19
АДАМ.
Кому: Кэтрин Уолш
Текст: Двадцать четыре чертовых часа прошло с момента твоего побега. Знаешь? Я прокрутил в памяти каждый миг, проведённый рядом с тобой. Я не верю тебе.
Не верю в то, что ты не любишь меня. Не верю в то, что у тебя кто-то есть. Мы были счастливы. Разве нет? Прошу тебя, вернись.
Малышка часто спрашивает о тебе. Помнишь, мы хотели сходить все вместе в зоопарк? Вернись, мы обязательно сходим. Без тебя этот поход теряет какой-либо смысл. В твое отсутствие весь мир теряет смысл.
Мы любим тебя, Кэти.
СПУСТЯ МЕСЯЦ.
Входная дверь в мой кабинет звонко хлопнула. В помещение ворвалась Кассандра. Последние пару недель она не отказывает себе в частых визитах. Не то, чтобы меня злили ее посещения, но и особой радости не приносили однозначно. Беременность очень изменила Касси: в её глазах стало больше блеска, щеки почти всегда румяные, а формы заметно округлились. Еще бы, девушка плотно подсела на сладкое, хотя раньше даже запаха шоколада не выносила. Смотрю на нее и осознаю — она прекрасная женщина, яркая и невероятная. Как жаль, что на её жизненном пути встретился я и принёс с собой боль. Судьба вообще странная штука.
— Адам, у нас будет сын! — воскликнула девушка. — У тебя будет наследник.
Я встал и подошел к девушке. Поцелуй в щеку получился семейным, словно она не мать моего ребенка, а сестра. Моя рука аккуратно легла на пока еще маленький животик Касси. Там уже зародилась новая жизнь, странно да? Хрупкая девушка способна носить в себе малыша несколько месяцев. Несмотря на все сложности, я стараюсь сглаживать все острые углы наших взаимоотношений. Намеки на свадьбу превратились в прямые укоры, к которым присоединилась моя мать. Они стали атаковать меня вместе. К счастью, на стороне сопротивления все также оставался отец. Как мог, он старался доказать матери, что она не права, сначала вроде даже получалось, но сейчас система дала сбой. Изабелла наотрез отказывается воспринимать отказы, а Кассандра, конечно, этому радуется. Ей кажется, что она заручилась поддержкой и рано или поздно я сдамся. Как жаль, что они не понимают того, что я останусь непреклонным в любом случае.
— Как себя чувствуешь? – искренне поинтересовался. Несмотря на упреки в мою сторону я очень переживаю за нее. Мне хочется, чтобы беременность протекала как можно спокойнее, а мой сын родился здоровым.
— Так себе, если честно. — Девушка плюхнулась на стул. — Аппетит зверский, готова кушать каждый час. К сороковой неделе беременности я буду похожа на бегемота. Вообще-то я пришла поговорить, тема очень важная.
— Слушаю. — Я сел обратно за рабочий стол. В голову закралась мысль, что это будет очередной разговор о свадьбе.
— Мы срочно должны пожениться, Адам. — Девушка закусила нижнюю губу и вздохнула, опустив глаза в пол. Я часто замечаю, что ей и самой неловко говорить на эту тему, но по какой-то причине она все же продолжает это делать изо дня в день. — Ты должен отвечать за свои поступки. Я ношу под сердцем твоего сына, из-за которого превращаюсь в толстуху. Как ты думаешь, буду ли нужна хоть кому-то такой? Конечно, нет! Мы должны расписаться, пока мой вес не превысил отметку в семьдесят килограмм.
— Ты прекрасна, Кассандра! Я восхищен тобой и очень благодарен тебе, но жениться не могу, — как можно мягче произнес я. — Брак без любви хуже каторги. Я не смогу сделать тебя счастливой, понимаешь? В моих мыслях, сердце и душе другая женщина. Понимаю, как это выглядит с моей стороны, но ты должна хотя бы попытаться не давить на меня этой темой.
Только Касси хотела что-то сказать, как её лицо исказила гримаса боли, а рука опустилась на живот.
— Адам, больно! — застонала девушка и слезы хлынули из её глаз.
Я схватил телефон и вызвал скорую. К счастью, бригада оказалась по близости с отелем, и уже через двадцать минут девушка лежала под капельницей в моей комнате.
