Тени весеннего дождя

В голове были лишь одно мысли: защита близких. Эти два слова скоро сведут меня с ума. Мне плевать на всех, кроме семьи и друзей. Я не думала даже о себе, ведь если я умру, может быть от моих родных наконец отстанут. Но я не собираюсь сдаваться, я должна быть сильный. Отец хотел бы этого.

Дмитрий Громов хотел бы этого.

Я медленно крутила ручку, совсем не слушала учителя. Милая женщина рассказывала проблемы в романе «Война и мир», но в моей реальности больше войны, чем мира.

—Женя.—учительница появилась возле моей парты.—Ты где летаешь?

Я медленно подняла голову вверх и встретила взгляд учительницы. В её глазах читалось беспокойство, но мне было всё равно. Вокруг меня крутились слова о любви и дружбе, о будущих мечтах, но я была в плену своих собственных мыслей. В голове звучали крики, стоны, обрывки воспоминаний.

—Громова, ты не слушаешь меня. — сказала она мягко, но я знала, что это не поможет.

Я лишь кивнула, пытаясь вернуть себя в реальность, но мысли продолжали ускользать от меня.

Взгляд учительницы снова настойчиво напоминал мне о том, что я должна быть здесь, в этом классе, учиться, как обычные подростки. Но как можно думать о будущем, когда прошлое не даёт покоя?

Я вспомнила, как папа всегда говорил мне, что жизнь — это борьба, и что я должна быть сильной. Он говорил, что настоящая сила — это не только физическая, но и моральная. Я думала о маме, о том, сколько раз она пыталась найти выход, когда всё казалось безнадежным, даже если нужно идти по головам. Я должна была быть такой же.

—Ты можешь ответить на вопрос? — учительница снова прервала мои размышления, и я почувствовала, как все взгляды класса обратились ко мне.

— Я... — запнулась я, пытаясь вспомнить, о чём шла речь. — Я не знаю.

— Ты не знаешь или не хочешь знать? — её тон стал чуть более строгим. Я почувствовала, как что-то внутри меня сжалось.

— Может быть, и то, и другое.— вырвалось у меня, и я сама удивилась своему ответу.

В классе воцарилась тишина, и я вдруг осознала, что все ожидают, что я скажу что-то умное, что я буду такой же, как они.

— Извините.— произнесла я, поднимаясь с парты и покинула класс.

***

Дышать становится труднее, и я хватаюсь руками за раковину в школьном туалете. Я смотрю на себя в зеркало и попытаюсь успокоиться. Сердце бешено стучит, и приходит мысль, что что-то происходит. Мой организм реагирует на потенциальную угрозу.

В голове что-то щёлкает, и я уже набираю номер брата. Он отвечает только спустя долгую минуту.

— Вадим, ты сейчас где? — быстро спрашиваю я.

— Дома. — тихо отвечает он, в его голове слышу тревожность и страх. — Тебе тоже нужно здесь быть.

— Что случилось? — вырывается у меня.

— У меня есть кое-какие видео.

***

На экране ноутбука показалось лицо Леры. Я повернулась в сторону брата, он лишь медленно кивнул, показывая мне, что уже посмотрел эту видеозапись.

— Говори своё имя! — рявкнул грубый голос за кадром.

Девушка сидела на стуле с завязанными глазами, связанными руками и ногами. На ней была потрёпанная одежда, её волосы из светлых шелковистых прядей превратились в грязную солому.

— Брянкина Валерия Петровна — замученным голосом говорит она.

— Кем ты приходишься Громову Вадиму Дмитриевичу?

В этом незнакомце за кадром я узнала Владимира Ковалёва. Выходит, что он пытал и убил Леру?

— Никем. Мы с ним чужие люди.— чётко отвечает девушка.

Я отвернулась от экрана и посмотрела на брата. Вадим выглядел подавленным, но все равно молчал. В этом вся его проблема: он никогда не показывал всю свою моральную боль, которая уже давно поглотила его полностью.

— Хватит пиздеть!— взбесился Ковалёв.— Ты его подстилка! Отвечай на вопрос! Как вы с ним связаны на данный момент?

— Мы состояли в отношениях около года назад, потом он погиб. Больше мне ничего не известно.

Лера крепко держалась. Она отвечала твёрдо и решительно, но в её голосе всё равно были слышны звуки усталости и раздражения.

