В твоих страданиях как раз они и виноваты.
Том ухмыльнулся словам своего брата:
– Тебе и вправду стоит перестать получать ранения, иначе твоё тело будет всё в ранах и отвратительным, – сказал Билл, усмехнувшись.
– Эй! Моё тело всегда будет неотразимым, – сказал Том, улыбаясь. Я стояла подальше от них, вслушиваясь в их разговор, но Том заметил меня.
– Можешь подойти ко мне, я не заразен, – сказал он, смотря на меня.
– Мне и здесь хорошо стоится, – сказала я, не смотря на него. Я не могла заставить себя посмотреть на него. Теперь, когда это кино закончилось, я смогла обдумать каждую деталь. Я поняла, что он изнасиловал меня, он похитил меня из лагеря, лишил девственности, и он серьёзно думал, что меня это устроит? Конечно, это было не так. Я не могла смотреть в его глаза, в которых было множество злости. Мне становилось неуютно, когда я была рядом с ним. Только его голос заставлял меня дрожать.
– Ничего страшного, сегодня оторвёмся, – произнёс Билл с ухмылкой.
– Верно, – сказал Том, садясь на капот машины.
– Давайте по домам до вечера, а после разберёмся, – сказал Том, подходя ко мне и протягивая руку. Я перевела на него взгляд и поняла, что отказываться бесполезно. Я дала ему свою руку, направляясь к машине. Усевшись, я пристегнулась и посмотрела на машину Билла, который пристроился за нами. Том быстро завёл машину, заставляя меня дрожать. Меня интересовало лишь одно: где сейчас Алекс? Почему она не с Биллом? Решившись на свой вопрос, недолго колеблясь, я сказала:
– Том, – сказала, смотря на него.
– Да? – спросил Том. В его голосе я услышала ласковость, несмотря на то, что он старался это скрыть.
– Где сейчас находится Алекс? Я за неё волнуюсь, – сказала я, ожидая от него правды.
– Она находится в доме. В момент, когда Билл уезжал сюда, она спала, и он не стал её тревожить, – сказал Том, не отводя взгляда от дороги, изящно крутя руль. А с моей души будто камень упал. Я выдохнула, кладя руку на грудь, отворачиваясь к окну. Прошло много времени, прежде чем мы приехали домой. Том открыл мне дверь, хватая за руку. Я поджала губы от недовольства. Зайдя в дом, я остановилась в проёме двери, пока Том устало плюхнулся на диван, откидывая голову. Билл прошёл мимо меня.
– Я… – Я хотела что-то сказать, но взгляд Тома остановил меня. Я замерла от страха, его глаза были такими тёмными, смертоносными.
– Чай… – Сказала я, убегая оттуда. Всё, что я осмелилась сказать, это лишь "чай". Я слишком напугана была этим взглядом. Прибежав в коридор, я ударилась о дверной косяк, застонав от боли.
– Что с твоей жёнушкой происходит? – спросил Билл, усмехнувшись, смотря на Тома, который пожал плечами. Я медленно шла по коридору, шатаясь. В глазах вновь темнело. Появилась та картина, которая происходила в машине той ночью: мои крики и мольбы, которые никак его не останавливали. Я чувствовала тошноту. Я вспомнила его зловещее лицо, которое смотрело на меня, то, как он двигался во мне. Было чувство, что я сейчас умру, лишь бы этого не видеть. Часть меня была разбита, а другая, наоборот, была расслаблена. Я чувствовала расслабление. Я знаю, что это самый странный способ понять, что человек чувствует и понимает, но втайне я вожделела Тома, уже целуя его вечность, и моё тело чувствовало расслабление от того, что получило частичку его. Он всегда умело дразнил моё тело, беспорядочно играя с ним, как ему заблагорассудится, но он никогда по-настоящему не поддавался своим подражаниям, потому что моё тело жаждало его, оно кричало о его прикосновениях, его смертоносные прикосновения. В один момент он шептал мне на ухо, проводя пальцами по коже, а в следующий момент прижимал к стене, пытаясь раскроить мне голову и бил меня, смеясь над болью, которую он только мог причинить. Он был слишком резким и случайным, был нежный и заботливый Том и был Дьявол. Кто-то может сказать, что мне повезло, что я встретила нежного и заботливого Тома, но я думаю, что нет. Я полагаю, что мне вообще не повезло, потому что гораздо больнее наблюдать за тем, как мужчина, которого ты любишь и боишься разлюбить, видит в тебе свою игрушку. Я резко остановилась на месте, выдохнув.
– Мне это только что показалось? – Мои глаза были широко открыты. Я положила руку на стену, упираясь о неё.
