16 глава
Я в очередной раз пришла в больницу. В палате кружил запах духов мамы. Она ухаживает за собой даже в таком положении.
— Держи.— женщина протягивает мне белый конверт.— Я обещала твоему отцу, что отдам это тебе, когда всё будет рушиться.
— Что там?— я начала открывать конверт, но мама резко остановила меня.
— Не сейчас.— прошептала она.— И не здесь.
Я кивнула и убрала вещь в карман кофты. Мама улыбнулась и расслабилась, удобнее устраиваясь в постели.
— Когда тебя выпишут?
— Знаешь, Евгения, с огнестрельным ранением с печень так просто не отпустят.— засмеялась женщина.— На мне так быстро ничего не заживает, как на тебе.
Я сжала губы и опустила голову. Да, раны быстро затягивались, но шрамы от них напоминали о себе.
— На мне живого места нет. Везде отметины.— произнесла я хриплым голосом.
— Время лечит.— она взяла меня за руку.
— Нет.— чётко и строго.— Время ранит и заставляет рану кровоточить.
Я смотрела на маму, её лицо было таким спокойным, будто ничего и не происходило. Я знала, что она старается быть сильной, но в её глазах я читала ту же боль, которую чувствовала сама.
— Мам, ты не должна переживать за меня. Я справлюсь. — сказала я, хотя внутри меня всё сжималось от страха.
— Я переживаю не только за тебя. — ответила она, её голос стал чуть тише. — Я тоже хочу, чтобы всё наладилось.
Я снова посмотрела на конверт, который прятала в кармане. Он давил на сердце, словно ожидание чего-то важного, что могло изменить всё.
— Что там? — наконец спросила я, хотя знала, что она не ответит.
— Там всего лишь слова.— произнесла она, улыбнувшись, но в её улыбке не было радости. — Но иногда слова могут быть тяжелее, чем любые ранения.
Я опустила взгляд, не зная, что и думать. Время действительно ранило. Оно забирало всё, что было дорого, и оставляло лишь шрамы.
— Мам...— начала я, собираясь сказать что-то важное, но остановилась. Слова застряли в горле, словно не хотели покидать меня.
Она сжала мою руку, и я почувствовала тепло, которое передавала мне, несмотря на все испытания.
— Мы с тобой справимся. — произнесла Громова, и на мгновение мне показалось, что её уверенность могла бы исцелить.
Я кивнула, хотя сама не была в этом уверена. Внутри меня продолжала бушевать буря, и я знала, что мне нужно время, чтобы разобраться в себе.
— Когда ты выпишешься, мы обязательно поговорим о том, что в конверте.
Мама улыбнулась, и я увидела в её глазах искорку надежды. Но я знала, что всё это лишь временное облегчение. На самом деле, впереди нас ждала дорога, полная шрамов и испытаний, и я не была уверена, что смогу пройти её.
***
— Кто же это пришёл?!— вскрикнул радостный отец.— Моя умница дочка, Евгеша!
Я заулыбалась и кинулась в объятья папы. Он уже давно поправился, поэтому мог с лёгкостью чуть приподнять меня.
Отец поставил меня обратно на пол и поправил прядь моих волос. Анжела прошла мимо, с осуждением глянув на меня. После той ссоры мы с ней не говорили. Сестра, если её так ещё можно назвать, не хочет со мной контактировать и считает, что все в семье страдают из-за меня. Анжеле не нравится, что наш папа любит меня.
— Давай поговорим.— тихо говорю я и тяну отца в свою комнату.
— Как скажешь.
Как только я открыла дверь, запахло моими духами. Свет из окон, их недавно снова вставили, лился на пол. Я села на кровать, отец устроился рядом.
— Анжела меня ненавидит.— начала я.
— Нет! Ты что такое говоришь?— папа заботливо притянул меня к себе.— Ты же её знаешь. Перебесится.
— Я думаю, что она права.— произнесла я, сама боясь эти слова.— Если бы я не появилась в этом доме, в этом городе, всё было бы хорошо. Анжела была бы единственным ребёнком в семье, и ты был бы в порядке.
