Глава 13
Никому и никогда не будет приятно, что их в чем-то постоянно попрекают. В моем случае, я постоянно выслушиваю, что я полностью завишу от своего отца. Меня ужасно взбесило то, что папа позвонил Андрияненко, хотя у нас с ним был разговор на эту тему. Мне самой неприятно то, что он постоянно лезет в мою жизнь. Я не маленькая девочка, которая не может ничего решить сама, я уже взрослая и пора бы мне дать шанс жить самой.
Все время, что девушка кричала на меня, она размахивала руками, не отрывая своего взгляда от меня. Такой злой я ее не видела ни разу. На ее последние слова я ничего не смогла ответить. Мне было очень больно и обидно, хотя головой я понимала, что сама во всем виновата. Не надо было никого подговаривать, просто нужно перестать воевать с девушкой и спокойно работать. Но упрямые характер твердил об обратном, и в данной ситуации, чувства взяли вверх.
- Прекратите на меня кричать! Да, я сделала это, потому что уже просто не могла терпеть ваших издевательств надо мной! Я тоже человек и имею право спокойно работать там, где мне хочется! Вы играете со мной, как с какой-то игрушкой! Дайте мне спокойно делать свое дело! – прокричала я, а девушка стояла в шоке. Она резко подошла ко мне, смотря в глаза.
- Еще раз повысишь на меня голос, очень сильно пожалеешь, - процедила она, а я усмехнулась.
- А то что? Ударите? – Андрияненко начала громко смеяться.
- Поверь, ты не та, за кого я буду разгребать все, если ударю. Никто не имеет права на меня повышать голос! Даже родные родители! – закричала девушка, а затем открыла дверь.
- Иди работай, Лазутчикова, чтобы на глаза мне не попадалась даже! – девушка захлопнула за мной дверь, а я осталась стоять. Слезы скапливались на глазах от унижения, которое я сейчас испытала, ведь со стороны выглядело так, что она просто выставила меня за порог, правда перед этим наорала так, что дрожь прошлась по всему телу.
Собравшись с силами, я пошла к себе, где ребята сразу же начали мне задавать вопросы по поводу контрактов. Я же попросила их полчаса меня не трогать, все лучше подготовить, чтобы потом задать вопросы, а сама заварила себе чай, пытаясь собраться с мыслями. Я не знала, что мне делать дальше. Она заставляет меня мучиться, испытывать злость, которую я раньше не испытывала, но хуже было то, что когда она стояла рядом со мной и я чувствовала ее дыхание на себе, в голове начали мелькать какие-то картинки. Именно поэтому я даже особо не слышала, что она мне говорила. Но все эти картинки были серыми и непонятными. Я не могла ничего понять в них, только видела отрывки, как я с кем-то держусь за руки, как обнимаю кого-то, а потом все закончилось, и я снова пришла в себя.
Выпив чаю, я слегка расслабилась, поэтому подозвала к себе ребят, чтобы обсудить вопросы, которые у них есть. Как оказалось, у нас появились некоторые проблемы с рекламой, которая на детском канале, потому что рекламодатели не скидывают новые анонсы, так скажем, а мы крутим одно и тоже, что многим не нравится. Я дала задание позвонить им и узнать, что происходит. Затем обсудили с Марком вопросы по поводу рекламы на спортивный канал, а еще к нам поступило предложение, которое просто невероятно повысит наши рейтинги.
Дело все в том, что на нашем спортивном канале предложили вести онлайн-трансляцию с турниров UFC, а также со всех футбольных игр. Так как канал у нас новый, это неплохо нас «поднимет», именно поэтому я узнала все подробности, собирая все в кучу, чтобы потом пойти и рассказать все Елизавете Владимировне. В каких бы отношениях мы с ней не были, это моя работа, и я должна выполнять ее по всем правилам, которые есть.
Правда, пока я собирала информацию, наступил уже поздний вечер. Где-то через час у меня должны были быть занятия с Максом. Мне надо было самой добраться, потому что он сказал, что не сможет забрать меня, ибо задерживается на работе. Я приняла решение, что обо всем расскажу Андрияненко завтра утром. Когда я собралась, на этаже уже никого не было, даже свет не горел, кроме кабинета Андрияненко. Она сидела за столом, схватившись за голову. Я пыталась понять, что с ней происходит и подойдя поближе увидела, девушка услышала меня, подняв голову.
- Елизавета Владимировна у вас все хорошо? – спросила я, а девушка посмотрела на меня так, как будто бы искала во мне какую-то поддержку.
- Да, все нормально, вы домой? – спросила Лиза, а я кивнула.
- Сначала на занятия, а потом домой, - Андрияненко кивнула.
