Письмо
Понедельник я встретила в прекрасном расположении духа. Быстро умывшись и прихватив с собой сумку, я отправилась вниз, сказав девочкам, что встречусь с ними за завтраком. Мне ещё нужно было успеть в библиотеку, перед началом занятий, чтобы на Истории Магии написать небольшое эссе. Его задали на следующую неделю, но я хотела сделать его сегодня, чтоб было больше свободного времени.
Перепрыгивая через одну ступеньку, я быстро спустилась вниз, где уже начали появляться первые студенты, едва передвигая ноги и ежеминутно зевая.
Заметив знакомую черноволосую шевелюру, которая сегодня была в ещё большем беспорядке, чем обычно, я направилась к дивану, на котором расположились Геллерт и братья Копош.
Розье как раз держал в руках яблоко, вертя его в руках, намереваясь откусить, но не успел. Взлохматив ему волосы одной рукой и забрав фрукт второй, я довольно уселась в кресло напротив и демонстративно откусила большой кусок яблока под смешки Адриана и Корнела.
Геллерт только закатил глаза и послал мне смеющийся взгляд и достал ещё одно яблоко.
— Доброе утро! — весело воскликнула я, звонко хрустя сочной мякотью.
— О, кого я вижу, — Геллерт, похоже, был немного не в духе. — Похоже, кто-то выпил несколько глотков животворящего эликсира.
— Не угадал! Просто настроение хорошее, — пожав плечами, ответила я, а потом вспомнила, что у меня есть дела. — Ладно, мне нужно в библиотеку, увидимся позже, — произнесла я, вскакивая с кресла и направившись в сторону выхода, помахав на прощание ребятам.
— Я провожу, — послышался голос Геллерта, а сам парень поднялся с кресла, закинув сумку на плечо.
Взяв необходимую книгу, мы направились в Главный зал, весело переговариваясь. Геллерт все говорил про тренировку и предстоящий матч с «Зелёными Драконами». Мы открывали в этом году первую игру, и все должно было быть не слишком сложным, единственным минусом был тот факт, что у них в этом году неплохой состав команды — все старшекурсники и весьма крепкого телосложения, поэтому Геллерт делал на тренировках упор на ловкость и скорость.
— Расслабься, — подбодрила я, когда мы уже зашли в Главный зал. — Уверена, что все будет...
Но договорить мне не дали, бесцеремонно оттолкнув в сторону. Та самая блондинка, которая на балу опробовала на Розье любовное зелье.
— Ох, Геллерт! — начала верещать та, даже не смутившись от того, что он ее оттолкнул. — Я тебя сегодня везде искала, давай сегодня позанимаемся вместе, мне нужна твоя помощь в Трансфигурации.
Геллерт бросил на меня виноватый взгляд, а я только удивлённо вскинула брови, но не дала ему сказать и слова.
— Прости, но мы вообще-то разговаривали, — произнесла я ледяным тоном, который позаимствовала у отца, когда он чем-то недоволен.
— И что? Девочка, у нас тут взрослые дела, — расплылась в мерзкой улыбке Марго, вцепившись в рукав свитера Розье. Бросив на парня взгляд, я поняла, что его начинает забавлять вся эта ситуация.
— О, ну, разумеется, — мило улыбнулась я, применив невербальный чары левитации, и подняла со стола первую попавшуюся тарелку, в которой оказалась каша и вылила ее содержимое на белобрысую голову. В зале наступила тишина, а я с удовольствием смотрела, как у Марго на лице появляется гневное выражение.
— Ты, психованная дура! — начала орать она, но вокруг стали раздаваться смешки и девушка пристыженно заткнулась.
Пользуясь тем, что вокруг было шумно, я подошла вплотную к девушке, а так, как она была меня выше, то мне пришлось закинуть голову, чтобы посмотреть ей в лицо.
— О, да, это так по взрослому добиваться расположения парня при помощи приворотного зелья! — прошипела я. — Надеюсь, мой намек был понят.
И развернувшись, я направилась к своему столу, замечая восторженные взгляды подруг.
— Ну, ты даёшь! — воскликнула Оливия, наклоняясь ближе ко мне.
Конечно, я уже рассказала им про любовное зелье, что вызвало волну негодования и ненависти с их стороны. Особенно недовольна была Ирма. Её бесило подобное отношение к брату, словно он не живой человек, а какой-то трофей, который многие девушки желали заполучить. Мне на ее возмущения пришлось только пожать плечами: развивать эту тему не хотелось, а перед глазами до сих пор плясали образы того, как эта парочка обнимается в коридоре!
