Поцелованная солнцем [18+]

Наше время

Поспешными шагом я миновал коридор и немного замедлился перед тем как зайти в основной зал. Музыки было не слышно, гнетущая тишина напрягала ещё сильнее. Достав из кобуры пистолет,я выставил его вперёд и вошёл в помещение. Вооруженные до зубов люди сразу же подняли своё оружие в мою сторону. Я остановился и быстро осмотрелся не теряя времени.

Перепуганные гости все толпились в небольшом углу, в котором их охранял человек в чёрной маске. Лоренцо сидел на своем месте рядом с Альфредом, их также держали под прицелом.

Напавших было немного, но все они были в черных костюмах, которые закрывали полностью тело и лицо, кроме глаз, и в бронежилетах.

Они готовились это сразу было понятно. И кажется я знаю кто за этим стоит.
В гнетущей тишине, которая изредка нарушалась всхлипами женщин - раздались тихие шаги. Повернув голову на звук, я увидел мужчину в черном костюме, рубашке и без оружия.

- Асад....

- Так-так-так...кто тут у нас?, - он слегка наклонил голову обнажая белые зубы. В отличии от других, он не был в маске. Он знал, что скрывать ему нечего. И учитывая обстоятельства он даже гордился тем, что сделал.

- Как ты смеешь приходить сюда в такой день? Кем ты себя возомнил? Господом Богом?

- Ты же прекрасно знаешь, Габриэль, что рано или поздно это должно было случится... То, что произошло...Я не мог больше закрывать глаза на это. Твой отец жалкий ублюдок, голова которого не стоит и цента.. и всё же прежде, чем убить его - я решил поговорить с тобой, ты же главный наследник всего состояния?, - он ухмыльнулся, прекрасно зная, что у Лоренцо такие же права на это всё как и у меня.

- Свадьба священна, Асад. Напав на нас в такой день вы нажили себе врагов до конца своих дней. И эти дни уже сочтены.
Я всё ещё держал его под прицелом, в то время как Асад приказал своим людям убрать оружие.

-Ничто сейчас не помешает мне пустить тебе пулю в голову, грязный подонок. Ты приходишь в мою жизнь, на свадьбу моего отца и проявляешь немыслимое неуважение к нему.

Он покачал головой и тихо засмеялся.

- Правда? Как насчёт той крошки, которую ты почти трахнул в туалете.. М? Признайся, она такая же сладкая как в думаю?! Хотя нет. Не отвечай... я попробую её сам. Позже. Как только разберусь с твоим отцом.

Он подвинул стул и сел в центре наблюдая за тем как отец буквально багровеет от ярости.

- Не смей прикасаться к ней. Ты ублюдок играющий не по правилам, - взорвался я.

- Я глава Коза Ностры, и у меня свои правила, - практически выплюнул он.
Как бы мне хотелось ему выстрелить в голову, но он обладал той информацией, которая нам нужна если мы хотим подчинить себе Северное побережье и наконец получить выход в Тирренское море. Это помогло бы нам наладить сбыт наркотиков и оружия. Но то, что делал для этого отец было даже для меня слишком отвратительным....

- Не нужно быть слишком самонадеянным, Асад. Всегда всё может пойти не по твоему плану, - ухмыляясь проговорил я.

- О чём ты, чёрт возьми говоришь?

Я поднял руку и через мгновение, по моему сигналу в зал ворвались вооруженные люди, которые скрутили людей Асада и оставили меня с ним один на один. Этот придурок даже не был вооружён, такой красивый, но тупой ход. Теперь это будет стоить ему жизни.

Мой отец конечно тот ещё ублюдок, но убить его - это дело моей жизни. Убить. Уничтожить. Отомстить.

- Босс, что мы будем с ними делать?, - раздался голос Джованни, моей правой руки, за моей спиной.
- Этих в расход, а Асада в подвал. Я с ним разберусь позже, - проговорил я небрежно.
Как только всех посторонних выволокли из зала,гости смогли вернуться к своим столам, однако былого ощущения праздника как не бывало.
У всех в голове, и у меня в том числе - стоял лишь один вопрос "где невеста?"

Через несколько минут ко мне вместе с Лоренцо подошёл Альфред.

- Что это было, Габриэль?, - едва сдерживая ярость проговорил он.

- А это? Ну я просто спас тебе жизнь. И всем твоим гостям, - как можно более небрежно ответил я.

- Я имею в виду не это. Ты, Сильвия.,??? Серьезно? Я не посмотрю, что ты мой сын, разорву тебя буквально на части за неё, если ты опорочил её. Она моя вещь. Принадлежит мне. Сегодня ты стал этому свидетелем, если я не ошибаюсь? Моли Бога, чтобы как только я её найду, она всё ещё была в целости и сохранности. Иначе, это будет означать, что ты, - он ткнул в меня пальцем, - посягнул на моё. А значит предал меня. Знаешь, что бывает в нашем мире, за предательство?

Он говорил это всё, широко улыбаясь, чтобы не показывать гостям истинных намерений.

- А теперь ты и ты, - он обратился к нам с Лоренцо. В мой кабинет. Живо. Нельзя терять ни минуты.

Пройдя в кабинет Альфреда мы расположились с Лоренцо как и всегда друг напротив друга. По обе стороны от отца.

- Этот Асад лживая тварь. Что если он соврал и Сильвия не у него?

