Ода нашей любви

-Анна, милая, я принесу воды, иначе превращусь в кактус, на такой-то жаре!- Мария встала с лежака и, мило улыбнувшись, двинулась в сторону дома. Я невольно улыбнулась. Все же нравилась мне эта женщина. Она была простой, доброй и заботливой. Даже чем-то напоминала мне маму, которая сейчас находилась очень далеко. Каждое слово, рассказ или предложение Марии трогали меня до самого сердца. Она была по истине хорошим человеком до костей. Именно пред ней я чувствовала самый большой стыд. Так глупо обманывать ее! А ведь все произошло так спонтанно и неожиданно:

На следующее утро, после пьяных признаний Габриэля, я не хотела выходить из комнаты. Мне было неприятно смотреть на парня, ведь всю ночь не спала из-за его слов. Моя внутренняя дамочка недовольно топала ногой. Как же теперь я стала ценить все женские штучки. Я бы не отказалась от того, чтобы весь день провести у зеркала. Учитывая здешний климат и мою привередливую кожу.... ух, сейчас меня раздражало все! Как же хотелось банально иметь под рукой хотя бы крем для рук.

Однако, мне все равно пришлось выйти из своего "убежища". Сидеть одной в комнате было слишком скучно даже для меня, человека, что любит уединение и уважает личное пространство.

Мне пришлось присоединиться к обеду, но аппетита не было совершенно. Я лишь мяла салфетку в руках, прожигая Габриэля весьма злым взглядом. Вот-вот и я сорвусь на истерику! Но, к счастью или сожалению, в комнату, словно вихрь, влетела женщина. Она была одета хорошо, стильно. Все ее выражение лица излучало некую встревоженность, восторг и злость одновременно. Ее большие, карие глаза изучали комнату и остановились на мне. Честно говоря, то я даже позабыла о своей злости.

-Стоило мне только отлучиться на неделю. Одна неделя! А ты, уже провинился где только возможно!- возмущенно, немного задыхаясь, проговорила она, устремив взгляд на Габриэля.

-Мам,- одно его слово, а по мне уже прошлась испарина. Мама. И сколько еще человек попадут в эту ловушку? Много еще зрителей ожидается?- Успокойся. Отобедай с нами,- спокойно он указал на место рядом со мной.

-Торрегросс!- нервно произнесла она.- Сию секунду познакомил меня со своей невестой, извинился перед матерью и.... я еще обязательно придумаю что-нибудь,- возмущалась она. Дважды повторять не пришлось. В следующие пару часов я знакомилась с матерью Габриэля - Марией. Не смотря на сложившуюся тяжелую и порой опасную жизнь, она была весьма веселой и жизнерадостной. Новость о "тайной невесте" она восприняла достаточно хорошо, хотя сперва была возмущенна и зла на сына. В  общении с этой женщиной мне было спокойно и весьма хорошо. В ней я видела прекрасную мать, не достойную, чтобы ее обманывали.

За последующие несколько дней Мария превратила мое пребывание здесь в настоящую сказку. Под ее грозным криком:

-Ваши мозги совсем иссохли? Габриэль! Она твоя невеста. Какого дьявола я не наблюдаю у нее всего только лучшего?- под этим она подразумевала одежду. Хотя... в принципе и косметику, и все остальное. Мне было до мурашек по коже приятно, что кто-то все же отстаивал мои права и защищал. Я чувствовала, что понравилась Марии так же, как и она мне. Наши вкусы и мнения сошлись как детальки мозаики. Иногда ощущала себя так, словно рядом была не просто женщина с трудной судьбой, а мама... все эти мысли о "защищает, оберегает" наводили на это.

Под цепким взором Габриэль и даже Джеронимо, ходили по струнке. И это мафиози! Кто бы мог подумать, что такие опасные люди такие подкаблучники женщин своей семьи. Хотя, я могу и путать "подкаблучников" с теми, кто уважает своих женщин. Все же, я знаю всех их всего некоторое время.

Одним вечером Габриэль подловил меня в саду. Не скажу, что не волновалась, ибо это будет ложью. Было волнение и даже толика страха, но, к моему удивлению, Габриэль извинился. Он подарил замечательный букет цветов, чем смог порадовать меня. Мелочь, но было приятно. Под светом луны мы проговорили долго, но зато я отпустила весь негатив и удачно забыла о разговоре в пьяном угаре. Я понимала, что он по-своему злится на брата, который пренебрег их родственными чувствами. Хотя с чего он взял, что я могла понравится Конте, когда сам говорил, что тот ищет меня из-за того, что я свидетель (только вот мне не ясно: свидетель чего?).