Закончив с завтраком, мы отправились на Историю Магии слушать про очередные важные и не очень детали волшебного мира. Сегодня темой был Статут о секретности, принятый в 1689 году. Не самая интересная тема, но лучше, чем гоблинские восстания.
Усевшись за последнюю парту, я принялась за своё эссе, слушая одним ухом речь профессора Йордана, который рассказывал своим нудным голосом о большом количестве возникших поселений, где жили несколько семей волшебников, защищая и поддерживая друг друга. В основном они находились на южном побережье Англии.
Потом пошли перечисления нарушений этого самого Статута. Единственное, что привлекло мое внимание, так это «Закон Раппапорт» исходя из которого, магическое сообщество Северной Америки полностью изолировалась от мира не-магов на несколько веков, а так же волшебникам не позволяли вступать в брак или заводить близкие знакомства с магглами.
Хмыкнув, я вернулась к своему эссе, а в голове мелькнула мысль, что отцу бы этот закон пришелся по душе...
***
Все еще пребывая в хорошем расположении духа, я шла в компании подруг в Главный зал на обед, чувствуя зверский аппетит.
Меня от поедания наивкуснейшего нежного мяса под томатным соусом отвлекло хлопанье крыльев сов, которые принесли почту. Заметив среди них знакомого филина, я обрадовалась. Драко редко писал, последнее письмо было месяц назад.
Филин аккуратно приземлился рядом, не задев ни одной тарелки и бросив пренебрежительный взгляд на сородичей, которые кидали свои посылки и письма прямо в воздухе, а потом важно ухнул и протянул мне лапку, на которой было закреплено письмо. Забрав письмо, я погладила птицу по темным перьям, а потом, угостив печеньем, проводила ее взглядом, пока она не скрылась в широком окне под самым потолком.
Развернув письмо, я погрузилась в чтение, но чувствуя, как улыбка, появившаяся на первых строчках, сползла с моего лица, заменив ее нахмуренными бровями.
« Здравствуй, Венера!
Рад, что тебе начало учебного года далось легко!
У меня тоже в этом году уже случилось много нового. Я попал в команду по квиддичу на место ловца. Отборочные испытания дались не легко, но мне пригодились наши тренировки летом и некоторые советы Виктора. Нужно будет еще раз его за это поблагодарить!
Отец, как и обещал, купил мне новый «Нимбус-2001». Эта метла просто невероятная! Уверен, она бы тебе понравилась! Но это еще не все! А еще теперь у всей нашей команды новые метлы! Уверен, что теперь кубок школы будем нашим.
Но меня теперь бесит другое, теперь все думают, что мой отец купил мне место в команде. Даже мерзкая грязнокровка мне об этом уже сказала, словно ее мнение что-то значит для меня! Но потом за нее вступился рыжий дружок, Уизли, ты его видела летом в книжном. Этот недоумок хотел проклясть меня, а заклинание срикошетило в него, заставив того выплевывать слизняков! Мне даже стало его немного жаль.
Но знаешь, я написал тебе не за тем, чтобы посмеяться над Уизли.
Венера, в Хогвартсе творятся странные вещи. На кошку нашего завхоза было совершено нападение, и она подверглась какому-то проклятью, заставляющее ее окаменеть. Но самое интересное не в этом. На стене была надпись «Тайная комната снова открыта, трепещите, враги Наследника!» А рядом оказался вездесущий Поттер! Но не думаю, что ему бы хватило мозгов придумать что-то в этом духе.
Не знаю, в курсе ли ты про эту легенду, но я на всякий случай отправил тебе страницу из книги, в которой рассказывается про тайную комнату.
Венера, ты — единственная живая наследница Слизерина. Скажи, известно ли тебе про это что-то? Я уверен, что ты никак не причастна к этому, но мысль, что кто-то решил поиграть в «наследника» меня раздражает.
P.S. Буду ждать твоего ответа, и держать в курсе событий. Что-то подсказывает, что этим все не закончиться.