- Исключено. Я был там... кхм.. где оставил её... её там нет. Только вот, - я вынул из кармана брюк шпильку для волос и положил её на стол.

- С тобой я разберусь позже. Нужно вернуть мою жену, - последнее он поговорил максимально чётко и ясно, чтобы акцентировать внимание, что Сильвия принадлежит ему.

Однако он ошибался.

С первого дня как я увидел её — она моя. И ничья больше.

- Нужно просмотреть все комнаты и подвальные помещения в особняке, возможно, они держат её там где мы не ожидаем, где мы не станем искать. У нас под носом, - предположил Лоренцо.

- Это имеет смысл. Я осмотрю всё, а ты посмотри по карте, ближайшие места к нам, которые покажутся тебе странными, - ответил я.

Альфред кивнул.

- Да, ты прав, Габриэль. Я спущусь в подвал с тобой, а Лоренцо займётся поиском на компьютере.

***
Спустя час поисков в особняке мы ничего и никого не нашли, от чего я буквально приходил в бешенство. Лишь навязчивые мысли о том, что Сильвия сейчас неизвестно где, с кем, в каком состоянии... всё это не облегчало моё состояние.

Поиск в компьютере ничего не дал. Однако Лоренцо предложил очень умную мысль, которая до этого почему то не посещала меня:

- У нас есть Асад. Он ключ к разгадке. Нужно сделать так чтобы он заговорил, Габриэль. Иначе мы не найдем Сильвию.. и тогда...

- Заткнись, - я не дал ему закончить.

Не хотел слышать, что может произойти если вдруг с Сильвией что то случится, я убью этого ублюдка голыми руками.

Тяжело дыша от нахлынувших эмоций я выдвинулся в подвал, где мы держали Асада...

Несколько месяцев назад

Войдя в комнату я закрыл за собой дверь. Была глухая ночь и только лунный свет, который просачивался через просвет в шторах, освещал часть спальни.

Включив небольшую лампу, я обнаружил на полу белый конверт.

Нахмурившись я поднял его и повертел в руках, там не было ни имени отправителя, ни получателя, даже никаких указаний.

Первой мыслью было вернуть конверт Марте, так как почтой в доме занимается она, однако не просто же так, он оказался у меня в комнате.

Вскрыв конверт я вытащил от туда несколько фотографий и небольшую записку.

Сделав в комнате свет поярче я стал рассматривать фотографии.

На них были изображены маленькие дети от семи до десяти лет. Они были очень худыми, плохо одетыми, некоторые ох них даже были босыми. У некоторых на лицах были видны кровоподтеки и синяки, что говорило о том, что дети терпят насилие.
Нахмурившись ещё сильнее я не понимал, почему это попало ко мне и какое вообще это имеет отношение к нам.

На одной из фотографий я обратил внимание на то, что несколько детей, включая маленькую девочку, если судить по длинными волосам и небольшом грязном бантике на её макушке - были связаны за руку тугими веревками. Фото было отличного качества и мне удалось даже рассмотреть, ссадины на руках от этих веревок.

Там было ещё несколько фотографий, на которых дети носили воду, и кололи дрова...
Они были худыми и истощёнными, а их животы слегка вздутыми.
Такое бывает когда ребенок долго голодает.
Дети были измученными, в некоторые и того хуже выглядели больными.
Не совсем понимая, что происходит, хотя честно говоря некоторые мысли, которые посещали меня, слишком пугали чтобы признаваться в этом.

Я открыл записку.

Мы знаем чем ты занимаешься, Альфред.
Тебе это не сойдет с рук. Ты будешь наказан, волей Аллаха, ты будешь гнить как последняя тварь.

Я вздохнул и сжал с тобой переносицу двумя пальцами.

Работорговля. Детьми. В двадцать первом веке.

Мой отец больной ублюдок.

Но почему конверт попал ко мне? Кто -то ошибся или это сделали специально?

Я не знал как поступить и стоило ли говорить Альфреду, Лоренцо об этом письме. Долго раздумывал над этим, пока через неделю не получил ещё одно. А затем ещё одно.. и ещё одно. В течении месяца я получал по письму в неделю, в котором рассказывалось о самых страшных грехах моего отца.

Дети, рабство, оружие, наркотики, сбыт металла, убийства на заказ... я знал о многом. Я участвовал во многом.

Но... то, что касалось детей, должно быть он хранил как тайну. За семью замками.

Но люди Асада как то всё равно пронюхали это. Я сразу понял чего они хотят — они хотят шантажом заставить отца отказаться от своих земель. Чтобы получить выход в серую зону Сицилии и Тирренское море.

Простая политика.

Простая, мать его, блядская политика.

Из-за которой сейчас страдают невинные дети. Асад был мусульманином, а для н х всё , что касается детей — священно. Он также был наполовину турок, наполовину итальянец. Поэтому то, что детей переправляли на пароме в Турцию он по всей видимости узнал через свои старые связи на границе.

Но как он понял, что это дело рук Лучано?

Этот и ещё много вопросов, которые возникали в моей голове — заставляли меня сходить с ума. Мне нужно было обсудить это с кем то, но когда я уже было решился сделать это и пойти к Лоренцо — я получил ещё одно письмо.

В нём была лишь одна фотография. Ни одной записки или объяснения.

На фотографии была изображена Сильвия.