Глава 23. Союз
Лика.
Ёлка была поставлена.
- Анжела, смотри. Вот эта вот из трёх цветов, а эта из четырёх. Какую вешаем? - папа включал мне поочерёдно гирлянды.
- Давай из четырёх.
- Как скажешь, - другую он убрал.
Повесив гирлянду и украсив дерево шариками, мы уселись на диван, наслаждаясь совместным трудом.
Атмосфера была праздничной.
- Что завтра будем готовить?
- Сварим картошку, курицу в духовке запечём, оливье сделаем.. И обязательно салат из крабовых палочек!
Папа, ухмыльнувшись, придался воспоминаниям:
- Помню, помню как ты его любишь. Маленькой когда совсем была всё у мамы палочки таскала, и мне приходилось бегать по всем магазинам, искать их. Маленькая бандитка, - и потрепал меня по волосам. Прямо как в детстве.
Я прижалась к нему, обнимая его худощавое тело рукой. Он ответил на мой жест.
Сидели мы в таком положении долго. Рядом с ним мне было комфортно. Папа - мой самый близкий и дорогой человек. Он всегда будет рядом, я это знаю
Позже вечером.
Вадим.
Я сидел в дорогом ресторане, ожидая отца.
Он опаздывал на 20 минут. Я и не удивлён, на встречу сынку он никогда не торопится.
Миловидная официантка в короткой униформе, виляя бёдрами, приблизилась ко мне.
- Что-то желаете?
- Нет, спасибо.
- Что же, совсем ничего? - наигранно расстроилась она.
- Принесите виски.
- А паспорт я ваш могу поглядеть?
Я, не спорив, достал его из кармана куртки. Важные вещи предпочитаю держать поблизости.
Взглянув, та удовлетворённо кивнула.
- Какой виски предпочитаете?
- Любой, - та хотела было снова начать что-то говорить, но я поднял руку, затыкая её, - И без разговоров, пожалуйста. Можете не лебезить, чаевыми не обижу.
Та замолкла и, мило улыбнувшись, ушла за напитком.
Вскоре в заведение пожаловал отец. К тому времени я успел опустошить стакан, и уверенности во мне приумножилось.
- Сразу к делу. Кому насолил?
- Никому.
- Мозги мне не делай, - тот сел напротив. Всё той же официантке, что обслуживала меня 20 минут назад, он что-то прошептал на ухо, и та, смущаясь и хихикая, ушла.
Наблюдая за этой картиной, я в очередной раз убедился в отсутствии чувств у моего отца. Мы с ним абсолютно разные.
- Дай объясниться.
- Минута.
- На двух девушек в общежитии напал парень. Кричал, угрожал, оставил синяки на обоих. Одна из них написала мне, я пришёл и всёк ему. Он совершил преступление: нападение с нанесением телесных ран. Так ещё и отягчающим обстоятельствам является состояние алкогольного опьянения. Я и девушки дали показания против него ещё в сентябре, должны были завести уголовное дело, но этого не случилось. Он должен понести наказание и сесть за решётку!
- Минута вышла, - поднялся он ровно в тот момент, когда подошла та самая официантка.
- Уже уходите? - опустила та глазки.
- Отец, выслушай.
Он вперел свой взгляд в её формы и опустился на стул. Не ради сына, а из-за своей необъятной похоти. Мерзкое животное.
- Говори, - приказным тоном, словно своему рабочему, кинул тот, и я продолжил.
- Об этом парне ты должен знать кое-что ещё.
Девушка медленно, плавным движением поставила бутылку с янтарной жидкостью на стол, и, задержав руку на его запястье, словно бы это вышло случайно, ушла. Отец глядел ей вслед.
- Отец, потом её трахнешь, будь добр, выслушай меня. Это в твоих интересах.
- Чё ты сказал? - взревел он.
- Что это важно. Того парня звали..
- Повтори. Что. Ты. Сказал.
- Блять, да дослушай ты! - крикнул я, не выдержав, - Тот парень - Максим Маликов.
Батя сощурил глаза, глядя с недоумением:
- Что мне это должно дать?
- Макс - сын Павла Маликова, твоего конкурента.
Наконец в его глазах вспыхнул интерес.
- Ты уверен?
