Маскот [Mascot]

— Угх!

Закинув Юнги на спину, я непроизвольно вскрикнул, но, стиснув зубы, заставил себя подняться. Ноги дрожали, а из-за тяжести чужого тела мне едва удавалось стоять, не то что нести кого-то на себе. Я был уверен, что не смогу сделать и шагу, однако собрал всю волю в кулак и медленно переставил сначала одну ногу, затем вторую. И когда наконец тело начало слушаться, раздался слабый голос:

— М-меня тоже... Возьми меня с собой...

Когда я обернулся, молодой парень с трудом поднял голову и взглянул на меня. Посмотрев на него в ответ, я равнодушно бросил:

— Если хочешь идти со мной – поднимайся.

Он затрясся всем телом и, опираясь руками о пол, попытался приподнять туловище, но вскоре беспомощно рухнул.

— Я... Я не могу-у, — роняя слёзы на холодный пол, мальчишка не отрывал от меня взгляда.

Я развернулся, подошёл к нему и, глядя прямо в заплаканное лицо, резко произнёс:

— Не преувеличивай и просто поднимайся, пацан.

На моих словах его плечи дёрнулись, однако через время он снова зашевелился и спустя несколько попыток наконец встал на ноги. Идя ко мне, он обошёл банду Бешеного Пса. Среди них не было только Хёнсока, так как тот успел убежать, пока я дрался с остальными.

Медленно двигаясь по помещению, мальчик на секунду бросил взгляд на лежачих бугаев, и в тот же момент застыл. Они уже были в отключке и ничего не могли ему сделать, однако в его взгляде читался искренний страх. Я указал на лежащего лицом вниз мужчину и дал поручение:

— У него в кармане аккумулятор для телефона. Достань его и засунь сюда.

С трудом высунув свой мобильник из кармана, я бросил его вперёд.

— Я-я?

— Да, — ответив, я твёрдо добавил. — Ты должен.

***

После того, как мы поднялись на первый этаж, по моей просьбе наш юный спутник зашёл в комнату, похожую на школьный лазарет. И когда он вышел с двумя длинными халатами, за моей спиной послышался тихий шёпот Юнги:

— ...За ...Зачем ты пришёл?

Похоже, он знал, что Бешеный Пёс позвонил мне. Возможно, смутно услышал, перед тем, как потерять сознание.

— Чтобы напомнить себе.

Тут же последовал слабый вопрос, но больше я не стал ему отвечать. Нет, кажется, он снова упал в обморок, поэтому в любом случае ничего бы не услышал. Однако то, что я сказал — правда. Мне действительно нужно было напомнить себе об этом. Потому как Сумасшедший, вызывающий трепет в моём сердце, стоило только взглянуть на него, заставил меня забыть о простой истине. Я отодвинул её, повстречав на своём пути добрых людей, вроде господина Чоя, Хосока, босса и менеджера «Алисы», но это не могло продолжаться вечно.

Мне нужно принять своё искупление. По крайней мере, вставая на путь мести, я ясно держал это в голове. Чего бы мне это ни стоило, ради мести я был готов на всё. Втягивая в это Юнги и своими интригами делая из Хёнсока копию Тэхёна, я осознавал, что каждое моё действие однажды вернётся мне бумерангом.

Однако, окружив себя приятными людьми и тем, кто тронул моё сердце, на какое-то время позабыл об этом. Был шанс, что месть просто закончится местью. Наверное, я всё же мечтал о счастливом конце. Но, когда мне позвонил Бешеный Пёс, всё встало на свои места. И осознав, что именно упустил, я испытал тревогу.

Финал, где после мести кто-то может быть счастливым — лишь вымысел. В реальной жизни ты должен быть готов заплатить за то, что сделал. И цена будет равносильна твоим грехам, а может даже окажется больше в несколько раз. Но для тела, несущего тяжёлый груз на спине и готового рухнуть в любую секунду, это даже дёшево.

— Машина, я нашёл ключи от машины, — переодевшись в один из найденных халатов, мальчик подошёл к нам и накинул второй на Юнги.

Пока я думал о том, почему этот юнец говорит со мной неформально, он кивнул, как бы показывая, что хочет взять инициативу в свои руки, и прихрамывая вышел из здания. Худые пальцы привычно нажали на кнопку ключа машины, словно делали это не в первый раз. Припаркованный где-то в стороне автомобиль подал звуковой сигнал, и мальчишка побежал к нему. Мысль о том, чтобы покинуть это место, придала ему сил, поэтому он быстро подошёл к машине, открыл заднюю дверцу и стал ждать нас.

