весело о чём-то болтали. Я была рада, что хоть кому-то здесь весело и она по-настоящему счастлива, ведь именно она меня и уговорила приехать в лагерь, но не ожидала увидеть здесь свою любимую группу. Но что будет, если она узнает, что это не группа, а настоящая мафия?
Меня машинально потянуло в сон, я жутко захотела спать. Вдобавок к этому, у меня ещё и закружилась голова, что добавляло ещё больше дискомфорта. Сняв с себя футболку, я осталась в одном топе и в штанах. Закутавшись в одеяло, я постепенно начала засыпать, не обращая внимания на смех, доносящийся из гостиной. Прошло немного времени, прежде чем я уснула.