Глава 12:
16:43. Третий этаж.
Я как раз заканчивала заполнять журналы, когда в коридоре раздался тревожный гул, а потом — резкий звук сирены.
«Пожарная тревога».
— Всем срочно эвакуироваться! — крикнула Лидия Петровна, пробегая мимо.
Я вскочила, хватая аптечку. Из палат уже выходили пациенты — кто-то сам, кого-то вели медсёстры.
205-я палата.
Сердце ёкнуло. Николас с его сломанной ногой...
Я протиснулась против потока людей.
Его палата.
Он уже стоял на костылях у окна, глядя вниз.
— Вы что, решили геройствовать?! — крикнула я, распахивая дверь.
Он обернулся — и впервые за все время я увидела в его глазах настоящую панику.
— Лестница уже заполнена дымом, — сказал он коротко.
Я подбежала к окну. Внизу толпились люди, но пожарные ещё не приехали.
— Через главный выход не пройти, — пробормотала я.
— Аморетта, — он вдруг схватил мою руку. — Беги.
— Нет.
Я резко развернулась, хватая со стола влажные полотенца.
— На, прикрой дыхание. Через служебную лестницу — она ближе.
Он хотел что-то сказать, но я уже толкала его к выходу.
Дым валил густыми клубами. Мы спускались медленно — он ковылял на костылях, я поддерживала его под локоть.
— Быстрее, — задыхаясь, прошептала я.
— Оставь меня, — он кашлянул. — Сама спустишься быстрее...
— Заткнись и иди.
На втором пролёте свет вдруг погас. Мы замерли в полной темноте, кроме багрового отсвета где-то снизу.
— Чёрт... — он пошатнулся.
Я инстинктивно обхватила его за талию, чтобы он не упал.
— Всё в порядке?
— Нет, — его голос прозвучал прямо у моего уха. — Ты трогаешь меня без перчаток.
Даже сейчас он шутил.
— В данном случае, думаю, Аллах простит, — огрызнулась я.
Он рассмеялся — хрипло, из-за дыма, но искренне.
— Значит, ради меня готова нарушить правила?
— Ради любого пациента, — подчеркнула я.
— Врёшь.
Его пальцы вдруг сжали мою руку.
— Иначе бы не вернулась.
Я не успела ответить — снизу донёсся грохот, и лестница задрожала.
— Бежим!
Улица.
Мы вывалились через чёрный ход, оба в копоти, кашляя. Он сразу рухнул садясь на траву, я — рядом, глотая чистый воздух.
— Ты... — он тяжело дышал, — совсем... сумасшедшая...
Я повернулась к нему — и застыла.
Его лицо было испачкано сажей, в волосах — пыль, но глаза... Глаза смеялись. Как тогда, в процедурной, когда он принёс мне чай.
— Вот это квест... Вызовешь мне скорую? — он слабо махнул в сторону своей ноги.
— Ты и так в больнице, — я не сдержала улыбку.
Он вдруг стал серьёзным.
— Спасибо.
— За что? За то, что не оставила умирать? Это моя работа.
— За то, что вернулась, — он медленно протянул руку — стереть сажу с моего лба, но остановился в сантиметре. — Можно?
Я молча смотрела в его горящие глаза.
Его пальцы коснулись кожи — легко, как тогда в коридоре. Но теперь не было больничных стен, правил, страха. Только мы, трава под ногами и далёкий вой сирен.
— Вы оба целы? — вдруг раздался голос старшей медсестры.
Мы резко отпрянули друг от друга.
— Да, — я вскочила, отряхивая халат. — Всё в порядке.
Она посмотрела на нас строго, но ничего не сказала.
Николас подмигнул мне за её спиной.
«Аллах...»,— я потупила взгляд, но в груди уже разгоралось что-то гораздо опаснее пожара.