Дойдя до машины, я посадил Юнги на сиденье. Его состояние ухудшалось, он едва дышал. Чёрт возьми. Я резко оглянулся. Нам нужно срочно ехать в больницу. И как раз в тот момент, когда я собирался закрыть дверь, мальчишка быстро сел на водительское сиденье.

Стоп, водительское сиденье?.. Продолжая держать приоткрытую пассажирскую дверь, с нелепым видом я уставился на пацана, который вставлял ключ в замок зажигания дрожащими руками. Внезапно он остановился и повернулся ко мне.

— В-вот. Готово.

— Сколько тебе лет?

— А? Мне? Семнадцать.

Семнадцать...?

Я хотел спросить, правильно ли услышал, но внезапно он раскрыл глаза. Смотря мне за спину, мальчик беззвучно вскрикнул от изумления. И даже не оборачиваясь, я понял, что кто-то приближается в мою сторону.

Еле волоча ногами и тяжело дыша, он схватил меня за плечо прежде, чем мне удалось увидеть его. Когда я наконец повернул голову, перед моим взором возникло разбитое и окровавленное лицо с залитыми кровью глазами. Бешеный Пёс оскалился, обнажая свои красные зубы.

— Сукин... сын...

Дерьмо.

Я хлопнул задней дверью, за которую держался.

— Просто уезжай! Давай, прямо сейчас! — крикнул я и, пытаясь отцепить повиснувшую на мне огромную тушу, ударил Бешеного Пса кулаком по роже. Кровь брызнула мне на лицо, и я отвернулся, но, даже едва дыша, он никак не отпускал моё плечо. Снова ударив кулаком по искажённому лицу, я закричал:

— Немедленно отвози его в больницу!

Вскоре послышался звук отъезжающей машины. Я продолжал бить Бешеного Пса, который никак не хотел падать и цеплялся за меня, как пиявка. Его корпус уже согнулся пополам, и, казалось, он вот-вот упадет, однако, в последний раз вскинув свой кулак, я услышал тихое бормотание:

— Ты... Я убью тебя.

И в тот же миг в моём животе возникла острая боль. Шатаясь, великан сделал шаг назад, но споткнулся и с глухим стуком упал. Но я не мог сдвинуться с места. Взгляд осторожно опустился вниз и наткнулся на нож, торчащий из моего живота. Это был тот самый нож, которым я проткнул ногу Бешеного Пса. Кровь медленно вытекала из раны, пропитывая мою одежду.

Рухнув на колени, я попытался сосредоточиться на своём дыхании. Однако быстро распространяющаяся боль заполнила всё внутри, лишая рассудка. Не осознавая течения времени, я окончательно упал на землю.

— Ха-а... Хах... Ха...

Пульс стучал в висках, а дыхание никак не приходило в норму. Я не мог ни о чём думать. И именно в этот момент где-то поблизости послышался посторонний звук. Мобильный рингтон, доносящийся с небольшого расстояния.

Это звонил мой телефон. Наверное, выпал из кармана во время драки. Несмотря на боль, кажущуюся смертельной, я улыбнулся, вспоминая об одном человеке. Наверное, это Сумасшедший. Должно быть, он сейчас очень зол. Убрав руку с кровоточащего живота, я протянул её вперёд. Чтобы добраться до мобильника, который, казалось, находился совсем рядом, пришлось хорошенько вытянуться.

Дзинь~ Дзинь~

На это простое движение ушли все мои силы, поэтому я некоторое время просто неподвижно лежал, ощущая вибрацию от звонка. Касаясь кончиков пальцев, она передавалась через мои руки по всему телу. Это было монотонное движение маленького аппарата, но когда оно превратилось в голос зовущего меня парня, моё сердце дрогнуло. Пульсация отдавалась в крови, и это было так приятно, что я не мог пошевелить рукой.

Потому как она была признаком того, что я всё ещё жив. Я жив. Если продолжу дышать и отвечу на этот телефонный звонок, то смогу услышать его голос. Моё сердце бешено колотилось, хотя разум постепенно угасал. Радость от того, что я жив, была настолько велика, что она отогнала всю боль, как наркотик. Впервые за пять лет я наслаждался жизнью, не испытывая чувства вины.