— Евгеша, посмотри на меня.— отец взял меня за плечи.— Много лет назад я выбрал свой путь. В девяностые мы с твоим папой творили ужасные вещи. Другой жизни у меня бы и не было. Когда ты родилась, то меня хотели сделать твоим крёстным. Но не успели, враги наступали со всех сторон, вам пришлось бежать и скрыться. А потом Диму убили, и ты, как и задумывалось, оказалась у меня. Да, у меня уже тогда был ребёнок. Анжеле было шесть. Но и ты тоже моя дочь. Я люблю тебя, как свою. Никто и ничто этого не изменят.
Я смотрела в глаза отца и чувствовала, как его слова проникают в меня, словно теплый солнечный свет, пробивающийся сквозь облака. Он всегда умел находить нужные слова, чтобы успокоить и поддержать. Но в этот момент, несмотря на его уверенность, я не могла избавиться от чувства вины, которое гнало меня в угол.
— Папа, я понимаю, что ты меня любишь, и я тебя люблю, но... — я замялась, пытаясь выбрать правильные слова, — Анжела права. Я вижу, как она страдает из-за меня.
— Она не понимает, что любовь не делится на части. — сказал отец, и я кивнула, но все равно чувствовала, что между нами есть что-то, что мешает мне быть по-настоящему счастливой.
— А как же я? Как мне быть с этим? — спросила я, искренне желая услышать ответ.
— Просто будь собой, Евгеша. Ты не должна прятаться или извиняться за то, что ты есть. Но ты должна быть осторожной, особенно с тем, кого выбираешь. — его голос стал серьезным, и я почувствовала, как внутри меня заколебался страх.
— О чём ты? — спросила я, хотя в глубине души знала ответ.
— Я говорю о Кислове. Я знаю, что ты с ним так и встречаешься. — папа взглянул на меня, и в его глазах я увидела понимание и заботу. — Но ты должна понимать, что в нашем мире отношения могут быть опасными. Противники могут использовать его, чтобы причинить тебе боль.
Я не могла удержаться от улыбки при упоминании Кисы. Он был для меня не просто парнем; он был тем, кто заставлял сердце биться быстрее, кто вызывал во мне надежду на светлое будущее.
— Я знаю, пап. Но Ваня — хороший человек. Он не имеет ничего общего с нашей семьей и нашими проблемами. Он просто... он просто понимает меня. — сказала я, и в моем голосе звучала решимость.
— Ты должна быть уверена в своих чувствах. — ответил отец, и я почувствовала, как его рука мягко сжала мое плечо. — Если ты действительно его любишь, то, возможно, стоит поговорить с ним об этом. Но будь осторожна.
— Мы всё обсудим, — произнесла я, и в душе у меня разгорелась искра надежды. — Мы с Ваней решим все вместе.
— Если ты уверена, что он достоин твоей любви, я не стану тебе запрещать. Но помни, что любовь — это не только радость, но и ответственность. — произнес папа, и я кивнула.
***
Я лежала на грудки у парня и вырисовала пальцем узоры на его голом теле. Мы лежали в его комнате. Пока тётя Лариса была у подруги, где и останется ночевать, Ваня решил устроить нам один спокойным вечер.
— Химичка никогда не уволится.—усмехнулся Кислов. — Эта старуха ещё будет наших детей учить.
— Точно.— посмеялась я.
«наших детей»
Я безумно хочу семью. Хочу воспитывать детей, провожать их в школу и помогать в домашними заданием, вечером встречать мужа и целовать его в щёку, потом ужинать всем вместе на просторной и красивой кухне.
Я больше не хочу бояться за жизнь своих близких. Мне больно и тяжело осознавать, что в любой момент я могу остаться одна.
Я продолжала рисовать пальцем узоры на коже Кисы, чувствуя тепло его тела под собой. Мы были в своем маленьком мире, где только мы двое и никаких забот. Ваня обнял меня крепче, и я ощутила, как его дыхание стало чуть ровнее.
— Знаешь.— произнесла я, всматриваясь в его глаза. — Мне иногда кажется, что у нас будет такая жизнь.