- На все сто. Дело замяли, потому что его отец имеет влияние на ментов. Сначала думал, совпадение, но нет же. Тех девушек - Лику и Женю, вызвал на допрос ректор. Ректор, на допрос! Спрашивал об инциденте, во время которого на них напал Маликов младший. А зачем ректору эта инфа?
- Короче.
- Этот ректор - родственник Павла Аркадьевича. Допрашивал их с целью узнать как сильно они притерпели и насколько решительно настроены. И в зависимости от исхода разговора либо хотел предложить им денег за молчание, либо избавиться от потерпевших. Но девушки промолчали, у него ничего на них не было. К тому же дело скрутили как надо, а жертвы не возникали. Поэтому сынишка твоего пожизненного врага разгуливает на свободе, хотя должен гнить в обезьяннике.
- Допустим. Мне нахера эта информация?
- Повторюсь: мне нужна помощь. Я хочу восстановления справедливости, а для тебя это прекрасная возможность отомстить бывшему товарищу за предательство. Сам подумай: засадить его сынишку за решётку. В каком он будет бешенстве, а?
- Мальчишество. Мне это не нужно.
- Отец..
- Сам своим шлюхам помогай, - тот кинул пачку денег на стол, взял бутылку и поднялся.
- Сядь.
- Чё? - не понял тот.
- Я сказал: сядь.
- Ты попутал, щенок? Я тебя ещё по телефону предупредил, - со стуком опустив бутылку на стол, тот направился ко мне. Я встал.
Он собирался мне врезать, но я парировал удар, был к этому готов. Отец всегда начинает бить с правой руки. Я вмазал ему, но амбал, хоть и растерялся, но почти не пошатнулся. Он схватил меня и швырнул в пустой столик. Я повалился, путаясь в белой скатерти.
- Не смей ко мне больше обращаться. Твои университетские проститутки сами наверняка и виноваты в том, что с ними сделали. А если думаешь, что, кроме них, трахать некого, то открой для себя бордели, сыночек, - тот извергал свои "нравоучения" с особенной грязью.
Поднявшись, я налетел на него, но вновь оказался на полу. Рост у нас был почти равным, а телосложение моё было меньше, поэтому в физическом плане я был слабее. Но отец уже не молод, с годами его сила меняется, он теряет свою форму. В этом аспекте он был уязвимее. Он не ожидал моего следующего шага, и мне удалось повалить его. Сев сверху, я нанёс ему первый за всю свою жизнь удар в челюсть.
- Это тебе за то, что назвал мою девочку шлюхой.
К тому моменту гости в ресторане с ужасом и недовольством уставились на нас. Прошло достаточно времени для того, чтобы кто-то успел вызвать охрану, и массивный работник оттащил меня от отца. Тот было кинулся, но и его схватил ещё один блюститель порядка.
Нас вытолкали на улицу, заверив, что отныне мы в чёрном списке этого заведения.
- Сука, уроды! Мои люди каждого найдут и глотки им перережут! - изрыгал угрозы отец, - Всё из-за тебя долбаёба! Надо было убить тебя ещё в зародыше.
- Поздно жалеть, папаша.
Он сплюнул кровь, что была у него во рту из-за разбитой губы, и потянулся за сигаретами.
- Твою мать, где эти сраные папиросы? - он шарил по карманам, но найти своё "успокоительное" не мог.
Смирившись с их отсутствием, он повернулся ко мне:
- Сигареты есть?
- Не курю.
- Ну и выродок.
- Бать.
- Чё?
- Я люблю её.
- Кого?
- Ту девушку, Лику.
- Ой блять, завались нахуй. Ты мне душу решил изливать?
- Мне нужна помощь. Я ради этой девушки на всё согласен. Помоги, - просил я, притупляя своё эго и гордость.
- Прямо на всё?
- Абсолютно, - с непоколебимой уверенностью и переполненный решимостью, сказал я, глядя в его тёмные глазные яблоки.
Он задумался.
- Есть ещё информация об этом Маликове?
- Я нарыл достаточно, - тот ещё раз на меня взглянул, будто оценивая риски.
- Ты просто хочешь, чтобы его сынишка сел?
- И ещё один человек.
- Тоже сел?
- Да.
Он рассмеялся.
- Тоже из-за неё?
- Да.
- А нахера тебе такая проблемная? В постели огонь?
- Завали, - рыкнул я.
Он вмиг стал серьёзным. Хотел было вывалить что-то мерзкое и гневное, но отступил.
- Кого ещё?