С трудом держа глаза открытыми, я долго смотрел на телефон, мигающий красным огоньком в темноте. Наконец, закрыв глаза, я пошевелил рукой и оттолкнул его кончиками пальцев.

***

Звук колёс. Покачивающееся из стороны в сторону тело. Громкое бормотание с разных сторон. Всё это смутно смешалось в моём сознании, но я мог чётко уловить общее волнение.

— ...Медсестра.... Скорее несите!

— Отделение анестезии... Подожди немного... Вызовите хирурга...

— ...У него слишком высокое кровяное давление...

— Пожалуйста, подготовьте больше крови!

То, что я слышу — реально? Сбитый с толку разум вскоре снова попытался погрузиться во тьму. Хватит. Я слишком устал. Ни трясущееся на кушетке тело, ни громкий шум вокруг, не могли избавить меня от сонливости. Хотелось просто вернуться в то время, когда я был отрезан от всего мира. Потому что это походило на приятный отдых, который мне сейчас так необходим. И тело, верное своим инстинктам, взяло всё в свои руки, постепенно затуманив рассудок.

Однако, прежде чем отпустить последнюю ниточку, среди настойчивого ропота отчётливо послышались два слова. Хоть они были произнесены не слишком громко, но я ясно уловил их. Возможно потому, что решил, будто это его голос.

Холодным тоном был отдан твёрдый приказ:

— Спасите его.

***

Спустя какое-то время я осознал, что иду пешком. Вокруг только сырость, а на земле тонкий слой воды. Если коснуться стен, появится неприятное и скользкое чувство влаги. Здесь настолько темно, что ничего дальше дюйма не рассмотреть, однако мне уже было известно — это туннель. И я даже не понимаю, откуда знаю об этом. Просто знаю и всё. Не останавливаясь, я бездумно пошёл вперёд. Громкое бульканье воды из-за моих шагов эхом разносилось по всему туннелю.

Шаг, ещё один, и ещё один...

Это напоминало прогулку под дождём. Вода уже полностью проникла в мою обувь, и та окончательно промокла, но я даже не думал о том, чтобы остановиться и вернуться обратно. У меня не было никакой конечной цели, и я не знал, почему должен идти туда. Казалось, всё, что мне нужно сделать — пройти этот бесконечный путь.

Тёмное сырое пространство, полное жуков и, скорее всего, кишащее крысами, идеально мне подходило. Самое то для человека вроде меня. Так что я чувствовал себя здесь как в своей тарелке. Можно сказать, тут мне и следовало провести оставшуюся вечность.

Когда я уже потерял счёт времени, передо мной возник свет. Но он скорее был тревожным, чем желанным. Потому что мне бы хотелось продолжать быть погребённым в беспросветной тьме. То, что в этом свете можно было разглядеть потаённые части меня, было мне ненавистно, однако я продолжал двигаться дальше, поскольку чувствовал необходимость пойти туда.

И не было никакого любопытства по поводу того, что находится за пределами туннеля. Скорее, чем ближе я подходил к свету, тем сильнее росло моё беспокойство. Сердцебиение ускорилось. Казалось, мой мозг каким-то образом предугадал, что пейзаж, который я сейчас увижу, окажется мне знаком. И предчувствие не подвело. Прежде, чем я понял это, передо мной появился смутно сохранившийся в памяти переулок. Впервые за весь путь я остановился, чтобы оглянуться. Где это место? Тревога усиливалась, а сердце начало стучать с новой силой.

Повернув голову, я понял, что стою перед домом, в котором жил с Тэхёном. Когда осознание окончательно пришло ко мне, я направился в другую сторону. Поначалу неторопливо переставляя ноги, спустя мгновения я уже ускорился и со всех ног побежал в узкий переулок. Расстояние было коротким, но у меня перехватило дыхание. Возможно, дело в бешено колотящемся сердце. Мне пришлось специально сжать кулаки, чтобы мои руки перестали дрожать.

Когда я свернул в извилистый переулок и добрался до парадной части своего дома, ужасающее волнение заполнило собой всё внутри. Меня внезапно одолела жуткая жажда. Во рту было сухо, как в пустыне, а дыхание стало обжигающим. Но, тем не менее, я торопился поскорее пойти вперёд. Потому что знал, кто сейчас ждёт меня там.

Мой младший брат, одетый в школьную форму, которая была ему велика, с пустым выражением на лице стоял у электростолба и уже какое-то время ожидал меня. Держа в руке свою сумку, он обернулся, как только услышал мои шаги. Тощее лицо равнодушно повернулось ко мне.