- Хорошо, до завтра, Ирина, - сказала она, сразу же начав что-то делать в ноутбуке. Я же прекрасно видела, что у нее что-то произошло, и внутри меня что-то екнуло, когда я увидела ее глаза, красные, явно готовые вот-вот заплакать. И я ы осталась, и мне правда хотелось бы, но я никто для нее, поэтому я выключила на мгновение все чувства и просто ушла на занятия, хотя, когда заходила в лифт, услышала, как на этаже начался какой-то грохот.
- Ирина, она тебе никто, даже не думай возвращаться, - сказала я сама себе, выходя из офиса...
***
После того, как я накричала на Иру, то даже не могла толком собраться, потому что это ситуация просто выбила меня из колеи. Я не могла собраться с мыслями, из-за этого не могла приступить к работе. Так полдня и сидела, ничего не делала и скиталась по кабинету, в поисках успокоения. Правда под вечер, мне начала звонить мама.
- Лиз, ты скоро приедешь? – спросила женщина, а я посмотрела на сотрудников, которые еще сидели и усердно работали.
- Мам, я не могу уехать с работы, мои люди еще на месте, - мама прекрасно знала о моем правиле, которое я никогда не нарушу. Я не уйду с работы, пока не уйдут мои сотрудники.
- У Сережи День Рождения, а ты не можешь нарушить свое идиотское правило? – после этого вопроса, гнев снова охватил меня с ног до головы.
- Мама, это правило у меня было с самого начала, и будь так добра, идиотом считай своего мужа. Сережа многое сделал для меня, и как бы ты что не рассказывала, я этого не помню. Это твой муж, так вот и проводи с ним время, а я вас содержу, и даже не думай ничего говорить. Думаешь я не знаю, что вы не работаете? Что вы уволились всеми, с работы на этой неделе, так как знаете, что я вам перевожу каждый месяц деньги. Так вот я все знаю про вас, мамочка, и если уж вы сели ко мне на шею, сбросили свои ножки, то будьте так добры, как минимум уважать человека, который вас кормит и одевает! – в конце я перешла на крик, так как уже не могла сдержать своих эмоций.
- Да как ты смеешь так общаться с матерью?! – закричала женщина по ту сторону трубки.
- А ты как смеешь так обращаться с дочерью? Вы может быть и подняли меня на ноги, но дальше ни о чем не позаботились. Так что прекрати себя ставить, как человека, который может мной командовать. Никто и никогда не будет говорить мне, что и как делать, я понятно объясняю? – спросила я, а мама долго молчала.
- Ну раз так, то нам не нужны твои деньги, ничего нам больше от тебя не надо. Раз мы для тебя обуза, то с этого момента, у тебя больше нет родителей, - после этих слов женщина отключилась, а я кинула со всей силы телефон в стену.
Я села за стол, схватившись за голову. Еще никогда я так сильно не ссорилась с мамой, но меня дико всегда бесило то, что от меня что-то требовали. Все время, как я пришла в себя после аварии, мои родители что-то хотели от меня. Сначала попрекали меня в том, что я ничего не добьюсь, если не соберусь с силами, потому попрекали меня в том, что я пропадаю на работу, забывая про семью, затем говорили, что после всего того, что они сделали для меня, я мало скидываю им деньги. Одна Катюха никогда ничего мне не говорила, а просто была рядом, верила в меня и всегда поддерживала.
Ей даже и не нужны были мои деньги, она просит их только на какую-то одежду. Мама никогда не приезжала ко мне на работу, чтобы к примеру покормить, в отличии от моей сестры, которые частенько привозит мне обед, потому что знает, что я сижу голодная до самого вечера. Моя маленькая девочка всегда рядом, всегда напишет и позвонит, хоть в чем-то она не пошла в нашу маму.
Но пока я думала обо всем, услышала стук каблуков, приближающийся к кабинету. Это была Ирина. Она посмотрела на меня, и я не знаю почему, но мне так хотелось получить от нее какую-то поддержку. Я видела, видела в ее глазах сомнение в моих словах, что все хорошо, и так верила, что она останется, чтобы просто поговорить. Но внутри понимала, что я сама оттолкнула ее от себя своими криками и издевательствами со стороны работы. Я сама отогнала человека, с которым могла спокойно посидеть и поговорить обо всем.
И когда Ирина шла в сторону лифта, я правда сидела и надеялась, что она вернется. Но нет, услышав, как лифт открылся, я сорвалась, начав все кидать, психовать, толкать стулья и виниться себя в том, что я такой ужасный человек. Скатившись по стене, я смотрела в одну точку, сдерживая слезы. Я не буду плакать, не буду показывать свою слабость, даже наедине с самой собой.
