Сон - лучшее лекарство
Проснувшись на следующий день с головной болью, я долго лежала с закрытыми глазами, пытаясь немного уменьшить пульсацию в голове. Но мое внимание привлек тихий звук, словно кто-то перевернул страницу книги. Через какое-то время звук повторился. Открыв глаза и перевернувшись, я увидела Геллерта, который сидел на соседней кровати и читал книгу.
— Привет, — произнесла я осипшим голосом, подложив руки под щеку.
— Привет, — отозвался он, откладывая книгу в сторону. — Как ты себя чувствуешь?
Прислушавшись к своему организму, я поняла, что кроме головной боли меня ничего больше не беспокоит.
— Все отлично. Хочу к себе, ненавижу больничные палаты, — ответила я, пытаясь встать с кровати. Свесив ноги с кровати, я осторожно встала на ноги, голова слегка кружилась.
— Сядь обратно, — недовольно приказал Геллерт, вставая со своего места.
— Ты куда? — спросила я, но Геллерт не ответил, скрываясь за дверью.
Последовав его совету, я все же села обратно, зажмурившись. Перед глазами начали плясать черные точки. Похоже, я переоценила свои силы. Но, главное - никому не показывать свою слабость и покинуть это место, которое действовало на меня угнетающе. Всю ночь мне снились кошмары: странные картинки каких-то темных помещений и решеток. Вздрогнув от воспоминаний, я осмотрела кровать и заметила свои вещи, аккуратно сложенные в стопку на тумбочке.
Встав, но держась за кровать на всякий случай, я взяла одежду и скрылась за ширмой, быстро стаскивая больничную пижаму, ужасного желтого цвета. Представляю, как я в ней смотрелась. Быстро натянув брюки, я едва успела просунуть голову через широкий ворот свитера, как дверь открылась, и в комнату кто-то вошел. Расправив свитер, я подошла к кровати и опускаясь на нее, чтобы зашнуровать ботинки.
— Венера? Почему вы не в постели? Я вам не разрешала покинуть лечебницу, — раздался осуждающий голос колдомедика, а я только пожала плечами.
— Я уже в порядке, хочу вернуться к себе. У нас на носу экзамены, нужно готовиться, — продолжая свое занятие, ответила я.
— Позвольте мне провести последний осмотр и будете свободны, — недовольно поджав губы, сказала Наталья.
Тяжело вздохнув, я села на кровати и в ожидании уставилась на госпожу Тошеву.
— Господин Розье, на выход.
Но он просто задвинул ширму и сел на соседнюю кровать, создавая нам какую-то иллюзию уединения.
Только покачав головой, женщина приступила к осмотру, проводя надо мной палочкой, применяя какие-то заклинания. Когда она закончила, то, велев мне ждать, вышла в какую-то комнату, чем-то там гремя.
Вернувшись с двумя пузырьками зелий, заставила их выпить. Первое было восстанавливающим, а второе было мне незнакомо.
— Что это?
— Восстанавливающие зелья.
— Это первое, а второе? Это не рябиновый отвар, хоть в него и входит кровь саламандры.
Брови женщины удивленно взлетели вверх, а Геллерт прыснул в кулак.
— Это укрепляющий раствор.
— Вы не отрицаете, что здесь возможны волшебные ранения? — спросил Геллерт, а я напрягла память, пытаясь что-нибудь вспомнить про это зелье.
— Господин Розье, мы с вами это уже обсуждали, — безапелляционным тоном ответила Наталья. — Можете быть свободны. Зайдите ко мне завтра, Венера, на последний осмотр. И сегодня никаких уроков, вам лучше отдохнуть.
Кивнув женщине, я аккуратно поднялась на ноги, накинув мантию и поднимая со стула сумку. Геллерт тоже встал со своего места, и мы вышли из лечебницы, направляясь в сторону общих комнат. Парень забрал у меня сумку, и в полной тишине мы дошли до моей комнаты. Внутри никого не было, подруги сейчас были на занятиях, как и все остальные студенты, поэтому мы никого не встретили по пути. К слову, мне пришло в голову, что вовсе не все студенты были на занятиях.
— Ты пропускаешь уроки? — рухнув спиной на постель и раскинув руки в стороны, спросила я у Геллерта.