- Сергей Владимирович Файбус - препод из университета, филолог. Он домогался её, когда в универе никого не осталось. Я избил его, сильно. Сейчас наверное в больничке кочует, но мне этого недостаточно. Он должен ответить по закону.
- А бить людей по закону?
- Не строй из себя святошу, я знаю на скольких костях и какими методами ты строил свой бизнес.
- Отцу не груби.
- Да какой ты мне отец..
- Но помощи всё же просишь.
- Больше не у кого, сам знаешь.
Тот задумался. Подпирая спинами стены старого изящного здания, мы молча смотрели вдаль. Оба. Прошло не меньше десяти минут, как его бас снова раздался:
- Я помогу тебе.
Я удивлённо на него уставился, не веря своим ушам.
- Не смотри так, это не жест доброй воли. За всё следует своя плата. Ты тоже окажешь мне услугу.
- Какую?
- Вернёшься в семью.
- Не думал, что ты по мне скучал.
- Само твоё присутствие мне не нужно. Ты должен вступить в дела моей компании. Зарплатой не обижу, должностью тоже. Будешь моим помощником и правой рукой. Вместе начнём копать под конкурентов, а когда соберём достаточно фактов и доказательств их вины во всех смертных грехах, засадим обоих за решётку. И Павла, и Макса. Идёт?
- А философ?
- С ним разберёмся. Но на мою компанию ты должен будешь работать всю жизнь. А когда меня не станет, займёшь моё место.
- Зачем тебе это?
Он вздохнул.
- Я старею, мои силы и амбиции уходят на второй план. И не надейся, жить я долго собираюсь, но достойной замены мне нет. Да и не доверяю я своему окружению. Единственные, кому можно верить - Склифосовские. С сыном моего партнёра ты связь поддерживаешь, я знаю. Такой союз я одобряю.
- Твоё доверие мне не упёрлось.
- Мне срать. Главное - что мы заодно. Ты согласен?
- Каковы гарантии, что ты не врёшь?
- Честное отцовское слово.
- Пурга. Давай договоримся: ты сажаешь за решётку философа, и я вступаю в твою компанию.
- Условия мне будешь ставить?
- Тебе нужен помощник.
- Мне тоже нужны гарантии.
- Ставь второе условие.
- Будешь появляться на светских собраниях со мной и матерью, как и раньше. И завтра в полночь ты тоже должен присутствовать на одном из таких мероприятий. Появимся всей семьёй, я объявлю о твоём возвращении и на людях нареку своим помощником. Пусть боятся. Союз двух Орлов нещадим.
- Один вопрос.
- Ну?
- Почему не брат?
- Мозги не еби. Идёт или нет?
- Идёт.
Мы пожали друг другу руки.
И кто бы знал, что одна нежная Кошечка, попавшая два раза в беду, может объединить родных людей, что ненавидят и презирают друг друга годами, ничего при этом не делая?
***
Лика.
Мы с папой направились по магазинам запасаться продуктами на следующий день. Многие товары уже отсутствовали на полках. За день до нового года люди скупали всё: от игрушек детям до бананольной картошки. Толпы людей в магазинах были огромные. Спустя полтора часа поиска всех необходимых ингредиентов, мы вернулись домой с двумя внушительными пакетами еды.
- И как ты уговорила меня всё это взять? Разве способны мы вдвоём уплести столько пищи?
- Пап, у тебя в холодильнике сам знаешь кто повесился. Мы просто, обязаны были наполнить его едой.
Тот лишь покачал головой, доставая из пакета очередные, фрукты.
Когда с ними было покончено, мы пожелали друг другу спокойной ночи и разошлись по комнатам.
Сегодняшней ночью меня вновь мучали кошмары, но в этот раз обошлось без тошноты. Я просыпалась несколько раз в холодном поту, но, осознавая, что это очередной сон, вновь засыпала. Угомонилась я только под утро.
Наконец-таки провалившись в безмятежье, я расслабилась, позволяя организму набраться сил перед насыщенным днём.
***
Утро.
Вскочив по будильнику с самого утречка, я приготовила полезный завтрак, разбудила папу и накормила его им. Затем, включив новогодние песни на колонке, повязала на себя фартук и принялась за готовку. Папа наблюдал за моими хлопотами с улыбкой, иногда подшучивая или помогая мне.