Твой друг, Драко Малфой»
Посмотрев на вырванную страницу, я поняла, что она из «Истории Хогвартса», которую я читала. Но мне не нужна была эта информация, потому, что мне доподлинно известно, что именно находится в тайной комнате, а также, что она действительно существует. Но мысль, что кто-то ее мог открыть, была смешной. Да и к тому же, василиск убивает взглядом, а не обращает в камень. Глупости какие-то.
Но что-то меня тревожило. Письмо Драко вызывало какую-то настороженность. Нужно срочно поговорить с отцом! До начала занятий оставалось десять минут, а сейчас у меня было зельеварение.
— Что пишет Драко? — спросила Ирма, заглядывая в письмо, но я его тут же свернула, не давая прочитать.
Не обращая внимания на удивленные взгляды подруг, я прихватила сумку и направилась к преподавательскому столу, бросив на подруг извиняющий взгляд и пообещав, что все расскажу вечером.
— Господин директор, — произнесла я, привлекая внимание Каркарова, понизив голос так, чтобы разговор не достиг посторонних ушей, — мне нужно с вами поговорить. Это очень важно и не может ждать.
— Вы уверены, что это не в рамках полномочий вашего декана? — бросив на меня недовольный взгляд, спросил Каркаров.
— Уверена. Не могли бы вы уделить мне немного времени? И этот разговор не для посторонних.
Директор окинул меня задумчивым взглядом, а заметив, как я нервно тереблю письмо, встал со стола и сделал знак следовать за ним. Повел он меня сразу в свой кабинет, а я обрадовалась, ведь именно там находиться камин, на который я рассчитывала. Осталось убедить Каркарова, чтобы он мне разрешил отлучиться на час из Института, хотя это и противоречит всем правилам.
— Что у вас? — спросил Каркаров, когда я зашла в кабинет за ним следом и прикрыла за собой дверь.
— Мне нужно в замок. На один час, я хочу воспользоваться вашим камином.
— И с чего бы я должен вам это позволить? — скрестив руки на груди и устремив на меня сердитый взгляд, спросил директор. — Существуют правила, госпожа Слизерин, и даже вам нельзя их нарушать.
— Я понимаю. Но прошу вас, это очень важно. Я должна поговорить с портретом своего отца, чтобы узнать кое-что. От этого могут зависеть жизни многих людей! — воскликнула я, нацепив на лицо испуганное выражение.
- И чем же вы, в сущности, еще дитя, сможете спасти их? — все еще сомневаясь, спросил Каркаров, но я видела, как его глаза зажглись любопытством, когда я упомянула замок и портрет отца.
— Просто узнав какие-то детали, и если я права, то сообщу нужным людям. Я не могу рассказать вам подробностей, но, прошу вас, это очень важно.
Какое-то время, Каркаров молчал, обдумывая мои слова, а потом поднялся с кресла и заявил:
— Пусть будет так. У вас один час, но я отправляюсь с вами.
Я не была удивлена такому повороту событий, но была рада, что он согласился. Подойдя к камину и взяв какой-то предмет, он вытянул руку в приглашающем жесте, предлагаю мне зайти в камин первой, а когда я зашла, то протянул горшок с летучим порохом, а после встал рядом, положив руку мне на плечо.
— Нигрумкор, — произнесла я, кидая порох в камин, который тут же вспыхнул зеленым, перенося меня в замок.
Оказавшись в главном холле, я позвала Хеймерика, который незамедлительно оказался передо мной, удивленно рассматривая.
— Маленькая леди так рано вернулась! — начал он восторженно лепетать, но я подняла руку, обрывая его.
— Проводи господина Каркарова к Елене, пусть она угостит гостя чаем в малой столовой, и скажи, что я приду туда позже! — приказала я, направляясь к северному крылу.
Быстро преодолев расстояние, я оказалась в лаборатории, на ходу порезав ладонь и прижав ее к раме, а пока отец еще не появился, я направилась к зелью, чтобы проверить его готовность и с удивлением обнаружила, что я немного ошиблась в расчетах и оно почти готово, осталось добавить последний ингредиент. Как все удачно сложилось!
— Почему ты не в школе? — раздался недовольный голос Салазара, заставляя меня обернуться.
— Отец! — воскликнула я, подходя ближе к портрету. — Скажи мне, как открыть Тайную комнату!
Брови мужчины взлетели вверх, и он удивленно рассматривал меня, а я принялась рассказывать, что творится в Хогвартсе.