На следующий день после прилета Марии, гардеробная была полностью забита всевозможной одеждой. Множество косметики от довольно популярных фирм. Легкость и даже радость появились на душе. Какой девушке неприятно ухаживать за собой? Казалось бы, но я не могу долго сдерживаться от вкуснопахнущего ванилью крема для тела. А тени? Пудра? Помада? Да все! Все же было пару вещей, которые стоило купить мне лично. С охранной и на личной машине, я вместе с Марией, отправились по магазинам. Ее советы и дружеская компания полностью расслабили меня.

Каждый день она составляла мне компанию, рассказывала о детстве Габриэля. По вечерам, все собирались в зале и в простой, семейной атмосфере, обстановке, утраивали чаепитие. Хотя и некоторые предпочитали небольшую дозу вина с фруктами. Габриэль так же не позволял себе лишнего, что не могло не радовать. Дядюшку Джеронимо весьма порадовал приезд Марии. Они часто засиживались, в то время как мы с Габриэлем уже уходили в комнату, чтобы выспаться, хотя я шла спасть, чтобы скорее проснуться и съесть замечательный завтрак, приготовленный Марией. Никогда не устану наблюдать за хлопочущей возле плиты женщиной в фартуке. Мою помощь она отвергала на прочь, но зато была весьма общительна в эти моменты.

Что ни говори, но теперь я немного успокоилась (главным образом из-за слов Марии о том, что мне действительно ничего не угрожает в этом доме, под присмотром Джеронимо) и могла получать лишь удовольствие от пребывания в своеобразной "золотой клетке".

Лениво потянулась на шезлонге и приоткрыла веки. Солнце сморило меня и я рада, что не забыла намазать тело солнцезащитным кремом. Шумы волн успокаивали, а мысль о том, что на этой территории пляжа не было более никого, радовала. Нет, я знаю, что значит людный пляж, где негде даже яблоку упасть. Все эти шумы разговоров людей, кои превращаются в одно гудение так, что моря и не слышно. Но это место... А в компании с весьма занятными людьми - вот это настоящий отпуск!

Осторожно потянулась, разминая мышцы, но чтобы не задеть игральную доску, на которой расставлены шахматные фигуры. Мы так и недоиграли партию в шахматы с Марией. А пустые стаканы, где недавно была прохладная вода, уже стали сухими, будто никогда и не бывало в них воды.

Лениво взглянула на чистую, бирюзово-голубую воду, что была неспокойна. Ветерок, что подул мне в лицо не спасал от жары, ибо сам был теплым. В одну секунду я почувствовала себя ужасно. Будто под чьим-то наблюдением, будто я загнана в ловушку. Накинула на себя легкую рубашку и пошла к дому. Все же стоит заканчивать с солнечными ваннами. Может позвонить родителям? Я слишком волнуюсь. Хотя все из-за ничего. Вот они, девушки, вечно волнуются без особой причины! Но какое-то странное чувство страха расползалось по всему телу и прочно засело в груди. Может мне просто не хочется быть совсе уж одной?

Палящие лучи солнца окутали меня так, что даже маленькая тень была для меня сродни чему-то блаженному. Когда наконец добралась до дома и смогла выдохнуть в этой приятной прохладе, то заметила, что двери на террасу распахнуты, но в доме полнейшая тишина. Обычно, было пару человек, которые без устали возились по дому то со стопкой белья в руках, то с тарелками, то с другими поручениями. Однако, сейчас была ужасная тишина, давящая на нервы.

На кухне заметила два стакана и бутылку воды, покрывшуюся совсем тонюсеньким слоем льда, который уже таял. Может Мария разговаривает с сыном или с Джеронимо? Казалось бы, все в порядке, но почему так отчетливо слышу звук постукивания зубов о стекло стакана, когда пью воду? Нервы? Точно нервы.

Собралась подняться в комнату, в надежде найти Габриэля, но заметила парня со спины, сидящим в кресле в гостиной. Он был несколько напряжен, видимо сидел над бумагами, как это было каждый день.

-Габриэль,- хрипло окликнула я, облокотившись о дверной косяк. Взгляд скользил по его волосам и широким плечам. От этого мое дыхание участилось, а щеки загорелись теплом. Старалась отогнать мысли о моих руках, скользящих по его загорелой коже. Мы же выяснили, что друг другу лишь друзья!- Ты мог бы хотя бы намекнуть о том, что сюрприз вот такой. Мне же стоит знать хотя бы, что надеть,- улыбнулась я, вспоминая подаренный парнем сегодня утром букет цветов. Карточка с милыми словами, говорящие о "сюрпризе" прилагалась. Я понимаю, думать о том, что ему нравлюсь - бред, ведь это все лишь для поддержания "легенды", но все равно мне было безумно приятно. Ожидала, что сюрприз это поход в ресторан вечером, а не безлюдный дом в полдень. Есть особые планы?