— Уход и Травологию, как-нибудь переживу, — отмахнулся тот, присаживаясь на край кровати. — Поговорим?
Нахмурившись, я глубоко вздохнула. События в больничной палате я прекрасно помнила, а за непредвиденную истерику перед Розье мне было очень стыдно. К тому же, откуда возникла эта паника, я не могла объяснить даже самой себе.
— О чем? — невинно спросила я, включая дурочку, хотя Геллерт терпеть не может, когда я так делаю.
Развалившись вдоль кровати, и подперев голову одной рукой, он скептически на меня посмотрел.
— Что тебя вчера так напугало? — спокойно поинтересовался Геллерт, хотя я видела, как заходили желваки на его челюсти. Да, терпение не сильная черта Розье. В этом они с Виктором даже чем-то похожи.
— Не знаю, — ответила я, устремив взгляд в потолок, разглядывая лепные орнаменты. — Давай, просто назовем это посттравматическим синдромом и забудем о нем. Идет?
— И ты не хочешь в этом разобраться?
— Мерлин, да в чем тут разбираться? В том, что я приложилась хорошо головой? Так тут ты можешь раздать себе аплодисменты. Ты был прав, когда говорил, что у меня две левые ноги, и я умею попадать в неприятности, — пробурчала я, уже начиная злиться. Почему просто нельзя помочь мне это побыстрее забыть?
— А змея? Где Тия?
При упоминании моей питомицы у меня снова разболелась голова, а в сознании всплыли карие-то страшные картинки из сегодняшнего сна. Извивающаяся змея на темном полу, очень похожая на мою. Покачав головой, я снова попыталась вспомнить, когда последний раз видела ее, но не могла этого сделать. В комнате ее тоже не было, иначе бы она ко мне уже приползла.
— Я не знаю, не помню. Возможно, она где-то охотится. Или съела слишком большую добычу, а сейчас ей нужно много времени, чтобы все переварить. Ты ведь помнишь, что зимой она пропала так на неделю, — произнесла я, садясь на кровати и повернувшись к парню лицом. Этот разговор мне не нравился, как и такой придирчивый Розье, и я решила немного схитрить.
— Геллерт, — позвала я парня, дрожащим голосом. Пустить слезу сейчас было не так уж и сложно, учитывая мое состояние. — Пожалуйста, хватит расспросов. Почему нельзя просто помочь мне это все забыть?
Эффект не заставил себя долго ждать. Парень тоже сел, и протянув руку, притянул меня одной рукой к себе, а я облегченно вздохнула. Пожалуй, его объятия сейчас были лучше любого зелья. Было немного стыдно за свою хитрость, но сейчас он немного перегнул палку.
— Прости. Я просто вчера чуть с ума не сошел, — ответил Геллерт, показывая свою руку.
Под браслетом кожа была немного краснее, и вокруг запястья была едва заметная красная полоска.
— Что это? — спросила я, проводя по поврежденной коже кончиками пальцев.
— От холода. Браслет среагировал, обжигая меня холодом.
— Извини, я не хотела, — тихо пробормотала я.
Вчера вечером он выглядел очень взволнованным, как и сегодня утром, а тени под глазами действительно говорили о том, что он переживал.
— Ничего, не стеклянный, не сломаюсь. Не ходи никуда одна больше, идет?
— Идет, — тихо согласилась я и немного толкнула его в грудь, чтобы он откинулся назад.
Примостившись у него на груди я закрыла глаза, а Геллерт поудобнее меня обнял.
— Ты хоть спал ночью?
— Угу, — невнятно буркнул он.
— Часа два.
— Чокнутый, — хмыкнула я.
Раз уж мне не надо сегодня на занятия, а Розье в принципе решил их проигнорировать, то я не стала себе отказывать в возможности немного поспать.
— Ты уверен, что не собираешься идти на занятия? — спросила я, но ответом было размеренное тихое дыхание.
Аккуратно подняв голову, я увидела, что Геллерт уже крепко спал. Улыбнувшись, я тоже закрыла глаза. В памяти сразу всплыл вечер после первой победы в квиддич. Тогда мы тоже оказались в похожей ситуации, что спровоцировало массу шуточек от братьев Копош.