— Молодец. — съязвил мужчина и встал лицом перед камерой.— Громов, это я подложил бомбу тебе в машину и заставил всех думать, что это сделала твоя девка. Я знаю, что ты выжил. Сука, пёс бессмертный! А твоя малявка сестра будет также сидеть передо мной. Теперь я отомщу всем! Это не только ради моей дочери.

Видео закончилось. Я сидела, не в силах отвести взгляд от экрана. Сердце колотилось в груди, как будто пыталось выпрыгнуть наружу. В голове крутились мысли, и каждая из них резала, как лезвие.

Я не могла поверить, что Лера оказалась в такой ситуации, что её пытали, и что за всем этим стоял Ковалёв. От его слов меня передёрнуло, и я почувствовала, как по спине пробежал холодок.

— Женя, ты в порядке? — тихо спросил брат, но я не могла ответить.

Я лишь кивнула, хотя понимала, что это не так. Мой мир рушился на глазах.

— Он угрожал. — наконец произнесла я, прервав молчание. — Он уже тогда знал, что ты здесь. И он не остановится. Этот урод хочет отомстить. Но за что? Если не ради дочери, то ради чего?

Вадим смотрел в одну точку, его лицо было каменным. Я знала, что он переживает так же, как и я, но он не показывал этого. В такие моменты мне хотелось, чтобы он заговорил, чтобы поделился своими мыслями, но он оставался в себе, как всегда.

— Мы должны что-то сделать. — произнесла я наконец. — Мы не можем просто сидеть и ждать, пока он придёт за нами.

Брат повернулся ко мне, и в его глазах я увидела какую-то решимость, которая подпитывала и мои силы. Но потом он встал и включил мне другое видео.

Лиза.

Она также сидела связанная на стуле, с повязкой на глазах. Сестра выглядела потрёпанной и замученной. Её рыжие волосы были похожи на грязную кучу лисьей шерсти.

— Имя!

—Давыдова Елизавета Викторовна.—дрожащим голосом говорит девушка.

— Какого числа похороны у твоего брата.

— Двадцать третьего.

— Отлично.— посмеялся мужчина и представил к её лбу дуло пистолета.—
Любишь то сестрёнку свою?

Он давил на неё. Я смотрела на экран, будто он стал окном в ад. Лиза, моя сестра, сидела в той же ужасной ситуации, что и Лера. Я не могла поверить, что они обе оказались в руках этого чудовища. Но когда я услышала его слова, сердце остановилось.

— Ты должна убить себя на похоронах своего брата. — произнес он, и в его голосе звучала зловещая радость. — Если ты этого не сделаешь, я убью твою ненаглядную Женю.

Словно гром среди ясного неба, его угроза пронзила меня. Я замерла, не в силах поверить, что такое возможно. Я смотрела на Лизу, которая задыхалась от страха,и понимала, что она сделает всё, чтобы спасти меня.

— Нет! — закричала я, хотя знала, что она не слышит меня.

Внутри всё сжималось от боли. Я вспомнила, как она всегда была рядом, поддерживала меня, как мы вместе смеялись и плакали. Теперь же она находилась в руках этого монстра, и я ничего не могла сделать.

— Она не должна была это делать! — вырвалось у меня, и я отвернулась от экрана.

Я вспомнила похороны Олега, как она, держа в руках пистолет, прощалась с нами. Я не могла поверить, что это происходит, что она сделала это из-за угроз Ковалёва.

Вадим молчал, его лицо отражало ту же боль, что и моя. Память о Лере, которую мы нашли повешенной на балконе нашего дома, не давала мне покоя. Я не могла забыть её безжизненное тело, её пустые глаза. Она тоже была жертвой этого чудовища.

— Мы должны остановить его.— произнесла я, чувствуя, как гнев закипает внутри. — Он убил их, и он не остановится, пока не разрушит нас всех!

Брат кивнул, и в его взгляде я увидела ту же решимость, которая только что зажглась во мне. Мы не можем позволить ему продолжать. Он должен ответить за всё, что сделал. Я знала, что мы не одни, и хоть наши сердца были разбиты, мы готовы были сразиться с этим монстром. Мы должны были отомстить за Леру и Лизу.

***

Папа давно уже может спокойно передвигаться по дому. Все потихоньку приходят в себя после всех травмирующих событий, но только я и Вадим знали, что всё ещё впереди. 