Когда большая часть еды была готова, я принялась за запечение курицы. Поставив её в духовку, развалилась на диване.
- Я умоталась.
- Оно и ясно, с самого утра бегаешь.
- Давай что-то по телевизору посмотрим?
- Давай.
Отыскав кавказскую пленницу на одном из каналов, мы залипли в экран. В детстве я обожала этот фильм, и сейчас ничего не изменилось. Из беззаботья меня вывел писк духовки.
Достав курицу, и прибравшись на кухне, я решила полежать в комнате, отдохнуть перед праздником.
Уже было заснув, я подскочила от звука, исходящего от мобильного.
Звонила Женя.
"Привет, Ликуся, с наступающим!"
"Привет, Женечка, и тебя."
"Ты что, плачешь? Голос у тебя больно уставший."
"Нет, просто ты меня разбудила."
"Как можно спать в канун нового года? У тебя точно депрессия!" - тут же забеспокоилась она.
"Жень, выдохни, успокойся, всё нормально. Я всегда перед новым годом сплю."
"Сумасшедшая! Такой день просыпать нельзя. В общем, желаю тебе больше никогда не переживать, быть любимой и любить, а ещё всегда оставаться моей любимой подружкой!"
"Спасибо, Женечка, и тебе счастья и любви."
"Спасибо! И кстати, о любви. Что у вас с Вадимом?" - моё хорошее настроение вмиг уоетучилось, - "Лииик?"
"Мы не общаемся, я оборвала с ним все канаты. И без вопросов, прошу."
"Как скажешь, подруга, только ответь. То, что с тобой 28 случилось.. Это как то связано с ним?"
"Нет, он ни в чём не виноват. И обсуждать это мы не станем."
"Ладно. Ещё раз с наступающим! Я побежала меняться подарками со своим весёлым семейством, не грусти!"
"И тебя, Жень" - она повесила трубку.
Я была рада слышать свою общажную подружку, но слова о Вадиме ввели меня в транс. Я снова пропиталась болью. Мне не хватает его вечного "Кошечка".
В дверь постучали.
- Входи, пап! - тот появился в проходе с чем-то, что держал за спиной.
- Дочь, я тебе подарок купил. Надеюсь, он тебе понравится, - он достал руки из-за спины и вручил мне небольшой красивый пакетик.
- Пап, не нужно было тратиться! - я открыла пакет и достала оттуда коробочку. Папа приземлился рядом, наблюдая за моей реакцией.
Когда я открыла её, мои глаза расширились. В ней лежал безумно красивый браслет.
Поздравьте меня, мои слёзные железы активированы.
- Паааап, - я посмотрела на него, еле сдерживаясь.
- Тебе не нравится? Прости, наверное нужно было тебя спросить, чего тебе хочется, - он поник и ссутулился.
- Нет, ты чего? Это очень красивый браслет! Он ведь не слишком дорогой, правда?
- Для тебя мне ничего не жалко, Анжела, - он погладил меня по щеке. На душе так тепло и приятно.
- Поможешь? - я протянула ему украшение, и он застегнул его.
Разглядывая красивые камешки, я не заметила, как несколько слёз скатились по щекам.
- Спасибо большое пап, - и потянулась к нему за объятиями.
Обняв меня, он ответил, - С новым годом, доченька. Я люблю тебя.
- И я тебя пап, - шмыгая носом, пробубнила я.
Вадим.
Покинув торговый центр, в котором я купили на предстоящую ночь костюм, я сел в такси и назвал домашний адрес. Конечно, одежда была куплена на деньги отца. Своих бы мне в жизни на такую роскошь не хватило. Я не хотел принимать эти бумажки, но удар под дых убедил меня в необходимости показаться "на людях" при полном параде.
Ехать было долго, дом находился за городом. Там и будет проходить празднество. Отец решил в очередной раз показать всем окружающим его олигархам свою состоятельность и власть.
Я включил любимый плейлист, и, сидя в наушниках, наконец позволил себе погрузиться в мысли. От и до они были заполнены темновласой малышкой.
Без неё мне плохо. Я влюблён в неё, и сделаю всё, чтобы она больше никогда не страдала. А, как разберусь с её мучителями, предприму все свои силы, и верну её. Докажу, что достоин, что люблю искренне, по-настоящему.
Я снова зашёл в чат с ней. Лика прочитала сообщение, но не ответила на него, и её понимаю. Клянусь, больше не подведу её и не заставлю сомневаться в своих силах и чувствах.