Он приподнял брови, как будто не веря, что я осмелилась это сказать.
— Какая именно?
— Семья. Дети. Все такое. — я улыбнулась, но в глубине души было немного страшно. — Мне хочется, чтобы наши вечера были такими же тихими, как сейчас. Чтобы мы собирались за ужином, смеялись и обсуждали, как прошёл день.
Парень смотрел на меня, и я чувствовала, как его взгляд проникает в самую душу.
— А ты не боишься? — спросил Кислов, слегка приподняв уголок губ. — Что может быть не так?
— Бывает страшно. — призналась я. — Но я не хочу жить в страхе. Хочу верить, что мы справимся с любыми трудностями вместе.
Ваня кивнул, и в этот момент мне показалось, что мы действительно можем построить такую жизнь. Я снова провела пальцем по его коже, и на мгновение все тревоги исчезли.
— Давай просто наслаждаться моментом. — сказал Киса.
Я согласилась. В этот вечер, в тишине его комнаты, мы были просто двумя молодыми людьми, которые мечтают о будущем. И хотя мысли о будущем порой пугали, в его объятиях я чувствовала, что не одна.
— Вань...
— М?
— Прости меня.— тихо сказала я.
Кислов поднялся и серьёзно просмотрел на меня. А я продолжила:
— Я знатно потрепала тебе нервы. Я пыталась расстаться с тобой множество раз. Ты переживаешь огромный стресс, встречаясь со мной. Смерть буквально всегда рядом со мной, и я не знаю, как прогнать её. У моей семьи полно тайн и врагов. Они все хотят наших стараний. Прости меня за то, что я не могу дать тебе спокойные и счастливые отношения.
Ваня молчал, и в тишине комнаты я могла слышать, как стучит моё сердце. Его взгляд был внимательным, проницательным, и я чувствовала, как он хочет понять, что творится у меня внутри.
— Котёнок. — наконец произнёс парень. — Я не собираюсь отказываться от нас. И ты это прекрасно знаешь. Да, иногда тяжело, но я не боюсь. Мы можем справиться с этим вместе.
Я прижалась к нему ближе, и его тепло обняло меня, как уютный плед.
— Я хочу, чтобы у нас была жизнь, полная счастья, а не постоянных испытаний. Иногда мне кажется, что я тяну тебя в пропасть вместе с собой. — произнесла я, чуть заплетаясь в словах.
Киса поднял мой подбородок, заставляя смотреть ему в глаза.
— Мы не в пропасти, Женя. Мы на краю чего-то нового. Я не боюсь. Я готов быть с тобой, даже если будет трудно.
Его уверенность была словно бальзам на мою душу. Я улыбнулась, но слёзы всё равно подступили к глазам.
— Я просто хочу, чтобы ты был счастлив. Я не хочу, чтобы из-за меня ты страдал.
—Ты — причина моего счастья.— сказал он, слегка покачав головой.
Я всматривалась в его лицо, и на мгновение все страхи и сомнения растворились в его взгляде. Внезапно мне стало легче, как будто Кислов снял с меня бремя, которое я так долго несла.
— Ваня... — прошептала я. — А если всё будет не так, как мы мечтаем?
Он усмехнулся, но в этом не было насмешки, только уверенность.
— Если будет не так, мы всё равно справимся.
Я кивнула, и в этот момент поняла, что его слова — это не просто обещания. Это была верность, готовность идти вперёд, несмотря на любые преграды.
— Давай просто будем здесь и сейчас.— тихо предложила я.
Парень обнял меня крепче, и я почувствовала, как вокруг нас образуется невидимая оболочка, защищающая от всего, что может нас ранить.
— Ты — моя мечта. — произнёс Ваня, и в его голосе была такая искренность, что я не могла не верить.
***
В комнате было тихо, только ветер выл за окном. Это место было моим домом с семи лет. Я почти не помню жизнь в Питере, когда я была маленькой. Знаю, что меня бы убили, как только бы я начала контактировать с обществом. Папа в один вечер рассказал мне, что, когда я родилась, меня не выпускали из дома. Мама и биологический отец были помешаны на моей защите. Но в однажды Дмитрия Громова убили, и его жене пришлось отправить меня в «ссылку». Именно тут, в Коктебеле, я прожила лучшие годы своей жизни. У меня было прекрасное детство, и я благодарна за это.