– Неужели я только что подумала, что люблю его? – Я немедленно зажмурила глаза, отрицательно качая головой.
– Нет, – сказала я, начиная смеяться.
– Я ненавижу этого мудака, – пробормотала я, продолжая идти.
– Эй! – крикнул Билл у меня за спиной, идя ко мне.
– О… – Разочарованно сказала я себе.
– Глория, невежливо игнорировать того, кто тебя зовёт, а во-вторых, ты сходишь с ума, разговаривая сама с собой, – сказал Билл, ставя руки себе на пояс.
– Если я ещё хоть немного пробуду здесь, готовьтесь к убийствам, ведь я сойду с ума и поочерёдно убью каждого из вас, – сказала я, начиная истерично смеяться на весь коридор. Остановившись, я спросила:
– Стоп, ты слышал всё, что я говорила? – спросила я, прикрывая рот.
– Нет, я просто видел, как ты шевелила губами, что-то бормоча, – сказал Билл, оглядываясь по сторонам, будто боясь, что его кто-то увидит, что он разговаривает с психом, который разговаривает сам с собой.
– Ясно. Что тебе надо? – сказала я, лениво складывая руки на груди.
– Мне надо с тобой поговорить, – сказал Билл серьёзным тоном.
– О чем же? – сказала я, задавая ему сразу встречный вопрос.
Билл оглянулся по сторонам, а я уже собиралась выдохнуть, как он схватил меня за запястье, таща в кабинет. Я ошарашенно на него смотрела, и только когда мы оказались в кабинете, я осмелилась произнести:
– Ты не можешь этого сделать, – сказала я, не замечая, как мой голос дрожит.
– Во-первых, могу, во-вторых, я не за этим тебя затащил в кабинет. Нам надо поговорить, – сказал Билл, усаживая меня в кресло. Первая мысль, которая пролетела у меня в голове – это то, что Том рассказал ему, что он сделал со мной в машине.
– Он рас-сказал тебе?... – прошептала я, пока мой голос постепенно застревал в горле.
– Что сказал? – Билл смотрел непонимающе на меня.
– Рассказал мне что? – спросил Билл, смотря на меня. Огромный груз спал с моих плеч, и я сказала:
– Нет, ничего, это пустяки, – сказала я, глядя вниз на свои колени.
– Ладно, мы не об этом. В общем, скоро мы поедем к твоей семье, и там ты узнаешь то, чего ты боишься, – сказал Билл, нахмурившись. Я подняла на него глаза и вскочила с места.
– Что!? – закричала я, подходя к нему.
– Том посчитает их моими врагами и убьёт их, верно? Или что он может ещё сделать? – прошипела я, смотря на него со злобой.
– Поверь, уж в твоих страданиях как раз они и виноваты. Но это будет твоим решением, кому верить, – сказал Билл спокойно, подходя к окну, словно ничего такого не сказал.
– Зачем мы туда поедем? Они невинные люди! Это вы те дьяволы, от которых мне и нужна правда, но точно не от родителей, которые сходят с ума от мысли, где сейчас находится их дочь и что с ней делают! – закричала я, хватаясь за стол.
– Глория, поверь мне на слово, мы не причиним им вреда. Они сами тебе расскажут правду, а Том будет стоять рядом в поддержку тебе, ведь после того, что ты узнаешь, тебе станет не по себе. Ты поняла меня? – спросил Билл, подходя ко мне и нежно хватая меня за плечи. Я недоверчиво на него посмотрела и неуверенно кивнула. Он натянул улыбку.
– Вот и славно, – сказал Билл, похлопав по плечу.
– Ещё раз повторю, мы вам вреда не причиним. Самый главный вред тебе уже причинили твои родители, – сказал Билл, выходя из кабинета, и дверь за ним закрылась, оставив меня одну в раздумьях. Я не понимала, какой вред мне могут причинить родители? Вред от того, что они отправили меня в лагерь? Нет, быть не может. Постояв ещё пару минут в кабинете, я медленно вышла из него, идя в комнату Тома, чтобы отдохнуть. По пути я встретила Тома.
– Всё в порядке, Глория? – спросил Том, кладя свою руку мне на плечо. Я слегка удивилась его заботливости, но сказала:
– Было, пока не встретила тебя, – сказала я, смотря на него недовольно.
– Глория в своём репертуаре, – сказал Том, засовывая руки в карманы джинс, после чего ушёл в кабинет.
– Чтоб ты застрял в том кабинете, – прошипела я, заходя в спальню. После прикосновения головы к подушке я моментально провалилась в сон.