Он только собрался встать, но я тут же заговорила:

-Не знаю, что ты хочешь делать сейчас, но вечером мы обязательно идем в ресторан! И не забудь, что мы должны вернуться не позже десяти. Иначе твоя мама разозлится на нас за то, что пропустили посиделки у камина,- я нервно потирала шею руками, наблюдая за каждым движением парня.- Хотя иногда я все же слышу такие подтексты, как : "если вы вернетесь под утро, но довольные, то буду лишь рада",- и вот когда я успела стать такой трещоткой?

Он молчал, что стало немного напрягать меня. Не молчи! Я пытаюсь разрядить обстановку глупой болтавней. Парень услышал меня. Жаль, что не тот. Когда я затаила дыхание, а сам он встал в полный рост, подставляя под мой взор свое изумительное тело, то в воздухе будто повисло напряжение с частичками опасности.

Когда он повернулся ко мне, то я широко распахнула глаза, вдохнув полной грудью. Руки онемели, а сама я ударилась затылком о стену, когда пыталась отойти назад.

-Так вот она какая, твоя невеста,- спокойно, но с нотками неприязни, произнес мужчина, чьи черты лица были для меня новыми, но такими манящими. Его хищный, цепкий взгляд метнулся влево. Свой же взгляд не могла оторвать от парня. Он действительно внушал опасность и страх. Я чувствую, насколько широки его сети ловеласа, в которые попал не один десяток женщин. Он пленял и завораживал своей мужественностью. Перед собой вижу не простого парня, который не знает кем ему быть. Перед собой вижу мужчину во всех лучших проявлениях.

Повернула голову и заметила весьма спокойного Габриэля. Правда, было бы глупо истерить? На его руках красовались наручники, а по обе стороны стояли два парня, видимо, охраняли. Во взгляде Габриэля я вижу нотки сожаления и извинения.

В горле появился ком, а в голове эхом отдавало: "невеста". Дышать становилось все тяжелее, а конечности казались ватными. Секунды длились вечностью, но все же я поняла, почему Торрегросс смотрит на меня настолько печально, а парень напротив- плотоядно. Это Марко Конте. Тот самый псих!

Нащупала пальцами стену и тут же, зацепившись за край, чтобы не потерять равновесие, развернулась и побежала в сторону второго этажа. Глупо было надеяться на все это. Но воспоминания о Марко, его маске и оружии не давали никакого покоя. Эти сцены из лифта врезались в память каждую секунду. Страх накатил с новой силой. Теперь передо мной стояли картинки его глаз. Его взгляд... подавляющий, властный. Под таким взглядом хотелось сжаться до минимальных размеров и сидеть там, где никто бы не нашел. Он чертовски пугал меня. Что тогда, что сейчас. Но почему я нахожу его привлекательным? Этого преступника?!

Еще на лестнице, когда я слышала лишь свое обрывистое дыхание, меня перехватили сильные руки. Меня приподняли над землей с такой силой, будто я весила, как лист бумаги. Его руки прижали меня к его разгоряченному телу, сильно сжимая. Спустя еще секунду, одна его рука держала меня за челюсть (хотя ему хватило бы и двух пальцев: указательного и большого, что бы сдерживать), а вторая крепко держала за талию. Я старалась бороться, хотя и понимала, что это глупо и бесполезно, но это лишь рефлекс. Зря не позвонила родителям... как чувствовала, что скоро умру! Вот так... В руках преступника! Самый лучший отпуск. Жаль, что первый и последний.

Без особых усилий, Марко нес меня в коридор. Когда же он наконец понял, что я не сдамся без усилий, когда я расцарапала ему руку до крови не жалея ногтей, то сперва его рука, что удерживала меня за талию отпустила, но радоваться не стоило. Как в жутких фильмах, к лицу прислонили небольшой кусочек ткани, смоченный какой-то дрянью. Старалась задержать дыхание насколько могла.

-Расслабься, кошка,- шепнул он на ухо, а по телу прошлась судорога. Его мягкие губы грозились вот-вот и полностью положиться на мое ухо. Зажмурившись, пыталась оттолкнуть его, но будто упиралась в камень. Ему это не понравилось и он лишь сильнее прижал платок с веществом. Когда уже понимала, что тело перестало сопротивляться, а веки не желали открываться полностью, то перестала царапать Марко и отталкивать его. Он заметил это и убрал платок. Меня несколько удивило, что он взял меня на руки, вместо того, чтобы тут же и пристрелить. Перед тем, как провалиться в беспямятство, успела почувствовать запах его резкого парфюма, как вздымается его грудь от каждого вдоха и выдоха, как он убрал пряди волос налипшие на мое лицо, а место, где соприкасались подушечки его пальцев и кожа лица будто покалывало, но в ту же секунду это проходило и появлялись совсем иные ощущения.

Я влюбилась в свою смерть. А в то, что Марко сыграет именно эту роль в моей жизни, я была уверена.