Я лежала на кровати, свернувшись в клубочек, и игнорировала все звонки от Кислова. После того нападения он пытался всё выяснить, но я избегала его. И сейчас я его слушать не хочу. Я выключала телефон и бросила его на тумбу.

В комнату вошли без стука.

— Евгения, не отвлекаю?— слышу холодный голос матери.

— Смотря для чего.—отвечаю я и поднимаюсь в сидячее положение.

Женщина заходит и устраивается рядом со мной. Сначала она молчит минуты три, потом тяжело вздыхает и обнимает меня. Я затаила дыхание, а затем ответила взаимностью. Мне так сильно не хватало материнской нежности, что я без лишних слов подалась.

— Тебе тяжело.— тихо говорит она.— Я понимаю, ведь сама ни раз была в подобных ситуациях.

— Именно поэтому ты предала меня и папу?— я отстранилась.

Мама посмотрела на меня с грустью и заботой, сново вздохнула и отвернулась от меня.

— Я безумно любила твоего отца. Даже сейчас я верна ему.— начала она.— Но такова наша реальность. Олег хотел мести, он бы убил тебя, несмотря ни на что. Мой племянник был мудрым манипулятором. Твой апа хотел защитить нас. Он знал, что его убьют, поэтому просто принял это. А я не смогла. Я приняла решение отдать тебя Артёму и не ошиблась. Он стал для тебя настоящим отцом.

Я молча слушала это и не могла сказать и слова.

—Женя, поверь, со мной ты жила бы в постоянной страхе. — продолжала мама.— Когда ты сново приехала ко мне в Питер, я хотела выгнать тебя. Но не смогла. И за эти два года ты познала всю суть нашей семьи. Нам не дозволено жить спокойно. Я давно уже поняла это.

— Я хочу уехать зарницу.— тихо говорю я. — Папа сказал, что так будет лучше и безопаснее.

— Уезжай.— женщина посмотрела на меня с улыбкой.— Я прошу тебя, беги от этого. Здесь не будет спокойной жизни. Артём прав.

Я кивнула, смотря на свои руки. Я думала о своих друзьях. Я же буквально опять брошу их. Они не смогут навещать меня, так же как и я их. А что будет с Ваней? Как он это переживёт?

— Переживаешь из-за того мальчишки?— мама сново приблизилась ко мне.— Ты должна отказаться от него, как Вадим отказался от Леры.

— И что с этого?!— я вскочила с постели и посмотрела на неё с яростью.— Даже после всего этого, ты думаешь, что Вадим разлюбил Леру?!  Он бросил её, чтобы защитить! И она всё равно умерла.

— Но у тебя совсем другая история.— спокойно говорит Мария Громова.— Твой Кислов обычный школьник, он никому не нужен. А Лера сама была из криминального мира.

В любом случае кто-то будет мёртв. Мои родители остались вместе, но папа умер. Вадим расстался с Лерой, в итоге она тоже мертва. В моей семье и правда нет места любви.

***

Уроки уже давно закончились. Я сново весь день была сама не своя. Сегодня ночью мне написал Кирилл и попросил встретиться. Я не хотела приходить, ведь это может быть ловушка, но потом мне стало наплевать.

Я вышла со школы и ждала, когда приедет Тихонов. Вадиму я дала отбой. Брат, конечно, возмущался, что не он заберёт меня, а Кирилл, но потом смерился.

В толпе уставших школьников я заметила знакомую кучерявую голову.

— Женя!— крикнул Кислов.

Я посмешила в сторону выхода с школьного двора. Но парень успел схватить меня за руку и увести за школу.

— Ты что творишь?!— вскрикнула я.— Я же тебе уже всё сказала!

— Да похуй мне на всё это! Ясно тебе?!— он тоже не стал сдерживаться, кричал, что есть силы.— Ты игноришь меня с того самого дня, как на нас напали! Что мне блять думать?! На уроках ты вообще будто вся в тумане! Забирает тебя твой брат вместе со своими дружками на нескольких машинах! Сука, может на тебя вообще охота идёт! Как мне блять поступить?! Скажи мне!

— Я всё понимаю....

— Ты не понимаешь, Женя! — продолжал Кислов, его голос был полон ярости. — Ты просто взяла и сбежала, как будто всё, что между нами было, ничего не значило!

— Значило! — крикнула я в ответ, чувствуя, как внутри всё взорвалось.— Но ты не понимаешь, что я делаю это ради тебя!