Казалось, я только закрыла глаза, как меня разбудил звук закрывающейся двери. Вздрогнув, я увидела, как в комнату вернулись девочки, которые сейчас с изумлением смотрели на Розье, который даже не проснулся.
Тихо выбравшись из его объятий, я подошла к девочкам, которые крепко меня обняли.
— Как ты? — обеспокоенно спросила Оливия.
— Уже лучше, и давайте не будем говорить про все эти мои шастанья по подземельям.
— Идет, — согласилась Ви, — только не делай так больше.
— А мне вот интересно, — раздался голос Ирмы, в котором слышалась усмешка. — Твое хорошее самочувствие связано со стараниями нашего колдомедика, или объятия моего брата действительно творят чудеса?
Одновременно рассмеявшись с подругами, я почувствовала, как напряжение немного спало?
— Боюсь, я не понимаю, о чем ты, — отсмеявшись, ответила я, а подруга только выразительно закатила глаза.
— Ага, так я тебе и поверила.
Я посмотрела на часы — удалось поспать почти два часа.
— Знаешь, Слизерин, на будущее, если ты в комнате с парнем, то запирай дверь, — раздался сонный голос Геллерта, а мои щеки стали красными, как сигнальные огни.
Девочки только довольно заулюлюкали, подругами еще называются.
— Хорошо, спасибо за совет, — ответила я, подходя к комоду, доставая первые попавшиеся вещи, а потом направляясь к ванной. — В следующий раз я так и сделаю, а то вдруг ты зайдешь.
И не дожидаясь какой-либо реакции, я быстро скрылась за дверью. Из комнаты раздался громкий смех девочек, и недовольный возглас Геллерта.
Продолжая тихо хихикать, я встала под горячую воду, надеясь, что она смоет все неприятные воспоминания о вчерашнем дне. Но обычная вода, к сожалению, не обладает такими чудесными свойствами, зато она сделала меня чистой, что тоже поспособствовало хорошему настроению.
Остаток дня прошел просто великолепно. Я, заявив, что не желаю вообще куда-то выходить из комнаты, уговорила друзей притащить еды с кухни сюда. Геллерт и Ирма отправились за запасами, а вернулись еще и с братьями Копош, которые притащили сливочное пиво.
— Ребят, а вы такими темпами не сопьетесь? — спросила я, когда меня выпустили из крепких и костедробительных объятий.
— Не дождешься, — усмехнулся Корнел, а Адриан только интенсивно закивал, соглашаясь с братом.
Рассевшись прямо на мягком ковре, мы принялись весело поедать принесенную ребятами еду. Мальчишки, когда были все втроем, оказались просто неиссякаемым источником веселья, смех не смолкал весь вечер. В конце которого у меня уже болел живот от смеха.
К нам даже зашел Виктор, правда, ненадолго, только спросил, как мое самочувствие, а потом покинул комнату, бросив странный взгляд на Розье.
Все страхи вчерашнего дня быстро таяли, словно снег весной, и я постепенно успокоилась. Пожалуй, друзья правы, с моим везением мне лучше не ходить пока одной. Но подозрительность Геллерта меня тоже начала тревожить, парень был прав, что-то в этой всей истории не сходилось. Быть может, я действительно чего-то не помню.
Покачав головой, я снова вернулась в реальность, выныривая из своих тяжелых мыслей. Адриан как раз рассказывал, как почти пять лет назад они оказались в Венгрии с отцом, который там искал гнездо погибшей самки Венгерского Хвосторога где-то в горах. Но, вместо драконьей кладки они нашли выводок из двух маленьких дракончиков.
Я поймала на себе внимательный взгляд Геллерта, который вопросительно поднял бровь. Похоже, мое замешательство не осталось незамеченным. Улыбнувшись, я снова покачала головой, давая понять, что ничего не произошло, а потом переключила внимание на рассказ братьев. Про маленьких драконов было очень интересно слушать, особенно, когда ребята описывали, как им удалось их даже подержать на руках.
Все разошлись уже далеко за полночь, абсолютно не заметив, как быстро пролетело время. Мальчишки ушли, недовольно сетуя, что у них первой парой завтра Трансфигурация, на которую нельзя было опаздывать. Зато у меня с утра был урок полетов, который мне разрешалось не посещать потому, что я играю в школьной команде, и нам хватает тренировок, которые не прекращались даже после последнего матча.