Я медленно поднялась с постели и прошла в гардеробную. Там я отыскала кофту и вытащила из кармана конверт. Я села на маленький пуфик около шкафов и начала читать.
«Привет, мой светик!
Это пишет твой папа. Я попросил маму передать тебе это письмо, когда я буду нужен, а рядом меня не будет. Да, возможно, я уже не с тобой, но ты справишься с этим.
Когда ты родилась, и я впервые взял тебя на руки, я испытал невероятные чувства. Это воспоминание навсегда останется в моем сердце.
Ты такая озорная и жизнерадостная! Сейчас тебе уже шесть, хотя кажется, что все десять! Ты прекрасно читаешь и рассказываешь стишки. А как ты поешь песни — это просто чудо!
Недавно я наблюдал, как ты играла в саду. Согласен, что охрана вокруг тебя может показаться излишней, но она необходима. В последнее время нас окружают опасности, и я чувствую, что скоро может случиться что-то нехорошее. Мне нужно подготовиться.
Я пишу тебе это на случай, если меня не станет. Если ты читаешь это письмо, значит, я действительно ушел. Поверь, я сделаю все, чтобы ты была счастлива, даже если это будет стоить мне жизни.
Мама может действовать иначе, чем я, но она все равно твоя мать. Она любит тебя не меньше меня. Я люблю вас обеих и хочу, чтобы вы были вместе, несмотря ни на что.
Кстати, у тебя есть старший брат. Его зовут Вадим. Он очень хочет с тобой познакомиться, но пока я не могу этого позволить. Обстоятельства таковы, но вскоре все изменится, и вы сможете быть вместе.
Я предполагаю, что, когда ты читаешь это, ты уже взрослая, а не маленькая девочка, играющая с куклами. Ты, вероятно, влюбилась. Мой совет: оставайся рядом с тем, кого любишь, и борись за свои чувства, если это необходимо.
Помни, моя маленькая, что сила — это не только физическая мощь, но и внутреннее мужество. В жизни будет много испытаний, и иногда тебе придётся принимать трудные решения. Но знай, что в каждом из них скрыта возможность стать лучше, мудрее и сильнее.
Будь опорой для тех, кто рядом с тобой. Иногда людям нужно просто знать, что они не одни. Улыбка, доброе слово или простое присутствие могут сделать чудеса. Заботься о своих друзьях, поддерживай их в трудные времена, и они ответят тебе тем же.
Старайся быть терпимой и понимающей. Каждый из нас проходит свой путь, и иногда мы не можем понять, через что проходит другой. Не суди слишком строго — лучше попытайся понять и поддержать.
Также не забывай о своих мечтах. У тебя есть право на счастье и на то, чтобы стремиться к тому, что тебе дорого. Будь настойчивой и не бойся ошибаться. Ошибки — это часть пути, и именно они делают нас сильнее.
Семья — это важнейшая опора в жизни. Храни связь с мамой, Вадимом и всеми другими близкими. Даже если иногда возникают разногласия или недопонимания, старайся находить компромиссы. Любовь и поддержка — это то, что всегда поможет преодолеть любые трудности.
Я верю в тебя, мой светик. Жизнь может быть непредсказуемой, но с твоей силой духа и добротой сердца ты сможешь справиться со всем, что встретится на твоем пути. Я всегда буду с тобой в твоем сердце, и моя любовь будет оберегать тебя.
Будь сильной, Женечка!
С любовь, твой папуля.»
Я медленно отложила письмо в сторону, и в голове у меня зашумело. Слова отца продолжали звучать в моих ушах, словно эхом отразившись от стен гардеробной.
Я не могла поверить, что он действительно написал это для меня. Все эти воспоминания о его любви и заботе, о том, как он гордился мной, заполнили меня теплом и одновременно внезапной грустью.