— Ради меня?! — он едва не заикнулся от злости. — Ты думаешь, что я не могу справиться с тем, что у тебя происходит? Я не какой-то там слабак, которого нужно спасать!

— Ты не знаешь, с чем я имею дело! — я упрямо глядела ему в глаза. — Ковалёв может сделать всё, что его душе угодно! Он убил уже троих наших близких! Ты не понимаешь, что я не могу рисковать твоей жизнью?! Ты не знаешь, на что способны эти люди!

— А ты думаешь, что мне плевать на свою жизнь? — Киса шагнул ближе, его лицо было в сантиметре от моего. — Я не собираюсь сидеть и ждать, когда ты решишь, что можешь вернуться!

— Я делаю это, чтобы ты был в безопасности. — произнесла я, чувствуя, как слёзы подступают к глазам.

—Ты думала, что можешь просто уйти и всё будет в порядке? — Ваня рассмеялся, но смех был горьким.

— Да, я думала! — я вскрикнула, сжимая кулаки. — Я думала, что смогу защитить нас обоих!

— Защитить? — Кислов покачал головой, как будто не веря в то, что я говорю. — Хватит нести хуйню всякую! Ты думаешь, что это защита?! Бросить всё и сбежать?!

— Я не сбегаю! — я закричала, и в этот момент мне показалось, что вся школа может слышать нас. — Я борюсь!

— Ты борешься только с собой. — произнес он тихо, и в его голосе я уловила нотки отчаяния. — Мы могли бы справиться вместе, если бы ты только доверилась мне.

— Я не могу... — прошептала я, и моё сердце сжалось. — Я не могу рисковать тобой.

Тишина повисла между нами, но в ней не было покоя.

— Ты думаешь, что я слабый?! — его глаза сверкали от гнева. — Ты думаешь, что я не смогу справиться с тем, что у тебя творится?

— Я не говорила этого! — воскликнула я, но голос мой дрожал. — Ты просто не знаешь, что на самом деле происходит! Я не хочу, чтобы ты стал следующей жертвой!

— Жертвой?! — Киса приблизился ещё ближе, его дыхание горячее, а голос полон ненависти. — Ты думаешь, что я не способен постоять за себя? Я не могу просто сидеть и смотреть, как ты страдаешь!

— Ты не понимаешь, что это не просто игра! — я закричала, чувствуя, как слёзы катятся по щекам. — Это жизнь и смерть!

— Да, и я хочу быть частью твоей жизни.— он произнёс это с такой силой, что мне на миг стало страшно. — Ты не можешь просто отрезать меня от себя и думать, что всё будет в порядке!

— Неужели ты не видишь, что я пытаюсь тебя спасти? — я вздохнула, пытаясь успокоиться, но внутри всё бушевало. — Я не могу позволить Ковалёву навредить тебе!

— Почему ты всё решила за меня? — его голос стал тише, но в нём всё ещё чувствовалась ярость. — Ты не можешь просто забрать у меня выбор!

— Я не забираю твой выбор.— прошептала я, ощущая, как сердце сжимается. — Я пытаюсь сделать то, что правильно.

— Правильно для кого? Для тебя? — Ваня отступил на шаг, как будто оттолкнутый. — Ты не можешь решать, что правильно для нас обоих, Женя.

— Я знаю, что это сложно... — я попыталась объяснить, но он перебил меня.

— Сука, да хватит уже! Ты просто боишься, что я не смогу справиться с тем, что происходит!

— Я боюсь потерять тебя! — произнесла я, чувствуя, как слова рвутся из меня.

— И я боюсь потерять тебя.— его голос стал тихим, и в нём звучало отчаяние. — Но это не значит, что мы должны прятаться друг от друга.

В этот момент я поняла, что мы оба были в ловушке своих страхов. Я не знала, что делать, и единственное, что могла — это стоять и смотреть в его глаза, полные боли и разочарования.

— Возможно, ты прав.— произнесла я, сжимая губы, чтобы не заплакать. — Но мне нужно время, чтобы всё исправить и решить.

— Время? — Кислов снова шагнул ближе, и я почувствовала его тепло. — А что, если времени не будет?

Я замерла, осознавая всю безысходность ситуации. В этот миг мне стало ясно, что я не могу больше убегать.

Я хотела накинуться на парня с объятьями, но сзади я услышала голос Кирилла.