Я вообще не помню, чтобы кто-то видел мои слезы хоть раз за все время, что я помню. Как-то с самого начала, когда я пришла в себя, я поняла только то, что меня дико бесит, когда меня пытаются пожалеть. Я не маленькая девочка, и слова, что все будет хорошо, мне не нужны. Я прекрасно понимала тот факт, принимала его, что я ничего не помню, и слова моих родственников о том, что все будет нормально и все пройдет, совершенно не давали мне ничего.
Я верю фактам, верю в то, что написано на бумаге, как-то доказано. Я верила анализам, которые давали мне в больнице, верила врачам, которые говорили все так, как оно есть, но я никогда не верила своей семье, которая пыталась вселить в меня надежду, что я все вспомню. Не надо этого делать, не давайте ложные надежды. Вселять человеку уверенность в чем-то можно только тогда, когда ты сам уверен в том, что так и будет, но никак иначе.
***
Когда я приехала на занятие, меня уже ждал готовый Макс, который был настроен на очень активную тренировку. Он помог мне снять верхнюю одежду, а затем мы с ним начали думать над тем, что вообще будет танцевать и как. Всего нам надо станцевать три танца: классический вальс, танго и сальсу. Все эти три танца довольно-таки сложные, в каждом нужно показывать разные чувства, но я уверена, что мы прекрасно справимся с этой задачей.
Для начала мы решили разучить вальс. Первые движения были довольно-таки простыми, нам просто нужно было сделать выход, а затем перейти непосредственно в вальс. Но когда мы начали танцевать конкретно по кругу, Макс явно начал злиться, а все потому, что мы постоянно путались в ногах.
- Макс, ты можешь понять, что мы так и будем путаться дальше, если ты не перестанешь смотреть под ноги. Просто прижми меня к себе и все, - сказала я, а парень начал что-то бубнить себе под нос.
- Еще скажи, что я сейчас во всем виноват, - в голосе парня явно прослеживались нотки обиды.
- Макс, мы сюда пришли, чтобы обижаться или же работать на первое место? – после моего вопроса, парень сразу же пришел в себя, и мы продолжили занятие.
В этот раз парень уже действительно прижал меня к себе намного ближе и перестал смотреть под ноги, что помогло нашей проблеме. Мы хорошо прошли несколько кругов, а затем вышли из него. Макс подхватил меня, начав кружить, а затем отпустил, и мы взявшись за руку, начали делать движения друг другу, а затем обратно. Единственное, что меня смущало, так это то, что во время танца с ним я перестала испытывать какие-либо эмоции. Я как будто бы просто делаю что-то, потому что надо, но не получаю от этого никакого удовольствия. Когда же мы закончили, я присела отдохнуть и почему-то сразу же вспомнила Андрияненко, как она смотрела на меня, и внутри поняла только то, что я не хочу находиться здесь, я хочу поехать в офис. Я хочу узнать, что с ней произошло, хочу понять, что так повлияло на ее настроение.
- Ир, ты вообще слушаешь меня? – спросил парень, похлопав по плечу.
- Прости, задумалась, о чем ты говорил? – Макс явно был недоволен, что я витала в своих мыслях, что бы заметно по его рукам, которые он сжал до белизны в костяшках.
- Мы вальс поставили вприцнипе, теперь нам надо его именно отрабатывать, ты завтра сможешь? – понимая, что завтра мне надо будет ждать, когда с работы уйдет Лиза, я помотала головой.
- Завтра вообще никак, послезавтра могу, - парень посмотрел на меня непонимающим взглядом.
- В чем проблема завтра отпроситься с работы?
- В том, что у меня с директором есть договоренность, которую я не собираюсь нарушать.
- И что теперь, забьем на соревнования?
- Макс, пожалуйста, хватит, нам до них еще месяц, послезавтра встретимся и будем тренироваться, - я собрала вещи, выходя из помещения. Вслед за мной вышел и парень.
- Прости, не хотел кричать, - сказал он, а я кивнула. Молодой человек приобнял меня на прощание, но я не ответила ему взаимностью. Я просто проводила его взглядом, оставаясь стоять на месте.
***
Нет ничего хуже, когда к плохому настроению добавляется плохая погода. Я сидела за своим столом, просматривая все варианты промо наши каналов, пока не заметила, как на улице начался дождь. Я встала у окна, смотря на поток капель, который стремительно спускался с неба. В голове так и крутились слова мамы, стоял образ Ирины, и разные другие проблемы занимали мои мысли. Но они вмиг пропали, когда я услышала сзади себя какие-то звуки. Развернувшись я увидела Ирину, которая держала в руках две коробки пиццы и пиво. Она была вся мокрая и смотрела на меня с улыбкой.
- Не хотите составить компанию красивой девушке?