Место в компании отца дарует мне больше возможностей. И денег. Я буду работать как не в себя, чтобы в первую очередь наказать виновных, а дальше буду копить. Я собираюсь купить ей квартиру. Она не должна жить среди уродов, которые так и жаждут протянуть к ней свои мерзкие ручонки.
Умотавшись за день, я уснул, слушая трек, который описывает мои к ней чувства.
Муза - Гарик Погорелов.
23:00.
Лика.
Я накрывала на стол, пока папа досматривал один из его любимых фильмов. Он хотел мне помочь, но я буквально заставила его дать себе отдохнуть, сказав, что мои хлопоты для обеспечения праздничной атмосферы и красивого стола - мой ему новогодний подарок.
Саша.
Мы с родителями подъезжали к дому Орловых, где встретим Новый Год в окружении богачей всей округи.
Настроение было ни к чёрту. За 19 минут до выезда мы сильно переругались с родителями из-за темы, касаемой моего будущего. В транспорте повисла напряжённая атмосфера.
Я думал о Жене, о своём поступке. Вот если была бы возможность всё исправить. И чего я ходил обижался? Отращивал свои яйца 19 лет, а в один момент повёл себя как трус, и тут же лишился их. Придурок. Важна тебя была твоя гордость?
Самотерзания меня ни к чему не привели. Я хочу в объятия к своему солнышку, согреться, насытиться минутами, проведёнными с нею. Но я сам лишил себя этого.
Женя.
В окружении всех самых близких и дальних родственников, я чувствовала себя некомфортно. Тётя с папиной стороны твердила, что мне пора замуж, а тётя с маминой, что психологи работают за копейки, и лучше бы я пошла в бизнес. Маленькие дети разносили дом, и я уже несколько раз успела выгнать их из своей комнаты. Даже обычно игривый Персей спрятался от них под лестницей. Единственными, кого я рада была видеть - мама с папой и сестрёнка. Вот они мне по-настоящему близкие. А все эти лицемеры с завышенным самомнением лишь действовали мне на нервы.
Заперевшись в своём убежище (своей комнате), я переоделась в новое платье с кучей блёсток и красивым вырезом, специально купленное для нового года, я уселась на кровать. За дверью слышался гул, а мне так хотелось побыть в тишине, сесть со своим любимым на лавочку и болтать до утра о звёздах и смысле мироздания. Жаль, что он оказался мудилой. И жаль, что я его не выслушала. Мне чертовски сейчас его не хватает. Но чего жалеть? Новый год, новое счастье впереди!
Буквально подскочив с места, я открыла дверь и с натянутой улыбкой спустилась к родственникам. Буду терпеть их нудные рассказы и нравоучения, лишь бы больше не думать о нём.
23:55.
Вадим.
Отец ровно в нули собирается вывести меня к гостям и огласить своей правой рукой.
- Готов?
- Да.
- Смотри не позорь меня. И костюм не мог подороже выбрать? Какой-то он не больно престижный.
- Я выбрал самый дорогой, что был в магазине.
- Значит магазин другой надо было выбрать.
- Дорогой, прекрати, - остановила его мать, - Вадик, отличный костюм, не переживай.
Я кивнул. Разговаривать с ними не было ни малейшего желания.
- Какими мы бы не были наши отношения, на людях держись нас и улыбайся. Делай вид, будто рад нас видеть. Мы будем делать тоже самое в ответ. Понял?
- Понял.
Саша.
В этом году всех собрали не как обычно, вокруг стола, а напротив лестницы. Видимо родители Вадика что-то задумали.
- Выпрямись. Хватит сутулиться, будто милостыню просишь. Люди ведь смотрят, - рявкнул мне на ухо отец. Его предъявы мне порядком надоели.
- Как хочу, так и стою.
- Ты берега попутал, сыночек? Не забывай с кем разговариваешь.
- Да пошёл ты, - бросил я, и направился на выход. Давно мечтал это сделать.
Он что-то шипел мне вслед, но на публике не стал бежать за мной и кидаться угрозами, как обычно это делал.
Минув входную дверь, я уставился в телефон. Чёрт, как же мне не хватает Жени! Клал я на всё, звоню своей девочке!
Женя.