— Громова, я долго буду тебя ждать?

Я обернулась и увидела Кирилла, стоящего в нескольких метрах от нас с недовольным выражением лица. Внутри меня всё закололо от страха и волнения. Я не хотела, чтобы он видел, как я разговариваю с Кисловым, и, тем более, чтобы это привело к конфликту.

— Я не знаю.— ответила я, стараясь, чтобы мой голос звучал спокойно. — Я не собиралась задерживаться.

Тихонов шагнул ближе, его взгляд скользнул между мной и Ваней, и на его лице появилось недовольство. Я почувствовала, как напряжение нарастает.

— Что здесь происходит? — спросил он, его тон становился всё более угрюмым.

— Ничего, просто разговор.— попыталась я успокоить его, но понимала, что это не сработает.

Кислов, казалось, не собирался уходить. Он смотрел на Кирилла с яростью, которая была мне так знакома. Я чувствовала, как между ними нарастает напряжение, как будто в воздухе витала невидимая угроза.

— Свали отсюда.— произнёс Киса, его голос был полон презрения. — Я говорю с Женей.

— А ты не имеешь права с ней говорить.— ответил Кирилл, его голос стал холодным.— Вы расстались.

Я почувствовала, как всё внутри меня сжалось.

— Прекратите.— произнесла я, но это лишь добавило масла в огонь.

Кислов шагнул вперёд, его кулаки сжались, и я поняла, что он готов к действию.

— Ты не знаешь, с чем она сталкивается. — произнёс он, его голос был полон ярости. — Ты просто используешь её, как игрушку.

— А ты, похоже, забыл, кто она на самом деле! — ответил Кирилл, его голос становился всё более агрессивным. — Она не твоя собственность! И я прекрасно знаю, с чем она она имеет дело! Даже знаю больше, чем ты!

И в этот миг всё произошло мгновенно. Киса выскочил вперёд, и я увидела, как его кулак с силой врезается в лицо Кирилла. Я закричала, но звук, казалось, не доходил до них.

Тихонов отшатнулся от удара, его лицо исказилось от боли и удивления. Я смотрела на них, сердце колотилось в груди, и я не знала, что делать.

— Пацан, ты совсем охуел?! — закричал Кирилл, быстро восстанавливаясь. Он метнулся к Ване, и вскоре они начали обмениваться ударами.

Я не могла поверить, что это происходит. Мои крики не доходили до них, и я, словно замороженная, стояла, не зная, как остановить эту безумие.

— Остановитесь! — вырвалось из меня, но никто не слушал. Я бросилась между ними, пытаясь разнять их, но это лишь добавило хаоса.

—Отойди, Громова! — закричал Кислов, не отрывая взгляда от Кирилла.

Но я не отошла, а лишь схватилась за его куртку и толкнула его в сторону.

—Это ты уйди!— я тяжело дышала, закрывая собой Тихонова.— Сейчас мы с Кириллом уезжаем, а ты не лезешь.

— Да без проблем!— Киса выплюнул кровь на асфальт.— Меня это уже в край заебало!

И он и вправду ушёл.

***

Машина тихо ехала по трассе. Кирилл сидел за рулём и следил за дорогой, а мой взгляд был устремлён на его профиль.

— Зачем тебя ищет Ковалёв?— тихо спрашиваю я, будто не понимаю.

— Чтобы убить. Как будто это не очевидно.—усмехнулся парень и нервно сжал руль.

— Тогда зачем он убил Олега, Леру и Лизу.— я повернула голову в сторону окна и захлопала ресницами, желая разогнать слёзы.

Тихонов молчал, и тишина в машине становилась невыносимой. Я чувствовала, как в груди всё сжимается от страха и неопределенности. Наконец, он выдохнул, и я обернулась к нему.

— Я не знаю. — произнёс он, его голос стал хриплым. — Он не просто хочет убить тебя. У него свои счеты с твоей семьёй, и эти трое были лишь жертвами на этом пути.

Я затаила дыхание. Слова Кирилла пронзили меня, как нож.

— Это всё из-за Миланы? — спросила я, и в голосе моём звучала горечь. —Когда он напал на нас, то говорил, что ты спал с его дочкой, а любил меня.

Тихонов резко повернул голову ко мне, его глаза полные сожаления.

— Женя, я... это было глупо. Я не хотел, чтобы так вышло.