— Что со мной, доктор? Как ребенок? — В её глазах отчетливо читался страх. Впрочем, я тоже нахожусь в панике. Если с ребенком или Кассандрой что-то случится не смогу себе этого простить никогда.
— Угроза выкидыша, мисс. Вам нужно меньше нервничать и больше отдыхать. Исключите все стрессы, проводите время на улице. Вам необходимы положительные эмоции. Я выпишу вам витамины. Также, советую в ближайшее время обратиться в клинику и пройти дополнительное обследование.
— Вот видишь, Адам, это ты во всем виноват! Так и скажи, что ни я, ни ребенок тебе не нужны!
Доктор молча наблюдал за всем этим безобразием, заполняя бумаги. Мне неловко за то, что чужой человек наблюдает за нашей ссорой, но остановить это я не могу. Неуместно называть это ссорой, ведь единственная, кто сейчас провоцирует конфликт – Кассандра.
— Мистер Дельгадо, вот рецепт. — Он протянул мне бланк. — Следите за будущей мамочкой, а нам пора.
За десять минут, которые я отсутствовал, провожая доктора, в комнату пришла мама. Они вместе с Кассандрой сидели и пили чай.
— Сын, если эта прелестная девушка потеряет моего внука, то ты можешь забыть о моем существовании. Я тебя воспитывала иначе. – мама тепло улыбнулась, что немного не стыковалось с ее грозным тоном.
— Он намеренно доводит меня до выкидыша, — подытожила Кассандра.
— Для чего тебе это брак, Касси? — спокойно спросил я. — Ты понимаешь, что это ничего не изменит? Да, у тебя будет моя фамилия, но на этом всё! Я не смогу жить с тобой под одной крышей. Не смогу вести совместный быт. Ты восхитительна, и я хочу для тебя только счастья. К великому сожалению, я не смогу сделать тебя счастливым.
Мама взглядом показала, что хочет поговорить наедине. Кассандра вскоре уснула, и мы пошли в мой кабинет.
— Сынок, ты полюбишь её. Она будет хорошей матерью Аделине и вашему будущему малышу. Из вас получится прекрасная семья, — спокойным тоном сказала мама. — Кэтрин не вернется, ты должен понимать это. Если бы она любила, то не сбежала. Зачем ты вообще познакомил ее с Аделиной и дал им проводить время вместе? Сейчас я наблюдаю как страдает не только мой сын, но и внучка.
— Мам, ты любишь отца?
— Конечно! Почему ты спрашиваешь? – на лице мамы появились удивление и нотка заинтересованности.
— А ты представь, что на его месте совсем другой мужчина, чужой для тебя. Ты живешь с ним, вы заводите ребенка. Чувствуешь счастье?
— Нет. Но у тебя совсем другая ситуация. Кассандра уже беременна, этого не изменить.
— Я не брошу ребенка, мамочка, доверься мне. Не решай за меня, как будет лучше. – я взял ее слегка морщинистую руку в свою и нежно погладил, прежде чем продолжить. – Прими, пожалуйста, мое решение и поверь в то, что я способен разобраться со всем сам. Мне больше всего не хочется причинять кому-то боль.
Мама, кажется, меня поняла. Мы очень долго разговаривали. Она вспоминала их с отцом историю любви, а я, наконец, поделился тем, как полюбил Кэти. Мама впервые искренне поинтересовалась ей. Почему это не случилось раньше? Ах да, я же сам избегал этой темы любыми способами. Уверен, услышь это мама раньше, сейчас вела бы себя совсем иначе.
Я часто стал ловить себя на мысли, что они с Кэтрин похожи. Не внешне, а характером, поведением. Они одинаково проявляют заботу, не прося ничего взамен; упрямятся, даже когда не правы; поступают, как велит им сердце и не бросают в беде.
***
Утро началось с совещания с Дереком. Он решил продать свою долю акций в отеле — убийство подпортило репутацию нашего детища, да и постояльцев после двухнедельного закрытия стало порядком меньше. Вместо Кэтрин с документами на совещаниях нам стала помогать Сара. Надо отдать ей должное, справляется она хорошо, но до предшественницы все же не дотягивает. Не хватает в ней энтузиазма. Кэтрин относилась к отелю, как к дому, а Сара, как к рабочему месту и не более.
