Глава 5:
Работала сегодня с местной медсестрой за дополнительную плату. К вечеру осталась одна - моя напарница не просто проспала, а вообще исчезла из радиуса действия, не отвечая на звонки. Типичная суббота: ни постовой, ни старшей сестры. Я одна на всё отделение.
Хорошо хоть отделение небольшое - всего 10 палат:
- 2 одноместных
- 4 двухместных
- 4 трехместных
Остальные - четверные, но они не так уж и заполнены.
Субботние смены обычно спокойные: раздача таблеток, контроль состояния. Ждала, когда часы пробьют 16:00, но судьба решила подшутить - суточная медсестра застряла в пробке, а ее напарница-студентка... Боже, эта девочка едва отличала тонометр от термометра. Конечно я тоже студент, но я уже довольно опытна, работаю и учусь здесь уже три месяца. Пришлось держать ее под присмотром, чтобы что-то не пошло не так.
Вдруг замигала лампочка вызова, сопровождаемая противным писком. 207-я палата. Посмотрела на список студентов и увидела имя «Мэри» напротив сегодняшней даты. И судя по списку она уже третий день здесь практикуется.
— Мэри, — кивнула я в сторону коридора, — проверь, что там.
Через пять минут ее визгливый голос пробил стену:
—Я же сказала вам — НЕТ!
Мгновенно сорвалась с места. «Такое обращение с пациентами недопустимо.»
— В чем проблема? — сдержанно спросила я, переступая порог.
Мэри, красная от злости, тыкала пальцем в худенького дедушку:
— Он требует снять катетер, а вчера врач строго запретил!
Вздохнула, пробежалась глазами по ее бейджу, не успела запомнить имя.
— Мэри, да? — холодно констатировала. — Иди в процедурный, принеси бинт.
Развернулась к пациенту, уже осматривая повязку. Старик выглядел потерянным.
— Вам некомфортно с катетером, дедушка?
— Доченька, — его голос дрожал, — ставили много раз, но сейчас... как будто иглой водят по вене.
Его глаза — добрые, беззащитные — заставили меня непроизвольно улыбнуться. «Как можно хамить такому человеку?»—невольно промелькнуло в голове.
— Сейчас разберемся, — уже снимала бинт, когда вернулась Мэри.
— Вот, — она швырнула лоток на тумбочку. — Я пойду?
— Нет. Будешь смотреть и учиться, — тон не оставлял пространства для дискуссий.
— Ты сама еще студентка! — фыркнула она. — Кто ты вообще такая, чтобы...
— Мэри.
Один взгляд — и она заткнулась, лишь демонстративно закатив глаза. «Из таких вот и вырастают те самые хамовитые медработники.»—не стала озвучивать свою мысль я.
Сняла пластырь, придерживая катетер — и замерла. Отек. Покраснение. А когда извлекла трубку... Обширная гематома.
— Флебит, — прошептала про себя. — Мэри, термометр. —Чуть громче сказала я.
Она театрально вздохнула (и я уже догадывалась, что за моей спиной она опять корчит рожи) и поплелась за прибором.
— Какой? — раздраженно бросила через плечо.
— Любой. Просто принеси.
Между тем закончила перевязку — конечно же, с фирменным бантиком.
— Дедушка, сейчас измерим температуру, — улыбнулась ему, получая в ответ теплый взгляд.
Мэри вернулась, швырнула термометр мне в руки и выскочила из палаты.
38.4.
Мысли мгновенно выстроились в логическую цепочку: это точно флебит, об этом говорили температура, скорее всего еще и головная боль была, дискомфорт...
— Доченька? — дедушка вывел меня из раздумий.
— 38.4, — автоматически ответила. — Голова болит?
— Чуть-чуть.
— Хорошо. Сейчас вызову врача, а вы никуда не выходите, ладно?