Эти мерзкие лица совсем меня доканали. Ещё одно слово от дяди о неправомерности феминизма, и я вылью морс, что так долго вчера готовила, ему на голову.
Представив себе эту картину, я улыбнулась. Вспомнила, как полила водой Сашу. Вот если бы только он был рядом.
Я включила телефон, часы показывали 23:59.
Сейчас наступит полночь, и я навсегда забуду об этом человеке, войду в новую жизнь и больше никогда о нём не вспомню. Вразрез с моими словами на экране засветилось до ужаса знакомое имя.
Контакт «Сашенька» мне звонил.
Часы показывали 00:00, и, не поборов проверку судьбы, я вскочила с места и выбежав на балкон под радостные возглачы гостей, взяла трубку.
"Саша?"
"Солнце моё!"
Лика.
Под бит курантов мы с папой чокнулись бокальчиками с шампанским, и, слушая поздравление президента, стали пробовать вкусности, приготовленные мною за несколько часов до этого.
- Анжел, курочка отменная! Ты у меня такая кухарочка!
- Папа! - рассмеялась я, - Не называй меня так.
- Почему?
- Звучит кринжово.
- Как-как?
- Ну странно, смешно как то.
- Ишь у вас слова у молодёжи, уже через переводчика с тобой общаться надо.
Я засмеялась.
- У нас в молодости тоже свой язык был, но другой, не такой, как у вас.
Испробовав на вкус салаты, мы продолжали разговаривать обо всём подряд. Начиная от обсуждения разносторонности каждого поколения, заканчивая воспоминаниями из моего детства.
Просидели мы недолго, часов до двух. А после прибрали со стола, и разошлись по комнатам, ещё раз поздравив друг друга с наступившим новым годом.
Открыв телеграмм, я собиралась написать подруге, но от неё уже были сообщения. Она записала гс. Голос её был запыхавшимся.
"Лика, привет, с новым годом! У меня для тебя новость. Надеюсь, ты сейчас сидишь, а если нет, то садись, даю две секунды... Надеюсь, ты села. Вобщем я помирилась с Сашей, - сначала сдержанно сказала она, а потом завопила, - Он мне не изменял, представляешь! Позвонил мне значит в 12 ночи, мы говорили с ним целый час! Меня там родственники заискались.. Но плевать я на них хотела! Главное, что мы с ним вместе, Лика, слышишь? Вместе! Я безумно счастлива. Надеюсь, у тебя новый год тоже прошёл отлично."
Сказать, что я была в шоке, ничего не сказать. За подругу я была неимоверно счастлива, и тут же настрочила ей несколько сообщений с поздравлениями с примирением с Сашей и с новым годом. Она ответила тут же. Снова гс.
"Есть ещё одна новость, не знаю, как ты на неё отреагируешь, но Вадим.. - моё сердце словило удар. Я ведь просила не говорить о нём. Нужели с ним что-то случилось? Разве стала бы она говорить про него, зная, что мне это не понравится, если бы это не было чем-то важным?.. - Вадим стал помощником своего отца. Он вступил в его компанию. Мне Саша об этом сказал, он в доме его родителей. Их отцы партнёры, поэтому вместе с другими компаньонами встречают новый год вместе, семьями. Прости, что снова заговорила о нём, но решила не скрывать это от тебя."
Вадим? В компании отца? Как давно он сломал телефон из-за ругани с ним? Что произошло за это время и почему, черт возьми, меня это заботит?! Его жизнь меня больше не касается.
"Спасибо, Жень, что сказал, но меня это не волнует." - ответила я.
"Как скажешь, я лишь поделилась. Спокойной ночи)"
"Сладких снов)"
Уставившись в стену стеклянным взглядом, я задумалась. Наверное вписался он там как родной, а обо мне совсем не думает. И пусть. Там, среди всех этих именитых людей, он явно в своей тарелке, Пускай будет счастлив. Счастлив без меня. А я без него.
Вадим.
2 часа назад отец вывел меня в люди в прямом смысле этого слова. Ажиотаж был что надо, все надежды отца оправдались. Я успел поговорить со многими людьми: от чьих-то богатеньких детей до бывалых десятилетиями в бизнесе стариков. Все спрашивали меня какими я здесь путями оказался и что мы с отцом собираемся делать дальше. Я отвечал общими фразами, которыми до этого меня вооружил батя.