Буду честным, отель стал приносить убытки. Я не мог выкупить его долю, а он не хотел ждать прибыли или того момента, когда у меня появятся деньги. К тому же, частые визиты к детективу Миллеру не прибавляли ему имиджа, как бизнесмену.
Я не могу доверить отель неизвестному человеку. Это мой ребенок, я поднимал его с нуля. В конце концов, мы договорились на том, что запускаем на этой неделе разработки Кэтрин по поводу бильярда и салона красоты, делаем мощную рекламу, если доходы будут расти, то все остается на своих местах. Пусть в этом месте и произошло нечто страшное, оно остается для меня родным. Расследование рано или поздно закончится, убийцу Люси накажут, а справедливость восторжествует. Хотя, справедливость ли это, если человек погиб? Я редко встречал эту горничную, но видел, как каждый день в течении всего месяца плакали ее подруги. Никто не заслуживает такой смерти. Отчасти, я виноват в том, что ее убили, а виновника до сих пор не нашли. Нужно было устанавливать камеры в погребе, тщательнее выбирать персонал.
Как бы я ни старался вычислить преступника самостоятельно – ничего не получалось. Поведение всех сотрудников без исключения не поменялось. Совершив такое человек должен измениться кардинально, такие поступки не проходят бесследно.
— Вчера видел твою управляющую, вид у неё так себе, — вдруг сказал Дерек. — Сегодня она не с нами, ты уволил её?
— Где ты ее видел? — Мой вопрос прозвучал слишком грубо. Я так и знал, что она никуда не улетела! — Может, ты обознался?
— Нет, я хорошо запоминаю людей, которые способны заткнуть меня, — усмехнулся он. — Вчера сидел с девушкой в кофейне, а Кэтрин в огромном свитере сидела за столиком у окна, читала книгу. Как только увидела меня — сбежала.
Та самая кофейня. Дэн был прав, она не могла улететь. По крайней мере до тех пор, пока ведется расследование. Её бы просто не выпустили из страны.
— Это так не похоже на нее. — Я сделал удивленный вид.
— Я, кстати, женюсь, — сказал Дерек. — Придешь на свадьбу?
— Конечно! Поздравляю. — Я пожал руку коллеге, хотя эта новость и кажется мне удивительной. Никогда бы не подумал, что он способен быть с одной женщиной. Что же, видимо он тот самый пример, когда люди меняются.
На выходе из отеля меня поймала Кассандра с новостью о том, что приехали ее родители и желают собраться вместе. Чтобы не волновать девушку лишний раз, я, конечно же, согласился на ужин. В этот раз все обошлось без ресторана. Мне просто не хотелось очередных прилюдных выяснений отношений. Ведь такой визит абсолютно точно не к добру, особенно зная характер женщин в семействе Холин. Мама вызвалась приготовить все сама. Во мне теплилась надежда, что ужин пройдет без упоминания свадьбы, хотя это было весьма наивно. Во всяком случае, я знал, что в этот раз Изабелла, возможно, встанет на мою сторону или хотя бы будет держать нейтралитет.
Благодаря маме кухня преобразилась. Я спроектировал все в черно-белом цвете. Мне казалось это красивым. Прожив в одиночестве несколько месяцев, я понял, что мне пусто в этом помещении. Как только приехала мама, в этой комнате всегда стали витать волшебные ароматы выпечки и вкусной еды. Это напоминало мне дом. Испанию.
До пищи сегодня дело никак не доходило. Как только мы сели за стол, он из обеденного превратился в переговорный. Наоми Холин, мама Кассандры, почти сразу начала меня атаковать вопросами типа: «Когда свадьба? У тебя есть совесть? Ты должен...» Каждое слово этой женщины сопровождалось активными жестами и победной улыбкой Касси. Я старался держаться спокойно, чтобы лишний раз не волновать девушку. Мои ответы были односложными. Пожалуй, из всех присутствующих увлечены едой были только отец Кассандры, Альваро и я.