Я перестал бежать и медленно подошёл к брату, не сводя с него глаз. Но с каждым шагом дрожь в теле только усиливалась. Даже сжав кулаки настолько, что ногти практически до крови впились в кожу, я не мог остановить трясучку в руках.

— Хён, почему ты пришёл только сейчас? — недовольный тем, что пришлось ждать так долго, он нахмурился.

В этот момент моё сердце едва не остановилось. Мне нужно было ответить, но рот никак не открывался, а тело продолжала бить дрожь. Я должен сказать ему что-то, но от отчаяния у меня никак не получается привести дыхание в норму. Всё, что я сейчас мог делать – это тупо стоять напротив брата, который смотрит на меня, как на незнакомца. Медленно сделав шаг вперёд, я пробормотал:

— ...Уходи.

Слова с трудом выходили у меня изо рта, но он никак не отреагировал и наградил меня ничего не выражающим взглядом.

— ...Скорее, уходи, — еле слышно прошептал я, вытягивая руки вперёд, словно защищая младшего брата, и огляделся.

— Давай. Чёрт, тебе нельзя здесь находиться.

Я лихорадочно замотал головой, осматривая тихий переулок. Казалось, в любой момент появится нож и всё зальётся алой краской.

— Иди же!

Брат не реагировал на мои крики и продолжал неподвижно стоять на месте. В замешательстве я снова посмотрел на него и вдруг заметил что-то странное в его взгляде. Только тогда это пришло мне в голову. Больничные расходы... Точно... Нужно заплатить за больницу.

— Насчёт маминого больничного счёта можешь не беспокоиться. Я сейчас же возьму деньги и поеду в больницу.

— Какие деньги?

Что? Я напрягся и медленно повернул голову к брату. "Какие деньги"? Но ведь он пришёл сюда, чтобы получить деньги на больничные счета нашей мамы. Однако мой брат продолжал смотреть на меня так, будто не понимал, о чём я говорю.

— Мама в больнице. Ты сказал, что она внезапно упала, и пришёл ко мне за деньгами для операции...

— Ты отдал их.

Чёрт, я помню, что отдал их. Но этого было недостаточно.

— Хён оплатил все мамины больничные счета.

Пропустив один удар, сердце забилось с бешеной скоростью. Что-то не так. Я не отдавал ему полную сумму. Почему он говорит это?

— Ты ошибаешься, я отдал тебе не всё...

— Ты всё отдал. И поэтому мы смогли покрыть все больничные счета мамы.

Нет. Это не так. Почему ты продолжаешь говорить это?

— Не говори глупостей и скорее уходи. Здесь опасно, так что я отдам тебе остальное немного позже. Я знаю, что ты здесь за деньгами для мамы, но...

— Я пришёл не за деньгами, — в очередной раз опроверг он.

Я снова уставился на него.

— Что значит, ты здесь не за деньгами? Тогда... зачем ты пришёл?

— Прекрати звать меня.

— ...Что?

Даже не знаю, как этот вопрос вырвался из моих уст. Однако он пронёсся по воздуху, дойдя до моего брата, и тот моментально дал мне ответ. Настолько безэмоционально и холодно, насколько было возможно.

— Хватит связываться со мной. Хён, ты вёл себя как чужак с тех пор, как покинул родной дом. Так почему никак не можешь оставить меня?

— О чём ты говоришь...

— Мы с мамой беспокоим тебя, хён.

— ...

Он снова посмотрел на меня пустым взглядом, точно таким же, как в тот самый день, а затем обернулся. Сам того не осознавая, я протянул руку и попытался позвать его. Но, словно предугадав это, он остановил меня своими последними словами.

— Просто живи свою жизнь.

***

Подобно послеобразу, голос брата оставался в моих ушах. Когда он наконец стих, я приподнял веки. Тело не двигалось, а в глазах всё плыло. Ещё несколько раз с силой моргнув, я открыл глаза и опустил взгляд с незнакомого потолка, чтобы оглянуться вокруг. Перед моим взором предстало удивлённое лицо женщины в медицинском халате. Она глубоко вздохнула и куда-то закричала:

— Эй!!! Он, он проснулся!

Услышав её голос, я снова закрыл глаза и заснул. Но в этот раз не ради возвращения в туннель, а для того, чтобы провалиться в настоящий сон.