Общество этих людей назойливо и постно. Но один человек меня всё же заинтересовал. Я подобрался к нему и свалил свою лапу ему на плечо, на что тот резко обернулся.
- Вадик!
- Саня!
Мы по-мужски обнялись.
- Ты какими судьбами здесь, дружище? Решил с батей бизнес замутить, а мне ничего не сказал, засранец? Или ты это специально сделал, чтобы я удивился? Тогда у тебя получалось, я в ахуе конкретном, - потешался кореш, и на его фразу обернулся многие, включая отца.
Я похлопал его по плечу, удивлённо глядя и смеясь. Санёк никогда не был таким чопорным, как его батя. Если отец его был всегда как непроницаемый следователь, то Саня больше походил на шута.
- Всё сложнее, чем ты можешь, себе представить, но об этом потом.
- Я никуда не спешу.
- Здесь для таких разговоров не место.
Он понимающе кивнул, и предложил:
- Давай тогда свалим? Возьмём тачку моего отца и покатаемся по городу.
- Ты сейчас серьёзно? Предлагаешь сбежать? - одобрение читалось в моих глазах, но не голосе. Я пытался мыслить "правильно", но держаться хорошим мальчиком мне немного осточертело.
- Ключи у меня, - тот достал их и покрутил перед моим лицом.
- Спрячь, придурок, если твой отец узнает..
- Не узнает, они всё равно здесь на ночь останутся. Мы идём?
- Подожди, я отца предупрежу, - сорвался я, но друг меня тормознул.
- С ума сошёл? Представляешь, что он скажет? Даже мой в гневе не так страшен, как твой. Свалим по-тихому. Как в детстве, а? - и мы свалили.
Мчась по ночному городу, сигналили и кричали, поздравляя проходящих мимо людей с новым годом, на что они с радостью отзывались. Чувствовалась свобода.
- Давай в наше место? - предложил я.
- На поле, зимой, ночью?
- Ну да.
- А погнали.
И мы примчали туда. Мелкими гоняли там в футбол с пацанами, пока родители не застали за этим делом, и не отчитали за общение с "недостойными простолюдинами". К слову, продолжать играть нам это не мешало. Мы занимались этим, только сбегали втихую. Перестали ездить туда, как стали подростками. Сначала было не этого, а потом и вовсе желание пропало. На замену футболу пришли вписки, выпивка и девушки.
Остановив машину, выходить с другом мы не спешили. Заговорив о жизни, обменивались тревогами и планами на жизнь.
- А я со своей девчонкой помирился, - признался Санёк. Теперь ясно, чего он такой счастливый сегодня.
- Да ладно!? Когда успел? - удивился я.
Взглянув на часы, тот ответил:
- Часа четыре назад.
- Чё, прям в нули?
- Прямо в них. Мы с ней час говорили.
- Теперь ясно, чего я тебе раньше не заметил. Ты, значит, личную жизнь налаживал. Поздравляю.
- Спасибо. Мне без неё плохо было. Всё прямо какое-то серое и мрачное. Ни улыбки, ни шутки глупой. Только серьёзные разговоры на серьёзные темы, и никаких смехуёчков! - пародировал тот голос старика, подняв палец вверх, и я заржал как ненормальный.
Успокоившись, взглянул на заснеженное поле.
- Мне тоже без Лики хреново.
- Ей сильно досталось. Мне этот философ никогда не нравился.
- Я собираюсь его посадить.
- Ты серьёзно? Как? Подожди.. Твой союз с отцом.. Эти вещи связаны?
- Напрямую, - и я поведал ему всё.
- Не боишься доверять старику?
- Официально я пока не в его компании. У нас обоих есть условия. Пока я буду ходить на эти светские вечера, не работая на него, он устроит нашему преподу экскурсию по наипрекраснейшим судам, а после оставит его жить в клетке. И, как только тот получит свою расплату, я начну работать на батю. А дальше мы вместе будем стараться над тем, чтобы засадить Маликовях младшего и старшего.
- Уверен, мой отец вам посодействует. Они с твоим батей с начала компаньонства компаний на него зуб точат. Я тоже помогу, чем смогу. Вместе отомстим за девчонок.
Глава получилась уж очень объёмной.
Не буду вас мучать длинными речами, поэтому просто приглашаю в мой книжный тгк:
vikulechkinwp. Жду каждого и каждую ❤️
Спасибо, что читаете эту историю, Ваша Викулечка 🫶