— Он ничего вам не должен, Наоми, — произнесла моя мать, что очень удивило и порадовало меня. — Они должны прожить свою жизнь сами, совершить свои ошибки, идти по своему пути. Именно ошибки делают из человека достойную личность.
Я посмотрел на мать — она улыбалась. Отец одобрительно похлопал, изображая аплодисменты, так же, не скрывая своего удивления.
— Он должен своему ребенку! Изабелла, я надеялась на вашу помощь и ждала поддержки, — с обидой сказала женщина, нервно постукивая ногтями по столу.
— Адам хороший человек и не бросит своего ребенка, никогда. Но я, и его отец, никогда не позволим жениться из обязательств, без любви.
— Трахал он меня с любовью, миссис Дельгадо! — неожиданно грубо отозвалась Касси, откидывая вилку в сторону. Столовый предмет звонко ударился о плитку.
Сказать, что все удивились — ничего не сказать. Все просто потеряли дар речи и сидели, тупо пялясь друг на друга.
— Чего все молчат?! — снова крикнула девушка. — Какие же вы все лицемеры. Вы, миссис Дельгадо, улыбаетесь мне в глаза, поддерживаете, обещаете помочь повлиять на Адама, а в итоге что? От вас, мистер Дельгадо, я ничего другого и не ожидала, вы — тюфяк! А ты, папа, что молчишь? Твоя дочь превращается в свинью, носит ребенка от какого-то мудака, а ты тупо молчишь. Спасибо!
— Тебе нельзя нервничать, успокойся. — Я встал сзади девушки и начал массировать плечи. В памяти всплыли слова доктора, но не было и мысли как остановить это безумие.
— Последний раз спрашиваю. Ты женишься на мне?
— Нет, — твердо ответил я. — Но я никогда не брошу своего ребенка.
— А он, возможно, и не твой! — Девушка отбросила мои руки и выбежала из комнаты. Следом за ней вышли и её родители.
Я сел и опустил голову на руки, положенные на стол. Родители вели обсуждение между собой, а я их не слушал. Зачем? Единственное, что мне сейчас нужно — найти Кэтрин и выяснить, есть ли у нее кто-то. Я все еще надеюсь, на совместный счастливый конец. Хотя это уже и кажется глупостью.
Кэтрин не выходит у меня из головы ни на секунду. Каждый день я стараюсь понять, как мне ее найти и делаю все для этого. Неужели она меня не любит? Если бы ее чувства хоть чуточку были похожи на мои смогла бы уйти? Я придумал ей сотни оправданий, чтобы доказать себе, что Кэти меня все-таки любит. Обстоятельства твердили обратное, даже во мне заселялась мысль, что для нее все происходящее между нами было игрой. Но то, какой видел ее Дерек напрочь отогнало мои дурные мысли. Ей также плохо, как и мне. У нее определенно есть причина себя так вести, но вот только какая? Как же я ненавижу быть в неведении.
Оставив родителей наедине, я вышел в сад и сел на лавочку, глядя в пруд. Стараясь воспроизвести тут наше место даже не задумывался, что особенным его делали эмоции, что мы испытывали там, а не обстановка. Тут все иначе. Этот пруд тоже особенный, но по-другому. Здесь несколько недель назад мы резвились с Кэтрин и Адель. Я помню их задорный смех, будто это происходило вчера. Помню, как они прятались от меня, но мне удавалось их находить. Они убегали, пытаясь спрятаться от меня еще раз, но я их ловил и крепко обнимал. Мне казалось странным, что Кэти не пытается отстраниться в этот момент, ведь в тот момент мы не были друзьями. Сейчас моя игра кажется такой глупой. Как мы могли терять столько времени на пустые притворства?
Не знаю, сколько просидел, вспоминая счастливые моменты, но на улице уже стало темно. Позвонил Миллер и сообщил о том, что расследование зашло в тупик. Эта новость меня совсем не обрадовала, но я не злюсь на мужчину. Ему неподвластна людская совесть.
Медленным шагом я отправился в комнату к дочери, чтобы пожелать спокойной ночи и прочитать сказку. Кажется, будто она мое единственное успокоительное. Малышка уже сладко спит, надув губки и обнимая любимую куклу. Я прилег рядом с ней, ведь только тут могу расслабиться, насколько это возможно в данной ситуации.