Глава 29
От лица Аси
Я шла по кладбищу, ощущая, как лёгкий вечерний ветер трепал волосы, а розовые отблески заката окрашивали небо в необычайные цвета. Ряды крестов на фоне этой картины выглядели жутко, но в то же время завораживающе. Я остановилась перед нужной могилой, на которой лежал увядший букет — тот, что я приносила в прошлый раз.
— Сегодня ровно 40 дней, как тебя нет, — тихо прошептала я, словно боялась нарушить окружающую тишину.
Мои глаза невольно задержались на имени, выбитом на камне, а в горле возник комок, который было невозможно проглотить.
— Я до сих пор не могу забыть тебя... и, наверное, никогда не смогу, — произнесла я чуть громче, глядя на тусклое вечернее небо. — Знаешь, мне искренне жаль, что я не смогла помочь тебе. Не смогла вытащить тебя из этого... избавиться от зависимости, вернуть к нормальной жизни.
Я замолчала, пытаясь собраться с мыслями, но воспоминания раз за разом пронзали меня, как нож.
— Может, если бы я заметила раньше, что ты вернулся к старым привычкам... — мой голос дрогнул, но я продолжила, сжимая в пальцах ткань плаща. — Может, я бы смогла что-то сделать. Я до сих пор виню себя за то, что не оставила тебя... что не спасла. За то, что ты погиб из-за меня.
Мои слова эхом разлетелись в пустоте. Я закрыла глаза, чувствуя, как сердце болезненно сжалось от глухой тоски.
— Мне было бы легче, если бы ты был просто чудовищем. Если бы я не была так сильно к тебе привязана... — шёпотом закончила я, чувствуя, как слёзы подступают к глазам. — Но сейчас уже ничего не изменить.
Я провела ладонью по холодной поверхности камня, словно прощаясь, а затем поднялась. Закат почти скрылся за горизонтом, погружая всё вокруг в серую мглу.
— Прости, — прошептала я напоследок, прежде чем уйти, оставив его одного в этой вечной тишине.
От лица Кислова
Я стоял, глядя на Софию. С одной стороны, меня раздражало, что она снова поступила по-своему, игнорируя мои указания. С другой — я неожиданно поймал себя на том, что её присутствие рядом вызывало у меня странное чувство... спокойствия. Я медленно подошёл ближе, намереваясь сказать что-то, но она вдруг подняла на меня взгляд. Её глаза, полные какого-то непонятного спокойствия, изучали меня, пока она тихо спросила:
— Это закрытая территория. Почему я не могу тут находиться?
Я тяжело вздохнул, но не ответил. Вместо этого, почти машинально, протянул руки и взял её за ладони. София слегка напряглась, удивлённо смотря на меня, но ничего не сказала.
— Что я творю? — пронеслось у меня в голове.
Я молчал несколько секунд, а затем, словно потеряв контроль над своими словами, произнёс:
— Хорошо, ты выиграла. Можешь выходить сюда, на задний двор.
— Правда? — её голос звучал осторожно, будто она боялась, что я сейчас передумаю.
Я сам не верил в то, что говорил. Всё, что касалось её, шло вразрез с моей логикой.
— Да, — коротко ответил я, стараясь не смотреть ей в глаза слишком долго.
Я заметил, как уголки её губ слегка приподнялись в слабой, но искренней улыбке. И в этот момент мне стало трудно отвести взгляд от её лица. Она казалась такой простой, такой естественной. С каждым мгновением я чувствовал, как внутри что-то меняется, но что именно — я не мог понять.
— Спасибо, — наконец тихо проговорила она, и в её голосе не было ни тени насмешки или вызова, к которым я привык, — только искренность.
Я отпустил её руки, чувствуя, как что-то тяжёлое сжимает грудь.
— Не злоупотребляй этим, — сказал я холодно, пытаясь вернуть себе привычный тон.
Но даже это не помогло мне отвести взгляд.
От лица Софии
Я чувствовала тепло его рук, которые легко, но уверенно удерживали мои ладони. Его близость была почти осязаемой, словно воздух вокруг нас стал гуще. Я ненавидела себя за это, но не могла отойти. Сердце забилось быстрее, когда я осознала, насколько близко он стоял. Голова немного закружилась, но я всё равно подняла взгляд и встретилась с его глазами. Они смотрели на меня с непонятной смесью эмоций — гнева, растерянности, и чего-то ещё, чего я не могла расшифровать.
— София, — его голос прозвучал тихо, но так, будто он пытался что-то удержать внутри.
Я не ответила, просто смотрела на него, ощущая, как что-то неуловимое нарастает между нами. И прежде чем я успела осознать, что происходит, его губы коснулись моих. Я замерла на мгновение, удивлённая, но не оттолкнула его. Внутри всё перевернулось, и, как бы я ни старалась бороться с собой, я не могла. Моё тело будто само решило за меня.
Я ответила на поцелуй.
Он был одновременно мягким и настойчивым, как будто он сам не мог решить, чего хочет. Этот момент полностью поглотил меня. Всё, что я чувствовала — его прикосновение, его запах, его губы. Когда он отстранился, я ещё несколько секунд стояла неподвижно, глядя на него, пытаясь понять, что только что произошло.
— Почему ты... — начала я, но не знала, как закончить фразу.
Его лицо снова стало холодным и отчуждённым, как будто он пожалел о том, что только что сделал.
— Забудь, — бросил он коротко, затем отвернулся и направился в дом, оставляя меня наедине с собственными мыслями и сердцем, которое теперь билось так сильно, что, казалось, я его слышу.
От лица Кислова
Я почувствовал, как её рука обхватила мою, мягко, но настойчиво. Её голос был полон растерянности и даже какого-то отчаяния.
— Постой. Объясни нормально, что происходит. Я не могу понять тебя совершенно. Я думала, ты меня ненавидишь.
Я остановился, но не обернулся. Её слова эхом отдавались у меня в голове. Ненависть? Да, это было бы проще. Но это не так.
— Может, я и сам не понимаю, — наконец ответил я, медленно поворачиваясь к ней. Мой голос звучал тише, чем обычно, но всё ещё сохранял ту хладнокровную резкость, которой я привык защищаться. Она смотрела на меня, её глаза словно пытались проникнуть глубже, чем я готов был позволить.
— Тогда зачем ты сделал это? — продолжила она, не отпуская мою руку. — Поцелуй... ты просто так решаешь играть со мной?
Я сжал челюсти, чувствуя, как внутри меня всё закипает. Я никогда не был хорош в объяснениях, особенно когда дело касалось эмоций.
— Может, я и хотел бы ненавидеть тебя, — резко проговорил я, убирая свою руку из её хватки, хотя прикосновение было странно приятным. — Было бы проще. Но, похоже, ты оказалась слишком упрямой, чтобы дать мне это сделать.
Её глаза расширились, и я почувствовал, что сказал слишком много.
— Ты не понимаешь, София, — продолжил я, пытаясь вернуть контроль над собой. — Ты... ты переворачиваешь всё с ног на голову.
Она хотела что-то ответить, но я поднял руку, останавливая её.
— Просто забудь об этом. Это ничего не значит. — Я сказал это скорее для себя, чем для неё, пытаясь убедить собственный разум в том, что это правда.