— Какой вздор! — рявкнул он, когда я закончила свой рассказ. — Ее никто не может открыть, потому что для этого нужно владеть парселтангом. А снять печать может только мой наследник.
— Вот как? А где она находится?
— Замок переделали немного. Я не знаю, что сейчас там находится, но один вход расположен на третьем этаже замка. Больше я тебе ничего не скажу, но могу успокоить тебя, что тайная комната тут не при чем, как и василиск, живущий там.
— Почему ты в этом так уверен? — удивленно спросила я, вскинув голову.
— Потому, что василиск не обращает в камень, а убивает. Кто-то в Хогвартсе просто хочет создать смуту для каких-то своих целей. Смею предположить, что кому-то не угодил нынешний директор...
— А что, если ее уже открывали? Тогда печать заклинаний уже сорвана, верно?
Салазар только нахмурился и задумался, а потом добавил:
— Даже если это и так, то в любом случае нужен тот, кто владеет парселтангом. К тому же, василиск будет слушаться только моего наследника.
Слова отца заставили меня задуматься... Все это было слишком странным. Но я немного успокоилась. Вероятность, что в Хогвартсе найдется волшебник, владеющий парселтангом, была ничтожно мала. К тому же, отец сказал, что если бы это была Калия, то она не ограничилась бы кошкой, и весь Хогвартс уже утонул бы в крови и трупах, и в замке не осталось бы ни одной грязнокровки. Не сказать, что это обнадеживает, но хоть что-то. Выходит, что василиск благополучно спит, и слушать будет только меня, а я вот не планирую устраивать смертоносные знакомства.
Решив, что не стоит себя грузить тяжелыми мыслями, я добавила последний ингредиент в зелье и теперь уже сняла его с огня и оставила его настаиваться, а на каникулах оно уже будет готово, останется разлить по флаконам, по моим подсчетам получилось около трех небольших порций, буквально по глотку в каждой.
Вернувшись в малую столовую, где мило беседовали Елена и Каркаров, чем меня несказанно удивили, я сообщила, что все в порядке и можно возвращаться в Институт. Елена одарила меня напоследок недовольным взглядом, очевидно, ей не понравилось, что я пропускаю занятия.
Оказавшись в кабинете директора, я рассказала ему о письме и о том, что в Хогвартсе происходят странные вещи, а к отцу я ходила, чтобы узнать, что находится в Хогвартсе. Пришлось соврать, и сказать, что никакой тайной комнаты он там не создавал и все это глупости, а теперь там кто-то сеет смуту.
Каркаров только с задумчивым видом слушал меня, а потом велел никому про это не говорить, аргументируя тем, что это не наши дела и не стоит зазря привлекать к этому внимание. В этом я, конечно же, была с ним согласна.
А еще я ощутила проблеск недоверия, исходящий от него и мне стало ясно, что он догадался, что я соврала, но ничего мне про это не сказал. Я поторопилась побыстрее убраться от его пронизывающего и неприятного взгляда.
Зельеварение я уже пропустила, поэтому зашла в комнату, чтобы немного подумать, а потом уже отправиться на урок Темных искусств, а еще нужно написать письмо Драко. Решив начать с письма, я достала чернильницу и пергамент и принялась излагать то, что стало известно. А когда закончила, то прочла еще раз написанное.
«Здравствуй, Драко!
Поздравляю с местом ловца в команде! Уверена, что у тебя все получится, а на злые языки не обращай внимания — это все зависть, поэтому они могу говорить и делать, что угодно.
Узнав от тебя про Тайную комнату, я сразу направилась в замок, где отец мне сказал, что тайную комнату может открыть только тот, в чьих жилах течет его кровь, то есть только я.
Я думаю, что ты прекрасно понимаешь, что я к этому не имею никакого отношения. И Драко, в Тайной комнате жил василиск, но все происходящее не может быть его виной, ведь взгляд василиска убивает жертву, а не обращает в камень. К тому же, я не уверена, что он еще жив.
Я надеюсь, что ты оставишь все это в тайне, иначе у меня могут быть проблемы. Думаю, кто-то специально сеет панику в Хогвартсе и копает под Дамблдора.
Удачи тебе в квиддиче! И береги себя.
Венера Слизерин»
На мой взгляд, получилось весьма неплохо. И не важно, что я сказала не совсем правду, но думаю, что Драко сможет как-то использовать эту информацию. Надеюсь, что никто, кроме него, не прочтёт это письмо...