— Не хотел? — я подняла брови, чувствуя, как ярость начинает накрывать меня. — Ты просто не думал о последствиях! Ты поставил нас всех под угрозу!

— Я понимаю.— парень проговорил это с такой искренностью, что мне на миг стало тяжело. — Но всё изменилось, когда я понял, что с Ковалёвым не шутят. Милана... она просто оказалась в нужном месте в нужное время.

Я отвернулась к окну, пытаясь сдержать слёзы. Как же я ненавидела эту ситуацию! Ненавидела, что он был частью моего прошлого, и ненавидела, что Милана, милая секретарша с офиса, оказалась предательницей.

— Ты думаешь, что можешь всё просто объяснить? — произнесла я, не сдерживая эмоций. — Ты не понимаешь, что я теряю? Это вопрос о защите моих близких!

Кирилл вздохнул, а я заметила, как его рука дрожит на руле.

— Я не знал, что он так далеко зайдёт.—сказал он, и в его голосе слышалось отчаяние. — Я думал, что это обычный мужик, который беситься из-за своей дочки.

— И в итоге ты стал частью проблемы!—воскликнула я, и мой голос звучал как крик.

Тихонов замолчал, и я почувствовала, как напряжение в машине стало невыносимым. Я знала, что должна была быть сильной, но внутри меня бушевал шторм.

— Ты должен помочь мне.— произнесла я, пытаясь говорить спокойнее. — Ты знаешь, как действует Ковалёв. Ты должен рассказать всё, что знаешь.

Он взглянул на меня, и в его глазах я увидела не только сожаление, но и решимость.

— Я расскажу.—произнёс он, и его голос стал твёрдым. — Но нам нужно быть осторожными. Каждый шаг может стать последним.

Дальше мы ехали молча. Но уже через десять минут за нами показался огромный чёрный внедорожник. Из окон высунулись люди с оружием и начали стрельбу.

—Ложись!—крикнул Кирилл и наклонил мою голову вниз.

Они стреляли в стёкла и колёса. Наша машина остановилась, а внедорожник перегородил дорогу. Я медленно подняла взгляд и увидела, как из автомобиля вышел Владимир Ковалёв.

—Сука.— прошептал парень рядом.— Оставайся здесь, если что, уезжай.

Сердце колотилось в груди, как будто пыталось вырваться наружу. Я сидела в машине, не в силах сдвинуться с места, когда увидела, как Тихонов выходит наружу. Он был полон решимости, но я знала, что это может стать фатальным решением.

— Кирилл! — закричала я, но он уже был на улице.

Я видела, как Ковалёв, высокий и уверенный в себе, направлялся к Кириллу.

— Уходи! — закричал мне парень, и в его голосе была паника, но я не могла просто так его оставить.

Внезапно несколько человек из внедорожника подбежали к Кириллу. Я видела, как они вырубили его одним ударом, и он упал на землю, как мешок с картошкой. Я прижалась к стеклу, ужас охватил меня, когда я поняла, что происходит.

— Нет! — закричала я, но никто не слышал.

Один из людей быстро открыл заднюю дверь внедорожника, и они схватили Тихонова, погрузив его внутрь. Я почувствовала, как холодный пот струится по спине.

Внезапно дверь машины открылась, и кто-то схватил меня за руку. Я попыталась вырваться, но было слишком поздно.

— Отпустите меня! — закричала я, но они уже тащили меня к внедорожнику.

— Успокойся, девочка.— произнес один из них, его голос был низким и угрожающим. — Ты же не хочешь, чтобы твой дружок пострадал ещё больше.

Я знала, что они правы. Если я не подчинюсь, Кирилл может пострадать. Слезы катились по щекам, когда меня толкнули в машину рядом с Тихоновым который уже пришёл в себя, но выглядел измождённым.

— Женя... — произнёс он, и в его голосе звучала паника. — Не поддавайся им!

Дверь захлопнулась, и я почувствовала, как меня охватывает страх.

Внедорожник резко тронулся с места, и я поняла, что теперь мы в руках Ковалёва. Чувство безысходности накрыло меня с головой. Я должна была думать о том, как спастись от этой ситуации, но в голове всё путалось.

— Мы выберемся.— шепнул Кирилл.

Я чувствовала, как мир вокруг меня начинает распадаться, и единственное, что я могла сделать, это надеяться, что у нас будет шанс на спасение.