Предательство.
«Иногда, чтобы спасти тех, кого любишь, приходится стать тем, кем ты поклялся не быть.»
Я бежала, спотыкаясь о камни и корни, но не смела остановиться. Адреналин гудел в ушах, заглушая грохот — в небе кружили самолёты П.О.Р.О.К, безжалостно разрушая всё вокруг. Я метнулась за груду ящиков, внутри которых были разложены странные камни — будто коллекция чего-то древнего и ценного.
Внезапно прямо передо мной с рёвом опустился корабль. Его нижняя платформа раздвинулась, и изнутри вышла женщина — та самая, с которой раньше разговаривал Дженсон. Я даже не успела осознать, как к ней подвели ребят. Их усадили на колени, грубо связав руки — так быстро, так хладнокровно, словно всё было заранее спланировано.
Не думала, что всё закончится именно так, — тихо сказала женщина, выходя из корабля. В её голосе звучала горечь. — Где Оливия?
Мы не знаем, доктор Пейдж, — резко бросил Дженсон.
Не успел он договорить, как к строю пленных вывели Минхо. Его грубо опустили на колени — он яростно сопротивлялся, вырывался, но сопротивление быстро пресекли. Моё сердце сжалось. Он был жив, но как долго это продлится?
Позади раздался приглушённый шорох. Я резко обернулась — из-за обломков показались Бренда и Хорхе.
Нужно убираться отсюда, — прошептал Хорхе, склонившись ко мне.
Нет, — отрезала я. — Я не могу их бросить.
сказала женщина и посмотрела на Дженсона.
Я всё же хочу увидеть Оливию, — холодно произнесла женщина, медленно переведя взгляд на Дженсона.
Он кивнул, не проронив ни слова. Спокойно, почти лениво, он вытащил из внутреннего кармана пистолет и подошёл к Минхо. Тот поднял голову, в глазах — злоба и упрямство, но руки оставались связаны.
Лия, — громко сказал Дженсон, обращаясь в пустоту, но точно зная, что я где-то рядом. — Я знаю, что ты здесь. Слышишь меня.
Я замерла за укрытием, дыхание сбилось, сердце билось как сумасшедшее. Он продолжил, словно вёл торг:
Насколько я понимаю, он тебе дорог. Очень дорог. - мужчина улыбнулся.
Он остановился, усмехнулся и поднял руку. Холодное дуло пистолета легло прямо ко лбу Минхо.
Так что выбирай, — прошипел Дженсон. — Он...
По коже пробежалась мурашки. Этого нельзя допустить.
Обратный отсчёт, — спокойно произнёс Дженсон, играя словами, будто это был просто спектакль. — Три... два... оди—
Он не успел закончить. На его лице уже расплывалась торжествующая улыбка, когда я закричала:
Я тут! - Я вышла из укрытия, медленно, с поднятыми руками. Воздух казался тяжёлым, как свинец, а каждый шаг давался с трудом.
Ух ты, как быстро, — протянул Дженсон, убирая пистолет обратно в кобуру. — Умница. Значит, догадки оказались верны.
Я старалась держаться прямо, но внутри всё сжималось. Женщина, стоявшая рядом с кораблём, сделала несколько шагов ко мне, изучая меня с едва заметной улыбкой.
Оливия, — мягко сказала она. — Рада тебя видеть. Ты, наверное, уже и не помнишь меня.
Я смотрела на неё, и слова застревали в горле. Но потом воспоминание пронеслось вихрем: старые фото, запах её духов, голос из детства...
Т… — мой голос дрогнул. — Тётя Ава...
Тишину пронзил ошарашенный крик:
Что?! — Томас округлил глаза, не веря своим ушам.
Тётя Ава?! — вторил ему Майкл, ошеломлённо переводя взгляд с меня на женщину.
Мир, который я знала, начал трещать по швам. Всё стало гораздо сложнее, чем я могла представить..
Я не смогла найти в себе сил обернуться. Не хотелось видеть их лица — страх, боль, разочарование. Всё это было бы невыносимо.
Заводите всех пленных на борт, — скомандовала Ава Пейдж, не повышая голоса, но в её тоне не было ни капли сомнения. Её слова были приказом, не подлежащим обсуждению.
Прошу… — сорвалось с моих губ. — Оставьте их. Я поеду с вами. Сделаю всё, что вы скажете, всё... только не трогайте их...
Последние слова едва различимо сошли на шёпот. Я уже не умоляла — я отдавалась в жертву.