Слёзы накатили на глаза. Я чувствовала себя одновременно сильной и уязвимой, как будто его слова были щитом, защищающим меня от внешнего мира, и одновременно напоминанием о том, как много я потеряла. Я всегда знала, что он меня любил, но теперь, когда я читала это, его любовь звучала так ясно и сильно, что мне казалось, будто он сидит рядом и говорит это мне в лицо.
Но потом мысли о том, что его больше нет, накрыли меня, как волна. Я чувствовала, что меня охватывает страх и одиночество. Как же мне справиться с этим? Как жить с его отсутствием, когда он был моим оплотом и защитой? Я знала, что он хотел, чтобы я была сильной, но как можно быть сильной, когда сердце разрывается от боли?
Я глубоко вздохнула, пытаясь успокоиться. У меня есть папа, Артём Бабич. Он всегда учил меня не сдаваться, не бояться трудностей и бороться за то, что важно.
Я встала с пуфика и вышла обратно в комнату, подошла к окну. Ветер все еще выл за окном, но теперь это звучало как призыв. Призыв быть сильной, как хотел «папуля». Я решила, что буду бережно хранить это письмо, как памятник его любви и веры в меня. Я буду бороться за свои мечты и за свою семью, даже если это будет трудно.
Собравшись с мыслями, я почувствовала, как внутри меня начинает зарождаться решимость. Да, мне нелегко, но я не одна. У меня есть мама и папа, у меня есть брат, и я знаю, что отец всегда будет со мной в моем сердце. Я буду сильной ради него и ради нас.
— Женёк— дверь медленно открылась, и в комнату зашёл Вадим.— Надо поговорить.
— Хорошо.— кивнула я.
Брат протянул мне флежку.
— Это тебе мама передала.— тихо произносит парень.
— Поняла. Я сегодня вечером собиралась к ней в больницу. Почему она мне сама не отдала?
— В больницу больше не нужно.
Словно в замедленной съемке, я смотрела на Вадима, не понимая, что он только что сказал.
— Что ты имеешь в виду? — спросила я, хотя внутри меня уже что-то сломалось.
Я внутренне чувствовала, как меня охватывает холод, и страх начал подниматься, как волна.
Парень глубоко вздохнул, его глаза затуманились, и я поняла, что он собирается сказать что-то ужасное.
— Женёк, твоя мама... она умерла. Случилось осложнение, и врачи не смогли её спасти.
В этот миг мир вокруг меня рухнул. Я не могла дышать. Я почувствовала, как ноги подкашиваются, и я опустилась на кровать, как будто вся сила покинула меня.
— Нет! — закричала я, не веря в это. — Она не могла уйти! Она должна была выжить!
Слёзы полились по щекам, и я не могла их остановить. Я чувствовала, как внутри меня разрывается что-то важное, как будто в сердце образовалась пустота, которая заполнилась горем и отчаянием. Я была не готова к этому.
— Почему? Почему это произошло? — всхлипывала я, теряя контроль. — Она же обещала, что всё будет хорошо!
Брат обнял меня, но я не могла принять его утешение. Я чувствовала, что меня охватывает истерика. Вся обида, страх и горе слились в один ком, который заполнил меня целиком. Я не знала, как жить без неё, как продолжать дальше. Мама всегда была рядом, и теперь её не стало.
— Я не смогу... я не смогу без неё! — кричала я, зарыдав в плечо Вадима.
Я чувствовала, как он крепко сжимает меня, но даже его поддержка не могла заглушить ту боль, которая разрывала меня на части. Я была потеряна, как корабль без компаса, брошенный в бурное море.
—Ты справишься. — тихо сказал брат, но его слова казались мне пустыми.
Я была в бездне отчаяния, и мне казалось, что выхода нет. Я не хотела принимать реальность. Я не хотела верить, что больше никогда не увижу её улыбку, не услышу её голос. Эта пустота внутри меня была невыносимой, и я не знала, как её заполнить.
Я продолжала плакать, и слёзы, казалось, не заканчивались. В памяти всплывали моменты, когда мама обнимала меня, когда мы смеялись вместе. Теперь я осталась одна, и это было невыносимо.
подписывайтесь на тг канал https://t.me/awwixiiiiii (awwixi♾️)