Ава остановилась. Медленно обернулась ко мне. Её взгляд оставался таким же — холодным, строгим, непроницаемым, как будто она уже знала, что я скажу. Несколько секунд молчания повисли между нами, а затем:
Хорошо, — коротко бросила она, затем повернулась и пошла в сторону корабля. — За мной.
Я сглотнула, выпрямила спину, пытаясь подавить дрожь в теле. Сделала шаг, потом ещё. Шаги казались тяжелее, чем прежде. Вдалеке взмывали в небо последние самолёты П.О.Р.О.К, оставляя за собой полосы дыма и грохот турбин. Наш корабль был почти последним.
На трапе я остановилась и всё-таки обернулась.
Они уже стояли на ногах. Связи были сняты. Томас, Минхо, Майкл, остальные... Их взгляды прожигали меня насквозь. В них читалась растерянность, гнев, предательство. Они не понимали, зачем я это делаю — и, быть может, не простят.
Чёртова предательница. - прошипел Ньют.
Я почти дошла до входа в корабль. Металлический трап под ногами вибрировал от работы двигателей — через секунду мы должны были взлететь. Но вдруг воздух разрезали резкие, оглушительные выстрелы.
Автоматная очередь. Затем ещё одна. И взрыв.
Я обернулась — вдалеке, прямо на крыше старой бронированной машины, стояли Бренда и Хорхе. На крыше было установлено тяжёлое импровизированное орудие. Хорхе держался за руль, а Бренда вела огонь, точно и без пощады. Пули рвали воздух, срикошетив от корпуса корабля и заставляя солдат бросаться в укрытие.
Началась паника.
Огонь! Перекрыть сектор! — заорал кто-то из солдат.
Солдаты моментально бросились в движение. Двое схватили меня за руки, их щиты закрывали меня от пуль. Всё было размыто — крики, выстрелы, грохот.
Быстрее! — скомандовал один, и меня буквально втолкнули внутрь корабля.
Я споткнулась, ударилась плечом о стену, но устояла. Дверь тут же захлопнулась за моей спиной с резким шипением. Мир снаружи отрезало. Внутри всё задрожало, металл завибрировал под ногами. Корабль подался вперёд — и мы взлетели.
***
***
Один единственный уцелевший город. Корабли приземлились именно туда. Дженсон вышел первым призывая за собой Терезу и меня. Я молча проследовала за ним. Я их предала..
Мы вошли в лифт какого-то здания и поднялись на 10 этаж. Как объяснил Дженсон тут наши комнаты. Сначала он завел меня в мою, и потом повел Терезу.
Комната была белоснежной, просторной, почти стерильной. Слишком чистой, слишком правильной — не жилая, а будто выставочная. Больше напоминала дом из будущего, чем просто комнату. Высокие потолки, гулкая тишина и глянцевые поверхности создавали ощущение, что я нахожусь не в безопасном месте, а в тщательно продуманной ловушке.
Я подошла к огромному панорамному окну. Отсюда открывался захватывающий, но тревожный вид: край города, а за ним — бескрайняя пустыня. Где-то там были они. Томас. Минхо. Майкл. Свободные… пока что.
Мысль об этом кольнула в грудь.
Вдруг раздался мягкий, но отчётливый стук в дверь.
Я медленно подошла и заглянула в глазок. Там стояла Тереза.
Давай поговорим, прошу... — сказала она, когда я открыла.
Я молча отступила, позволяя ей войти. Направилась на кухню — не для того, чтобы что-то приготовить, а просто чтобы занять руки. Тереза тихо последовала за мной, её шаги почти не звучали в этой безупречной тишине.
Оливия… — начала она, осторожно, будто каждое слово могло обжечь. — Я работаю здесь. И ты… ты тоже работала, до того как тебя отправили в Лабиринт. Послушай… ты можешь нам помочь. Мы вместе можем вылечить людей от Вспышки. Вместе — найти лекарство.
Я резко повернулась к ней, глаза загорелись от гнева.
Вылечить? — выкрикнула я. — Убив при этом столько людей?!
Её лицо дёрнулось, но она не отступила. Лишь тяжело вздохнула и села на ближайший стул.
Мы никого не убиваем, — проговорила она почти шепотом. — Но если ты откажешься, они найдут Томаса. Найдут остальных. И, поверь мне... то, что с ними сделают, ты не хочешь знать.
Тишина опустилась, тяжёлая, глухая. Я стояла, сжав ладони до боли. Мысли метались, как раненая птица в клетке. Стены вокруг будто сдвигались, сжимая пространство.
Я не ответила. Просто села. Пять минут. Десять. Часы казались растянутыми. Я не могла их спасти. Но могла хотя бы дать им шанс.
Я кивнула. Без слов.
Это был мой выбор. Ради них.